• ПОЛИТИКА

    Великий исторический документ

    LIB.com.ua [электронная библиотека]: Мао Цзе-Дун: Великий исторический документ

    Мао Цзе-Дун

    ВЕЛИКИЙ ИСТОРИЧЕСКИЙ ДОКУМЕНТ

    (Редакционная статья журнала «Хунци»
    и газеты «Жэньминь жибао»)

    (18 мая 1967 года)

    Исторический документ — «Сообщение» ЦК КПК от 16 мая 1966 года,
    разработанный год тому назад под непосредственным руководством нашего
    великого вождя товарища Мао Цзэ-дуна, является великим
    марксистско-ленинским документом. Ныне этот документ опубликован в
    печати. Этот документ, в котором выдвигаются теория, линия, курс и
    политические установки Великой пролетарской культурной революции,
    сорвал темные планы контрреволюционной ревизионистской клики Пэн
    Чжэня, пытавшейся подорвать Великую пролетарскую культурную революцию
    и осуществить реставрацию капитализма. Он послужил боевым сигналом,
    возвестившим о начале Великой пролетарской культурной революции.
    «Тезисы доклада», выпушенные Пэн Чжэнем в феврале прошлого года,
    являются насквозь ревизионистской программой, программой реставрации
    капитализма. Дав ход этой программе, ревизионистская клика Пэн Чжэня с
    головой выдала свой антипартийный, антисоциалистический заговор, давно
    уже вынашивавшийся ею. «Сообщение» разоблачило контрреволюционную
    ревизионистскую клику Пэн Чжэня и привело ее к банкротству. Брешь была
    пробита. С того момента в рядах контрреволюционного ревизионистского
    фронта, возглавляемого китайским Хрущевым, началось смятение.
    Этот великий исторический документ, разработанный под
    непосредственным руководством товарища Мао Цзэ-дуна, творчески развил
    марксизм-ленинизм, разрешил вопрос о революции в условиях диктатуры
    пролетариата.
    Маркс и Энгельс создали теорию научного социализма. Ленин и
    Сталин развили марксизм, разрешив ряд проблем пролетарской революции в
    эпоху империализма, разрешив вопросы теории и практики осуществления
    диктатуры пролетариата в пределах, одной страны. Товарищ Мао Цзэ-дун
    развил марксизм-ленинизм, разрешив ряд проблем пролетарской революции
    в современную эпоху, разрешив вопросы теории и практики осуществления
    революции и предотвращения реставрации капитализма в условиях
    диктатуры пролетариата. Таковы три великие вехи в истории развития
    марксизма.
    Классовая борьба в условиях диктатуры пролетариата, если свести
    ее к одному, это все тот же вопрос о власти, а именно: пролетариат
    стремится укрепить диктатуру пролетариата, а буржуазия стремится
    свергнуть ее. При этом самыми опасными представителями буржуазии,
    тщетно пытающимися свергнуть диктатуру пролетариата, являются те
    стоящие у власти лица, которые, пролезши в руководящие органы партии и
    правительства, идут по капиталистическому пути и ведут борьбу против
    красного знамени пол прикрытием «красного знамени».
    В этом великом историческом документе Председатель Мао Цзэ-дун
    указывает:
    «Эти представители буржуазии имеются в центре, в партийных и
    правительственных учреждениях, и на местах — в провинциях, городах и
    автономных районах».
    Председатель Мао Цзэ-дун учит нас, что в условиях диктатуры
    пролетариата главным объектом революции являются представители
    буржуазии, пролезшие в органы диктатуры пролетариата, горстка лиц,
    идущих по капиталистическому пути и стоящих у власти в партии.
    Противоречие между горсткой лиц, идущих по капиталистическому пути и
    стоящих у власти в партии, с одной стороны, и широкими массами
    рабочих, крестьян, солдат, революционных кадров и революционной
    интеллигенции, с другой, является главным, антагонистическим
    противоречием. Борьба за разрешение этого противоречия есть
    концентрированное выражение борьбы между двумя классами —
    пролетариатом и буржуазией, между двумя путями — социалистическим и
    капиталистическим. Вывести на чистую воду горстку лиц, идущих по
    капиталистическому пути и стоящих у власти в партии, выставить напоказ
    их ревизионистский хлам, подвергнуть его уничтожающей критике,
    дискредитировать, разгромить и свергнуть эту горстку лиц, вести борьбу
    за захват власти из их рук — вот основной вопрос, который должна
    разрешить Великая пролетарская культурная революция. Таково главное
    направление борьбы, которого мы должны неуклонно придерживаться.
    «Люди, подобные Хрущеву», находящиеся бок о бок с нами, о которых
    говорит в этом документе Председатель Мао Цзэ-дун, ныне уже
    разоблачены широкими массами. Китайский Хрущев — это самое крупное
    лицо, идущее по капиталистическому пути и стоящее у власти в партии,
    главный представитель буржуазии в органах диктатуры пролетариата.
    Вскрытые теперь факты показывают, что это самое крупное лицо, идущее
    по капиталистическому пути и стоящее у власти в партии, является
    старым оппортунистом. До победы во всей стране он выступал против
    захвата власти пролетариатом. А после победы во всей стране он
    ополчился против диктатуры пролетариата, против социалистической
    революции и стремился осуществить в Китае капитализм. После завершения
    в основном социалистических преобразований в области собственности на
    средства производства он стремился реставрировать в Китае капитализм.
    Теперь выяснено, что имен но он поддержал контрреволюционные,
    ревизионистские «февральские тезисы» Пэн Чжэня, что эти тезисы
    являются его собственной программой.
    Какую же роль сыграл он в массовом движении Веллкой пролетарской
    культурной революции? Стоя на реакционной буржуазной позиции, он
    осуществлял диктатуру буржуазии и пытался подавить бурное движение
    Великой пролетарской культурной революции. Извращая истинное положение
    вещей и выдавая черное за белое, он устраивал карательные походы
    против революционеров, зажимал инакомыслящих, устанавливал белый
    террор, радовался своим мнимым успехам и в результате раздувал спесь
    буржуазии и снижал боевой дух пролетариата. До чего это подло!
    Теперь уже всем ясно, что именно это самое крупное лицо, идущее

    по капиталистическому пути и стоящее у власти в партии, является
    главной фигурой среди тех контрреволюционных ревизионистов, которые,
    как говорит Председатель Мао Цзэ-дун в этом великом историческом
    документе, готовы при первом удобном случае захватить власть в свои
    руки и превратить диктатуру пролетариата в диктатуру буржуазии.
    Разоблачение горстки самых крупных лиц, идущих по
    капиталистическому пути и стоящих у власти в партии, — это событие
    первостепенной важности, касающееся судьбы нашего социалистического
    государства и перспективы мировой революции, это самое важное
    завоевание Великой пролетарской культурной революции. Революционный
    народ всего Китая и революционные народы всего мира единодушно
    торжествуют эту великую победу. Темным планам империалистов и
    современных ревизионистов, пытающихся через своих агентов вести
    подрывную деятельность в Китае, нанесено самое крупное поражение.
    Величайший урок истории диктатуры международного пролетариата
    состоит в том, что в первом социалистическом государстве — Советском
    Союзе партийное и государственное руководство узурпировано
    ревизионистской кликой и осуществляется реставрация капитализма. То же
    самое произошло и в некоторых других социалистических странах. Именно
    обобщив исторический опыт диктатуры международного пролетариата, наш
    великий вождь Председатель Мао Цзэ-дуц поднял сотни миллионов масс на
    проведение этой беспрецедентной в истории Великой пролетарской
    культурной революции. Это самая надежная гарантия того, что наша
    партия и наша страна никогда не изменят свой цвет. Это величайший
    вклад, который сделал товарищ Мао Цзэ-дун теоретически и практически в
    дело международного пролетариата.
    Этот документ объявил о роспуске «Группы пяти по делам культурной
    революции», находившейся под контролем контрреволюционной
    ревизионистской клики Пэн Чжэня, и о создании новой группы по делам
    культурной революции при Центральном Комитете, непосредственно
    подчиненной Постоянному комитету Политбюро ЦК партии. Это явилось
    важным мероприятием в проведении Великой пролетарской культурной
    революции.
    Опубликование этого великого исторического документа является
    одним из важнейших событии в политической жизни нашей страны, а также
    одним из важнейших событий в международном коммунистическом движении.
    Ныне Великая пролетарская культурная революция в нашей стране
    одержала великие победы. Однако перед нами все еще стоят серьезные
    боевые задачи. Мы должны политически, идеологически и теоретически
    окончательно раскритиковать горстку самых крупных лиц, идущих по
    капиталистическому пути и стоящих у власти в партии. Мы должны
    добиться дальнейшего широкого объединения пролетарских революционеров,
    сплачивать широчайшие массы, сплачивать большинство кадровых
    работников. Мы должны осуществлять революционное «соединение трех
    сторон» и добиться действительного захвата власти пролетариатом там,
    где нужно захватить власть. Мы должны сочетать движение за большую
    критику с разгромом, критикой и преобразованием[Разгром, критика и
    преобразование — разгромить тех облеченных властью, которые идут по
    капиталистическому пути, раскритиковать реакционных буржуазных
    «авторитетов» в науке, раскритиковать идеологию буржуазии и всех
    других эксплуататорских классов, преобразовать просвещение,
    преобразовать литературу и искусство, преобразовать все области
    надстройки, не соответствующие экономическому базису социализма.] в
    своей организации и успешно выполнить задачу разгрома, критики и
    преобразования во всех организациях. Мы должны еще лучше «взяться за
    революцию и стимулировать производство» с тем, чтобы добиться
    дальнейшего и всестороннего процветания во всех областях
    социалистического строительства.
    Центральный Комитет партии призывает всех революционных товарищей
    со всей серьезностью изучить этот документ. Изучая этот документ в
    тесной связи с новой обстановкой нынешней борьбы и учитывая опыт
    борьбы за истекший гол, необходимо еще лучше вооружать себя идеями Мао
    Цзэ-дуна, еще лучше усваивать и овладевать выдвинутыми Председателем
    Мао Цзэ-дуном теорией, линией, курсом и политическими установками
    Великой пролетарской культурной революции, довести до конца Великую
    пролетарскую культурную революцию.
    Нынешняя Великая культурная революция проводится лишь первый раз.
    В дальнейшем она обязательно будет проводиться много раз. В последние
    годы Председатель Мао Цзэ-дун часто указывает, что для решения вопроса
    «кто кого» в революции потребуется очень длительный исторический
    период. При неправильном решении этой задачи в любой момент может
    произойти реставрация капитализма. Никто из членов партии и народа не
    должен думать, что после одной-двух или трех-четырех великих
    культурных революций все будет благополучно. К этому нужно отнестись с
    величайшим вниманием. Ни в коем случае нельзя утрачивать бдительность.

