• ПРИКЛЮЧЕНИЯ

    Охотники на мамонтов

    LIB.com.ua [электронная библиотека]: Шторх Эдуард: Охотники на мамонтов

    том, что один и один — это два.
    Жабка считать не умела и теперь уже закричала возмущенно:
    — Глупый парень! Это один волк! — и ударила куском глины по первому
    волку. — И это тоже один волк! — и швырнула глину во второго.
    Копчем спокойно посмотрел на вылепленные фигурки животных и сказал,
    не сдаваясь:
    — Один олень и один олень — два оленя, один медведь и один медведь —
    два медведя.
    — Нет! — вопила Жабка. — Перестань, это непонятно! — и зажала уши
    руками.
    Бельчонок, привлеченный шумным спором, подошел к ним. Посмотрел на
    комки глины, прилипшие к стене, и громко рассмеялся:
    — Этот зубр скорее похож на жабу.
    — Какой зубр? — переспросил Копчем.
    — Вот этот! — Бельчонок указал обожженным прутиком на размазанную по
    стене глину и подрисовал к ней два рога.
    И правда — случайное пятно вдруг стало похоже на зубра, оставалось
    только подрисовать ему хвост.
    — А здесь глаза! — добавил Бельчонок.
    — А здесь копье! — присоединилась и Жабка, втыкая в тело зубра тонкую
    ветку. — Ребята, зубр! — вдруг закричала она пронзительно.
    Дети сбежались, и зубр на стене им всем очень понравился.
    Теперь уже все рисовали на стене.
    Копчем с Бельчонком с азартом выводили на стене всех известных им
    животных. Остальные дети рисовали, глядя на них, и скоро все стены пещеры
    были покрыты рисунками. Но интерес улетучился так же быстро, как и возник.
    И дети снова принялись за прерванные игры. Рисовать глиной было нелегко,
    она крошилась и осыпалась.
    Но Копчем с Бельчонком уже придумали новый способ. Они принесли
    снаружи немного снега и смочили им глину. Теперь глина перестала
    осыпаться. По дороге в пещеру Копчем запустил руку в закопченный очаг у
    стены. Вернувшись, он рисовал пальцами, вымазанными в саже, до тех пор,
    пока она не стерлась. Потом снова пошел за сажей и набрал ее побольше.
    Скоро мальчик уже знал, что лучше всего рисуется сажей, смешанной с жиром.
    Бельчонок мочил в приготовленной краске кусочек шкурки, намотанной на
    палку. Картинки маленьких художников заинтересовали и взрослых. Некоторые
    охотники сами попробовали нарисовать медведя или мамонта.
    Копчем использовал для своих картин даже форму стены. Минуту
    присматривался к выпуклой растрескавшейся стене, а потом сказал:
    — Вот мамонт!
    Трещины в известняке стали контурами тела. Не обращая внимания на
    ранее нарисованных здесь зверей, мальчик подрисовал мамонту хобот, ноги и
    бивни, и все удивились: до чего же это было похоже на настоящего мамонта!
    В уголке пещеры снова началась драка. Вцепившись во что-то, дети
    вырывали вещь друг у друга.
    — Моя-а-а!
    Оказывается, они откопали хорошо сохранившуюся нижнюю челюсть медведя
    и устроили из-за нее свалку. Ведь по праву она принадлежала тому, кто ее
    нашел первым, и об этом теперь спорили.
    Крепыш спокойно взял кость и оставил ее себе.
    Медвежья челюсть очень полезная вещь. Она еще послужит племени — на
    ней очень удобно дробить кости.
    Женщины, сидя у огня, сшивали волчьи шкуры. Они даже не замечали, что
    снаружи смеркалось. Только старая Верба что-то бормотала, жалуясь на
    больные глаза.
    Зимой день проходил быстро.

    ЛЕВ

    Несколько дней бушевала непогода. Охотники не могли ходить на охоту,
    и племя голодало.
    Наконец снежная метель затихла, появилось мутное зимнее солнце, и
    охотники отправились попытать счастья. Свежий снег должен был облегчить им
    поиски добычи.
    Долго спорили мужчины, куда лучше пойти. В конце концов разделились
    на две группы. Сын Мамонта, Волчий Коготь, Заяц, Космач и Сова пошли на
    каменистое плоскогорье; Задира, Длинная Нога, Укмас, Сокол и Джган
    отправились в долину. Остальные мужчины остались охранять становище.
    И той и другой группе сначала не везло. На снегу были только следы
    воронов. Правда, позже охотники напали на след лисицы. Но мясо у нее
    невкусное, и решено было оставить лису в покое. Потом попались хорошо
    знакомые следы мягких длинных лап — здесь пробежал длинноухий.
    Космач и Сова, придя к выводу, что заяц не такая уж плохая добыча,
    если нет ничего покрупнее, пошли по его следам. Трое охотников во главе с
    Сыном Мамонта пересекли долину и на плоскогорье обнаружили следы
    нескольких оленей. Вот это уже была добыча! Если бы им удалось поймать
    хоть одного! Следы совсем свежие, даже не тронутые ветром; значит, стадо
    надо искать где-то поблизости. Охотники прикоснулись к волшебным амулетам,
    висевшим у них на шее, и двинулись по следу, проваливаясь по колено в снег
    и с трудом продвигаясь по равнине. Они не обращали внимания на усталость и
    старались идти как можно быстрей. Желание овладеть добычей гнало их
    вперед.
    Следы вели вдоль оврага, огибавшего лес, а потом через каменистый
    пригорок. Там вдали охотники и заметили небольшое стадо оленей.
    Изголодавшиеся животные разрывали копытами снег, пытаясь достать из-под
    него лишайник.
    Отправляясь на охоту, Волчий Коготь прихватил с собой не только
    копья, но и лук и несколько стрел, считая, что это самое подходящее оружие
    на зайца. Теперь лук ему очень пригодился. Проверив направление ветра,
    охотник пополз в сторону стада. Сын Мамонта и Заяц укрылись в кустах,
    чтобы напасть на оленей, если те вдруг, заметив Волчьего Когтя, попытаются
    бежать.
    Сквозь низкий кустарник, занесенный снегом, охотники наблюдали за
    животными. Внезапно те пустились бежать по равнине. Очевидно, их спугнул
    Волчий Коготь. Животные бежали прямо на спрятавшихся в засаде охотников. У
    одного из оленей в боку торчала стрела.

    Когда олени почти поравнялись с кустами, они вдруг обнаружили
    присутствие человека и тотчас бросились в другую сторону. В тот же миг оба
    охотника выскочили им навстречу и метнули копья. Копье Сына Мамонта
    вонзилось в шею ближайшего оленя. Второй удар оказался неудачным. Копье
    Зайца запуталось в ветвистых рогах и упало, не причинив вреда животному.
    Смущенный Заяц некоторое время стоял в недоумении, а потом,
    огорченный, пошел за своим копьем. Сын Мамонта его утешал:
    — Это был хороший удар — прямо в голову, но олень слишком внезапно
    остановился!
    Волчий Коготь спешил к ним, что-то крича на ходу. По его крику можно
    было понять, что он считает охоту удачной.
    — Стрела попала, — похвалил Сын Мамонта задохнувшегося от быстрого
    бега охотника.
    Заяц уже нашел кровавые следы обоих оленей, и охотники, не мешкая,
    пошли по следу. Они поднялись на пригорок. Вон у скалы две темные точки
    резко выделяются на белом снегу.
    — Это они!
    Вскоре стало заметно, что один из раненых оленей все больше отстает.
    Сбежав по скалистому спуску, мужчины окружили раненое животное. Олень,
    опустив голову с копьем в шее, шел, спотыкаясь и обливаясь кровью.
    Охотники бросились на раненое животное и добили его, а потом припали
    к огромной ране, с жадностью глотая горячую кровь.
    После короткого отдыха Сын Мамонта предложил:
    — Оленя оставим здесь, пойдем за другим!
    Волчий Коготь и Заяц кивнули в знак согласия и тотчас поднялись.
    Два оленя — прекрасная добыча! Вот будет радость в племени.
    Вторая группа, во главе с Задирой, обходила плоскогорье с другой
    стороны. Охота их была безуспешной. Наконец неудачливые охотники
    обнаружили следы росомахи. Она ползла по снегу — наверняка впереди была
    добыча!
    Отправившись по следу росомахи, они действительно вскоре заметили
    следы небольшого стада оленей. Среди них два раненых — об этом говорили
    пятна крови на снегу. Добыча была совсем близко!
    Но что это! Рядом — следы людей…
    Три охотника преследовали оленей. Это могли быть следы их сородичей.
    Но ведь их было больше.
    Задира вслух перечислил всех, кто пошел с Сыном Мамонта: Волчий
    Коготь, Заяц, Космач, Сова — их было больше, чем следов! Однако Задира не
    был убежден, что не ошибается. Ведь он не умел еще считать до пяти.
    Поэтому, став рядом со следами, он копьем стал делать заметки на снегу:
    это Сын Мамонта, это Волчий Коготь, это Заяц, а для Космача и Совы следов
    не оставалось.
    — Это не наши! — решили охотники и пошли по следам чужаков, которые
    забрели сюда и теперь уводили у них из-под носа добычу.
    Группа Задиры прошла по скалистому ущелью и, поднявшись наверх,
    увидела невдалеке лежащего на снегу убитого оленя.
    Мужчины уже хотели было с радостными криками ринуться на добычу,
    когда Джган, шедший впереди, внезапно упал в снег. Охотники поняли: что-то
    случилось — и последовали его примеру. Когда они подползли к Джгану, он,
    указывая глазами в сторону, с ужасом прошептал:
    — Медведь или зубр — что-то огромное!
    Охотники недоверчиво оглядели снежную равнину и действительно
    недалеко от оленя заметили огромное животное. Это был не камень, как им
    показалось издали. Голова косматая, как у медведя, рогов нет — что же это
    такое?
    Длинная Нога беззаботно заявил:
    — Что медведь, что зубр — он убит, я иду! — и охотник попытался
    вылезти из укрытия.
    Но Джган схватил его за руку, шепча:
    — Он не убитый, живой. Будь осторожен!
    Остальные охотники согласились с Джганом.
    — У тебя есть лук. Ну-ка, выстрели! — предложил Задира Укмасу. —
    Действительно ли мертво это огромное животное?
    Укмас минуту колебался — ему было страшновато, — но потом, решившись,
    начал переползать от камня к камню. Остальные ждали в укрытии.
    Укмас приготовился. Потом решил подползти поближе и, добравшись до
    маленького кустика, залег. Стрела вылетела со свистом, рассекая воздух.
    Огромный зверь взвился вверх со своего снежного ложа.
    — Лев, — выдохнули охваченные ужасом охотники, чувствуя, как кровь
    леденеет у них в жилах.
    Страшный хищник, против которого бессильны все, стоял, напрягшись,
    разметая хвостом снег.
    Потревоженный лев заревел, и его рев разнесся над заснеженной
    равниной.
    Куда он теперь бросится? Вконец испуганные охотники тряслись от
    страха. Если лев заметит их, все будет кончено. Никому не удастся уйти
    живым.
    Но что это там, вдали?
    Какие-то три охотника по холму спешат сюда. Они тащат за собой оленя.
    Но вот они услышали рев льва, бросили добычу и бегут, объятые смертельным
    страхом.
    — Так это же чужие охотники! — Задира и его друзья не отрывают глаз
    от хищника.
    Лев озирается по сторонам, он ищет того, кто дерзнул нарушить его
    покой. Внезапно заметив трех охотников, хищник заревел, присел, готовясь к
    прыжку, и огромными скачками пустился вслед за убегающими мужчинами.
    — подумали лежащие в укрытии охотники, отважившись наконец
    высунуть головы из-за кустов. Лев не заметил их. Но расплатятся за них те
    трое неудачливых чужаков. Горе им! Лев растерзает несчастных…
    Незнакомцы исчезли среди скал. Ах, как отчаянно они убегали! Падали в
    снег и, поднявшись, снова бежали, не надеясь на спасение. Им не уйти от
    хищника. Лев вот-вот настигнет их. Наконец и хищник скрылся среди скал,
    исчезнув из поля зрения объятых ужасом наблюдателей.
    Охотники вздохнули с облегчением. На этот раз они счастливо
    отделались. Теперь можно и поговорить, обсудив все происшедшее.
    Нажравшийся лев, очевидно, уснул около оленя. Как хорошо, что они не пошли
    прямо к нему! Охотники поглаживали свои амулеты.
    Тишина, никакого движения на снежной равнине. Мужчины с опаской
    вылезли из укрытия и отважились подойти даже к мертвому оленю. Хищник
    здорово поработал над ним.
    Но и после пиршества льва им все же кое-что осталось, Джган схватил
    оленя за задние ноги и поволок его к становищу.
    Охотники еще раз огляделись. А что, если лев откуда-нибудь ринется на

    Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31

  • ПРИКЛЮЧЕНИЯ

    Охотники на мамонтов

    LIB.com.ua [электронная библиотека]: Шторх Эдуард: Охотники на мамонтов

    затрепетав.
    — Горит! Горит! — вопили охотники, сотрясая пещеру криками и еще
    более сумасшедшим танцем.
    Люди потеряли голову от радости. У них снова был огонь!
    Копчем и Космач осторожно подкладывали в огонь сухие листья,
    занесенные ветром в пещеру. Заяц и Сова выбежали наружу набрать немного
    сухой травы и хвороста.
    Все племя с восторгом наблюдало за происходящим. А когда над костром
    поднялся столб дыма и вырвались первые языки пламени, ликованию не было
    конца.
    Женщины с воплями бегали вокруг пещеры. Дети прыгали около огня.
    У племени снова огонь! Огонь!
    Дым щипал глаза, в пещере стало трудно дышать. Сначала на это не
    обратили внимания, но когда веток подложили побольше, стало невыносимо
    дымно. Щекотало в носу, слезы градом катились по щекам, люди задыхались в
    кашле.
    Тогда Крепыш предложил перенести костер поближе к выходу. Так было
    удобнее. Теперь дым уходил наружу, и воздух в пещере быстро очистился.
    Сухих веток в пещере не оказалось, а принесенные были мокрые и
    страшно чадили, но и это не слишком огорчало обитателей пещеры. Когда
    дрова подсохнут, огонь будет гореть нормально, а сегодня собрали кости,
    кожу — ими будут поддерживать огонь всю ночь.
    Женщины и дети старались протиснуться поближе к огню, подкладывали
    хворост, грелись. А какое удовольствие играть у костра! Просто не верится,
    что они так долго жили без огня.
    Мужчины принесли хворосту и сложили его в углу пещеры.
    Теперь огонь не угаснет никогда, они будут хорошо его кормить!
    Копчем молчаливо был признан хранителем очага. Ведь это благодаря ему
    племя снова обрело огонь. Маленькие дети плакали, им очень хотелось
    поближе пробраться к огню. Но когда малыши подходили слишком близко и
    случайно наступали на горячие угли, они с криком отбегали и прятались за
    спины матерей, испуганно смотря на такое заманчивое и такое коварное
    пламя.
    Сегодня в пещере будет тепло.
    Замерзшие и продрогшие в лесу охотники с удовольствием возвратились в
    теплую пещеру, а женщины положили перед ними только что поджаренное
    благоухающее мясо.
    Теперь им нечего опасаться медведя. Ни один зверь не рискнет
    забраться к ним в пещеру.
    Копчем сидит у потрескивающего огня. В руке у него ветка, ею он
    подравнивает горящие головешки. Глядит на огонь и не слышит, что вокруг
    него щебечут дети. Он весь погружен в себя.
    Сегодня такой счастливый день!