    Цитатник Мао Цзе-Дуна

    Я одобряю такой лозунг: «Не бояться трудностей, не бояться
    смерти».

    Необходимо работать с исключительной кропотливостью. Нужна
    исключительная кропотливость, небрежность недопустима, она зачастую
    ведет к ошибкам.

    Пусть нас не трогают, и мы не тронем, а если тронут — мы не
    останемся в долгу.

    Без разрушения нет созидания. Разрушение — это критика, это
    революция. Разрушение требует выяснения истины, а выяснение истины и
    есть созидание.

    То, что мыслимо, то осуществимо.

    Американский империализм убивает людей чужих стран, он убивает
    также белых и негров собственной страны.

    Американский империализм кажется громадой, но фактически является
    бумажным тигром и делает предсмертные потуги.

    Народы всего мира, сплачивайтесь и громите американских
    агрессоров и всех их приспешников!

    Страницы: 1 2 3

  • ПОЛИТИКА

    Избранные произведения

    LIB.com.ua [электронная библиотека]: Мао Цзе Дун: Избранные произведения

    задачи на флангах.

    15. Речь идет о периоде постепенного перехода русской революции от подъема
    к спаду, наступившему после поражения декабрьского восстания 1905 года. См.
    «История ВКП(б). Краткий курс», гл. III, разделы 5 и 6.

    16. Мирный договор, заключенный Советской Россией с Германией в марте 1918
    года. Это было временное отступление, предпринятое в условиях явного
    перевеса сил на стороне врагов революции и ставившее целью предотвратить
    нападение германского империализма на только что образовавшуюся и еще не
    имевшую своей армии Советскую Республику. Подписание Брестского договора
    позволило Советской Республике выиграть время для укрепления пролетарской
    власти, налаживания хозяйства и создания Красной Армии; оно позволило
    пролетариату сохранить за собой руководство крестьянством, накопить силы и
    разгромить в 1918-1920 годах белогвардейцев и английских, американских,
    французских, японских, польских и прочих интервентов.

    17. 30 октября 1927 года крестьяне уездов Хайфын и Луфын провинции Гуандун
    подняли под руководством Коммунистической партии Китая третье по счету
    восстание, заняли города Хайфын и Луфын и прилегающие к ним районы,
    организовали Красную армию и установили рабоче-крестьянскую демократическую
    власть. Из-за недооценки сил врага восстание потерпело поражение.

    18. Осенью 1936 года войска 2-го и 4-го фронтов Красной армии соединились
    и, выступив из северо-восточной части провинции Сикан, начали поход на
    север. В этот период Чжан Го-тао упорно продолжал борьбу против партии,
    неизменно проводя линию па отступление ы ликвидаторство. В октябре того же
    года, когда войска 2-го и 4-го фронтов уже вступили в провинцию Ганьсу, из
    авангардных частей 4-го фронта по приказу Чжан Го-тао была образована так
    называемая армия западного направления численностью в двадцать с лишним
    тысяч человек для движения на запад через реку Хуанхэ в провинцию Цинхай.
    Эта армия в декабри 1936 года потерпела тяжелое поражение, а к марту 1937
    года была окончательно разбита.

    19. См. К. Маркс и Ф. Энгельс, «Революция и контрреволюция в Германии»
    (Соч., т. VI. — прим. ред.).

    20. «Шуйхучжуань» — известный китайский роман, повествующий о крестьянской
    войне. Автором этого романа считают Ши Най-аня, жившего в XIV веке н. э.
    Линь Чун и Чай Цзинь — герои зтого романа. Хун — учитель фехтования и
    борьбы в доме Чай Цзиня.

    21. Лу и Ци — два феодальных княжества в эпоху Чуньцю (722-481 годы до н.
    э.). Большое княжество Ци находилось в центральной части нынешней провинции
    Шаньдун, а уступавшее ему по размерам княжество Лу — в южной части той же
    провинции. Чжуан-гун был князем Лу в 693-662 годах до н. э.

    2.2 Цзо Цю-мин — автор «Цзочжуань», известной летописи эпохи династии
    Чжоу. Приведенная в данном труде цитата взята из этой летописи («10-й год
    правления Чжуан-гуна»).

    23. «Это — честное выполнение долга. С этим можно идти воевать!» — этими
    словами Цао Гуй хочет сказать, что когда правитель при рассмотрении тяжб
    действует справедливо, он может завоевать поддержку народа и,
    следовательно, может вести войну. «Князь собирался ударить в барабан» и
    «трижды били атаку барабаны Ци» — здесь «бить в барабан» означает бросить
    войска в атаку.

    24. Чэнгао — древний город, находившийся в северо-западной части нынешнего
    уезда Чэнгао провинции Хэнань. В древние времена был важным стратегическим
    пунктом. Здесь в 203 году до н. э. происходила битва между ханьским князем
    Лю Баном и чуским князем Сян Юем. Сян Юй занял Юнъ-ян и Чэнгао и почти
    полностью разгромил войска Лю Бана. Однако впоследствии Лю Бан
    воспользовался благоприятным моментом, когда чуские войска переправлялись
    через реку Сышуй, нанес им сокрушительный удар и вернул город Чэнгао.

    25. Куньян — древний город, находившийся в северной части нынешнего уезда
    Есянь в провинции Хэнань. Здесь Лю Сю (император Гуан У-ди, основатель
    восточной ханьской династии) в 23 году н. э. разгромил войска Ван Маца. В
    этом сражении неравенство сил было исключительно большим: у Лю Сю было
    всего 8-9 тысяч человек, а у Ван Мана — более 400 тысяч. Используя
    беспечность военачальников Вап Ыана-Ван Сюня и Ван И,-вызванную недооценкой
    сил противника, Лю Сю бросил против них 3 тысячи своих отборных войск,
    которые п разгромили основное ядро войск Ван Мана; развивая этот успех, Лю
    Сю перешел в наступление и наголову разбил Ван Мана.

    26. Гуаньду находился в северо-восточной части нынешнего уезда Чжунмоу
    провинции Хэнань. Здесь в 200 году н. э. происходило сражение между
    войсками Цао Цао и Юань Шао. Юань Шао располагал стотысячной армией. У Цао
    Цао войск было мало, а запасы продовольствия иссякли. Однако он использовал
    проявленную Юань Шао беспечность, вызванную недооценкой сил противника,
    произвел внезапный налет и поджег обозы Юань Шао. Когда войска Юань Шао
    охватила паника, Цао Цао нанес удар и уничтожил главные силы Юань Шао.

    27. Войска царства У возглавлял Сунь Цюань, войска царства Вэй — Цао Цао.
    Чиби — гора на южном берегу реки Янцзы, в северо-восточной части нынешнего
    уезда Цзяюй в провин-дии Хубэй. Здесь в 208 году н. э. Цао Цао с
    500-тысячным войском, которое сам оп выдавал за 800-тысячное, выступил
    против Сунь Цюапя. Последний в союзе с другим противником Цао Цао — Лю Бэем
    — выставил 30-тысячное войско; оп воспользовался эпидемией в войсках Цао
    Цао и их неумением сражаться на воде, сжег суда Цао Цао и разгромил его
    армию.

    28. Илин находится в восточной части нынешнего уезда Ичан провинции Хубэй.
    Здесь в 222 году н. э. Лу Сунь, полководец царства У, нанес жестокое
    поражение войскам царства Шу, которыми командовал Лю Бэй. Вначале Лю Бэй во
    всех сражениях одерживал победы и занял Илпи, углубившись на 500-600 ли на

    территорию царства У. После этого Лу Сунь в течение 7-8 месяцев уклонялся
    от боя. Дождавшись момента, когда войска Лю Бэя «были измотаны до предела,
    пали духом и потеряли веру в спасение», Лу Сунь воспользовался поднявшимся
    ветром, поджег лагерь Лю Бэя и разгромил его войска.

    29. В 383 году н. э. войска государства Восточное Цзинь под командованием
    Се Сюаня нанесли у реки Фэйшуй (в нынешней провинции Аньхуэй) тяжелое
    поражение войскам Фу Цзяня, правителя государства Цинь. Последний имел в
    своем распоряжении 600 с лишним тысяч пехоты, 270 тысяч кавалерии и личную
    охрану в 300 тысяч всадников. Войска Се Сюаня (включая флот) насчитывали
    лишь 80 тысяч человек. Две армии разделяла река Фэйшуй. Се Сюань
    использовал заносчивость и самонадеянность противника и обратился к Фу
    Цэяпю с просьбой уступить ему небольшой плацдарм на берегу, где стояла
    циньская армия, с том чтобы его войска могли переправиться и дать решающее
    сражение. Фу Цзянь согласился и приказал своим войскам отойти. Однако как
    только его войска начали отход, их уже нельзя было остановить.
    Воспользовавшись этим, войска Се Сюаня переправились через реку и
    разгромили армию Фу Цзяня.

    30. 1 августа 1927 года в целях борьбы против контрреволюционных сил Чан
    Кай-ши и Ван Цзин-вэя и в целях продолжения дела революции 1924-1927 годов
    Коммунистическая партия Китая возглавила известное восстание в Наньчане-
    главном городе провинции Цзянси. В этом восстании приняли участие воинские
    части числешюстью более 30 тысяч человек. Восстанием руководили тт. Чжоу
    Энь-лай, Чжу Дэ, Хэ Лун, Е Тин и другие; 5 августа 1927 года восставшие
    войска в соответствии с заранее разработанным планом покинули Наньчан и
    направились в провинцию Гуандун. Однако под Чаочжоу и Сватоу их постигла
    военная неудача. Часть из них под командованием тт. Чжу Дэ, Чэнь И, Линь
    Бяо и других впоследствии пробилась в Цзинганшань, где соединилась с
    возглавлявшейся товарищем Мао Цзэ-дуном 1-й дивизией 1-го корпуса
    Рабоче-крестьянской революционной армии.

    31. См. примечание 8 к работе «Почему в Китае может существовать красная
    власть?»

    32. В сентябре 1927 года вооруженные отряды населения района, находящегося
    на стыке провинций Хунань и Цзянси, то есть уездов Сюшуй, Пинсян, Пинцзян и
    Люян, под руководством товарища Мао Цээ-дуна подняли известное «Восстание
    осеннего урожая» и образовали 1-ю дивизию 1-го корпуса Рабоче-крестьянской
    революционной армии. Товарихц Мао Цзэ-дуп привел их в Цзинганшань, где
    создал революционную базу — Пограничный район Хунань — Цзянси.

    33. «Союз эй-би» — контрреволюционная шпионская организация гоминдана,
    действовавшая подпольно в красных районах. «Эй-би» — названия английских
    букв А и В, с которых начинаются слова «Anti-bolshevik»
    («антибольшевистский»).