    ЗИМА

    После короткой осени наступила суровая зима.
    Костер горел днем и ночью, и людям в пещере было уютно и тепло.
    Теперь все племя охраняло огонь. О нем заботились все, и никто не
    возвращался в пещеру, не захватив с собой хоть немного хвороста. Каждый
    день у костра кто-нибудь дежурил. Копчем только слегка помогал: он должен
    следить, чтобы стража не оставила свой пост, чтобы вовремя были подложены
    сучья, чтобы огонь был не слишком большой и не слишком маленький и чтобы
    не очень чадил. Теперь его место было у огня — ведь он его постоянный
    хранитель, и Бельчонок редко может заполучить друга, чтобы сходить с ним
    на охоту.
    Маленькие дети перестали резвиться в долине, на склонах холмов и в
    лесу. Только изредка, воспользовавшись хорошей погодой, они выбегали
    поиграть на воздухе. Остальное время сидели в теплой пещере.
    Волки стали часто наведываться в пещеру. Изголодавшись, они
    становились все более дерзкими. Теперь их уже нельзя было отогнать просто
    камнем или криком, как летом. Маленького Жучка, любимца всего племени,
    страшно испугал волк. Однажды, когда мальчик, сидя в нескольких шагах от
    пещеры, выбивал мозг из кости, хищник вырвал кость из рук ребенка и
    ободрал ему пальцы. Жучок так завопил, что переполошил всех обитателей
    пещеры. Охотники погнались за волком, но того и след простыл.
    Потом произошло еще более печальное событие. За детьми,
    возвращавшимися из леса с хворостом, увязалась целая стая волков. Стоило
    кому-нибудь из детей отстать, хищники тотчас на него набрасывались. Это
    возвращение домой сделалось дорогой страха и отчаяния. Дети плакали и
    бежали за Жабкой, а она в одной руке держала охапку хвороста, а в другой —
    палку и отбивалась ею от волков.
    По бокам маленькой группы шли Копчем, Бельчонок, Онаш и Стебелек,
    отгоняя наиболее дерзких хищников.
    Девчонки вопили так, словно волки рвали их на части. Наконец
    уставшие, измученные дети, боясь идти дальше, остановились. Самые
    маленькие испуганно жались к земле, как перепелки, закрыли головы руками и
    тряслись от страха. Копчем принялся их бранить и уговаривать, но они были
    так напуганы, что не могли сдвинуться с места.
    Остановились и волки, будто чего-то выжидая. Из открытых пастей
    свисали красные языки. Глаза горели голодным блеском, тощие бока
    вздымались. Волки не нападали, и это несколько ободрило детей, они снова
    двинулись вперед, вслед за Жабкой.
    Но далеко уйти детям не удалось. Волки снова преследовали их. На этот
    раз они обступили детей плотным кольцом. Сели на задние лапы и, не
    двигаясь, уставились на свою добычу.
    Копчем понимал, что им не добежать до пещеры, хотя она была уже
    совсем недалеко — нужно было только обойти скалу и немного подняться вверх
    по склону.
    Самый крупный волк — очевидно, вожак стаи — зевнул, широко раскрыв
    пасть. Дети зажмурили глаза. Волк между тем поднялся и, подойдя почти
    вплотную к детям, схватил одну девочку за руку. На девочке были меховые
    рукавички из оленьей шкуры. Пытаясь укусить ребенка, волк сдернул
    рукавицу, и девочка от неожиданности упала. Но в тот же миг Стебелек так
    ударил волка палкой по голове, что тот заскулил и вцепился зубами в палку.
    Он тут же получил второй удар. Это уже Бельчонок изо всех сил огрел

    осмелевшего хищника. Волк отскочил за куст.
    Бельчонок ударил палкой по кусту, чтобы спугнуть волка, но тот не
    удрал, а, схватив палку зубами, вырвал ее из рук мальчика. Палка упала на
    землю, и волк, как хозяин, положил на нее передние лапы. Мальчик
    наклонился за палкой, но хищник грозно зарычал и оскалил зубы. Бельчонок
    выпрямился и застыл на месте. Волк тоже стоял не двигаясь напротив него.
    Однако Бельчонка не так-то просто было провести. Он осторожно
    пододвинул ногой палку и, прежде чем волк напал снова, зажал в руке свое
    единственное оружие и так огрел им волка по хребту, что хищник обратился в
    бегство.
    Нападение волка и плач девочки вызвали смятение. В испуге дети хотели
    разбежаться, но, как только кто-нибудь из них трогался с места, хищники
    поднимались и бежали следом, и напуганный ребенок тотчас отступал, а волки
    снова садились на задние лапы.
    Медленно смыкалось кольцо вокруг детей. Только палки в руках готовых
    к отпору подростков останавливали хищников. Копчем стянул с головы меховую
    шапку и швырнул ее волкам. Те тотчас же вцепились в добычу.
    — Бельчонок, шапку! — крикнул Копчем.
    И Бельчонок, не размышляя, последовал его примеру.
    — А теперь бежим! — крикнул Копчем приятелю. — В пещеру — за помощью!
    Оба мальчика, как стрела, сорвались с места. Волки припустились
    следом.
    Среди детей поднялся страшный крик и плач. Они решили, что приятели
    бросили их в беде, и принялись вопить во все горло, нарушая тишину зимнего
    леса.
    Мальчишки бежали со скоростью ветра, но серые хищники лязгали зубами
    совсем за спиной. Теперь никакие палки не могли помочь. Плохо придется,
    если волк схватит за ногу! Один осмелевший хищник уже вцепился зубами в
    шкуру на спине Бельчонка и не отпускал до тех пор, пока мальчишка не
    сбросил ее. Теперь он оказался совсем голым. Только на ногах его болтались
    обмотки из заячьих шкурок.
    Волки набросились на шкуру и принялись ее терзать, и это дало
    возможность мальчишкам выиграть время. Однако двое хищников опять настигли
    беглецов. Задыхающиеся, выбившиеся из сил мальчики стали спиной к скале и
    приготовились к обороне. Они были почти у самой пещеры и принялись громко
    кричать, призывая на помощь.
    У пещеры на страже стоял Заяц. Уже давно ветер доносил до него
    какие-то крики из леса, но охотник думал, что это дети, возвращаясь,
    веселятся по дороге. Он позвал охотников, отдыхавших в пещере.
    — Что-то случилось! Они зовут на помощь! — закричали мужчины и словно
    лавина бросились вниз по склону.
    Мгновение — и охотники уже были рядом с мальчишками, воздух рассекли
    тяжелые дубины. Один волк был убит, второй, не дожидаясь такой же участи,
    дал тягу.
    — Скорее в лес! — только и успел крикнуть Копчем и устало опустился в
    снег рядом с Бельчонком.
    Охотники поняли, что остальные дети тоже где-то недалеко, и побежали
    по следам.
    Они подоспели вовремя. Дети уже не в силах были бороться, а хищники
    только этого и ожидали. Охотники топорами уложили несколько волков, а
    остальные разбежались.
    Все-таки две девочки были искусаны. Охотники взяли их на руки и
    вернулись в становище. Убитых волков они прихватили с собой. Заплаканные
    дети, позабыв о недавно пережитом страхе, весело смеясь, бежали вверх к
    дому по протоптанной дорожке.
    В пещере Крепыш заявил, что отныне дети никуда не будут ходить одни.
    Ласка и Волчица подложили в костер кости. Жирные кости хорошо горят.
    Пусть дети как следует обогреются.
    С этого дня дети постоянно оставались в пещере, придумывая для себя
    разные игры.
    Девочки играли в куклы-чурбачки из дерева, коры или из кожи, а
    мальчишки лепили из глины различных зверей.
    В теплой пещере все чувствовали себя легко и привольно, резвясь целый
    день нагишом. И только когда охотники выводили их на свежий воздух
    побегать, они надевали шапки, ноги обматывали заячьими шкурками, а на
    плечи накидывали теплые шкуры.
    — Дай мне волка, — выпрашивала Жабка у Копчема глиняную фигурку.
    Молодой охотник гордо осмотрел свои творения, лежащие на плоском
    камне, немного подумал, потом взял фигурку сидящего волка и положил ее
    отдельно, но отдать игрушку сразу не рискнул — это наверняка бы его
    унизило. Жабка тотчас схватила волка и в спешке отломала ему голову;
    правда, потом она сама ее исправила и поставила фигурку в маленькое
    углубление в стене пещеры.
    — Еще волка! — продолжала клянчить девочка.
    Копчем подал ей второго волка. Жабка и его поставила в щель в стене.
    — Еще волка! — снова обратилась она к Копчему.
    На этот раз Копчем отказался:
    — У тебя и так два!
    — Нет, — заявила Жабка.
    — Что ты выдумываешь, здесь один, здесь другой — два волка.
    — Это ты болтаешь чепуху. Где же два волка? — защищалась девчонка,
    которой никогда не приходилось считать. — Здесь один волк, а здесь тоже
    один волк! Один и один!
    Копчем наклонился и стал объяснять непонятливой подруге, что один
    волк и еще один волк — это два волка!
    — Хи-хи-хи, Копчем, зря думаешь, что Жабка так глупа! Жабка видит
    одного волка и здесь тоже одного волка…
    — Но, Жабка, ведь это же два волка! — Копчем явно чувствовал свое
    превосходство.
    — Э, нет, ты просто плохо видишь, — настаивала на своем девочка. —
    Это не два волка — пусть меня сожрет медведь!
    — Это два волка, — не сдавался Копчем.
    Он был умный парень и умел считать до трех. Складывал и вычитал до
    трех без единой ошибки, а в эти зимние вечера он начал учиться считать до
    пяти.
    В племени умели считать только вождь Крепыш да Сын Мамонта, даже
    старому Космачу не всегда это удавалось, и он должен был пересчитывать
    одно и то же по нескольку раз. Все, что было больше пяти, было .
    Остальные охотники, которые умели считать до трех, говорили обо
    всем, что было больше трех.
    Часто Копчем удивлял своей ученостью даже взрослых охотников, помогая
    им пересчитывать пальцы на руках или копья, которые они перед ним
    раскладывали. Поэтому он совсем не хотел уступать девчонке и настаивал на

    Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31

  • ПРИКЛЮЧЕНИЯ

    Охотники на мамонтов

    LIB.com.ua [электронная библиотека]: Шторх Эдуард: Охотники на мамонтов

    разжечь огонь.

    Часто, взобравшись на высокий холм, они осматривали окрестности, не
    заметят ли где-нибудь дым костра кочующего племени, у которого можно было
    бы получить головню или кремневые осколки. Однако напрасно искали они
    следы человека.
    Да и что могли они отдать за драгоценный кремень? Шкуры, которые у
    них есть, — все летние, они непрочные, и вряд ли кто возьмет их в обмен.
    Красивые густые и мягкие зимние шкуры, которые некогда были основным
    богатством племени, все остались в Вестоницком становище… Теперь люди
    вынуждены были обходиться без огня и без привычного оружия.
    Хорошо еще, что среди них есть хорошие охотники, следопыты и бегуны.
    Они могут идти по следу оленя целый день, не потеряют его и не оставят
    преследования, пока обессиленное животное бездыханным не свалится на
    землю.
    Начало зимы принесло неожиданную удачу племени: люди добыли огонь!
    И получили они его совсем просто.
    Однажды дети играли в пещере. Им не хотелось выходить наружу: было
    холодно, шел мокрый снег с дождем.
    Они накопали немного глины и принялись лепить из нее медведя.
    Воткнули в глиняное туловище кусочек стебля подорожника — хвост, из шишек
    сделали уши, а из ягод можжевельника — глаза. Зубами стали мелкие кости, а
    языком — красный осенний лист… И сражались они с медведем совсем
    по-настоящему. Крики и смех оглашали своды пещеры.
    Копчем и Бельчонок оставили играющих. Они считали себя слишком
    взрослыми, чтобы принимать участие в таком баловстве. Но глину копать им
    нравилось. Куском дерева или кости они рыли канавы, норы, пещеры. Вскоре к
    ним присоединились две девочки, Жабка и Кукушка. Подкладывая в
    камни, шишки и желуди, они весело приговаривали:
    — Это волк, это лиса, а это выдра!
    — Еще нору для ежа, — предложила Жабка.
    И Копчем принялся копать землю.
    Внезапно его рука наткнулась на какой-то предмет. Он вытащил его и
    продолжал копать дальше. Жабка и Кукушка отбрасывали выкопанную глину в
    сторону.
    Мальчик добрался уже до самой стены и несколько раз больно ударился
    головой о низкий свод пещеры, но не переставал копать и наконец вырыл яму
    глубиной почти по колено. Он мог уже сесть на ее край и даже свесить ноги.
    — Эй, — окликнул его Бельчонок, показывая найденные в глине угольки.
    Это был уголь, древесный уголь!..
    Значит, когда-то в этой пещере был огонь! Кто сидел у него? Наверное,
    это тоже были охотники. Они нашли здесь прибежище и, вернувшись с охоты,
    жарили на костре мясо.
    Прошло время, очаг занесло глиной, и вот спустя много лет здесь снова
    поселились люди.
    Копчем с интересом разглядывал угли и нашел среди них обгорелую
    кость.
    — Надо поискать — здесь наверняка найдется еще что-нибудь интересное,
    — решили мальчишки и с азартом принялись копать дальше.
    Вскоре они отрыли еще целую горсть углей и куски раздробленных
    костей. Попался им и кусочек оленьего рога. Это была уже ценная находка.
    Такая вещь всегда может пригодиться в хозяйстве.
    — Посмотри, камень!
    Копчем костью начал его выкапывать. Жабка ему помогала, и через
    минуту из пещеры вылетел камень величиной в два мужских кулака.
    В это время к пещере приближался Космач, неся на плече убитую рысь, и
    камень угодил ему в ногу. Охотник отбросил рысь в сторону и поднял
    брошенный из пещеры камень.
    — Копчем, прячься! — посоветовал Бельчонок. Он опасался, что
    разгневанный Космач может наказать их.
    Но что это старый Космач делает?
    Охотник, перепрыгивая с одной ноги на другую, исполняет какой-то
    удивительный танец, подбрасывает в воздух камень и весело кричит. Он
    совсем не рассержен, а, скорее, наоборот — чем-то страшно обрадован.
    Дети не удержались и выбежали из пещеры посмотреть на танцующего
    охотника.
    — Кремень, кремень! — ликовал Космач, продолжая подбрасывать камень в
    воздух.
    Пришедшие из леса охотники сначала тоже не могли понять, что
    происходит с их товарищем, но, когда тот показал им прекрасный большой
    кремень, все обрадовались не меньше его. Теперь у них снова будут острые
    кремневые ножи, острые наконечники, скребки и шила!
    Космач схватил Копчема сильными руками. Мальчик думал, что пришел час
    расплаты, и весь сжался от страха, но старый охотник вдруг притянул его к
    себе и нежно погладил по щеке. Потом он так же погладил Бельчонка и Жабку.
    Ведь это им посчастливилось отыскать кремень, удивительный камень.
    Право разбить драгоценный кремень принадлежало вождю. Крепыш
    внимательно осмотрел находку и показал самым опытным охотникам. На камне
    было несколько тонких трещин, и Сын Мамонта объяснил:
    — Кремень в огне, потом в воде!
    Это означало, что когда-то кремень был сначала раскален в огне, а
    потом горячим был брошен в холодную воду. Это повторялось несколько раз,
    пока прочный камень не растрескался.
    Теперь его будет легко разбить. Крепыш взял камень в руки и
    направился к ближайшему выступу скалы. Охотники двинулись следом и
    обступили его. Вождь поднял камень обеими руками высоко над головой и изо
    всех сил бросил его на скалистый выступ. Кремень отскочил. Теперь его взял
    Волчий Коготь, стал на место Крепыша и также ударил камнем о скалу.
    Кремень по очереди переходил из рук в руки, пока наконец не разлетелся на
    три куска. Взяв каждый по куску, вождь, Космач и Сын Мамонта уселись на
    выступ скалы и стали камнями отбивать тонкие острые пластинки.
    Все внимательно следили за священнодействием. Для этого были нужны
    огромный опыт и осторожность. От ядра откалывали тонкие пластины — ножи
    или неправильной формы слои, прозрачные по краям; такие идут на скребки
    для шкур и костей.
    Племя получит новые орудия — этому радовались охотники. Все ждали,
    когда вождь приступит к дележу.

    А в это время Копчем, Жабка, Бельчонок и Кукушка продолжали трудиться
    в пещере. Теперь они не были так неосмотрительны и внимательно
    разглядывали каждую находку. Внезапно Жабка вскрикнула от боли — из пальца
    у нее потекла кровь. Девочка порезалась обо что-то острое.
    Копчем с Бельчонком обкопали глину вокруг острия и вытащили странный
    кремневый предмет, заостренный с обоих концов. Они одновременно схватились
    за него и вместе понесли находку к охотникам, расположившимся перед входом
    в пещеру.
    — Ну, что вы там еще откопали? — спросил, улыбаясь, Крепыш.
    Ребята разжали руки и показали вождю овальной формы прекрасный
    кремень*.
    _______________
    * Среди археологов эта форма известна под названием .

    — О-о! — удивленно выдохнули охотники, рассматривая драгоценное
    оружие.
    Как прекрасно он отделан! Как тонко отбит и отшлифован, совсем как
    лист лавра!
    переходил из рук в руки, вызывая всеобщее восхищение. В
    племени были искусные камнетесы, но с такой отделкой вряд ли кто-нибудь из
    них справился бы. получит вождь. Он наденет его на копье и будет
    иметь великолепное оружие.
    Теперь счастливым первооткрывателям пришлось обороняться от
    добровольных помощников. Все дети хотели искать в пещере кремневые листья
    и страшно мешали, заслоняя свет. Поэтому Копчем быстро разогнал их, и они,
    разобидевшись, начали копать каждый самостоятельно.
    Женщины возвращались из леса с корзинами, полными грибов, желудей,
    шиповника и рябины. Войдя в темную пещеру, те, кто сначала не заметил
    вырытых ям, едва не переломали себе ноги.
    Но азарт, охвативший детей, быстро прошел. Они устали, а ничего не
    найдя, бросили бесполезную работу. Только Копчем с Жабкой и Бельчонок
    продолжали поиски. Они обнаружили еще несколько кремневых обломков и
    нижнюю челюсть оленя. Они изрыли чуть ли не половину пещеры, но больше
    ничего интересного не нашли.
    Начавшийся дождь загнал всех в пещеру. Проголодавшиеся мужчины с
    жадностью набросились на еду. Женщины и дети, как всегда, ждали своей
    очереди.
    В углу пещеры шептались ребята. Теперь они хотели найти горящие угли,
    а из них раздуть огонь.
    — Найти бы огонь! Вот было бы здорово! — мечтали они.
    Кто-то из охотников во время еды рассказал, что видел на скалистой
    вершине козерога:
    — Вот с такими рогами!
    — Да, этот умеет прыгать!
    — Никто не поймает козерога!
    — Хорошая стрела догонит его!
    — Хорошая стрела, хороший бегун, хороший ветер!
    Каждый рассказчик должен был садиться у входа, там где было светлее.
    Нужно было видеть говорящего, иначе его нельзя было понять. Жесты
    сопровождали речь, помогали понять смысл. Хороший рассказчик должен был
    быть и хорошим актером. Поэтому люди не любили беседовать в темноте.
    Если какому-нибудь рассказчику не хватало слов и жестов, чтобы
    избежать насмешек товарищей, он, как правило, разводил руками, как бы
    говоря: все вы глупы и ничего не понимаете, и, сплюнув, возвращался на
    свое место. Временами раздавались взрывы хохота — это мужчины потешались
    над неумелым оратором.
    — Что это у тебя? — спросил Копчем сидящую рядом Жабку.
    Девочка все время с чем-то играла, и теперь, когда охотники вышли из
    пещеры, свет нечаянно упал на блестящий предмет, зажатый в ее руке.
    — Это я нашла в глине! — Жабка спрятала руки за спину.
    Копчем повалил девчонку, стал коленом ей на живот.
    — Сейчас же покажи! — Это уже приказывал господин.
    В ответ Жабка показала ему язык, но, к сожалению, в темноте он этого
    не заметил, и, отказавшись от сопротивления, Жабка позволила разжать себе
    руку.
    Копчем увидел у нее на ладони желтый блестящий камушек. Он уже хотел
    было ударить ее по руке, чтобы выбить его, как вдруг несколько лучей снова
    упали на камень, и он весь заискрился. Это понравилось Копчему, и он
    забрал игрушку у девочки. Теперь он сам будет играть с желтым блестящим
    камнем. Повесит его на ремешок и будет носить на шее.
    — Ты нашла это в моей глине, — попытался объяснить Копчем свой
    поступок, а когда Жабка ехидно усмехнулась, ударил ее. — Копчему кусок —
    Жабке кусок! — добавил он, ища примирения и давая понять, что разделит
    находку пополам.
    Потом пощекотал Жабку под мышкой, и мир был восстановлен.
    Копчем вытащил из щели в стене спрятанный там кусок кремня. Он хотел
    на нем поучиться откалывать ножи, а теперь решил им разбить желтый камень.
    Так ли тверд этот блестящий камень? Кремень скользнул по камню. Ой!
    Светящиеся искры разлетелись в стороны и исчезли в темноте. Мальчик ударил
    еще раз, и снова рассыпались искры. Копчем начал бить по камню,
    околдованный брызгами искр.
    Появление светящихся искр в темной пещере тотчас заинтересовало
    охотников. Они повскакали со своих мест, в восторге глядя на руки Копчема,
    которые так и мелькали, выбивая из огненного камня разлетающиеся искры.
    — Огненный камень! У нас есть огненный камень! У нас будет огонь!
    Будет все!
    Охотники кричали, прыгали, танцевали, головами ударяясь о своды
    пещеры, и хлопали себя руками по бедрам.
    — Копчем, сюда! — позвал Космач мальчика к выходу и положил на землю
    кусок сухого мха.
    Копчем высекал искры. Руки у него тряслись. Тогда Космач взял из рук
    мальчика огненный камень* и кремень и начал ударять их с такой силой, что
    искры трещали, разлетаясь во все стороны. Через минуту над мхом
    закружилось облачко дыма.
    _______________
    * О г н е н н ы й к а м е н ь — железный колчедан. Встречается
    главным образом в местах залегания каменного угля (Кладно), при
    ударах дает искры.

    Космач отложил камень и, наклонив голову почти до земли, слегка подул
    на мох. Облачко дыма как будто сдуло ветром. Космач подул еще раз. Во мху
    показался красный язычок. Охотник еще раз дунул. Пламя подскочило, весело

    Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31

  • ПРИКЛЮЧЕНИЯ

    Охотники на мамонтов

    LIB.com.ua [электронная библиотека]: Шторх Эдуард: Охотники на мамонтов

    настороже.
    Задира влез в пещеру и задержался у входа, размышляя, куда он положил
    свою каменную дубину, которая вполне могла бы ему пригодиться в схватке с
    ночным гостем. Однако дубины нигде не было. Очевидно, кто-то из охотников
    спал на ней. Разбудить? Но кто знает, как поведет себя разбуженный. Задира
    плюнул и вышел из пещеры. В случае опасности есть копье!
    Спокойный храп спящих наполнял пещеру и терялся где-то в неизведанных
    просторах сталактитового коридора. Только изредка чей-нибудь беспокойный
    крик нарушал тишину.
    , — подумал,
    уходя, Задира. Как и все люди, жившие в те времена, он верил, что во сне
    все происходит на самом деле. .
    Задира посмотрел на луну, она все ниже опускалась на небосклоне.
    , — решил он и уселся поудобнее.
    Его начал одолевать сон.
    Но тут из пещеры вышли двое ребят. Замешкались у входа. Задира
    почувствовал их присутствие и проснулся.
    — Заверните-ка за скалу! — накинулся он на полусонных мальчишек,
    которые хотели присесть прямо у входа.
    Те послушно отошли в сторону. Один из них споткнулся и ухватился за
    большой куст можжевельника. Тут же раздался его испуганный крик. Из-за
    куста, фыркая и кряхтя, поднялось огромное, страшное чудовище.
    Мальчишка отпрянул и с воплем скатился с обрыва прямо в колючий
    кустарник.
    Второй от страха втиснулся в расщелину скалы. Это было лучшее, что он
    мог придумать. Чтобы надежнее спрятаться от огромного зверя, он закрыл
    глаза руками. Теперь он не видел страшилища. Он наивно полагал, что и сам
    невидим.
    Задира подбежал посмотреть, что произошло. Копье выскользнуло у него
    из рук. И он не мог его найти в темноте, да и времени на поиски уже не
    было. Задира только поднял руки, как бы пытаясь остановить надвигающуюся
    опасность.
    В трех шагах от охотника ожил огромный камень, которого раньше там не
    было. Глыба заколыхалась, завертелась и поднялась.
    — Медведь! — вскрикнул Задира и кинулся к пещере.
    У входа он столкнулся с двумя охотниками, которые встали, разбуженные
    криком испуганного мальчишки.
    Огромный пещерный медведь обнюхивал следы, ведущие к пещере.
    Дразнящий запах крови так ошеломил его, что он не сразу напал на человека,
    находящегося рядом с ним.
    Задира влетел в пещеру и принялся всех будить, бессвязно выкрикивая
    что-то о страшном медведе, который рвется внутрь. Проснувшиеся люди не
    могли понять, что происходит, и в страшной суматохе, мешая друг другу,
    искали разбросанное по пещере оружие.
    Какое несчастье, что у них нет огня! Если чудовище заберется в
    пещеру, плохо придется ее обитателям — не так-то легко будет справиться с
    медведем в темноте и тесноте.
    Женщины метались по пещере, плакали испуганные дети. Охотники,
    выставив вперед копья и тяжелые дубины, загородили вход.
    Задира рассказал, что двое ребят, Мямля и Жучок, находятся снаружи.
    Люди испуганно ахнули.
    Волчий Коготь и Сын Мамонта вышли из пещеры. Они осторожно озирались
    по сторонам. Стояла тишина. Вдруг снизу, из-под скалы, до них донеслись
    чьи-то всхлипывания.
    Охотники поспешили на помощь ребенку. Внезапно из-за туч выглянула
    луна, и они увидели медведя. Он был совсем рядом.
    Они чуть было не наскочили на него. Зверь обнюхивал землю, слизывая
    кровь.
    Медведь поднял голову и увидел перед собой двух мужчин. Он встал на
    задние лапы и, наклонившись всем туловищем вперед, ринулся на охотников.
    Сын Мамонта замахнулся топором, увидев, что чудовище протянуло лапу, и
    отскочил в темноту, налетев при этом на спрятавшегося Жучка. Схватив
    мальчика за руку. Сын Мамонта потянул ребенка в пещеру. Но медведь
    оказался удивительно проворным; он повернулся и хотел сгрести Жучка своей
    мохнатой лапой со страшными когтями, так что Сын Мамонта едва успел
    прикрыть мальчика своим телом.
    Медвежья лапа выбила из рук охотника топор, в следующее мгновение
    зверь сорвал с его плеч волчью шкуру, и когти скользнули по телу охотника.
    Но тут подоспел Волчий Коготь, который вовремя нанес медведю сильный удар
    дубиной. Сын Мамонта, не теряя времени, схватил Жучка и отнес его в
    пещеру.
    Не обращая внимания на свою рану, он хотел поспешить на помощь
    оставшемуся один на один с чудовищем Волчьему Когтю и тут увидел, что
    Волчий Коготь вбежал в пещеру, преследуемый разъяренным хищником.
    Несколько копий, выставленных ему навстречу, медведь с легкостью
    выбил из рук растерявшихся людей и оказался внутри. От страшных лап не
    было спасения. Несколько человек уже замертво упало на землю. Женщины и
    дети в страхе бежали по коридору, ища спасения в глубине пещеры. Их вопли
    и крики нападающих охотников еще больше разъяряли зверя.
    Сгрудившись на небольшом пространстве в полной темноте, охотники с
    трудом уклонялись от медвежьих ударов.
    Крики раненых приводили сражающихся охотников в отчаяние. Беснующийся
    зверь уничтожал все, что попадалось ему на пути. Казалось, спасения не
    было. Тяжелыми каменными топорами в пещере невозможно было как следует
    размахнуться — они задевали потолок, и удар получался слабый, не
    причинявший никакого вреда медведю.
    Сын Мамонта, споткнувшись о раненого охотника, упал и сломал копье.
    — Копье! Копье! — кричал в отчаянии охотник, но никто не мог
    протянуть ему новое оружие.
    Прижавшись к стене пещеры, стоял испуганный Копчем; затаив дыхание
    наблюдал он за ночным побоищем. Около его ног свалился раненый охотник.
    Копчем наклонился и ощупал его руки. В одной тот держал копье. Мальчик
    попытался взять его, но раненый судорожно сжимал оружие. Копчему все-таки
    удалось разжать сведенные пальцы, и он извлек копье из рук охотника.
    Где Сын Мамонта?
    Медведь сильным ударом свалил на землю еще одного мужчину, и

    безоружный Сын Мамонта в отчаянии бросился сзади на зверя и начал его
    душить. Для огромного хищника нападение охотника — что укус комара, он
    только слегка шевельнулся.
    Сын Мамонта нащупал в темноте камень. Он зажал его в кулаке и
    принялся бить им зверя по черепу. Но разве мог он нанести серьезное увечье
    могучему хищнику?
    — Сын Мамонта, вот копье! — закричал Копчем, протягивая охотнику
    крепкое ясеневое копье, и тут же отскочил едва не сбитый медведем с ног.
    — Спасайтесь! — раздался приказ Крепыша.
    Женщины оттащили Космача вглубь коридора: лапа медведя прошлась по
    его голове, и все лицо теперь было залито кровью.
    Надо было покинуть пещеру. Но как? Медведь, как будто догадываясь,
    что единственное спасение для людей — бегство, заслонил собой выход;
    проскользнуть мимо невозможно. Сталактитовый коридор также не спасет от
    гибели. Медведь в пещере — хозяин. Охотники могут только обороняться,
    сдерживая дикого зверя. Уже все поняли, что одолеть чудовище невозможно.
    Только сознание, что после них жертвами его станут женщины и дети,
    заставляло мужчин сражаться.
    Из многочисленных ран, нанесенных медведю, сочилась кровь, но все они
    были легкими и не причинили зверю серьезного вреда. Не было видно конца
    кровавой схватке. Крепыш, Волчий Коготь и Сын Мамонта оттеснили медведя к
    входу. Остальные охотники по приказу вождя отошли, освобождая пространство
    для решительной схватки.
    В этот момент Волчий Коготь изловчился и всадил копье глубоко в
    медвежье брюхо. Медведь глухо заревел, сотрясая своим ревом своды пещеры,
    и этот дикий рев понесся по сталактитовому коридору, усиленный
    многократным эхом. Охотники в страхе попятились.
    Медведь резко повернулся и оказался перед Сыном Мамонта. Раскрыв
    пасть, хищник поднял передние лапы. Теперь все зависело от ловкости и
    смелости охотника! Сын Мамонта, опершись ногой о стену, зажал копье в
    обеих руках, готовясь отразить нападение. Зверь всей тушой надвигался на
    смельчака. И тогда, собрав все силы, охотник вонзил острое копье в
    открытую пасть хищника, не просто в пасть, а острием в н¬бо… Он едва
    успел увернуться, спасаясь от падающего животного.
    Медведь, рухнув на землю, начал кататься по ней, испуская страшный
    рев. Он попытался лапами вытащить копье и при этом сломал его. Глубоко
    засевший в н¬бе кусок копья торчал поперек пасти, и чем больше медведь
    сжимал челюсти, тем глубже острие вонзалось в него. Обезумевший от боли
    хищник катался по земле и колотил лапами, тщетно пытаясь освободиться от
    засевшего в пасти осколка. Теперь ему уже было не до охотников!
    А те постепенно пришли в себя и сообразили, что удачный удар Сына
    Мамонта решил исход боя. В слабом свете уходившей с небосклона луны они
    увидели, как беспомощно мечется медведь, и вновь обрели силу и уверенность
    в себе. Они дождались, когда ревущий хищник, обессилев, затих, и начали
    добивать его топорами и копьями. Медведь уже не реагировал на эти удары.
    Тогда, воспользовавшись передышкой, охотники оттащили раненых
    товарищей вглубь пещеры, передав их на попечение женщин.
    А схватке не видно конца. Иногда охотникам казалось, что медведь уже
    мертв. Это было в те мгновения, когда он затихал без движения. Однако
    свирепый хищник не хотел расставаться с жизнью, и Крепыш, беззаботно
    ухвативший медведя за шкуру, чуть не поплатился за это головой.
    Наконец жизнь покинула могучее тело. Хищник лежал мертвый, и крики
    ликования огласили пещеру. Женщины и дети вернулись из сталактитового
    коридора. Медведь был побежден! Пещера волновалась и бурлила.
    — Гойя, гейя, гейса!..
    Но Крепыш приказал прекратить веселье и отложить пиршество до утра.
    Люди потихоньку успокаивались. Дети подползли к убитому медведю и
    начали играть с его косматой шкурой, слизывая кровь, сочившуюся из ран.
    После тяжелого сражения все начали укладываться спать. Затихли стоны
    раненых. И тогда снаружи послышались рыдания.
    Сын Мамонта поднялся, вышел из пещеры и пошел на голос. Вскоре он
    вернулся, неся на руках маленького Мямлю, замерзшего и обессилевшего от
    плача.
    Лучи восходящего солнца застали охотничье племя погруженным в крепкий
    сон.