    34. То есть по центральной части провинции Цзянси между реками Ганьцзян и
    Фушуй.

    35. См. работы В. И. Ленина «К истории вопроса о несчастном мире» (Соч.,
    т. 26.- Прим. ред.), «Странное и чудовищное» (Соч., т. 27.-Прим. ред.),
    «Серьезный урок и серьезная ответственность» (Соч., т. 27.- Прим. ред.) и
    «Доклад о войне и мире 7 марта» (Соч., т. 27.- Прим. ред.), а также
    «История ВКП(б). Краткий курс», гл. VII, раздел 7.

    36. Речь идет о тибетцах, проживающих в районе провинции Сикан, и о
    народностях, исповедующих мусульманство и живущих в провинциях Ганьсу,
    Цинхай и Синьцзян.

    37. Особая форма сочинения, которое должны были писать лица, державшие
    императорские экзамены в феодальном Китае XV-XIX вв. Каждое такое сочинение
    должно было состоять из восьми разделов: «Подход к теме», «Экспозиция
    темы», «Основные положения сочинения», «Переход к изложению», «Начало
    изложения», «Середина изложения», «Конец изложения», «Заключение».

    «Подход к теме» состоял из двух фраз, раскрывающих основное содержание
    темы. «Экспозиция темы» излагалась в 3-4 фразах, развивающих содержание
    «Подхода к теме» и разъясняющих тему. В разделе «Основные положения
    сочинения» в общих чертах излагалось содержание работы. Раздел «Переход к
    изложению» связывал первые разделы с изложением самой темы. Только четыре
    последних раздела представляли собой изложение как таковое, причем
    «Середина изложения» являлась основой всего сочинения. Из последних четырех
    разделов каждый содержал тезис и антитезис, что в сумме дает восемь членов.
    Поэтому все произведение и называлось «восьыичленным» или «восьмитезным».
    Товарищ Мао Цзэ-дун ссылается здесь на процесс последовательного раскрытия
    содержания в восьмичленном сочинении для того, чтобы образно показать
    развитие различных этапов революции. Однако обычно товарищ Мао Цзэ-дун
    прибегает к термину «восьмичлспное сочинение» главным образом как к
    иронической метафоре, подразумевая при этом догматизм.

    Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55

  • ПОЛИТИКА

    Избранные произведения

    LIB.com.ua [электронная библиотека]: Мао Цзе Дун: Избранные произведения

    Цзянси, и одновременно облегчить положение народного правительства в
    Фуцзяни. Таким способом, несомненно, можно было оказать этому правительству
    серьезную поддержку.

    Из-за того, что этот план не был применен, пятый «поход» пе был
    разгромлен, а народное правительство в Фуцзяни пало. После целого года боев
    выходить в Чжэцзян было уже невыгодно. Однако можно было еще перейти в
    стратегическое наступление в другом направлении, то есть наступать главными
    силами на провинцию Хунань (но не через Хунань на Гуйчжоу, а на центральную
    часть Хунани), оттянуть противника из Цзянси в Хунань и там уничтожить его.
    Этот план также был отвергнут, надежды на разгром пятого «похода»
    окончательно рухнули, и остался единственный путь — Великий поход.

    9. ДЕЙСТВИЯ НА УНИЧТОЖЕНИЕ

    «Война на истощение» является для Красной армии несвоевременной. Когда в
    богатстве состязается не Лун Ван (Лун Ван — персонаж китайской мифологии,
    владыка морен и океанов, обладатель несметных сокровищ — прим. редакции) с
    Лун Ваном, а нищий с Лун Ваном, это выглядит, конечно, несколько смешно.
    Для Красной армии, которая почти все добывает у противника, основным курсом
    остаются действия на уничтожение. Только путем уничтожения живой силы
    противника можно громить его «походы» и расширять революционные базы.
    Нанесение урона противнику применяется тольк.0 как средство его
    уничтожения; в противном случае оно бессмысленно. Нанося противнику урон в
    живой сило, мы истощаем и самих себя; но если мы уничтожаем противника, то
    это дает нам трофеи. Таким образом мы не только возмещаем тот урон, который
    понесли сами, но и усиливаем свою армию. В войне против мощного противника
    боевые действия, имеющие целью нанести ему поражение, не могут коренным
    образом решить исход войны, а бои на уничтожение немедленно оказывают
    сильнейшее воздействие на любого противника. В драке лучше отрубить своему
    противнику один палец, чем поранить все десять; в войне лучше уничтожить
    одну дивизию противника, чем нанести поражение десяти.

    Во время первого, второго, третьего и четвертого «походов» мы вели «войну
    на уничтожение», и все эти «походы» были нами разгромлены, несмотря на то,
    что уничтожалась только часть наступавших войск противника. В борьбе против
    пятого «похода» проводилась противоположная линия, и этим противнику
    фактически была оказана помощь в достижении его цели.

    Действия на уничтожение, с одной стороны, сосредоточение превосходящих сил
    и тактика окружений и обходов — с другой,- это единое целое; первое без
    второго невозможно. Непременными условиями действий на уничтожение являются
    поддержка со стороны населения, выгодные позиции, противник, которого легко
    бить, внезапность и т. д.

    Есть смысл в том, чтобы только нанести поражение противнику, есть смысл
    даже в том, чтобы дать ему бежать,- но лишь в тех случаях, когда в данном
    бою или во всей операции главные силы Красной армии уничтожают часть сил
    противника; в противном случае ето бессмысленно. И здесь смысл определяется
    соотношением между потерями и приобретениями.

    Создавая свою военную промышленность, нужно действовать так, чтобы это не
    приводило к увеличению зависимости Красной армии от этой промышленности.
    Наша основная линия состоит в том, чтобы опираться на военную
    промышленность империалистов и нашего противника в гражданской войне. Мы
    имеем право на арсеналы Лондона и Ханьяна (Ханьян — город в провинции
    Хубэй, в котором находился один из крупнейших в Китае арсеналов — прим.
    редакции), причем транспортными бригадами нам служит противник. Это —
    истина, а не парадокс.

    ПРИМЕЧАНИЯ
    ПРИМЕЧАНИЯ

    1. Сунь-цзы или Сунь У — знаменитый военный теоретик, живший в V в. до н.
    э., автор трактата «Сунь-цзы», состоящего из 13 глав. Эта цитата взята из
    третьей главы трактата.

    2. В то время, когда писался настоящий труд (осень 1938 года), исполнилось
    15 лет со дня основания Коммунистической партии Китая (июль 1921 года).

    3. Чэпь Ду-сю в свое время был профессором Пекинского университета,
    приобрел известность как редактор журнала «Синьциньнянь» («Новая
    молодежь»). Чэнь Ду-сю принимал участие в основании Коммунистической партии
    Китая и благодаря своей известности, приобретенной в период «движения 4
    мая», и в силу неопытности партии на первых порах ее существования стал ее
    генеральным секретарем. В последний период революции 1924-1927 годов правый
    уклон в партии, выразителем которого был Чэнь Ду-сю, вылился в
    капитулянтскую линию. В то время «капитулянты… сами отказались от
    руководства крестьянскими массами, городской мелкой и средней буржуазией и,
    что особенно важно/от руководства вооруженными силами, в результате чего
    революция потерпела поражение» (Мао Цзэ-дун, «Современная обстановка и наши
    задачи»). После поражения революции в 1927 году Чэнь Ду-сю и кучка других
    капитулянтов впали в пессимизм и утратили всякую веру в дальнейшие
    перспективы революции. Они превратились в ликвидаторов, приняли реакционную
    платформу троцкистов и, вступив с ними в блок, создали антипартийную
    группку, в связи с чем в ноябре 1929 года Чэнь Ду-сю был изгнан из партии.
    Он умер в 1942 году. О правом оппортунизме Чэнь Ду-сю см. также примечания
    к заголовкам работ: «О классах китайского общества» и «Доклад об
    обследовании крестьянского движения в провинции Хунавь», а также
    «Вступительную статью в первом номере журнала «Гунчанданжэпь» («Коммунист»).

    4. «Левый» оппортунизм Ли Ли-сапя — «лево»-оппортупистическая линия
    (обычно называемая «лилисаиевской линией»), проводившаяся тов. Ли Ли-санем,
    в то время возглавлявшим Центральный Комитет партии, и господствовавшая в

    партии в течение примерно 4 месяцев начиная с июня 1930 года. Основные ее
    черты заключались в следующем: вопреки установкам VI съезда партии,
    лилисаневпы отрицали, что для революции необходимо готовить массы, что
    революция развивается неравномерно. Идею товарища Мао Цзэ-дуна,
    указывавшего, что в условиях длительной борьбы главное внимание надо
    уделять созданию опорных баз в дсревве, чтобы окружить ими город и,
    опираясь на вти базы, способствовать подъему революции во всей стране,-
    сторонники втой линии объявляли «крайне ошибочной», считая, что она
    выражает «крестьянскую ограниченность и консерватизм», и настаивали на том,
    чтобы развернуть подготовку к немедленному восстанию во всей стране. Следуя
    этой ошибочной линии, тов. Ли Ли-сань выдвинул авантюристический план
    немедленной организации вооруженных восстаний во всех крупнейших городах
    Китая. Наряду с этим стороннпю! ли-лисаневской линии, отрицая
    неравномерность развития мировой революции, считали, что революционный
    взрыв во всем Китае повлечет за собой революционный взрыв во всем мире и
    что китайская революция может одержать победу только при условии
    революционного взрыва во всем мире. Кроме того, они не признавали
    длительного характера китайской буржуазно-демократической революции и
    утверждали, что победа революции в одной или нескольких провинциях явится
    началом перерастания революции в социалистическую; в связи с этим они
    выработали ряд не отвечавших требованиям момента левацких авантюристических
    установок. Товарищ Мао Цзэ-дун боролся против этой ошибочной линии; ее
    выправления требовали также широкие массы партийных работников и членов
    партии. В сентябре 1930 года на третьем пленуме Центрального Комитета 6-го
    созыва тов. Ли Ли-сань признал ошибки, на которые ему было указано, и ушел
    с руководящего поста в Центральном Комитете партии. Ввиду того, что тов. Ли
    Ли-сань на протяжении длительного периода сумел изжить свои ошибочные
    воззрения, VII съезд Коммунистической партии Китая вновь избрал его членом
    Центрального Комитета.