    ОГНЕННЫЙ КАМЕНЬ

    Раненые поправлялись. Даже тяжелые раны, нанесенные медведем,
    заживали удивительно быстро, оставляя после себя только огромные шрамы.
    Выздоровел и Космач. К счастью, глаза у него остались целы, и это охотника
    радовало больше всего. Но лицо его, перечерченное шрамом, теперь постоянно
    улыбалось.
    Огромная медвежья шкура досталась Крепышу, а зубы получил Сын
    Мамонта. Он прибавил их к ожерелью, украшавшему его шею.
    Теперь он будет таким же сильным, как побежденный им медведь.
    Долго вспоминали обитатели пещеры об ужасной ночи. Все горевали, что
    племя осталось без огня. Медведь никогда не осмелился бы приблизиться к
    пещере, если бы перед ее входом полыхал костер.
    — вздыхали люди, с тоской вспоминая о времени,
    когда в их становище ярко пылал костер…
    Сын Мамонта, Сова, Волчий Коготь, Заяц и другие охотники вызвались
    пойти к Дые, к старому становищу, но Крепыш не позволил — нельзя было
    дробить племя. Кто знает, вернутся ли они назад.
    Чужое племя, осевшее на берегах Дыи, сильное и наверняка хорошо
    охраняет свой очаг. Убьют любого, кто отважится взять головешку из их
    костра.
    Дни проходили за днями, приближалась зима. Люди уже привыкли к своей
    пещере. Но до конца ее коридора так никто и не дошел. Самые смелые
    охотники рассказывали, что коридор кончается опасным обрывом и без огня
    там нельзя ступить и шагу. А когда добавляли, что из глубины доносится шум
    воды, все с удивлением смотрели на рассказчиков. Вода — под землей!
    Удивительно!
    Жилось племени в этих краях привольно и сытно. Только иногда на
    день-два люди оставались без мяса. Обычно охотники всегда приносили
    какую-нибудь добычу. Одно было худо — не было кремневых камней. Нечем было
    пополнить разбитое и поломанное оружие. Охотники должны были
    довольствоваться обычным кварцем и другими твердыми камнями. Они мало чего
    стоили по сравнению с кремнем*.
    _______________
    * К р е м е н ь — прозрачный камень, осколки которого остры, как
    стекло. При ударах о железный колчедан дает искры, от которых можно

    Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31

  • ПРИКЛЮЧЕНИЯ

    Охотники на мамонтов

    LIB.com.ua [электронная библиотека]: Шторх Эдуард: Охотники на мамонтов

    охоты нужно избегать криков и многословия. Кто идет на охоту и шумит,
    возвращается домой с пустыми руками. Молчаливый охотник всегда приносит
    добычу, о которой потом много говорят.
    Это правило знали и мальчики, хотя их оружием пока были только камни.
    Поэтому Копчему было достаточно слегка заворчать, чтобы Бельчонок понял, в
    чем дело. Оба взяли в руки камни, не слишком маленькие и не слишком
    плоские, и начали тихо взбираться по склону. Заяц долго ждет, прежде чем
    выскочить из укрытия, но зато потом несется как ветер. Нужно мгновенно,
    без колебаний бросить камень, чтобы он угодил в зайца. Чем ближе они
    подкрадутся, тем вероятнее камень попадет в цель.
    До вершины холма всего несколько десятков шагов, и мальчишки так были
    поглощены охотой, что не обращали никакого внимания на окружавшую их
    красоту. Сейчас их интересовала только добыча, то, что можно будет съесть.
    С камнями, зажатыми в кулаках, легко и бесшумно ступали они, хорошо
    зная правила охоты.
    Вдруг совсем рядом что-то пискнуло.
    Мальчики остановились и напряженно прислушались. Две сороки пролетели
    у них над головой и скрылись в ближайшем лесу. Через минуту снова раздался
    писк. Что это?
    Приятели осторожно взбирались на пригорок между двумя скалами. Теперь
    писк и нервное хрюканье слышны были совсем отчетливо.
    Молодые охотники весело подмигнули друг другу:
    — Это сурки!
    Копчем сделал несколько прыжков. Он заметил двух или трех зверьков
    величиной с хомяка, толстых, совсем круглых. Спугнутые, они тут же
    попрятались в норки.
    Бельчонок очутился рядом, держа в руке прямую ветку. Мальчики
    напряженно ждали, не появятся ли снова маленькие грызуны. Наверняка
    вылезут, чтобы погреться на солнышке.
    Долго не было никакого движения, только слабое попискивание и
    верещание раздавалось из нор.
    Копчем отступил на несколько шагов, и тут прямо у него из-под ног из
    норы выскочил мохнатый сурок. Безбоязненно встал он напротив мальчика с
    явным намерением защитить свое убежище от неприятеля.
    Сурок злобно хрюкал и, задрав голову, поднялся на задние лапки.
    Зверек маленькими круглыми глазками зло смотрел на Копчема. Копчем хотел
    его схватить, но сурок подскочил вверх и запищал. Мальчик отдернул
    протянутую было руку и остановился в растерянности, не зная, что
    предпринять.
    — Дай палку! — крикнул он Бельчонку.
    Бельчонок, наблюдая эту сцену, удивился смелости маленького зверька.
    Однако должны же были мальчишки победить его! И лучше всего, если они
    поймают сурка живым. Вот будет развлечение в пещере! Скорее на помощь
    Копчему.
    Бельчонок хотел прижать сурка к земле, но, как только он приблизил к
    нему палку, сурок тотчас вцепился в нее зубами. Бельчонок потащил его на
    палке по траве. Мальчишек это так развеселило, что они, громко смеясь,
    повалились в траву. При этом Бельчонок отпустил палку, и сурок тотчас
    юркнул в норку. Копчем бросил в него камнем, но было уже поздно, зверек
    исчез в своем надежном укрытии и тут же высунулся снова, как будто дразня
    мальчишек.
    Несколько раз молодые охотники бросали камни, но ни разу им не
    удалось попасть в маленькую подвижную цель. Вскоре у них уже не осталось
    камней. Бельчонок подполз к норе и, как только сурок высунул голову,
    ударил по ней палкой. Но сурок успел спрятаться раньше. Палка сломалась.
    А сурок, как нарочно, снова высунулся из норы!
    Бельчонок со злостью швырнул в него обломок палки, но тот снова успел
    скрыться. Копчем даже крикнул от огорчения и гнева.
    Не помня себя от злости, Бельчонок бил палкой по отверстию норы до
    тех пор, пока не устал. Однако старался он напрасно. Сурок каждый раз
    успевал высунуть голову и снова спрятаться. Казалось, он смеется и
    издевается над неудачливыми охотниками.
    Тогда, выведенный из себя, Копчем вырвал палку из рук друга и сунул
    ее в нору. Довольно! Он просто проткнет насквозь это насмешливое животное!
    Но не тут-то было! Едва мальчик запихнул палку в нору, как
    почувствовал, что на другом конце кто-то крепко держится за нее. Копчем
    потянул палку — она не поддавалась, тогда он с силой рванул ее, и сурок,
    вцепившийся зубами в ее конец, оказался на поверхности!
    Тут настала очередь Бельчонка. Он кинулся на сурка и обеими руками
    начал его душить. Сурок яростно сопротивлялся, пустив в ход свои острые
    зубы и когти. Однако Бельчонок не выпускал его из рук до тех пор, пока не
    задушил, а задушив, швырнул бездыханного зверька на землю.
    И тогда друзья вздохнули с облегчением. Все-таки победили!
    Успех придал им сил, и они решили продолжить охоту. Им действительно
    удалось поймать еще несколько сурков. Связав зверьков за задние лапки, они
    повесили добычу на палку и, гордые своим успехом, заторопились в пещеру.
    Весело переговариваясь, мальчики спустились в долину.
    Из леса, покрывавшего склон холма, доносилось призывное воркование
    голубей.
    Мальчишки не могли удержаться, чтобы не попробовать спелой малины.
    Однако, попав в густые заросли колючек и крапивы, они поспешили выбраться
    из них и пошли вниз к потоку, чтобы водой охладить обожженные места.
    Они освежились в потоке, напились досыта чистой холодной воды и
    затеяли шумную возню. Копчем загнал Бельчонка под скалу и начал
    выплескивать на него пригоршни воды. Искристые брызги разлетались в разные
    стороны.
    Не успел Бельчонок протереть глаза и отплатить тем же своему
    приятелю, как на скале появился высокий мужчина с копьем в руке. Он
    сердито прикрикнул на ребят.
    Мальчики узнали свирепого Задиру. Он никогда не понимал детских игр,
    и мальчики поспешили вылезть из ручья, чтобы успокоить рассерженного
    охотника. Им было хорошо известно, как скор Задира на расправу и на какие
    злые шутки способен.
    Вчера Копчем хотел подбить белку, сидящую на буке, и пустил стрелу,
    но не попал. Стрела застряла в толстой ветке. Копчем с Бельчонком
    попытались влезть на бук, но не смогли взобраться по толстому стволу, и
    тогда Задира предложил им помощь. Он действительно влез на дерево и достал

    стрелу, но не отдал ее, а воткнул еще выше. Потом слез, усмехаясь, и ушел.
    С трудом упросили они Сову вынуть стрелу из бука.
    — Остановитесь! — кричал Задира, обращаясь к мальчишкам.
    Они остановились и ждали, чего еще от них потребует охотник.
    — Сурки! — крикнул Задира, жестом указывая на скалу, где он
    находился.
    Ребята поняли, что Задира наблюдал за ними и теперь хочет
    воспользоваться их добычей.
    Они послушно протянули ему палку с сурками.
    Охотник не двинулся с места. Ему ничего не стоило наклониться и взять
    сурков, но он не сделал этого.
    Копчем попытался взобраться выше на скалу и ухватился рукой за
    выступ, а Бельчонок, помогая ему, поднял вверх палку с висевшими на ней
    сурками. И тогда Задира ногой наступил Копчему на руку. Пальцы мальчика
    разжались, и он полетел в речку, увлекая за собой друга. Оба сильно
    ушиблись, но, не желая доставлять удовольствие злобному Задире, не
    закричали, а только крепче сжали зубы и снова полезли на скалу. Теперь
    Бельчонок оказался на скале, но и ему Задира наступил на руку, и он тоже
    упал.
    Копчему все же удалось задержаться на скале, и тогда Задира пригрозил
    ему копьем. Мальчик, разжав пальцы, свалился, оказавшись рядом с
    Бельчонком под скалой.
    — Га-га-га! — весело хохотал Задира.
    На этот раз, вылезая из воды, мальчики подмигнули друг другу, явно
    договариваясь удрать. Но насмешливый Задира быстро понял, что они
    замышляют, улыбнулся и приказал:
    — Сюда!
    Но, увидев, что тем явно не хочется подчиняться ему, злобно
    прикрикнул:
    — Вы что, не слышите?
    Мальчики снова полезли на скалу. Теперь уже Задира нагнулся и взял
    добычу. Но при этом он палкой с сурками резко ударил ребят по голове и
    громко рассмеялся, когда увидел, что они снова упали. Наконец он ушел,
    перекинув через плечо так легко доставшуюся ему добычу.
    Так бывает всегда: сильный забирает у слабого.
    Мальчики сидели в воде и печально улыбались. Все тело у них ломило,
    но больше всего им было жаль потерянной добычи. Ведь в пещере их могли
    похвалить за нее.
    — Задира — лисица, э-э! — крикнул Бельчонок.
    — Задира — волк, э-э! — добавил Копчем. — Задира — гиена, э-э!
    Злобные выкрики принесли облегчение. Мальчишки поднялись и медленно
    поплелись в пещеру.
    Они пришли в тот момент, когда охотники складывали перед пещерой свою
    дневную добычу.
    Перед вождем лежали две лисицы, два зайца, утка, две вороны, два
    суслика, серна и пять рыб, продетых на прут. Крепыш с удовольствием делил
    добычу, время от времени поднимая ее и показывая. Племя приветствовало
    удачливого охотника довольным ворчанием.
    Задира тоже подошел к вождю и подал ему шесть сурков, подвешенных на
    палке за задние лапки.
    Крепыш ощупал зверьков одного за другим и сказал:
    — Жирные!
    Люди одобрительно загудели.
    Копчем и Бельчонок стояли в стороне, стиснув зубы.
    Проходя мимо них, Задира наклонился и неожиданно гаркнул:
    — Гэ-э-э!
    Мальчишки, вздрогнув, стукнулись головами, а губы их искривила гордая
    усмешка. Хорош охотник! Отнял у них добычу да еще хвастает!
    Остальные весело рассмеялись шутке Задиры.
    В этот день ужин был обильный и вкусный. Запах освежеванных туш
    разносился вокруг, привлекая к пещере волков и лисиц. Однако они скрылись,
    спугнутые камнями, которыми их забросали мальчишки.
    — Волки придут ночью! — Опытный Космач был уверен, что хищники
    обязательно вернутся, чтобы захватить то, что им причитается.
    Племя устраивалось на ночлег. В сухой и теплой пещере все чувствовали
    себя в полной безопасности. Радовались надежному убежищу. Сегодня у входа
    на страже будет стоять Задира, так приказал вождь. В полночь его сменит
    Волчий Коготь.
    Прежде чем все улеглись, маленькие мальчишки не забыли посмеяться над
    неудачливыми друзьями, приставая к ним с ехидными расспросами об охоте. И
    девочки весело подсмеивались над Копчемом и Бельчонком, вернувшимися домой
    с пустыми руками. Одним они надавали затрещин, других оттаскали за волосы;
    в общем, досталось тем, кто оказался поближе.
    Наконец все угомонились, и в пещере наступила тишина.
    Матери уложили детей и прикрыли их шкурами. В пещеру слабо доносился
    шум ветра, гулявшего в листве деревьев.
    Бледный свет луны освещал долину, над землей поднимался легкий туман.
    На освещенном склоне завыл одинокий волк. Из долины ему ответили
    другие. Дразнящий запах крови шел от пещеры. Но к нему примешивался
    отвратительный запах большой толпы людей. Это настораживало волков,
    заставляя держаться на расстоянии.

    СХВАТКА С МЕДВЕДЕМ

    На скалистом выступе перед пещерой сидит Задира. Он смотрит на
    долину, освещенную луной, охраняет сон племени. Ждет волков. Тишина.
    Только изредка эту глубокую тишину нарушает крик совы.
    Задира тихонько ворчит себе под нос. Он недоволен сегодняшним днем.
    Если бы не сурки, он ничего бы не принес… А еще хотел быть вождем!
    Задира зло сплюнул.
    Положив копье на колени, он развязал ремешок на шее. Снял со шнурка
    маленький костяной амулет и долго его ощупывал. Под пальцами разбегались
    волшебные линии рисунка. Этот амулет должен был принести ему удачную
    охоту, а между тем все племя будет над ним смеяться, если мальчишки
    расскажут, как он отнял у них сурков. И Задира снова сплюнул.
    Бросив амулет на землю, он начал топтать его ногами.
    — Не нужен мне такой амулет! — зло причитал он.
    Вдруг Задире показалось, что он слышит ворчание какого-то зверя.
    Охотник прислушался.
    Вокруг царила тишина, и Задира успокоился. Но через минуту ветер
    снова донес до него какие-то странные звуки: не то ворчание, не то
    похрюкивание. Не иначе, рядом бродит какое-то животное. Нужно быть

    Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31

  • ПРИКЛЮЧЕНИЯ

    Охотники на мамонтов

    LIB.com.ua [электронная библиотека]: Шторх Эдуард: Охотники на мамонтов

    им особенно гордятся.
    Вскоре девочки охотились, ничуть не уступая в ловкости мальчишкам. А
    мышей все не убывало.
    …Вестоницкое племя задержалось в этом благодатном краю на несколько
    дней. Люди устроились в уютной долине* и понемногу оправлялись от
    пережитого: набирались сил, отдыхали, отъедались.
    _______________
    * В настоящее время в этой долине расположен город Брно.

    Им очень не хватало хижин, шкур и оружия, особенно же они горевали о
    потере огня, без которого обходиться было очень трудно. Хорошо хоть, ночи
    были теплые, но ведь зима не за горами.
    В период невзгод распри в племени на время прекратились. Все, не
    сговариваясь, признали опыт и осмотрительность Космача, мужество и
    жертвенность Сына Мамонта, преданность и силу Волчьего Когтя, и только
    зависть некоторых членов племени помешала выбрать кого-нибудь из них
    вождем племени. А вождь им был действительно нужен; это стало особенно
    ясно в эти тяжелые дни.
    Криворог, Задира и Длинная нога уже не делали попыток захватить
    власть. Они поняли, что им это не удастся. Но все большее влияние
    приобретал в племени жадный Крепыш. Он постоянно ныл, переживая потерю
    богатств, оставленных в становище, и твердил, что племя должно добиться
    прежнего богатства. Крепыш был неплохим охотником, что правда, то правда,
    а когда он повел отряд и им удалось заманить в ловушку стадо кабанов,
    Крепыш был молча признан вождем.
    Любому, кто пытался сказать или сделать что-либо против него, тотчас
    затыкали рот все те, кому надоели бесконечные распри и кто радовался, что
    в племени хоть на время установился порядок.
    Единое мнение мужчин — это закон, обязательный для всех. Тот, кто не
    признает его, должен покинуть племя. А это все равно что осуждение на
    смерть, ибо один человек слишком слаб, он неизбежно погибнет.
    Крепыш управлял племенем рассудительно и хорошо: в общем, был вполне
    подходящим вождем. Он следил, чтобы охотники не забывали охотиться, чтобы
    не ссорились по пустякам и добычу делили справедливо. Правда, при этом
    самые лучшие куски он всегда забирал себе.
    Каждый день охотники уходили в лес и почти никогда не возвращались с
    пустыми руками. Несколько волчьих и лисьих шкур уже было приготовлено для
    детей. И хотя это были летние шкуры, в дождливые дни и они могли
    пригодиться.
    Однажды охотники заметили табун лошадей и быстро настигли его.
    Это была желанная добыча!
    Но и такая, казалось бы, простая охота не обошлась без потерь. И
    долго еще этот день с горечью вспоминали в племени.
    Едва охотники разбились на группы и приготовились к нападению, как из
    тростника выбежал вспугнутый ими носорог. Огромное мохнатое чудовище с
    двумя острыми рогами на носу подняло голову и, увидев людей, вылетело из
    болота, далеко разбрызгивая грязь.
    Предупреждая друг друга криками об опасности, охотники собрались все
    вместе, чтобы отразить нападение.
    Однако носорог тоже не терял времени. Наклонив голову к земле и
    угрожающе неся впереди себя огромный острый рог, он промчался со
    скоростью, неожиданной для такого громоздкого животного, и вспорол живот
    одному из охотников. Несчастный закричал и рухнул на землю, обливаясь
    кровью. А носорог уже выбрал себе другую жертву. Охотник увернулся от
    страшного рога, но разъяренное животное сбило его с ног и растоптало бы,
    если бы не Волчий Коготь, который в этот момент всадил копье в спину
    носорога.
    Рана еще больше разъярила зверя. Он метался из стороны в сторону,
    гнался за каждым оказавшимся рядом человеком. Охотники сломя голову
    спасались от свирепого чудовища. Их оружие не могло одолеть толстокожего
    великана. Сын Мамонта, Волчий Коготь, Сова и Заяц ловко уклонялись от
    взбешенного животного, но даже эти смельчаки дальше не могли подвергать
    свою жизнь опасности и вынуждены были бежать.
    Наконец носорог замер перед кустарником, в котором скрывалось двое
    мужчин. Он моргал маленькими глазками и злобно фыркал. Незаметно
    подкравшиеся сзади охотники по сигналу разом всадили свои копья в тело
    животного. Одно копье его только оцарапало, второе вошло в бок, а третье —
    в брюхо.
    Однако носорог с удивительным проворством повернулся и бросился на
    смельчаков. Хромой Пайда не успел отскочить, и в следующее мгновение
    носорог подмял его под себя. Сын Мамонта, лишившись копья — оно застряло в
    теле носорога, — бросился наутек, но, завидев несчастного Пайду,
    обливавшегося кровью, остановился. Схватив большой камень, Сын Мамонта
    бросил его в животное и угодил ему в голову. Еще двое охотников, пришедшие
    на помощь, попытались отвлечь носорога от лежащего на земле Пайды.
    Подбежал и старый Космач с остальными охотниками. Они кольцом окружили
    носорога, но одолеть его своим слабым оружием были не в состоянии. Раны
    только сильнее разъярили животное. Еще несколько охотников получили
    серьезные увечья. Крепыша он загнал в колючий кустарник, а отважный Сын
    Мамонта разбил себе голову, налетев на дерево.
    Схватка была явно не в пользу людей. И Крепыш, придя в себя, подал
    сигнал к отступлению. Двое охотников подняли потерявшего сознание Пайду. С
    ними двинулись в путь и другие раненые. К счастью, они могли передвигаться
    сами. Оставшиеся еще некоторое время отвлекали раненого носорога, уводя
    его в сторону. Они скрылись раньше, чем опомнившееся животное снова
    ринулось в бой.
    Носорога, потерявшего из виду своих врагов, охватило бешенство.
    Злобно принялся он топтать кустарник, рогом взрывая землю, разбрасывая
    комья земли. Потом он плюхнулся в воду и долго еще чавкал, охлаждая раны.
    Охотники отводили и относили обессилевших раненых в безопасное место.
    Возвращение их было печальным. Они столько надежд возлагали на эту охоту.
    Женщины встретили их криками ужаса. Увидев бедного Пайду, они жалобно
    запричитали. Когда же хмурые охотники сообщили, что молодой Клух уже
    никогда не вернется к ним, одна из женщин без чувств опустилась на землю.
    Неудача за неудачей сваливались на вестоницкое племя!
    На другой день отыскали труп несчастного Клуха и похоронили его
    недалеко от места гибели, между горой и излучиной Свитавы. Похоронили

    вместе с ожерельем: несколько сотен ракушек и костяных колечек, нанизанных
    на тонкий ремешок.*
    _______________
    * Такая могила была обнаружена в Брно в 1891 году при прокладке
    канализационных труб.

    Прежде чем могила была засыпана, заплаканная подруга Клуха положила
    рядом с телом погибшего куклу, когда-то вырезанную им из кости мамонта.
    Женщина постоянно носила эту куклу-амулет в мешочке на поясе и никогда с
    ней не расставалась. Она верила, что с помощью этого амулета у нее
    когда-нибудь родится веселый мальчишка. Теперь, плача, опустила она в
    могилу амулет, навсегда прощаясь со своими надеждами.
    Раненые охотники выздоровели удивительно быстро. Их раны зажили,
    оставив на теле смельчаков только большие шрамы.
    Скоро охотники поняли, что оставаться в этих краях не имело смысла.
    Охота все чаще была неудачной. Коней уже больше не встречали, а оленей
    охотники вообще ни разу не видели. И было решено пробираться дальше, по
    берегу, против течения реки, в холмистые, поросшие лесом края.
    Люди снялись с места и пустились в путь вдоль берега реки. Какая это
    была река, им было все равно. Любая должна привести к горе, это они знали,
    а на горе, в лесу можно укрыться от надоедливых комаров.
    Путь был нелегким. Река шумным потоком бежала среди скалистых
    берегов, и людям не раз приходилось обходить крутые известняковые склоны.
    Однажды охотники заблудились и далеко ушли от большой реки. Теперь
    кругом были только мелкие потоки. Они шли вдоль одного из них и вдруг
    заметили, что земля внезапно поглотила его. Вся вода ушла в землю! Такого
    они никогда не видели. Они остановились, пораженные чудом, текущий ручей
    пропадал на глазах, дальше были сухие голыши. Целая маленькая река
    исчезла! С губ их срывались слова удивления.
    А в это время дети разбрелись по кустам, собирая малину. Внезапно
    раздался крик Копчема:
    — Пещера!
    И прежде чем взрослые охотники успели остановить ребят, несколько
    любопытных уже забрались внутрь, оглашая своды скалистого подземелья
    громкими криками.
    Сын Мамонта, Волчий Коготь, Заяц и другие охотники тотчас принялись
    осматривать найденную пещеру. — решили
    они. Дети попытались пойти дальше, но тьма и холод остановили их.
    Пещера переходила в коридор, который сворачивал в сторону и терялся
    где-то во тьме. В передней, светлой части она была большая, просторная, а
    дальше, за поворотом, резко сужалась. Даже став на четвереньки, охотники
    ударялись головами о каменные сосульки, свисавшие с потолков или колоннами
    поднимавшиеся с земли. Им было неудобно ползать в темноте, и они
    заторопились к выходу, где можно было стоять свободно. Приятный
    сквознячок, обдувавший собравшихся в пещере, свидетельствовал о том, что
    она соединена с какими-то другими подземными пещерами.
    Копчем уселся на скалистый выступ у входа, раздумывая, куда исчез его
    друг Бельчонок. Он не знал, что тот прячется в кустарнике совсем рядом. Но
    через минуту из кустов раздался свист молодой сикорки, а из листвы
    высунулась голова с губами, сложенными трубочкой. Копчем улыбнулся
    приятелю, как бы говоря: . Потом
    подмигнул многозначительно:
    По лицам охотников, выходящих из пещеры, было видно, что здесь им
    очень понравилось. Дети, раскрыв рты, ждали, что скажет вождь племени. Уже
    и женщины с детьми побывали там. В передней части спокойно разместится
    племя, а если некоторые расположатся в узком коридоре, места будет с
    избытком.
    — Пещера наша, — важно произнес Крепыш. — Здесь перезимуем!
    Мальчишки радостными криками встретили это решение и тотчас принялись
    помогать женщинам устраиваться. Охотники встретили слова Крепыша довольным
    ворчанием. Пещера в известняковой скале была удобной. Здесь они найдут
    прибежище на время долгой зимы.
    Жаль только, что у них нет огня. Тогда, устроив очаг, они осветили бы
    и обогрели всю пещеру. Да, собственно, и так им будет здесь неплохо,
    лучше, чем где-нибудь на морозе в занесенном снегом кустарнике.
    Женщины сложили в пещере принесенные с собой шкуры, выбросили кости,
    валявшиеся по углам и говорившие о том, что здесь находили приют не только
    люди. Потом уселись, скрестив ноги, криками выражая свою радость по поводу
    вновь обретенного жилища.
    Дети бегали перед пещерой — матери выгнали их: пусть пасутся в лесу,
    собирают грибы и ягоды. Склон над пещерой порос вереском, а выше белела
    ромашка. То тут, то там поднимались березы, дубы, сосны и яворы. Ветер
    колыхал их вершины.
    Вестоницкое племя обрело новое пристанище.

    СУРКИ

    Копчем с Бельчонком оставили маленьких детей собирать чернику и
    малину, а сами решили осмотреть все вокруг жилища. Напились из ручья и
    снова подивились, как это он исчезает в земле. Поискали отверстие, куда бы
    мог втекать ручей, но ничего не нашли. Видели только, что воды постепенно
    становится меньше — и через несколько шагов русло ручья уже совершенно
    сухое. Копчем даже отвалил несколько камней, но никакого отверстия под
    ними так и не обнаружил.
    — А как же рыбы? — спросил Бельчонок.
    Копчем не смог объяснить ему, куда исчезает рыба, и ребята,
    вернувшись к ручью, туда, где он еще был многоводным, принялись искать
    рыбу. Хоть бы попалась какая-нибудь мелочь!
    — Ручей маленький — рыбы нет! — рассудительно заметил Копчем.
    Бельчонок только вздохнул.
    — Так пойдем поищем зайца! — Бельчонок больше всего на свете любил
    рыбу и зайчатину.
    — Пойдем! — поддержал Копчем друга и указал на противоположный,
    освещенный солнцем склон холма.
    Бельчонок вместо ответа только присвистнул, но уже все было ясно:
    попробуют поймать зайца.
    Мальчики разговаривали мало — как все люди, жившие в те времена, — и
    выражали свои мысли больше интонацией или жестами, которыми они владели. О
    многом они вообще не могли говорить, потому что еще не нашли необходимых
    слов. Однако они прекрасно понимали друг друга с помощью мимики, различных
    звуков и жестов. Есть старое охотничье правило, гласящее, что во время

    Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31

  • ПРИКЛЮЧЕНИЯ

    Охотники на мамонтов

    LIB.com.ua [электронная библиотека]: Шторх Эдуард: Охотники на мамонтов

    с потоком, ища поддержки у мужчин. Подростки отважно пробираются сами, а
    если кого-нибудь поток и сбивает с ног, ближайший охотник спешит на
    помощь.
    Первыми на берегу оказались Бельчонок и Копчем. Мальчики, всегда
    веселые и шумные, сегодня притихли, они напуганы. Они слышали, как
    охотники говорили, что из становища ничего уже нельзя спасти. Кто остался
    там, будет убит, пришельцы захватят их хижины, все запасы шкур, оружие.
    Они потеряли все! Спящему Ньяну, который остался в становище, не уйти
    живым. Не пощадят они ни женщин, ни детей…
    Но Сын Мамонта и Космач торопят. Тем, кто замешкался, протягивают
    копья. Каждый одной свободной рукой сжимает амулет, висящий на шее.
    Волшебная сила, скрытая в нем, поможет одолеть стремительный поток,
    придаст бодрости, спасет от опасности!
    Переправа через реку прошла благополучно — всем удалось выбраться на
    берег.
    На берегу все поспешили укрыться в зарослях. Передохнули немного и
    двинулись за Космачом, указывавшим дорогу; нужно было действовать
    бесшумно: только осторожность могла сейчас спасти беглецов.
    Преследователи еще не показались; они, вероятно, были заняты
    мамонтом.
    Люди шли вдоль берега Дыи. Чтобы обмануть врага, если тот все-таки
    отправится по их следу, часть пути беглецы прошли по воде. Но, добравшись
    до большого болота, которое протянулось вдоль рукава спокойной Свратки,
    вышли из воды и повернули на север.
    Шли мрачные, все молчали. Сегодня они потеряли все. У них нет теперь
    ни шкур, ни оружия, ни кремней — все осталось в становище. Трудности и
    невзгоды ожидают их.
    Выбившиеся из сил женщины умоляли устроить привал и, опустив детей на
    землю, присели отдохнуть. Заяц и Сокол, взобравшись на высокий пригорок,
    смотрели в сторону Дыи; багровое солнце опускалось в воды могучей реки.
    Кругом расстилалась равнина. Только на юге вздымались в небо гребни
    гор. Где-то там лежит оставленное Вестоницкое становище… Так и есть, вот
    белый столб дыма — он явно поднимался над костром их становища. Чужие
    охотники нашли убежище в их жилищах, разожгли их костер, который не угасал
    долгие три зимы! Они убили мамонта и теперь весело пируют… Заяц и Сокол
    посмотрели друг на друга и горько улыбнулись. Они вспомнили о недавнем
    пиршестве. С каким удовольствием они съели бы сейчас по куску жареного
    мяса!
    — Посмотри туда! — вдруг испуганно прошептал Сокол.
    Юноша увидел группу охотников. Они изучали их следы и шли по ним.
    — Это они! Они нас преследуют! — закричал Заяц и со всех ног бросился
    сообщить эту страшную весть племени.
    Снова измученные люди должны были продолжать путь.
    Нет сомнения, чужое племя очень многочисленно, если они могут послать
    в погоню такой большой отряд! Вестоницкое племя не может вступить в
    сражение даже с этим отрядом; люди слишком устали. Теперь их спасение
    только в бегстве. Ни слабые, ни раненые не должны задерживать. Кто
    отстанет — погибнет. Врбаш и Кршивик ранены в голову, Узг и Квач — в ноги;
    обессиленные, они упали по дороге, а люди даже не остановились. Крепыш,
    Толстяк и Укмас тоже ранены, но они еще держатся на ногах. Идут вместе со
    всеми, стиснув зубы и склонив голову. Главное — не отстать.
    Голодные дети все время оглядываются назад. Они еще не пришли в себя
    от ужаса. Молча бегут за взрослыми, тихонько всхлипывая и спотыкаясь о
    кочки и кусты.
    Расстроенная Шкута сняла плачущего ребенка со спины и отшлепала его.
    Ребенок раскричался еще громче, и охотники зашикали на него — ведь
    преследователи могут услышать плач. Но голодный ребенок не унимался.
    И тогда выведенная из себя мать схватила девочку за ногу и швырнула
    через кусты в болото. Крик прекратился. А племя продолжало путь, словно
    ничего не произошло. Мать может делать со своим ребенком все, что хочет.
    Никто не смеет ее упрекнуть. Шкута избавилась от мешавшего ей ребенка — он
    принадлежал только ей. Нельзя задерживаться, надо идти вперед!
    Сумерки, спустившиеся на землю, спасли беглецов от преследования.
    Темнота скрыла их следы.
    Отряд преследователей остановился, охотники устроились на ночлег,
    чтобы передохнуть и утром вновь продолжить погоню. Днем следы видны лучше,
    по ним они наверняка настигнут беглецов.
    Изнемогавшие от усталости вестоницкие охотники бежали еще часть пути.
    Потом вдруг один за другим рухнули на землю.
    Люди настолько устали, что им уже было все равно, догонит их
    неприятель или нет. Обессиленные, они тут же погрузились в тяжелый сон.
    Лисица подбежала и обнюхала спящего Бельчонка. Когда она ткнулась
    мордой в его лицо, мальчик только отмахнулся, и коварная хищница,
    испугавшись, убежала.
    Ветер шумел в молодняке, перебирая тонкие ветви.
    Луна, наполовину скрытая тучами, слабо освещала спящих.
    Уже никогда больше племя не вернется к Дые.
    Сильные побеждают, слабые уступают им или гибнут.