    5. Центральный Комитет Коммунистической партии Китая (6-го созыва) на
    своем третьем пленуме, состоявшемся в сентябре 1930 года, и в своей
    дальнейшей работе после пленума предпринял ряд действенных мер для того,
    чтобы положить конец лилисаневской линии. Однако ряд товарищей, во имевших
    опыта практической революционной борьбы, во главе с тт. Чэнь Шао-юем (Ван
    Мином) и Цинь Бан-сянем (Бо Гу) после третьего пленума Центрального
    Комитета стал оказывать Центральному Комитету сопротивление в проведении
    этих мероприятий. В опубликованной в то время брошюре «Две линии», или
    «Борьба за дальнейшую большевизацию Коммунистической партии Китая», эти
    товарищи упорно утверждали, что на данном этапе главной опасностью для
    партии является не «левый» оппортунизм, а так называемый «правый»
    оппортунизм, и, «критикуя» лилисаневскую линию как «правую», старались
    нажить себе таким путем политический капитал. Они выдвинули новую
    политическую программу, которая в новых формах восстанавливала, продолжала
    или развивала лилисаневскую линию и прочие «лопо»-уклонистские идеи и
    политические установки, противопоставляя все это правильной линии товарища
    Мао Цзэ-дупа. Свою работу «Стратегические вопросы революционной войны в
    Китае» товарищ Мао Цзэ-дун посвящает главным образом критике ошибок,
    допущенных в военных вопросах сторопикками этой повой линии «левого»
    оппортунизма.

    Линия нового «левого» уклона господствовала в партии в период от
    четвертого пленума Центрального Комитета 6-го созыва, состоявшегося в
    январе 1931 года, до совещания Политбюро Центрального Комитета,
    происходившего в Цауньи в провинции Гуйчжоу в январе 1935 года. Это
    совещание покончило с ошибочной линией старого руководства и сформировало
    новое руководство ЦК во главе с товарищем Мао Цзэ-дуном. Ошибочная «левая»
    линия господствовала в партии особенно долго (4 года) и нанесла партии и
    революции особенно тяжелый ущерб. Пагубные последствия проведения этой
    линии выразились в том, что около 90+^ состава Коммунистической партии
    Китая, китайской Красной армии, а также территории опорных баз Красной
    армии были утрачены и десятки миллионов людей в революционных базах
    подверглись жестокой расправе со стороны гоминдановцев. Все это затормозило
    поступательный ход революции. Подавляющее большинство товарищей,
    совершивших эти «лево»-уклонистские ошибки, на личном опыте в течение
    длительного периода осознало свои ошибки, исправило их и проделало
    значительную работу на пользу партии и народу. Эти товарищи сплотились со
    всей массой членов партии на основе общих политических взглядов под
    руководством товарища Мао Цзэ-дуна. Принятое в апреле 1945 года седьмым
    пленумом Центрального Комитета 6-го созыва «Решение но некоторым вопросам
    истории нашей партии» дает всестороннюю оценку ошибок этой линии.

    6. См. примечания 20 и 21 к работе «О тактике борьбы против японского
    империализма».

    7. Курсы переподготовки офицерского состава, организованные Чан Кай-ши в
    июне 1933 года в горах Лушань (уезд Цзюцзян провинции Цзянси) в целях
    подготовки военных кадров для борьбы против коммунистов. Через эти курсы
    пропускался офицерский состав войск Чан Кай-ши. Военная и политическая
    подготовка его в фашистском духе осуществлялась немецкими, итальянскими и
    американскими инструкторами.

    8. Под новыми военными принципами пятого «похода» в основном имеется в
    виду установка на «войну блокгаузов», осуществлявшаяся бандами Чан Кай-ши и
    предусматривавшая создание укреплений по мере продвижения войск вперед.

    9. См. В. И. Ленин, «Коммунизм» (Соч., т. 31, стр. 143.- Прим. ред.).

    10. 1-я партийная конференция Пограничного района Хунань- Цзянси была
    созвана 20 мая 1928 года в Маопине (уезд Нинган).

    11. См. примечания 2 и 3 к работе «Об искоренении ошибочных взглядов в
    партии».

    12. Носители этих тенденций не ставили перед собой четких политических
    целей и позволяли себе недисциплинированные, неорганизованные действия,
    грабежи и т. д.

    13. Речь идет о походе из провинции Цзянси на север провинции Шэпьси,
    который совершила Красная армия, преодолев расстояние в 25 тысяч ли. См.
    примечание 19 к работе «О тактике борьбы против японского империализма».

    14. Фланговые войска — не главные силы армии, а часть армси, выполняющая

    Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55

  • ПОЛИТИКА

    Избранные произведения

    LIB.com.ua [электронная библиотека]: Мао Цзе Дун: Избранные произведения

    Пограничном районе Шэньси — Ганьсу — Нинся; три фронта главных сил Красной
    армии уже находятся под единым командованием, чего не было раньше.

    С точки зрения характера нашей стратегии можно сказать, что период от
    Цзинганшаня до четвертого контрпохода был первым этапом, пятый контрпоход —
    вторым этапом, а период от начала Великого похода по настоящее время
    является третьим этапом. Во время пятого коптрпохода прежняя правильная
    стратегическая линия была ошибочно отвергнута; сейчас мы вновь правильно
    отвергаем ошибочную ли-вию, проводившуюся во время пятого контрпохода, и
    воскрешаем прежнюю правильную линию. Однако мы отвергаем не все то, что
    существовало во время пятого контрпохода, и воскрешаем не все то, что
    существовало до него. Мы воскрешаем только лучшее из того, что было прежде,
    и отвергаем только то, что было ошибочным во время пятого контрпохода.

    «Партизанщина» имеет две стороны.

    Одна сторона состоит в отсутствии регулярности, то есть в отсутствии
    централизации, в отсутствии единства, в недостаточно строгой дисциплине, в
    упрощенных методах работы и т. д. Все это было принесено самой Красной
    армией из младенческого периода ее существования, а кое-что было в то время
    просто необходимо. Однако на более высоких ступенях развития Красной армии
    следует постепенно и сознательно избавляться от этого, делать Красную армию
    более централизованной, более единой, более дисциплинированной, вводить в
    ней более совершенные методы работы, то есть придавать ей более регулярный
    характер. В области оперативного руководства также следует постепенно и
    сознательно ослаблять ненужный на более высокой ступени развития
    партизанский характер армии. Не идти вперед в этом отношении, упорно
    цепляться за пройденный этап недопустимо, невыгодно и вредно при ведении
    военных действий крупного масштаба.

    Другая сторона «партизанщины» состоит в установке на маневренные методы
    ведения войны, то есть подвижные партизанские методы, которые сейчас все
    еще необходимы для ведения военных действий как стратегического, так и
    оперативного масштаба, в изменчивости территории баз, которой мы пока еще
    не можем воспрепятствовать; в гибкости планов созидательной деятельности в
    базах; в отказе от преждевременного стремления к строительству Красной
    армии на основе полной регулярности. В этом вопросе отвергать исторические
    факты, возражать против сохранения того, что полезно, неосмотрительно
    отрываться от современного этапа, слепо гнаться за пока еще недостижимым,
    еще не имеющим сегодня реального смысла так называемым «новым этапом» — все
    это в равной мере недопустимо, вредно и невыгодно для ведения военных
    действий в настоящее время.

    Сейчас мы находимся накануне нового этапа в развитии техники и организации
    Красной армии и должны готовиться к переходу в этот новый этап. Не
    готовиться к этому было бы неправильно, было бы невыгодно для дальнейшего
    ведения войны. В будущем, когда технические и организационные условия в
    Красной армии изменятся и Красная армия вступит в новый этап своего
    строительства, операционные направления и линии фронта Красной армии
    относительно стабилизируются, возрастет роль методов позиционной войны, —
    подвижный характер войны и изменчивость территории и планов строительства
    резко уменьшатся и наконец будут полностью ликвидированы. Тогда нас не
    сможет ограничивать все то, что нас ограничивает сейчас, как, например,
    численное превосходство противника или защищаемые им укрепленные позиции.

    Сейчас мы боремся, с одной стороны, против ошибочных методов,
    применявшихся в период господства «левого» оппортунизма, и, с другой
    стороны, против возрождения целого ряда тех черт нерегулярности, которые
    были присущи Красной армии в младенческий период ее существования и которые
    теперь уже не нужны. Но мы решительно возрождаем те многочисленные ценные
    принципы строительства армии, стратегические и тактические принципы,
    применяя которые Красная армия неизменно одерживала победы. Мы должны
    обобщить все то ценное, что у нас было в прошлом, и превратить это в
    систематизированную, еще более развитую и обогащенную военную линию, чтобы
    побеждать врага сегодня и подготовиться к вступлению в новый этап в будущем.

    Область маневренной войны охватывает очень много вопросов. Сюда входят,
    например, разведка, оценка обстановки, принятие решения, группировка войск
    для боя, управление боем, маскировка, сосредоточение сил, марш,
    развертывание, атака, преследование, внезапный удар, штурм позиций, оборона
    позиций, встречный бой, отступление, ночной бой, бой в особых условиях,
    уклонение от столкновений с сильным противником и удар по слабому, осада
    городов и истребление идущих к ним подкреплений, ложная атака,
    противовоздушная оборона, пребывание между несколькими группами противника,
    бой с целью выхода из окружения, серия боев, ведение боевых действий при
    отсутствии тыла, необходимость отдыха и накопления сил и т. д. и т. п. В
    истории Красной армии все эти виды действий характеризовались
    многочисленными особенностями и должны быть систематически изложены,
    обобщены и подытожены в курсе оперативного искусства. Здесь я их касаться
    не буду.

    8. СТРЕМИТЕЛЬНОСТЬ В ВОЕННЫХ ДЕЙСТВИЯХ

    «Затяжная война» в стратегии и стремительность в действиях оперативного и
    тактического масштаба — это две стороны одного и того же дела, два
    параллельных и равнозначных принципа ведения гражданской войны; эти же
    принципы могут быть применены и в войне против империализма.

    Затяжной характер войны обусловлен тем, что силы реакции могущественны, а
    силы революции нарастают постепенно. Здесь горячность может принести вред,
    здесь провозглашать «стремительность» было бы неправильно. То, что мы уже
    десять лет ведем революционную войну, быть может, другим государствам
    кажется поразительным, но для нас это только «Подход к теме», «Экспозиция
    темы» и «Основные положения сочинения» в классическом восьмичленном
    сочинении (37), еа которыми последует еще много увлекательных глав. Под
    влиянием всех внутренних и внешних условий развитие, несомненно, может идти
    в дальнейшем значительно быстрее, чем шло в прошлом. Так как в

    международной и внутренней обстановке уже произошли изменения, а в будущем
    предстоят еще большие изменения, можно сказать, что мы уже оставили позади
    прежние условия, когда развитие шло медленно и мы сражались в одиночестве.
    Однако мы не должны рассчитывать, что сможем одержать успех уже завтра.
    «Сначала разобьем врага, а позавтракать успеем» — такие настроения сами по
    себе похвальны, но основывать на таких настроениях конкретные планы
    действий нельзя. Вследствие того, что силы реакции в Китае пользуются
    поддержкой многих империалистических государств, до тех пор, пока китайская
    революция не накопила сил, способных прорвать основные позиции внутренних и
    внешних врагов, до тех пор, пока силы международной революции не разгромили
    и не сковали большую часть сил международной реакции, наша революционная
    война попрежнему будет оставаться затяжной. Поэтому одним из основных
    принципов нашего стратегического руководства является стратегическая
    установка на длительную войну.