    Часть 2

    В ПЕЩЕРЕ

    В ПОИСКАХ НОВОГО ПРИСТАНИЩА

    На следующий день отряд преследователей добрался до устья Чесавы, до
    того места, где она впадает в Свратку. Охотники поднялись на холм, который
    возвышался на левом берегу реки, и перед ними открылась равнина,
    разделенная холмом на две части.
    С севера из неоглядной дали течет сюда спокойная Свратка. Прямо под
    холмом, в самом узком месте низины, с востока заворачивает сюда Чесава и
    вливается в Свратку. Низина между обеими реками вся в болотцах и озерках.
    Конечно, вестоницкое племя, решили преследователи, выберет для отступления
    более удобный путь — через холмы. Однако они увидели, что беглецы уже
    переправились через Чесаву и скрываются в зарослях за рекой.

    Это привело пришельцев в ярость. Им не удалось настичь вестоницкое
    племя, они не перебили этих трусов, как приказал им вождь, а теперь те
    бегут, и у охотников совсем нет желания их преследовать. Они и так слишком
    далеко ушли от своего племени, от великой охоты на мамонтов, ушли от
    огромного костра, на котором теперь жарилось вкусное, пахучее мясо.
    Собственно, почему они должны преследовать этих несчастных, которые уже не
    могут помешать им быть хозяевами всего края? Вполне достаточно и того, что
    они отогнали их за реку.
    Сперва они посмотрели на север, вслед беглецам, потом на юг, туда,
    где высятся горы, а потом друг на друга. Пора возвращаться. Уговаривать
    никого не пришлось. Все хотят одного: спуститься с холма и отправиться в
    обратный путь. Пусть вождь останется недоволен. Им здесь тоже делать
    нечего, тем более что остальные пируют в становище.
    К тому же их поход не так уж и безуспешен. Одного раненого охотника
    из вестоницкого племени они добили, а из болота вытащили плачущего ребенка
    и прихватили с собой. Их племя вырастит его — оно в состоянии прокормить
    много таких сверчков. Глядишь, из этой грязной девчонки вырастет
    трудолюбивая женщина…

    Только холмы приостановили паническое бегство вестоницкого племени.
    Осмотрев с самой высокой горы окрестные холмы и равнину, расстилающуюся
    перед ними, охотники вздохнули с облегчением. Даже самые зоркие из них не
    смогли обнаружить никаких следов преследователей.
    Племя устроило привал. Решено было задержаться здесь на несколько
    дней, чтобы отдохнуть и поохотиться.
    Мальчишки не дожидаясь взрослых, отправились искать какую-нибудь
    пищу. Они были так голодны, что не могли ждать до вечера.
    Внизу три реки сливались в одну. Место вполне подходящее для охоты!
    — Посмотри, какие здесь рыбы! — радостно закричал Бельчонок, для
    убедительности показывая руками, какой они величины.
    Мальчики влезли в неглубокую реку и погнали рыбу на отмель.
    Вспугнутая рыба бросалась врассыпную, и две-три из них выскочили прямо на
    прибрежный песок. Бельчонок выбежал из воды и схватил довольно крупную
    рыбину раньше, чем та успела соскользнуть обратно в воду. С жадностью
    вонзил он зубы в трепещущую рыбу.
    Успех Бельчонка вдохновил и остальных ребят. Они кинулись в реку и
    окружили стайку рыб, но поймать им удалось только трех малюсеньких
    рыбешек. Копчем не принимал участие в общей охоте. Он перебрался на другой
    берег и отыскал там среди коряг двух спрятавшихся налимов, потом вытащил
    из норы рака, крепко зажав его в руке, прежде чем тот успел его ущипнуть.
    Свою добычу он выбросил на берег малышам, а сам съел несколько улиток,
    которых нашел у воды.
    Бельчонок доел рыбу и, довольный, произнес:
    — Рыбы здесь много, а комаров мало!
    Копчем указал ему рукой на стрекоз, кружащихся над прибрежным
    тростником:
    — Стрекозы — это хорошо, они отгоняют комаров!
    Но удача оставила ребят. Рыбу спугнули, и она ушла. Мальчишки
    напрасно ждали, что она вернется.
    Тогда Копчем предложил перебраться в другое место. Они обошли заводь
    извилистой реки, и на солнечном лугу между кустами Копчем внезапно
    остановился. Все поняли, что он что-то заметил, и тоже остановились. Было
    тихо. Глаза ребят следили за каждым движением вожака.
    Копчем стоял словно окаменевший, переводя взгляд с одного цветка на
    другой. И вдруг сделал прыжок — один, потом еще один. Под его босой ногой
    что-то пискнуло. Мальчик наклонился и поднял за хвост раздавленную полевую
    мышь.
    Теперь рванулся вперед Кривляка; ему тоже удалось схватить полевую
    мышь, убегавшую по узкой тропинке. Вскоре уже все были заняты охотой на
    мышей. Мыши были такие жирные и вкусные, а в брюшках так много пахучих
    корешков! Такая мышка — настоящее лакомство.
    Следом за мальчишками пришли девочки. Еще издали они увидели, что те
    что-то жуют. Бедные, они были так голодны, что отважились даже пойти вслед
    за мальчишками!
    На этот раз мальчишки их не прогнали. Пусть посмотрят эти плаксы, на
    что способны их братья! Но похвастаться все-таки не удалось. Спугнутые
    полевые мыши попрятались в норки, и ребята ждали, когда они снова
    появятся.
    Обманутым в своих ожиданиях девочкам быстро наскучило это занятие, и
    они ушли, громким пофыркиванием выражая свое презрение. Оскорбленный этим,
    Бельчонок отодрал одну из насмешниц за волосы. Несколько длинных волосинок
    осталось у него в пальцах.
    Внезапно Копчем, что-то сообразив, подскочил к Жабке и, держа ее
    одной рукой за плечо, другой вырвал из головы прядь волос.
    Жабка завопила во все горло.
    Копчем ударил девочку по спине:
    — Тише ты, Жабка! Получишь мышь!
    Он взял из рук Бельчонка волосы, которые тот еще не успел стряхнуть,
    и, добавив к ним вырванные у Жабки, скрутил из них тонкий шнурок, а на
    конце сделал большую петлю.
    — Дай-ка кусочек! — обратился он к Жучку, который в это время сдирал
    с пойманной мыши тонкую шкурку.
    Не дожидаясь, пока Жучок сообразит, что надо Копчему, тот выхватил у
    него из рук добычу и оторвал лапку. Осмотрелся вокруг и залег около норки
    полевой мыши.
    Все, затаив дыхание, наблюдали за ним. Ведь Копчем парень умный, и,
    кажется, он придумал новый способ охоты!
    Копчем положил лапку мыши возле самой норки, а вход обвил петлей.
    Зажав конец шнурка в руке, он замер.
    Не прошло и нескольких минут, как из норки высунулась мышка.
    Копчем рванул шнурок и вскочил — на конце шнурка вертелся пойманный
    за голову зверек.
    Дети вытаращили глаза от удивления.
    Скоро со всех сторон неслись истошные вопли девчонок. Это мальчишки
    выдирали у них пряди волос.
    Теперь охотились уже все мальчишки. Они распластались на земле возле
    мышиных нор.
    Девочки издали понаблюдали за ними, а потом сами принялись плести
    шнурки из надерганных волос. Делать они это умели гораздо лучше мальчишек.
    Ведь почти все взрослые девчонки щеголихи и носят на бедрах сплетенные из
    тонких полос кожи шнурки, украшенные красивыми птичьими перьями,
    собранными в лесу. У некоторых такое украшение висит и вокруг шеи, и они

    Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31

  • ПРИКЛЮЧЕНИЯ

    Охотники на мамонтов

    LIB.com.ua [электронная библиотека]: Шторх Эдуард: Охотники на мамонтов

    поручено быть связными между отдельными группами, да и дозорные из них
    отличные; мальчишке, если понадобится, ничего не стоит взобраться на самое
    высокое дерево.
    Уставший Ньян спит крепким сном в своей хижине. Его Шчекта тихо сидит
    перед хижиной, ей чуждо волнение, охватившее все становище.
    Поселок опустел. Только две старые женщины остались у костра да
    совсем маленькие дети.
    Вернувшийся из дозора Волчий Коготь рассказал охотникам, собравшимся
    на краю поселка, что стадо мамонтов действительно появилось невдалеке
    между пологими отрогами гор и Дыей. Они движутся вдоль реки. Их много, и
    идут они несколькими группами.
    От Космача прибежал мальчишка. Они тоже заметили мамонтов. Теперь
    надо получше укрыться. Мамонты не должны обнаружить охотников раньше
    времени. —
    велел напомнить старый охотник.
    — Будто мы сами не знаем, что надо делать! — пробурчал Задира. —
    Пусть Космач дает советы детям, а не нам.
    Однако Сын Мамонта решил не пренебрегать советом и разбил охотников
    на несколько групп. Волчий Коготь будет охранять возвышенность, Космач
    расположится на берегу Дыи и преградит мамонтам путь к воде, а Сын Мамонта
    с несколькими охотниками, спрятавшись в зарослях, пропустит стадо вперед,
    а потом погонит его перед собой прямо в болото. Женщины останутся в долине
    и криком будут пугать животных, если они повернут в сторону становища.
    — Так волки охотятся зимой, — одобрили охотники действия Сына Мамонта
    и поспешили разделиться на группы.
    Только Задира продолжал ворчать:
    — Незачем дробить племя! Все вместе должны идти на одного мамонта!
    Ему никто не ответил.
    Стадо мамонтов приближалось. Уже можно было различить отдельных
    животных. А за березовой порослью колыхались волосатые спины второго стада
    гигантов. Иногда над деревьями возникал длинный хобот, размахивающий
    обломанной веткой, светились белые дуги огромных бивней.
    Охотники заметно волновались. Глаза их блестели, руки судорожно
    сжимали копья. От напряжения у многих на лбу выступили капельки пота.
    Наконец Волчий Коготь закаркал вороном. Это означало, что все идет
    как задумано.
    От реки тоже несется карканье — это уже Космач. Остальные,
    спрятавшись в укрытие, ждут. Сын Мамонта из укрытия внимательно наблюдает
    за каждым шагом животных.
    Они приближаются.
    Огромный мамонт ведет стадо, размахивая хоботом из стороны в сторону,
    обламывает на ходу ветки и побеги и сует их в рот. Уши его похожи на
    листья огромных лопухов, он хлопает ими, отгоняя назойливых насекомых. За
    ним шествуют остальные, и скоро узкая тропинка под ногами мохнатых
    гигантов превращается в широкую дорогу. Один из мамонтов потерся о ствол
    дерева, и оно переломилось, словно тростинка. Маленький детеныш сорвал с
    поваленного дерева верхушку и волочит по земле.
    Спокойно шествует стадо мамонтов, не подозревая об опасности.

    ПОТЕРЯННАЯ ДОБЫЧА

    Еще минута — и произойдет схватка.
    Но тут Сын Мамонта замечает в задних рядах стада странное движение.
    Чем-то напуганные мамонты сходят с тропы и призывно трубят.
    Что могло испугать могучих великанов? Волки напасть на мамонтов не
    отважатся, да и медведь вряд ли рискнет связаться с целым стадом. Может
    быть, лев или тигр выбрались из своего логова, привлеченные заманчивым
    запахом?
    Среди мамонтов поднялось смятение. Несколько испуганных животных
    мчатся вперед с поднятыми вверх хоботами.
    Обе боковые группы охотников под предводительством Волчьего Когтя и
    Космача, решив, что охота началась, вышли из укрытия и бросились на стадо,
    еще больше усилив смятение.
    Сын Мамонта попытался было направить стадо к болоту, но ему это не
    удалось. Один мамонт, пробившись сквозь заросли, оказался прямо перед
    охотником. Сыну Мамонта удалось уклониться от гибкого хобота, и он изо
    всех сил вонзил острое копье в пах животного. Он не успел даже вытащить
    копье, а мамонт уже помчался дальше.
    Сын Мамонта ожидал схватки с разъяренным животным, а раненый мамонт
    бежит, словно не замечая тяжелой раны. Почему? Чем же так напугано
    животное?
    Охотники ждали мамонтов, чтобы сразиться с ними не на жизнь, а на
    смерть, а те бегут! Они увидели только, как, протискиваясь между двумя
    деревьями, раненый мамонт обломил копье, упал на колени, но тотчас
    поднялся и помчался дальше, догоняя стадо.
    А следом бегут еще несколько мамонтов. Топот сотрясает воздух. С
    вывороченными корнями валятся огромные деревья.
    К Сыну Мамонта подбежал Копчем. В глазах страх, удивление, отчаяние.
    — Чужие охотники! — выкрикнул он и в изнеможении рухнул на траву.
    Это сообщение подействовало на охотников, как удар грома. Как?!
    Столько усилий, столько надежд — и все напрасно?!
    Рассерженный Сын Мамонта грубо схватил мальчика и поставил его на
    ноги.
    — Что ты говоришь? Ты сам видел? Где они?
    Копчем с трудом пришел в себя.
    — Какие-то охотники, их очень много, идут следом за мамонтами!
    Да, нерадостное известие для вестоницкого племени! Если мамонтов
    гонят какие-то чужие охотники, то столкновение неизбежно. Племени
    предстоит сражение с незваными гостями. Об этом должны знать все, сейчас
    это самое главное.
    Джган и Клух побежали сообщить остальным об опасности. Сын Мамонта и
    еще несколько охотников отправились на разведку. Про мамонтов они уже
    забыли. Их интересовало только одно: что это за племя объявилось вдруг на
    их земле и какова его сила.
    Внезапно раздался пронзительный крик. Что это? Охотники поспешили на
    крик и наткнулись на группу Волчьего Когтя, которая упорно сражалась с