    Принцип же, применяемый в действиях оперативного и тактического масштаба,
    прямо противоположен: не затягивание, а скоротечность. Борьба за
    скоротечность в действиях оперативного и тактического значения присуща в
    равной мере всем временам и всем народам. В ведении войны люди всегда и
    везде добивались скоротечности; излишнее затягивание войны всегда считалось
    невыгодным. Только в Китае приходится проявлять в войне величайшее
    терпение, приходится прибегать к затяжной войне. В период господства
    ли-лисаневской линии некоторые смеялись над нашей «тактикой кулачного боя»
    (то есть тактикой захвата крупного города лишь после целого ряда наскоков
    на него), смеялись по поводу того, что мы можем увидеть победу революции
    толыго уже совсем седыми. Это было проявлением ультрареволюционности,
    которая, как уже давно доказано, является несостоятельной. Однако, если эти
    критические замечания отнести не к стратегии, а к оперативному и
    тактическому руководству, они становятся чрезвычайно верными.

    Дело в том, что, во-первых, Красная армия не имеет источников пополнения
    оружием и в особенности боеприпасами; во-вторых, у белых имеется много
    армий, а Красная армия только одна, — чтобы разбить очередной «поход», ей
    нужно быть готовой к стремительному проведению целого ряда операций;
    в-третьих, хотя белые армии продвигаются раздельно, но в большинстве
    случаев интервалы между наступающими колоннами сравнительно невелики, и
    если, атакуя одну из них, мы не завершим боя очень быстро, то ей на выручку
    подоспеют остальные. В силу всего этого мы не можем не действовать
    стремительно. Для нас завершение сражения в течение нескольких часов,
    одного или двух дней — дело обычное. И только при установке на «осаду
    города и истребление подкреплений», когда наша цель состоит не в том, чтобы
    уничтожить окруженного противника, а в том, чтобы уничтожать идущие к нему
    подкрепления, мы проводим относительно затяжные операции против окруженного
    противника, но попрежнему проявляем стремительность в действиях против
    идущих к нему подкреплений. При упорной обороне опорных пунктов на
    направлениях сковывающих действий на этапе стратегической обороны, при
    ударах по изолированному и не получающему поддержки противнику на этапе
    стратегического наступления и при уничтожении опорных пунктов белых на
    территории революционных баз мы часто также берем курс на затяжную операцию
    или бой. Однако эти затяжные операции только помогают, а отнюдь не мешают
    стремительным действиям главных сил Красной армии.

    Для обеспечения скоротечности операции нужно не только субъективное
    желание; для этого требуется еще целый ряд конкретных условий, из которых
    главными являются: хорошо подготовиться, не упустить момент, сосредоточить
    превосходящие силы, использовать тактику окружений и обходов, выбрать
    хорошую позицию, бить противника на марше или в момент, когда он
    остановился, но закрепиться на позиции еще не успел. Не создав этих
    условий, невозможно добиться быстрой победы в операции или в бою.

    Разгром «похода» — это крупная операция, и в ней применяется принцип
    скоротечности, а не затягивания, так как условия баз — их людские резервы,
    материальные ресурсы и военные силы — не допускают затяжных действий.

    Однако, придерживаясь в общем принципа стремительности, необходимо
    бороться против ненужной спешки; совершенно необходимо, чтобы высшие
    военные и политические руководящие органы революционной базы, учитывая
    отмеченные выше условия этой базы и обстановку у противника, не пугались
    натиска противника, не падали духом перед трудностями, которые еще можно
    переносить, не отчаивались перед лицом некоторых неудач, проявляли
    необходимое терпение и выдержку. В Цзянси на разгром первого «похода» — от
    первых боев до его конца — потребовалась только одна педеля, на разгром
    второго «похода» — полмесяца, разгром третьего «похода» потребовал уже трех
    месяцев, четвертого — трех недель, а борьба против пятого «похода»
    продолжалась целый год. Однако пятый «поход» не был разгромлен, причем,
    когда мы были вынуждены прорывать окружение, была проявлена ненужная
    спешка. В тогдашней обстановке можно было продержаться еще два-три месяца и
    использовать это время для того, чтобы дать нашим войскам отдохнуть и
    привести себя в порядок. Если бы это было сделано и если бы после прорыва
    окружения руководство осуществлялось поумнее, то и в дальнейшем обстановка
    сложилась бы в значительной мере иначе.

    Несмотря на это, принцип стремления к максимальному сокращению срока
    операций, о котором мы говорим, остается в силе. В наших оперативных и
    тактических планах, конечно, нужно всемерно стремиться к сосредоточению
    сил, маневренности действий и т. д. в расчете на уничтожение живой силы
    противника на внутренних линиях, то есть на территории базы, и на быстрый
    разгром «похода»; однако наряду с этим в тех случаях, когда уже ясно, что
    разгромить «поход» на внутренних линиях невозможно, следует бросать главные
    силы Красной армии на прорыв окружения и выходить на наши внешние линии, то
    есть на внутренние линии противника, чтобы уже там добиваться решения.
    Сегодня, когда концепция «войны блокгаузов» получила такое широкое
    распространение, это станет обычным способом ведения военных действий.
    Через два месяца после начала борьбы против пятого «похода», когда возникли
    события в провинции Фу-пзянь, главным силам Красной армии, несомненно,
    следовало пробиться в район провинций Цзянсу — Чжэцзян — Аньхуай — Цзянси,
    с центром в провинции Чжэцзян, развернуть активные действия между Ханчжоу,
    Сучжоу, Нанкином, Уху, Наньчаном и Фучжоу, перейти от стратегической
    обороны к стратегическому наступлению, создать угрозу основным территориям
    противника и искать боя на широких, не укрепленных противником просторах.
    Таким путем можно было вынудить противника, наступавшего на районы южной
    части Цзянси и западной части фу-цзяни, вернуться для защиты своих основных
    территорий и тем самым сорвать его наступление, направленное против базы в

    Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55

  • ПОЛИТИКА

    Избранные произведения

    LIB.com.ua [электронная библиотека]: Мао Цзе Дун: Избранные произведения

    требует отказа от народной партизанской войны. Как ужо давно доказано,
    лили-саневская линия, отвергавшая «малую» партизанскую войну и требовавшая,
    чтобы «все, до последней винтовки, было сосредоточено в руках Красной
    армии», была неверной. С точки зрения революционной войны в целом, народная
    партизанская война, с одной стороны, и главные силы Красной армии — с
    другой, являются как бы двумя руками одного человека. Использовать только
    главные силы Красной армии и не развертывать народной партизанской войны —
    значит воевать одной рукой. Население революционных баз, активно помогающее
    Красной армии, — это, говоря конкретно, особенно с точки зрения ведения
    войны, вооруженный народ. Главным образом поэтому противник и считает, что
    в базы ему соваться опасно.

    Располагать части Красной армии на второстепенных операционных
    направлениях также необходимо; вовсе не следует сосредоточивать все и вся
    на главном направлении. Сосредоточение сил, на котором настаиваем мы,
    основано на необходимости обеспечить наше абсолютное или относительное
    превосходство на поле боя. Против мощного противника или на ответственных
    участках фронта надо воевать, имея абсолютный перевес сил. Например, 30
    декабря 1930 года в первом сражении первого контрпохода против 9 тысяч
    солдат Чжан Хуэй-цзаня было сосредоточено 40 тысяч наших бойцов. Для
    действий против слабого противника или на менее отзетственпых участках
    фронта достаточно обладать и относительным перевесом сил. Например, 29 мая
    1931 года в последнем сражении второго контрпохода Красная армия, наступая
    на Цзяньнин, имела лишь немногим более 10 тысяч бойцов против 7 тысяч
    человек дивизии Лю Хэ-дина.

    Это не значит также, что перевес сил необходимо иметь во всех случаях; в
    определенных условиях можно выйта на поле боя и при относительном или
    абсолютном превосходстве сил противника. Для первого случая, когда
    противник обладает относительным перевесом сил, возьмем такой пример: в
    каком-нибудь районе имеется только небольшой отряд Красной армии (речь
    здесь не идет о случаях, когда силы имеются, но они не сосредоточены); при
    наступлении превосходящих сил противника, если отношение населения, рельеф
    местности и погода серьезно нам благоприятствуют, Красная армия, сковав
    противника в центре и на одном фланге с помощью партизанских отрядов или
    мелких воинских частей и сосредоточив все свои силы, наносит внезапный удар
    по какому-нибудь участку другого фланга противника. Это, конечно, также
    необходимо и может принести победу. Когда мы внезапно атакуем какой-нибудь
    участок одного фланга, то, как и в ранее рассмотренных случаях, мы
    действуем на основе принципа численного превосходства, победы большего
    числа над меньшим. Для второго случая (абсолютное превосходство сил
    противника) примером может служить внезапный налет партизанского отряда на
    большой отряд белых войск. Партизаны атакуют лишь небольшую часть сил
    противника, точно так же применяя сформулированный выше принцип.

    К утверждению, что сосредоточение большой армии для боя на одном плацдарме
    создает затруднения в отношении использования рельефа местности, дорог,
    снабжения, размещения и т. д., следует также подходить дифференцированно, в
    зависимости от обстоятельств. Эти затруднения различны по своей степени для
    Красной армии и для белой армии, так как Красная армия способна переносить
    большие тяготы, чем белая.

    Малым числом мы побеждаем большое — так заявляем мы силам, господствующим
    над всем Китаем. Вместе с тем большим числом мы побеждаем малое — так
    заявляем мы отдельной части противника, с которой сталкиваемся на поле боя.
    Теперь это уже не секрет, противник в общем уже знаком с нашим нравом. Но
    он не может предотвратить нашу победу или избежать урона, который мы ему
    наносим, так как не знает, когда и где мы будем бить его этим методом. Это
    мы держим в секрете. Боевые действия Красной армии в общем носят форму
    внезапных ударов.

    7. МАНЕВРЕННОСТЬ В ВОЕННЫХ ДЕЙСТВИЯХ

    Война маневренная или война позиционная? На этот вопрос мы отвечаем:
    маневренная. В условиях, когда мы не обладаем большими силами и источниками
    снабжения боеприпасами, когда на каждую базу имеется лишь одна группа войск
    Красной армии, перебрасываемая каждый раз туда, где нужно драться,
    позиционная война для нас в основном непригодна. Методы позиционной войны,
    как правило, неприменимы для нас не только в обороне, по и в наступлении.

    Одной из наиболее ярких особенностей боевых действий Красной армии,
    особенностей, вытекающих из того положения, что технически противник силен,
    а Красная армия слаба, является отсутствие стабильной линии фронта.

    Линия фронта Красной армии определяется ее операционными направлениями.
    Отсутствие стабильных операционных направлений лишает стабильности и линию
    фронта. Хотя общее направление в каждый данный отрезок времени остается
    неизменным, отдельные частные направления, образующие в совокупности общее,
    меняются постоянно: когда войска, действующие на одном из направлений,
    оказываются скованными, следует переключаться на другое. Если по прошествии
    определенного периода окажутся скованными и войска, действующие на общем
    направлении, то следует изменить и это общее направление.

    В период гражданской революционной войны линия фронта не может быть
    стабильной; такое положение существовало даже в истории СССР. Положение
    армии СССР отличалось в этом смысле от положения нашей армии лишь тем, что
    там эта нестабильность никогда не доходила до такой степени, как у нас. Ни
    в одной войне не может быть совершенно стабильных линий фронта; этому
    препятствуют изменения, обусловленные победами и поражениями, наступлениями
    и отступлениями. Однако относительно стабильные линии фронта в обычных
    войнах встречаются часто. Исключения бывают только у тех армий, которые
    борются при крайне неблагоприятном соотношении сил, как, например, у
    китайской Красной армии на данном этапе.

    Нестабильность линии фронта приводит и к нестабильности территории баз,
    которые непрерывно увеличиваются и уменьшаются, сокращаются и расширяются.
    Нередки также случаи, когда отдельные базы то возникают, то исчезают. Такая

    изменчивость территории целиком обусловлена изменчивостью хода военных
    действий.

    Изменчивость хода военных действий и изменчивость территории придают такой
    же изменчивый характер и всей созидательной работе в базах. При таком
    положении вещей трудно представить себе планы этой работы на сколько-нибудь
    длительный срок. Частое изменение планов стало для нас самым обыденным
    явлением.

    Признавать эту особенность нам весьма полезно. Определяя на ее основе свои
    очередные задачи, мы не должны строить иллюзий насчет войны только
    наступательной, войны без отступления, не должны пугаться временных
    изменений территории и изменений нашего военного тыла, не должны пытаться
    составлять конкретные планы на длительные периоды. Наши замыслы и работу
    надо приноравливать к обстановке; мы должны быть готовы осесть па месте или
    двинуться в путь, должны держать под рукой свой походный ранец. Только
    ценою усилий, которые мы прилагаем в своей нынешней подвижной жизни, мы
    можем добиться в будущем меньшей подвижности, а затем и полной стабильности.

    При стратегическом курсе на так называемую «регулярную войну»,
    господствовавшем во время пятого контрпохода, такая подвижность отрицалась,
    против так называемой «партизанщины» боролись. Товарищи, выступавшие против
    подвижности, изображали из себя правителей большого государства. А в
    результате была приобретена совершенно необычайная подвижность — Великий
    поход на 25 тысяч ли.

    Наша рабоче-крестьянская демократическая республика представляет собой
    государство, но сегодня она еще не государство в полном смысле этого слова.
    Мы пока еще переживаем период стратегической обороны в гражданской войне, и
    наша власть пока еще очень далека от того, чтобы принять законченную
    государственную форму. Наша армия по своей численности и технике еще
    значительно уступает противнику, наша территория еще очень мала. Противник
    только и думает о том, как бы нас уничтожить. В этих условиях, определяя
    свою политику, мы, как правило, должны не бороться огульно против
    «партизанщины», а по-честному признать партизанский характер Красной армии.
    Стыдиться здесь нечего. Наоборот, партизанский характер является нашей
    особенностью, нашей сильной стороной, орудием нашей победы над врагом. Мы
    должны готовиться к отказу от партизанского характера армии, однако сегодня
    отказаться от него еще не можем. В будущем партизанский характер армии,
    несомненно, станет чем-то зазорным, таким, от чего следует отказаться, но
    сегодня это еще нечто ценное, ва что мы должны крепко держаться.

    «Есть возможность выиграть — деремся, нет — уходим» — вот популярное
    объяснение сущности нашей нынешней маневренной войны. В мире нет таких
    военных специалистов, которые считали бы необходимым только драться и
    отрицали бы необходимость уходить — но только уходить не так много, как
    уходим мы. У нас обычно переходы занимают больше времени, чем боевые
    действия. Если у нас бывает в среднем один крупный бой в месяц, это уже
    хорошо. Но когда мы и «уходим», то делаем это всегда только для того, чтобы
    драться. Все наши стратегические и оперативные установки основываются на
    стремлении драться. Однако в ряде случаев драться бывает невыгодно:
    во-первых, если противник обладает перевесом сил, то драться
    нецелесообразно; во-вторых, если силы противника и невелики, но он очень
    близко соприкасается со своими соседними частями, то иногда драться тоже
    нецелесообразно; в-третьих, вообще говоря, нецелесообразно драться с какой
    бы то ни было группировкой противника, если она не изолирована или занимает
    очень прочные позиции; в-четвертых, когда мы уже ввязались в «драку», но
    победить не можем, продолжать «драку» не следует. Во всех перечисленных
    случаях мы должны быть готовы отходить. Такие отходы допустимы и
    необходимы. Ведь наше признание необходимости отходить основывается прежде
    всего на признании необходимости драться. Именно в этом состоит основная
    особенность маневренной войны, которую ведет Красная армия.

    Наша война является в основном маневренной, но «то не означает отказа от
    методов позиционной войны, когда они необходимы и возможны. В период
    стратегической обороны следует признать необходимость применения методов
    позиционной войны при упорной защите некоторых опорных пунктов на
    направлениях сковывающих действий, а в период стратегического наступления-
    при наступлении на изолированного противника. У нас уже накопилось немало
    опыта в использовании методов позиционной войны для достижения победы:
    такими методами мы взяли немало городов, фортов, дзотов, прорывали довольно
    сильно укрепленные полевые позиции противника. В дальнейшем наши усилия в
    этом направлении следует увеличить, следует ликвидировать нашу слабость в
    этом отношении. Мы должны безоговорочно стоять за наступление на
    укрепленные позиции противника и за позиционную оборону в тех случаях,
    когда обстановка этого требует и допускает. Мы возражаем лишь против того,
    чтобы сегодня вообще переключиться на методы позиционной войны, и против
    того, чтобы уравнять их в правах с методами войны маневренной; это было бы
    недопустимо.

    Оставались ли вполне постоянными партизанский характер действий Красной
    армии, отсутствие стабильных линий фронта, изменчивость территории баз,
    изменчивый характер планов созидательной деятельности в базах на протяжении
    всех десяти лет войны?

    Нет, изменения происходили. Между цзинганшань-ским периодом и началом
    первого контрпохода был первый этап, на котором партизанский характер
    действий Красной армии и изменчивость территории проявлялись весьма сильно.
    Это был младенческий период существования Красной армии, а базы тогда были
    еще партизанскими районами. Период между первым и третьим контрпоходами
    представлял собой второй этап, на котором партизанский характер действий и
    изменчивость территории значительно уменьшились, в Красной армии были
    созданы фронты, уже существовали базы с несколькими миллионами населения.
    Период между третьим и пятым контрпоходами — это третий этап: партизанский
    характер действий и изменчивость территории уменьшились еще значительнее,
    были созданы центральное правительство и Революционный военный совет.
    Великий поход — четвертый этап: на этом этапе в результате ошибочного
    отрицания частично партизанского характера действий Красной армии и
    незначительной изменчивости территории баз получились сугубо партизанский
    характер и сугубая изменчивость. В настоящее время мы переживаем пятый
    этап: вследствие того, что пятый «поход» не был разгромлен и в результате
    такой большой «подвижности» Красная армия и базы резко сократились. Однако
    мы уже прочно обосновались на Северо-Западе; укреплена и расширена база в

    Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55

  • ПОЛИТИКА

    Избранные произведения

    LIB.com.ua [электронная библиотека]: Мао Цзе Дун: Избранные произведения

    наступления, равно как и на этапе наступления -учитывать этап отступления.
    Не учитывать этого, ограничивать себя одними только соображениями момента —
    значит идти прямо к поражению.

    Выиграть первое сражение, учитывать при этом план всей кампании, учитывать
    следующий стратегический этап — вот три принципа, о которых нельзя забывать
    при начале контрнаступления, то есть в момент первого сражения.

    6. СОСРЕДОТОЧЕНИЕ СИЛ

    На первый взгляд сосредоточение сил кажется очень легким делом, однако в
    действительности это не так. Каждому понятно, что самое лучшее — побеждать
    большим числом меньшее. Однако у многих это не получается; они, наоборот,
    часто распыляют свои силы. Это происходит потому, что у руководителей
    недостаточно развито стратегическое мышление, что они теряются в сложной
    обстановке, а потому попадают в ее власть, утрачивают инициативу и
    становятся на путь латания дыр.

    Даже в самой сложной, серьезной и тяжелой обстановке военный руководитель
    прежде всего обязан организовать и использовать свои силы самостоятельно и
    активно. Случаи, когда противник вынуждает нас к пассивности, возможны
    всегда. Главное в таких случаях — быстро вернуть себе инициативу. Если
    вернуть инициативу не сумеешь, неизбежно последует поражение .

    Инициатива — не абстрактное, а конкретное, материальное понятие. Самое
    главное — это сохранить и сосредоточить возможно большие активные силы.

    Собственно говоря, инициативу легко утратить при обороне. Это совсем не
    то, что наступательные действия, когда ее можно полностью развернуть.
    Однако при обороне возможно пассивную форму наполнить активным содержанием,
    перейти от пассивности по форме к инициативе как по форме, так и по
    содержанию. Полностью предусмотренное планом стратегическое отступление
    является по форме вынужденным, но по содержанию оно ставит своей целью
    сохранение живой силы армии, выжидание момента для разгрома противника,
    заманивание его в глубь территории, подготовку к контрнаступлению. Лишь
    такие действия, как отказ от отступления и опрометчивое вступление в бой
    (как, например, бой под Сяоши), практически представляют собой потерю
    инициативы, хотя внешне они и выглядят как борьба за инициативу. При
    стратегическом же контрнаступлении инициатива проявляется уже не только в
    содержании, но и в самой форме, которая представляет собой отказ от
    пассивности этапа отступления. Для противника наше контрнаступление
    означает стремление наших войск лишить его инициативы и обречь на
    пассивность.

    Необходимыми условиями для полного достижения этой цели являются:
    сосредоточение сил, маневренность и стремительность в боевых действиях,
    действия на уничтожение; при этом сосредоточение сил является
    первоочередным и важнейшим делом.