    раненым мамонтом. Уже несколько копий торчало в теле огромного животного.
    Взбешенный мамонт топтался на месте, обливаясь кровью.
    Огромным своим бивнем мамонт ранил уже одного охотника и раздавил бы
    его ногами-колоннами, если бы другой охотник не подбежал сзади и двумя
    сильными ударами топора не подрезал жилы на задних ногах гиганта. Мамонт
    грузно осел, поднял хобот и открыл рот, похожий на жерло вулкана. Метко
    брошенное копье погрузилось в открытый рот. Мамонт хоботом тотчас вырвал
    его и резко вскочил.
    Охотники бросились врассыпную. Ослепленный яростью мамонт преследовал
    обидчиков, сметая все на своем пути. Вон он взбежал на маленький пригорок
    и остановился на мгновение — путь ему преградила группа чужих охотников.
    Прежде, чем те приготовились к схватке, разъяренный мамонт двинулся
    на них и раздавил одного. Он растоптал бы и всех остальных, если бы они в
    последний момент не разбежались.
    Мамонт остановился. Он раскачивал головой из стороны в сторону, при
    этом его могучее тело содрогалось. На равнине показались еще два мамонта:
    самка с детенышем. Раненый мамонт растоптал несколько низких березок и
    бросился через луг к призывно трубящему стаду.
    Сын Мамонта и Волчий Коготь вышли из укрытий и набросились на
    пришельцев, спрятавшихся в кустах. В таких случаях внезапность решает все.
    Незнакомцы, с одинаковыми шрамами на подбородках, совсем не ожидали такой
    встречи. Видимо, они даже не подозревали о существовании вестоницкого
    племени, и им ничего не оставалось, как обратиться в бегство, а
    вестоницким охотникам — радоваться легкой победе. Прогнав чужих охотников,
    они решили вернуться к стаду мамонтов и благополучно закончить начатую
    охоту.
    — За нами! — кричали Сын Мамонта, Волчий Коготь и Клух, ободренные
    успехом.
    Теперь стало ясно, почему мамонты так поспешно бежали: их
    преследовали эти пришельцы.
    Вестоницкие охотники не любили, когда на их территории охотилось
    чужое племя. Никто не может безнаказанно нарушать границы их охотничьей
    округи. Здесь действует закон, всеми признанный:
    .
    Чужое племя нарушило этот закон и должно понести наказание.
    Незнакомцы со шрамами на подбородках расплатятся за свою дерзость.
    Громкие крики сопровождали отступление незваных гостей. И
    неповоротливый Толстяк, и ленивый Окунь, и всегда плетущийся в хвосте
    Неура на этот раз были рядом с Сыном Мамонта, Волчьим Когтем и силачом
    Пайдой. Сегодня день великой победы и удачной охоты!
    Гойя! Гойя!
    Но случилось то, чего меньше всего ожидали вестоницкие охотники:
    спасавшиеся бегством враги, выбежав из редкого лесочка на открытое место,
    где победители надеялись с ними расправиться, внезапно остановились. Они
    уже не искали спасения, не спешили укрыться — они ликовали, сопровождая
    крики радости выразительными жестами.
    А вестоницкие охотники, недавние победители, пришли в смятение! По
    степи навстречу им двигалась огромная толпа пришельцев.
    Незнакомцы издали воинственный клич и ринулись на противника. Закон
    табу перестал действовать! Сейчас все решала сила.
    Несколько легких копий упало к ногам еще не пришедших в себя от
    удивления вестоницких охотников. Крики чужеземцев сменились ревом, и,
    поняв, что вступать в схватку с таким многочисленным противником было
    безумием, люди начали беспорядочно отступать.
    Вестоницкие охотники спешили укрыться в лесу — единственном надежном
    убежище. Здесь можно было сбить врага со следа и выиграть время. Сейчас
    каждая минута промедления означала смерть. Охваченные отчаянием, охотники
    старались держаться вместе, слабые — поближе к опытным и сильным. Кто
    заблудится в лесу, уже никогда не догонит своих соплеменников.
    Где найти спасение от неприятеля? Неужели этот ужасный день станет
    днем гибели всего вестоницкого племени! Как предупредить о беде оставшихся
    в становище?
    Ведь пришельцы всех перебьют и новые хозяева разожгут победный огонь
    на месте Вестоницкого становища, станут охотиться в здешних краях, богатых
    птицей и зверьем.
    Группа охотников во главе с Сыном Мамонта и Укмасом все же пытается
    сдержать натиск незваных гостей, отдалить страшную минуту гибели, но их
    порыв уже не может остановить лавину. Вскоре и им приходится отступить.
    Внезапно из зарослей выбежал раненый мамонт. В его косматом, поросшем
    длинной шерстью теле торчало несколько сломанных копий. Вестоницкие
    охотники теперь уже бежали от косматого чудища. Пришельцы же,
    разгоряченные боем, недолго думая бросились на мамонта, вонзая копья в его
    огромное тело. Мамонт, потерявший много крови, оборонялся слабо и сам не
    нападал. Занявшись мамонтом, пришельцы забыли о вестоницких охотниках. И
    этого было достаточно для спасения.
    У Дыи ждали Космач и еще несколько человек. Они видели беспорядочное
    бегство племени, но сначала ничего не могли понять. Потом, увидев, как
    велика опасность, они собрали женщин и детей на берегу Дыи и стали ждать.
    Единственным спасением было переправиться через реку.
    Наконец племя объединилось. Страх обуял людей. Они видели гибель
    близких, видели, как чужие насильники похищали женщин. Что ждет их?
    Передышка окончилась. Ветер доносил воинственные крики неприятеля.
    Бежать, бежать как можно дальше! Вот когда нужен был вождь, смелый и
    решительный. Никто не может подсказать людям, что следует делать в эти
    трудные минуты! Нет единства, нет послушания, смятение царит в племени!
    Космач, Сын Мамонта, Волчий Коготь наскоро совещались. Крепыш
    предлагал вернуться в становище и захватить хоть что-нибудь из запасов.
    — Замолчи ты, скряга! — отмахивался Космач от скупого охотника. — До
    шкур ли нам сейчас!
    — Все в воду! — раздался приказ.
    И люди послушно начали входить в реку. Место это знакомое. Дыя здесь
    неглубокая, можно перейти вброд. Однако сегодня, как нарочно, очень бурное
    течение, оно сбивает с ног даже сильных, а медлить нельзя. Кто перейдет
    реку, останется жить.
    — В воду! — снова призывает Сын Мамонта замешкавшихся на берегу
    мужчин.
    — У меня в хижине рысья шкура, — не унимался Крепыш, — и волчья — на
    зиму…
    Космач подтолкнул Крепыша, и тот плюхнулся в воду.
    Сова и Заяц идут впереди, они показывают дорогу и уже почти добрались
    до противоположного берега. Женщины с маленькими детьми на спинах борются

    Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31

  • ПРИКЛЮЧЕНИЯ

    Охотники на мамонтов

    LIB.com.ua [электронная библиотека]: Шторх Эдуард: Охотники на мамонтов

    Ньян вождем!
    Все поняли — Ньян не хочет взваливать на себя заботы о племени. К
    тому же многих охотников не было сейчас в становище. Без них не стоило
    решать такое серьезное дело.
    На том и разошлись. Каждый принялся за какую-нибудь работу: кто
    исправлял кремневые орудия, кто обжигал копья и заострял их. Завтра
    предстояла охота.
    Ньян пошел к своей хижине и начал наводить в ней порядок. Выбросил из
    хижины все шкуры — надо проветрить их, некоторые уже покрылись плесенью.
    Нашел нож из ребра мамонта и начал размахивать им над головой так, что
    свистел воздух. Потом осмотрел его и решил немного подточить на камне.
    Присев на траву за хижиной, Ньян острым кремнем начал выбивать на
    гладкой поверхности ножа черточки и точки, и скоро они превратились в
    пасущегося зубра. При этом охотник тихонько напевал. Работа спорилась.
    Женщины, глядя на Ньяна, тоже вынесли шкуры из хижин и разложили их на
    солнышке. Некоторые принялись украшать свои одежды, они пришивали к
    кожаным фартукам ракушки и косточки, острым кремневым шилом протыкали
    шкуру и протаскивали в отверстие гладкую костяную иглу с толстой
    ниткой-жилой.
    Где работают женщины, там всегда звучит песня. Вот и сейчас женщины
    запели:
    — Ханга-а-ха, ха-а!
    Копчем принес отцу обожженную в костре фигурку. Все обошлось
    благополучно, фигурка нигде не потрескалась.
    Ньян натер фигурку смесью из сала и золы и подвесил ее в хижине*.
    Отныне Ниана постоянно будет с ним, теперь он не одинок.
    _______________
    * Эта глиняная статуэтка была найдена при раскопках в 1925 году
    и известна теперь в науке как Вестоницкая Венера (Венера — богиня
    красоты в античной мифологии).

    К вечеру вернулись охотники. Охота была неудачной: две лисицы,
    которых никто не хотел есть, и маленький олененок.
    Да еще Сын Мамонта принес двух сурков и несколько куропаток.
    Во время ужина вновь разгорелся спор, кому же быть во главе племени.
    Соглашались, когда говорили о смелом вожде, и тут же умолкали, когда надо
    было кого-нибудь назвать. В каждом находили недостатки.
    — Этого не хотим! — кричали всякий раз.
    Никто не хотел считаться с мнением другого. Каждый защищал то, что
    ему пришло в голову. Охваченные гневом, люди походили на свору собак. Так
    ни до чего не договорившись, они разошлись. Но из многих хижин еще долго
    раздавалось недовольное бормотание.
    — Этой ночью буду сторожить я, — заявил Сын Мамонта. Он не мог
    простить прожорливой росомахе ночного грабежа и хотел сам рассчитаться с
    хищницей. — Кто со мной? — обратился он к сидящим у костра охотникам.
    Старый Космач встал и присоединился к Сыну Мамонта.
    Из хижины коварного Задиры донеслось, как всегда, ехидное:
    — Космач будет сторожить? Считайте, что у росомахи сегодня праздник!
    Все промолчали. С Задирой никто не хотел связываться.
    Копчем с Бельчонком подтащили шкуры и устроили себе постель перед
    хижиной Ньяна, положив рядом новые копья. Вместо кремневых на них были
    острые костяные наконечники. Ребята надеялись ночью подкараулить росомаху.
    Становище погрузилось в сон.

    МАМОНТЫ

    Ночь прошла спокойно. Никто не появился вблизи стоянки. Но Задира
    все-таки что-то заметил. Прошелся несколько раз по становищу, словно
    отыскивая какую-то вещь, а потом подошел к костру и громко заявил:
    — Росомаха унесла Ньяна! Росомаха украла Ньяна!…
    И действительно, Ньян исчез. Росомаха, конечно, тут была ни причем.
    Ньян не вернулся ни к вечеру, ни на следующий день, ни на третий.
    Дни проходили за днями, а в племени по-прежнему царил беспорядок, и
    пожилые охотники напрасно старались обьединить перессорившихся мужчин.
    Недалеко от становища появился табун диких лошадей, но охотники не
    спешили на охоту и вернулись ни с чем. Потом они пожалели, что не
    выставили на холмах дозоры, которые вовремя могли бы предупредить их о
    приближении табуна.
    Однажды Дыю перешел лохматый носорог, но, обнаружив становище,
    скрылся раньше, чем охотники успели к нему добежать.
    Мужчины переругивались, сваливая вину один на другого. Волчьему Когтю
    надоело слушать их пререкания, и он вместе с Зайцем отправился в дозор на
    холмы. Космач с Укмасом решили пойти к реке. Остальные мужчины продолжали
    спорить о том, куда следует идти на охоту, кто с кем пойдет и кто будет во
    главе. Как обычно, Задира и Куница над всеми насмехались, но никто не стал
    их останавливать. Все были недовольны друг другом, и никто в племени не
    пользовался таким уважением, чтобы к его голосу прислушались.
    Всем хотелось, чтобы в племени наконец воцарился порядок, но никто не
    хотел никому подчиняться, никто никого не хотел слушать.
    Ясно было, что это до добра не доведет. И результаты не заставили
    себя ждать.
    Наступили голодные дни.
    Благо, что еще люди отъелись после удачной охоты на зубров, не то
    совсем бы плохо пришлось.
    Ньян отсутствовал уже целую неделю, и никто не знал, что случилось со
    смелым охотником. Может быть, волки давно уже обглодали его кости?
    И вдруг совсем неожиданно Ньян появился в становище.
    Уставший, окровавленный, едва державшийся на ногах, он шел, ведя за
    собой молодую женщину со связанными руками.
    Сбежалось все племя.
    — Ньян привел жену! Ньян привел жену! — раздавались возбужденные
    голоса.
    Такого интереса и удивления уже давно не вызывало ни одно событие.
    Ньян наклонился к роднику и долго пил. Потом встал, и не отирая воды,
    стекающей с усов и бороды, развязал женщине руки, сказав при этом только
    одно труднопроизносимое слово:

    — Шчекта!
    Это было имя новой жены Ньяна.
    Охотники ждали от Ньяна рассказа о том, где он был и как ему удалось
    заполучить жену, но Ньян, ни слова не говоря, тяжело опустился на камень.
    То, что ему много пришлось пережить, было видно и так, об этом нечего было
    рассказывать, но о чужой женщине, о ее племени Ньян мог бы что-нибудь
    сообщить. Ведь могло случиться и так, чти Ньян украл эту женщину у
    какого-то сильного племени и чужаки теперь могут явиться вслед за Ньяном,
    чтоб потребовать выкуп.
    Охотники расположились на траве, с нетерпением ожидая объяснений.
    Шчекта, присев около камня, спокойно переводила взгляд с одного охотника
    на другого, очевидно смирившись со своей участью. Вокруг бедер у нее был
    повязан широкий кожаный пояс, похожий на короткую юбку, а на шее висели
    шнурки с несколькими костяными колечками. Однако это было не все:
    подбородок женщины украшали черточки — шрамы. Все тут же обратили на них
    внимание и поняли, что это знак племени, к которому принадлежит Шчекта. А
    какого — этого никто не знал, так как ни разу вестоницкие охотники не
    встречали людей с таким знаком.
    Женщины с любопытством разглядывали прическу Шчекты. Это было нечто
    удивительное! В вестоницком племени волосы у женщин были свободно
    распущены по плечам и спине; самое большее, что они себе позволяли, — это
    перевязать их ремешком. У чужой волосы были так замысловато убраны, что их
    необходимо было рассмотреть поближе, и женщины не удержались от искушения.
    Они подходили к пришелице, прикасались к ее голове, поворачивая ее из
    стороны в сторону, громкими криками выражая свое удивление. Они выяснили,
    что волосы у Шчекты заплетены во множество маленьких косичек, а те, в свою
    очередь, связаны между собой поперечными ремешками.
    — Еей-еей!.. — прищелкивали женщины от удивления языком.
    — Эта прическа неудобна! — заявила лентяйка Шишма. — Как можно ловить
    вшей в такой голове!
    — Правда, правда! — присоединились к ней и остальные после некоторого
    размышления.
    С этого момента прическа молодой женщины перестала им нравиться.
    Ньян наконец отдышался, встал и произнес четко:
    — Мамонты, мамонты, мамонты.
    Эта весть вызвала оживление среди охотников. Ньян говорит —
    ? И не один, а много мамонтов! Вот удача! Все давно уже ждут
    такого случая!
    — Ньян, где ты их видел?
    — Они идут сюда?
    Вопросы сыпались со всех сторон, но как только Ньян начал
    рассказывать, тотчас наступила тишина.
    — Мамонты идут сюда, много мамонтов идет сюда!
    Шумным ликованием встретили охотники эту весть.
    Они повскакали со своих мест, кувыркались, хлопали в ладоши и весело
    смеялись. Снова наступит благополучие, снова в племени будут большие
    запасы мяса!
    Опытные охотники Космач, Укмас, Волчий Коготь и Сын Мамонта не
    разделяли общего веселья. Одно сообщение о приближающихся мамонтах еще не
    означает верную добычу. Мамонты могут перейти Дыю где-нибудь в другом
    месте… И наконец, мамонты — это не зайцы и даже не олени. Охота на
    мамонта — дело трудное, к ней нужно хорошо подготовиться.
    Однако большая часть племени веселилась и вела себя так, словно
    мамонты уже были пойманы. После долгого и шумного спора было наконец
    решено, что несколько охотников тотчас отправятся на разведку: одни пойдут
    на холм обозревать равнину, а другие останутся в становище и будут
    готовиться к большой охоте.
    Во главе охотников, посланных на разведку, пошел следопыт Космач.
    Ньян указал ему, в каком направлении идут мамонты; если их ничто не
    задержит по дороге, то они будут здесь уже сегодня.
    Волчий Коготь с несколькими охотниками отправился на холм.
    Оставшиеся в становище мужчины принялись совещаться, как лучше
    организовать работу. На подготовку ям-ловушек времени не было. Оставалось
    одно — напасть на какого-нибудь отбившегося от стада одиночку и копьями
    нанести ему как можно больше ран, чтобы мамонт ослаб от потери крови. Если
    это удастся, охотники оставят добычу на попечение женщин и будут дальше
    преследовать стадо; возможно, они сумеют убить еще одного или двух
    мамонтов. Надо лишь нападать всем вместе, с разных сторон. Как только
    мамонт ринется на кого-нибудь из охотников, остальные тотчас должны
    напасть на него, стараясь отвлечь животное и спасти товарищей от верной
    гибели.
    Таков закон охоты.
    Эта охота будет опасной — ведь разъяренный мамонт может схватить
    человека своим длинным гибким хоботом и ударить о землю или растоптать
    огромными, похожими на стволы вековых деревьев ногами. Такие истории часто
    вспоминают бывалые охотники у вечернего костра.
    Однако предчувствие опасности только подзадоривало мужчин: чем больше
    опасность, тем больше славы выпадает на долю охотников в случае удачи.
    Совет уже подходил к концу, когда Сыну Мамонта пришла в голову
    великолепная мысль:
    — Зубры в болоте — мамонты в болоте!
    Охотникам понравился план Сына Мамонта: они загонят стадо мамонтов в
    болото, как сделали это с зубрами.
    — Гой, гой, гой! Мамонтов в болото! — весело кричали мужчины.
    Теперь все принялись готовить к охоте особо прочные острые копья —
    основное оружие первобытного охотника. Сегодня их понадобится очень много.
    Мужчины выбирали подходящие прямые ветки дуба, ясеня или граба, заостряли
    их концы, затем обжигали на огне, а после всего отбивали камнями.
    Задира, переходя от одной хижины к другой, всех поучал, заводил
    разговоры о выборе вождя и о том, что в племени надо навести порядок. В
    одной руке у него было сразу три копья, а в другой — тяжелый топор из
    грубо обтесанного камня. Он размахивал им над головой, желая обратить на
    себя внимание — посмотрите, мол, какой я сильный.
    Болтливая Скршегула льстиво заметила, что только такой силач, как
    Задира, может быть достойным вождем племени. Задира самодовольно
    ухмыльнулся, но не поддержал болтунью. Еще не пришло его время.
    Вдруг послышался трижды повторенный свист. Это Волчий Коготь с холма
    подавал сигнал:

    Теперь уже не до споров. В такой охоте одиночкам не место!
    Действовать сообща — только тогда их ждет удача. Женщины в этой охоте тоже
    помощники — они понесут запасное оружие, будут во время охоты помогать
    окружать мамонта, оглушать его криками. Нескольким старшим мальчикам

    Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31

  • ПРИКЛЮЧЕНИЯ

    Охотники на мамонтов

    LIB.com.ua [электронная библиотека]: Шторх Эдуард: Охотники на мамонтов

    не разлучится с ним. Ее похоронят в центре становища, там, где всегда
    горит костер.
    Не сказав ни слова, Ньян, Волчий Коготь и Сын Мамонта подняли тело
    женщины с земли и положили в костер. Ньян снял с шеи длинное ожерелье и
    бросил его рядом с умершей. Это были зубы лисиц и волков, нанизанные на
    тонкий ремешок. Охотничьи трофеи в два ряда охватывали шею Ньяна и были
    предметом гордости хозяина.
    Каждый каким-нибудь подарком старался одарить погибшую. Бросали в
    огонь кремневые ножи и мелкие украшения из раковин, костей и зубов.
    Некоторые приносили из хижин любимые игрушки — красивые разноцветные
    камушки, раковины мелких улиток, куски рогов. Теперь все это было отдано
    Ниане.
    Ньян притащил огромную лопатку мамонта и прикрыл ею тело женщины.
    Потом все по очереди начали забрасывать могилу глиной*. И скоро тело Нианы
    исчезло под ее покровом. Дым столбом поднимался к небу…
    _______________
    * Такая могила была обнаружена 4 ноября 1927 года.

    Как будто что-то вспомнив, Копчем внезапно заворчал, подбежал к
    костру и вытащил из него головешку. Он отошел в сторонку, положил ее на
    землю и начал раздувать. Поняв, в чем дело, все одобрительно заворчали.
    Ведь они чуть было не забыли об огне! Копчем вовремя вспомнил о нем —
    догадливый мальчишка!
    Кто-то подбежал к мальчику и положил на ветку горсть сухой травы.
    Огонь разгорелся. Теперь можно было не беспокоиться: огонь получил пищу,
    теперь он не угаснет.
    Вскоре над старым племенным очагом вырос могильный холм…
    Он становился все выше и выше. Охотники рыли глину рогами оленей,
    широкими лопаточными костями, подносили глину в кожаных мешках. Дети
    помогали взрослым. Дым, поднимавшийся над могилой, понемногу слабел,
    исчезал.
    Заходило солнце.
    Ньян удовлетворенно кивнул. Могильный холм был уже достаточно высок.
    Все расположились вокруг могилы и начали петь. Пение это походило на
    грубые выкрики, но все же в нем можно было различить определенный ритм, и
    скоро все присутствующие раскачивались в такт песне.
    Издали доносился вой волков и гиен. Над горами опускались черные
    сумерки, от реки веяло холодом…

    ВЕСТОНИЦКАЯ ВЕНЕРА

    Копчем остался у нового костра. Сидел на камне, подкладывая в огонь
    ветки и разбитые кости, и следил за сизым дымом. Его кольца поднимались
    вверх и исчезали в вышине.
    Огонь — это великая сила. Он отгоняет хищников, согревает озябшее
    тело, на нем можно поджарить мясо. Вез огня нечего и думать пережить
    зиму… А ведь племя чуть было снова не лишилось огня! Глина душит огонь.
    Дождь тоже может залить очаг. За огнем надо ухаживать. Угасший огонь ничем
    не оживишь.
    Теперь Копчем будет беречь огонь. Его огонь никогда не погаснет. Это
    огонь его матери Нианы. Она тоже будет с ним охранять огонь. В огне —
    частица Нианы. Вместе с белым дымом Ниана будет постоянно возноситься к
    небу.
    Копчем подбросил в костер новую охапку хвороста и с удовольствием
    наблюдал, как веселые языки пламени лижут сухие ветки и превращают их в
    белый клубящийся дым. Положит в огонь кусок дерева — и вот уже через
    минуту дерева нет, только пепел в костре, а в вышине — дым. Как это
    удивительно! Никто этого не поймет. Так же как у человека: тело остается
    неподвижным, а жизнь улетает.
    Когда у племени есть огонь, оно чувствует себя сильным. Старики часто
    рассказывают молодым, что когда-то во время трудной переправы через бурную
    реку племя потеряло огонь: охотник, несший дымящуюся корягу, упал в поток,
    и огонь утонул. Это было великое несчастье! Много времени прошло, прежде
    чем удалось добыть новый огонь. Его выменяли у другого племени на
    множество шкур. И во время долгой зимы, когда не было огня, многие погибли
    от холода и болезней. Это была страшная пора! А если бы и у чужого племени
    не оказалось огня? Или если бы вестоницкие охотники встретили враждебное
    племя? Без огня племя погибло бы, это все понимали…
    К пылающему костру подошел Укмас; в руке у него был кусок мяса. Он
    отбил его палкой, выгреб из костра раскаленный камень и положил на него
    мясо. Укмас ждал, пока мясо изжарится. Он подогнул ноги, обнял их руками и
    положил голову на колени. Его волосы, связанные в пучок на темени, торчали
    кисточкой. Вокруг костра царил беспорядок. Укмас укоризненно покачал
    головой. И тотчас Огнош схватил несколько веток и начал мести раскиданные
    возле костра головешки. Копчем тоже взял палку и стал подгребать к центру
    костра большие обгоревшие ветви. Он был рад, что Укмас просто сделал
    замечание, а не надавал подзатыльников, как это обычно делают другие
    охотники, наступив нечаянно на горячую головешку. Конечно же, вокруг
    костра должно быть все убрано.
    Укмас не обращал никакого внимания на ребят.
    Копчем закашлялся и далеко сплюнул — он видел, что именно так делают
    взрослые охотники. Потом обратился к Укмасу:
    — Без огня нельзя жить. Огонь всегда родится от другого огня.
    Укмас молча наблюдал за куском мяса, которое уже начинало шипеть.
    Копчем указал рукой на свой весело пылающий костер:
    — Дождь на огонь — огонь исчезает. Нигде нет огня — что делать?
    Охотник будто и не слышит, что говорит мальчик, только время от
    времени бросает в его сторону косые взгляды. Нужно еще подумать, стоит ли
    ему вступать в серьезную беседу с незрелым юнцом. И не дерзко ли это со
    стороны мальчишки — обращаться с вопросом к взрослому охотнику?
    Немного поразмыслив, Укмас все же решается ответить. Кажется, ему
    пришлось по душе мальчишеское любопытство.
    — Огонь — великое чудо. Копчем еще очень мал, но и он знает, наверно,
    что от кремня отлетают искры. Кремень и камень — крес-крес! — и во все
    стороны разлетаются искры. В кремне спрятан огонь, но, может, Копчем не
    знает, что от искры почти невозможно разжечь костер. Это под силу не

    каждому — только старейшина племени Седой Волк умел высечь огонь. Но Седой
    Волк больше не вождь своего племени. Он покинул племя…
    Охотник говорит медленно. С трудом подыскивает слова, стараясь
    выразить свои мысли. Это ему удастся не всегда. Тогда он помогает себе
    жестами и мимикой. Давно не приходилось ему говорить так много. Он устал.
    Перевернул мясо и снова сел, положив голову на колени.
    Копчем задумался. Что из кремня вылетают искры, известно даже малому
    ребенку, и Копчем не раз наблюдал это, когда охотники готовили ножи,
    наконечники для копий и скребки. Он сам уже несколько раз отбивал себе от
    кремня нож или скребок для выделки шкур. Искр было много, но никогда он не
    видел, чтобы они что-нибудь подожгли. Это правда, что в кремне скрыт
    огонь, но только Седой Волк знал, как от искры разжечь костер. А Седой
    Волк уже давно мертв.
    Укмас насадил мясо на острый осколок кости и отошел.
    Копчем снова бросил в огонь камень, на котором Укмас жарил мясо, и
    подложил новых веток.
    Бельчонок издали свистнул, призывая приятеля принять участие в игре.
    Копчем только отмахнулся. Сегодня он не пойдет играть, он будет охранять
    огонь.
    — Огнош, принеси-ка мне осколки кремня, — приказал он своему
    помощнику.
    Мальчик побежал к скале, где охотники обычно делали каменное оружие,
    инструменты, и поднял несколько осколков.
    Копчем отобрал куски побольше и начал ударять ими друг о друга.
    Вылетавшие искры он пытался поймать кусочками сухого мха. Огонь не
    возникал. Как он ни бился, ничего не вышло. Значит, решил Копчем, тайной
    великого чуда огня ему не владеть…
    Женщины принесли свежие охапки веток и отпустили Копчема и Огнаша.
    Они сами будут следить за огнем. Нужно приготовить еду для мужчин и
    довялить запасы мяса.
    Скршегула и Крушанка пошли к яме, где хранилось мясо. Хранилище было
    рядом, всего в нескольких шагах, за старым очагом, а теперь могилой Нианы.
    — Что такое? — удивилась Крушанка. — Хвоя вся раскидана!
    Девушка заглянула в яму и всплеснула руками. А болтливая Скршегула
    начала громко причитать, ударяя себя руками по бедрам. Женщины, бросив
    костер, поспешили к ним. Яма была пуста. Там не осталось ничего, кроме
    нескольких кусков на самом дне.
    — Все мясо исчезло! Ох, ох, ох, ау!
    На крики сбежались охотники, они заглядывали в пустую яму.
    Мужчины покраснели от гнева, стиснули зубы, а потом начали издавать
    гортанные звуки и возбужденно подпрыгивать.
    Сын Мамонта решил осмотреть землю вокруг, прежде чем ее успели
    затоптать сбежавшиеся охотники. Так и есть — следы широких лап, похожих на
    медвежьи, только немного поменьше.
    — Это росомаха! — сказал Сын Мамонта.
    — Росомаха, росомаха! — кричали охотники и женщины, хором проклиная
    ночного грабителя.
    Этот дерзкий хищник ничего не боится. Бывает, что росомахи проникают
    в хижины к спящим людям и сжирают все съестное.
    Теперь из-за ловкой росомахи все племя осталось без пищи!
    Кто сторожил яму этой ночью? Нечего сказать, хороши сторожа — даже не
    заметили, что разбойник проник в поселок! Пусть виновные отправляются на
    охоту, и горе им, если они вернутся без добычи!
    Двое сторожей нехотя покидают становище. Вслед им несутся насмешки.
    А вскоре Сын Мамонта, Волчий Коготь, Укмас и еще несколько мужчин,
    захватив дубовые и ясеневые копья и хорошо наточенные топоры, тоже
    отправились на охоту. Они не надеются на нерадивых сторожей.
    Племени нужны новые запасы, иначе ему грозит голод.
    Ньян с утра сидит перед своей хижиной, не очень интересуясь
    происходящим вокруг. Наверное, он даже и не слышал, что натворила
    росомаха.
    Перед Ньяном на плоском камне горсть глины, он лепит из нее какую-то
    фигурку. Уже дважды он разбивал ее о землю, когда ему казалось, что работа
    не удалась, и вот он принимается за дело в третий раз. Теперь он
    подмешивает к глине немного муки из растертых костей. Рог зубра, полный
    воды, воткнут рядом в землю.
    Фигурка величиной с ладонь взрослого мужчины имеет формы человека:
    голову, круглое туловище и ноги по колени. Ньян работает тонкой костью и
    старательно выравнивает поверхность фигурки, иногда сбрызгивает ее водой.
    Вот обозначилась грудь, небольшим углублением отмечает он пупок, косые
    линии на голове — глаза. Фигурка готова.
    Подошел Копчем и с интересом посмотрел на фигурку. Ньян вытянул руку,
    с удовлетворением разглядывая свое творение.
    — Мама! — закричал вдруг Копчем.
    Он узнал Ниану.
    Отец кивнул и понес фигурку к костру. Под горящими ветками он выкопал
    ямку, очистил ее палкой от угольков и на чистое место положил фигурку.
    Влажная масса быстро высыхала, над ней поднимался белый пар. Фигурка
    затвердела и приняла красноватый оттенок.
    Скоро она будет совсем готова.
    Копчем предложил отцу присмотреть за ней, опасаясь, как бы кто-нибудь
    случайно не повредил творение Ньяна. Мальчик невольно опять принял на себя
    обязанности хранителя огня, и верный Огнош тотчас прибежал ему на помощь.
    Женщины, которым нечего было жарить на костре, занялись другими делами,
    оставив огонь без присмотра.
    Ньян заметил это и стал громко возмущаться. В племени нет порядка,
    говорил он. Ньян хотел, чтобы его слышали все, кто остался в становище.
    Так бывает всегда, когда каждый себе хозяин. Нерадивые сторожа
    оставили племя без мяса. На охоту идут кто хочет и куда хочет. За рыбой не
    ходят вообще. Запасы шкур плесневеют, их забыли обработать. А корзины для
    лесных ягод уже давно пусты.
    Охотники слушали Ньяна и кивали в знак согласия. Племени нельзя долго
    оставаться без сильного вождя — это было ясно всем. И он должен быть не
    только хорошим охотником, но и решительным, твердым человеком, способным
    подчинить соплеменников собственной воле.
    Старый вождь утвердил свою власть, положив на лопатки всех мужчин
    племени. Но однажды его раздавил раненый мамонт, и в племени не оказалось
    больше ни одного такого силача. Охотники умели подчиняться только грубой
    силе. Преимущества разума они не признавали. Племя давно нуждалось в
    сильном предводителе.
    — Ньян, будь вождем! — закричали сразу несколько охотников.
    Ньян улыбнулся и отрицательно покачал головой:
    — Ньян не может быть вождем. У Ньяна нет жены! Будет жена — станет

    Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31