    Сосредоточение сил необходимо для того, чтобы изменить обстановку у обеих
    сторон.

    Во-первых, оно должно привести к перемене ролей сторон в отношении
    продвижения вперед и отхода. До сих пор противник продвигЯЬся вперед, а мы
    отходили; теперь мы пытаемся добиться того, чтобы мы продвигались вперед, а
    противник отходил. Когда мы бросаем в бой сосредоточенные силы и одерживаем
    победу, эта цель достигается уже в данном бою, что вместе с тем оказывает
    влияние и на весь ход кампании.

    Во-вторых, сосредоточение сил должно привести к перемене ролей в отношении
    наступления и обороны. В обороне отступление вплоть до его конечного пункта
    относится в основном к пассивному этапу, то есть к этапу обороны;
    контрнаступление же относится к активному этапу, то есть к этапу
    наступления. Хотя стратегическая оборона в целом еще не утрачивает своего
    оборонительного характера, однако контрнаступление в сравнении с
    отступлением уже является переломом не только по форме, но и по содержанию.
    Контрнаступление представляет собой переход от стратегической обороны к
    стратегическому наступлению; оно носит характер преддверия стратегического
    наступления. Этой цели и служит сосредоточение сил.

    В-третьих, сосредоточение сил должно привести к перемене ролей в отношении
    действий на внутренних и внешних линиях. Армия, сражающаяся на внутренних
    стратегических линиях, в особенности Красная армия Китая, в условиях
    предпринимаемых против нее «походов» встречается с целым рядом
    неблагоприятных факторов. Однако в операциях и в отдельных боях мы можем и
    безусловно должны изменять это положение: мы должны превращать большой
    «поход» армии противника, направленный против нас, во множество отдельных
    маленьких походов наших войск против армии противника; концентрированный
    удар стратегического масштаба, который наносит нам с различных направлений
    армия противника, превращать в концентрированные удары оперативного и
    тактического масштаба, которые наносит противнику с различных направлений
    наша армия; превосходство армии противника над нами в стратегическом
    отношении превращать в наше превосходство над противником в оперативном и
    тактическом отношении; более сильного, чем мы, в стратегическом отношении
    противника превращать в более слабого в оперативном и тактическом
    отношении, а вместе с тем компенсировать слабость нашей армии в
    стратегическом отношении преимуществами в оперативном и тактическом
    отношении. Это и называется ведением военных действий на внешних линиях,
    находясь на внутренних; это называется походом внутри «похода», блокадой
    внутри блокады, наступлением при обороне, превосходством наших сил при
    превосходстве сил противника, силой при слабости, благоприятными условиями
    при неблагоприятных, инициативой при пассивности. Завоевание победы в
    стратегической обороне в основном зависит от такого средства, как
    сосредоточение сил.

    В истории боевых действий китайской Красной армии эта проблегда часто
    превращалась в объект серьезных дискуссий. В сражении под Цзианем 4 октября

    1930 года выступление и атака были начаты еще до полного сосредоточения
    сил. К счастью, противник (дивизия Дэн Ина) бежал сам, и атака фактически
    никакой цели не достигла.

    В начале 1932 года был выдвинут лозунг так называемых «ударов по всему
    фронту», который требовал, чтобы удары наносились из баз во все стороны —
    на восток и на запад, на юг и на север. Это требование неверно не только
    при стратегической обороне, но даже и при стратегическом наступлении. Пока
    все соотношение сил противника и наших сил не изменилось коренным образом,
    оборона и наступление, сковывание и удар будут существовать у нас бок о бок
    как в стратегии, так и в тактике; что же касается так называемых «ударов по
    всему фронту», то в жизни они встречаются крайне редко. Лозунг «ударов по
    всему фронту» был выражением концепции равномерного распределения сил,
    пришедшей к нам вместе с военным авантюризмом.

    Сторонники концепции равномерного распределения сил к 1933 году выдвинули
    и такую формулировку, как «бить противника двумя кулаками». В попытке
    добиться победы одновременно на двух стратегических направлениях главные
    силы Красной армии были разделены на две части. В результате один «кулак»
    бездействовал, а второй был измотан в боях; больше того, была упущена
    реальная возможность крупнейшей победы. По моему мнению, если имеешь дело с
    мощным противником, вне зависимости от того, сколько у тебя войск, на одном
    отрезке времени должно существовать только одно главное направление их
    использования, а не два. Я не возражаю против двух и даже больше чем двух
    операционных направлений, но в каждый данный момент должно существовать
    только одно главное направление. Прогремевшие на весь мир боевые успехи
    китайской Красной армии, которая появилась на фронтах гражданской войны как
    небольшая сила, но много раз громила своего мощного противника, в весьма
    значительной степени объясняются применением принципа сосредоточения сил. В
    этом можно убедиться на примере любой из наших крупных побед. «Одному
    стоять против десяти, десяти — против сотни» — эта формулировка в стратегии
    относится к войне в целом, к соотношению между нашими силами и силами
    противника в целом. В этом смысле у нас дело обстоит именно так. Но эта
    формулировка не действительна ни в оперативном искусстве, ни в тактике, и
    здесь мы отнюдь не можем ей следовать. Как в контрнаступлении, так и в
    наступлении мы всегда сосредоточиваем большие силы для удара по одной из
    частей противника. Неудачи во всех таких действиях, как операция против
    Тань Дао-юаня в районе Дуншао уезда Нинду в провинции Цзянси в январе 1931
    года, операция против 19-й армии в районе Гаосинсюй уезда Синго в провинции
    Цзянси в августе 1931 года, операция против Чэнь Цзи-тана в районе
    Шуйкоусюй уезда Наньсюн в провинции Гуандун в июле 1932 года, операция
    против Чэнь Чэна в районе Туаньцунь уезда Личуань в провинции Цзянси в
    марте 1934 года, объясняются тем, что мы не сосредоточивали своих сил.
    Такие операции, как под Шуйкоусюем и под Туаньцунем, в общем всегда
    рассматривались как победы, и притом крупные (в первой было разгромлено 20
    полков Чэнь Цзи-тана, во второй — 12 полков Чэнь Чэна), но мы никогда не
    приветствовали таких побед, а в некотором смысле их можно даже назвать
    нашими поражениями. С нашей точки зрения, значение такого рода побед очень
    невелико, поскольку они не приносят трофеев или дают трофеи, которые не
    превышают наших потерь. Наша стратегия состоит в том, чтобы одному биться
    против десяти, наша тактика — в том, чтобы десяти биться против одного. Это
    — один из основных законов, обеспечивающих нам победу над врагом.

    Своего кульминационного пункта концепция равномерного распределения сил
    достигла во время пятого контрпохода в 1934 году. Считалось, что
    «разделением армии на шесть направлений», «отпором по всей линии фронта»
    можно осилить врага; но в результате осилил враг — и все это потому, что
    боялись утратить территорию. Когда главные силы концентрируются на одном
    направлении, а на других направлениях остаются только сковывающие силы, то
    там естественно и неизбежно бывают территориальные потери. Но это временные
    и частичные потери, ценой которых достигается победа на направлении удара.
    Когда же на направлении удара победа достигнута, то потерянное на
    направлениях сковывающих действий можно восстановить. Во время первого,
    второго, третьего и четвертого «походов» мы понесли территориальные потери,
    особенно во время третьего «похода», когда база Красной армии в Цзянси была
    почти полностью утрачена. Однако в итоге мы не только восстановили, но даже
    расширили свою территорию.

    В результате недооценки мощи народных масс на территории баз нередко
    возникает ложная боязнь ухода Красной армии на далекие расстояния от этих
    баз. Так было в 1932 году, когда Красная армия ударила из провинции Цзянси
    на Чжанчжоу в провинции Фуцзянь, в 1933 году во время наступления Красной
    армии на Фуцзянь после победы в четвертом контрпоходе. В первом случае люди
    боялись, что вся база будет захвачена противником, во втором — боялись, что
    будет захвачена часть базы, и, возражая против сосредоточения вооруженных
    сил, настаивали на выделении войск для ее охраны. Однако результаты
    доказали необоснованность этих страхов. Во-первых, с точки зрения
    противника, соваться в базы рискованно; во-вторых, главной опасностью для
    него является Красная армия, вышедшая с боем в белые районы. Поэтому
    внимание неприятельской армии всегда сосредоточивается на главных силах
    Красной армии, где бы они ни находились. Очень редко случается, чтобы
    противник оставил без внимания главные силы Красной армии у себя в тылу и
    устремился на наши базы. Даже тогда, когда Красная армия находится в
    обороне, внимание противника все равно концентрируется на ней. Сокращение
    территории баз входит в общий план противника, но когда сосредоточенные
    силы Красной армии уничтожают одну из его группировок, командованию
    неприятельской армии приходится еще больше сосредоточивать свое внимание и
    свои военные силы на действиях против Красной армии. Поэтому планы
    противника, направленные к сокращению территории баз, могут быть сорваны.

    Неверно и утверждение, будто во время пятого «похода», в котором
    применялись принципы «войны блокгаузов», нельзя было воевать
    сосредоточенными силами и можно было применять лишь рассредоточенную
    оборону и короткие удары. «Фортификационный» способ ведения противником
    войпы рывками в три-пять ли и скачками в восемь-десять ли был всецело
    обусловлен тем, что Красная армия сама оказывала отпор на всех рубежах.
    Если бы паша армия, действуя на внутренних линиях, отказалась от тактики
    сопротивления на всех рубежах, а затем, в необходимый и возможный момент,
    ударила бы по внутренним линиям противника, то обстановка, несомненно,
    сложилась бы иначе. Закон сосредоточения сил как раз и является орудием
    победы над концепцией «войны блокгаузов».

    Принцип сосредоточения военных сил, на котором мы настаиваем, отнюдь не

    Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55

  • ПОЛИТИКА

    Избранные произведения

    LIB.com.ua [электронная библиотека]: Мао Цзе Дун: Избранные произведения

    фланге Ван Цзинь-юя; 5) начав операцию с Футяня и отбрасывая врага на
    восток, мы могли бы расширить базу за счет района Цзяньнин — Личуань —
    Тайнин, лежащего на стыке провинций Фуцзянь и Цзянси, и укрепить таким
    образом свою материальную базу в целях разгрома следующего «похода»; при
    нанесении же удара с востока .на запад река Ганьцзян по окончании операции
    ограничила бы для нас возможности расширения базы; повернуть же, разгромив
    противника, на восток означало бы измотать войска и потерять время; 6)
    численность нашей армии по сравнению с операцией по разгрому первого
    «похода» несколько сократилась (до тридцати с небольшим тысяч), но зато
    войска получили основательный четырехмесячный отдых. Учитывая все
    изложенные соображения, решено было дать первый бой частям Ван Цзинь-юя и
    Гун Бин-фаня, расположенным в районе Футяня (всего 11 полков). Победив в
    этом бою, мы затем нанесли удары по частям Го Хуа-цзуна, Сунь Лянь-чжуна,
    Чжу Шао-ляна и Лю Хэ-дина. В течение 15 дней (с 16 по 30 мая 1931 года)
    было пройдено 700 ли, дано 5 сражений, захвачено свыше 20 тысяч винтовок;
    разгром этого «похода» был разыгран как по нотам. Во время операции против
    Ван Цзинь-юя мы находились между частями Цай Тин-кая и Го Хуа-цзуна, в
    сорока с лишним ли от первого и в десяти с небольшим ли от второго.
    Некоторые говорили, что мы идем на верную гибель, лезем в западню, а мы
    все-таки пробились. Это объяснялось в основном тем, что операция проходила
    на территории базы, а также отсутствием единства между частями противника.
    После разгрома дивизии Го Хуа-цзуна дивизия Хэ Мын-линя ночью отступила в
    Юнфын и таким образом спаслась от разгрома.

    Обстановка во время третьего «похода» была такова: 1) «поход» возглавлял в
    качестве главнокомандующего Чан Кай-ши собственной персоной; кроме него,
    было еще три командующих колоннами; центральной колонной командовал Хэ
    Ин-цинь, который вместе с Чан Кай-ши находился в Наньчане; правой колонной
    командовал Чэнь Мин-шу, находившийся в Цзиане, левой — Чжу Шао-лян,
    находившийся в Наньфыне; 2) численность войск противника в этом «походе»
    достигала 300 тысяч человек. Главные силы составляли 5 дивизий из числа
    собственных войск Чан Кай-ши; ими командовали Чэнь Чэн, Ло Чжо-ин, Чжао
    Гуань-тао, Вэй Ли-хуан и Цзян Дин-вэнь; в каждой из этих дивизий было по 9
    полков; всего в них насчитывалось приблизительно 100 тысяч человек; помимо
    этого, в «походе» принимали участие 3 дивизии — Цзян Гуая-ная, Цай Тин-кая
    и Хань Дэ-циня, — насчитывавшие в общей сложности 40 тысяч человек, и
    войска под командованием Сунь Лянь-чжуна численностью в 20 тысяч человек;
    все они не принадлежали к собственным войскам Чан Кай-ши и уступали им по
    боеспособности; 3) стратегический план «похода» состоял в осуществлении
    «безостановочного и стремительного продвижения вглубь», ставившего целью
    уничтожить Красную армию, прижав ее к реке Ганьцзян; это резко отличалось
    от стратегии «постепенного продвижения по мере закрепления», применявшейся
    во втором «походе»; 4) между окончанием второго «похода» и началом третьего
    прошел только один месяц, Красная армия еще не успела отдохнуть и
    пополниться после тяжелых боев (в ней было всего около 30 тысяч человек).
    Едва успела Красная армия, проделав кружными дорогами путь в 1000 ли,
    вернуться в опорную базу в южной части провинции Цзянси и сосредоточиться в
    уезде Синго, в западной части этой базы, как противник уже насел на нее с
    нескольких направлений. В этой обстановке наш первоначальный план состоял в
    том, чтобы из Синго через Ваньань прорваться на Футянь, затем повернуть на
    восток, пройти с боем по тыловым коммуникациям противника и таким образом
    превратить его продвижение в глубь базы в южной Цзянсп в совершенно
    бессмысленное предприятие. Это должно было составить первый этап операции.
    Когда же противник двинулся бы обратно на север, его войска были бы уже
    сильно измотаны, и тогда мы могли бы бить его по частям на выбор. Это
    составило бы второй этап операции.

    Основная идея нашего плана состояла в том, чтобы избегать встречи с
    главными силами противника и наносить удары по его слабым местам. Однако,
    когда наши части начали продвижение к футяню, их обнаружил противник, и
    туда спешно подошли дивизии Чэнь Чэна и Ло Чжо-ина. Нам пришлось изменить
    свой план и вернуться в Гаосинсюй, к западу от Синго. В этот момент у нас
    оставался только один этот пункт и его окрестности в несколько десятков
    квадратных ли, где мы могли сосредоточиться. Мы пробыли здесь один день,
    после чего было решено пробиваться на восток в направлении Ляньтан (в
    восточной части уезда Синго)- Лянцунь (в южной части уезда Юнфын) — Хуанпи
    (в северной части уезда Нинду). В первую же ночь мы прошли через коридор
    шириной 40 ли между дивизией Цзян Дин-вэня и частями Цзян Гуан-ная, Цай
    Тин-кая и Хань Дэ-циня и вышли к Ляньтану. На следующий день мы вошли в
    соприкосновение со сторожевым охранением войск Шангуапь Юнь-сяна (Шангуань
    Юнь-сян командовал своей дивизией и дивизией Хэ Мын-линя), на третий день
    нанесли удар по дивизии Шангуань Юнь-сяна (это был первый бой), на
    четвертый день-по дивизии Хэ Мын-линя (второй бой), затем, после
    трехдневного перехода, вышли к Хуанпи и нанесли удар по дивизии Мао
    Бин-вэня (третий бой). Все три боя увенчались победой, и нами было
    захвачено свыше 10 тысяч винтовок. В это время главные силы противника,
    продвигавшиеся в западном и южном направлениях, развернулись на восток и
    сосредоточили все свое внимание на Хуанпи, двинувшись туда форсированным
    маршем, чтобы навязать нам бой. Смыкая кольцо окружения, они приближались к
    нашей армии. Тогда мы ускользнули через коридор шириной 20 ли в горном
    районе между войсками Цзян Гуан-ная, Цай Тин-кая и Хань Дэ-циня с одной
    стороны и Чэпь Чэна и Ло Чжо-ина — с другой и, вновь повернув с востока на
    запад, сосредоточились в уезде Синго. Прежде чем противник успел это
    обнаружить и снова повернул на запад, прошло полмесяца, и мы уже успели
    отдохнуть. Противник же был измотан, деморализован и, не видя лучшего
    выхода из положения, решил отступить. Воспользовавшись его отступлением, мы
    нанесли удары частям Цзян Гуан-ная, Цай Тин-кая, Цзян Дин-вэня и Хань
    Дэ-циня, уничтожив одну бригаду Цзян Дин-вэня и дивизию Хань Дэ-циня.
    Одолеть дивизии Цзян Гуан-ная и Цай Тин-кая нам было трудно, и мы предпочли
    дать им уйти.

    Обстановка во время четвертого «похода» была такова: противник двигался к
    Гуанчану тремя колоннами. Главные его силы составляли восточную колонну.
    Две дивизии западной колонны появились перед нами, наседая на район нашего
    сосредоточения. Поэтому нам удалось сначала ударить по западной колонне
    противника в южной части уезда Ихуан и сразу уничтожить две дивизии — Ли
    Мина и Чэнь Ши-цзи. Противник снял две дивизии с восточного направления,

    перебросил их на центральное направление и продолжал продвижение. Нам
    удалось уничтожить еще одну дивизию в южной части уезда Ихуан. В этих двух
    боях мы захватили свыше 10 тысяч винтовок, и «поход» был в основном разбит.

    В пятом «походе» противник применил в своем продвижении новую стратегию, в
    основу которой была положена идея «войны блокгаузов», и прежде всего занял
    Личуань. Мы же, пытаясь вернуть Личуань и обороняться за пределами базы,
    ударили на Сяоши, что к северу от Личуаня, то есть по укрепленным позициям
    противника, находившимся к тому же в белых районах. Не добившись здесь
    успеха, мы нанесли удар на Цзысицяо, что северо-восточнее Личуаня, то есть
    снова по укрепленным позициям, находившимся в белых районах, и опять не
    добились успеха. Затем мы стали метаться между главными силами противника и
    его укреплениями, стремясь завязать бой, и полностью утратили инициативу.
    На протяжении целого года, в течение которого продолжался пятый контрпоход,
    мы не проявили ни малейшей инициативы и, наконец, были вынуждены покинуть
    базу в Цзянси.

    Опыт ведения войны, накопленный нашей армией в период пяти контрпоходов,
    доказывает, что для Красной армии, находящейся в обороне и стремящейся
    разгромить мощную армию противника, исключительно важное значение имеет то
    первое сражение, которым начинается контрнаступление. Исход первого
    сражения оказывает огромное влияние на всю обстановку в целом, и это
    влияние продолжает сказываться вплоть до последнего боя. Из этого можно
    сделать следующие выводы.

    Во-первых, первое сражение необходимо выиграть. Вступать в бой следует,
    лишь имея полную уверенность в том, что такие условия, как обстановка у
    противника, характер местности, население, благоприятствуют нам и не
    благоприятствуют противнику. В противном случае лучше отступить,
    действовать осмотрительно п выжидать случая. Такой случай всегда
    представится и незачем спешить ввязываться в бой. Во время первого
    контрпохода первоначально намечалось нанести удар по войскам Тань Дао-юаня,
    но так как противник не покидал господствующих позиций в Юаньтоу, наша
    армия дважды подходила к ним и дваягды терпеливо отходила обратно; через
    несколько же дней подвернулась дивизия Чжан Хуэй-цзаня, нанести удар
    которой было легко. Во время второго контрпохода наша армия подошла к Дунгу
    и, добиваясь, чтобы Ван Цзинь-юй оторвался от своих укрепленных позиций в
    Футяне, пошла даже на риск обнаружить свое присутствие, отвергла все
    продиктованные нетерпением предложения немедленно атаковать врага, прождала
    25 дней под боком у противника и в конце концов добилась того, что ей было
    нужно. В угрожающей обстановке третьего контрпохода, когда мы вернулись в
    базу, совершив переход в 1000 ли, а противник раскрыл наш план выхода ему в
    тыл, мы терпеливо отошли, перестроили свой план, прорвались через коридор
    между войсками противника и в конце концов в районе Ляньтана дали ему
    первое успешное сражение. Во время четвертого контрпохода, когда
    наступление на Наньфын закончилось неудачей, мы, не колеблясь, отступили и
    в конце концов вышли на правый фланг противника, сконцентрировались в
    районе Дуншао и завязали в южной части уезда Ихуан большое сражение,
    принесшее нам победу. Только в пятом контрпоходе совершенно не было учтено
    важное значение первого сражения. Потеряв голову от падения одного только
    города Личуаня и стремясь восстановить положение, наши войска пошли на
    север — прямо на врага-п, вместо того чтобы рассматривать непредвиденный
    встречный бой под Сюнькоу, в котором мы одержали победу (была уничтожена
    дивизия противника), как первое сражение и учесть те изменения, которые это
    сражение неизбежно должно было внести, легкомысленно предприняли
    наступление на Сяоши, успех которого был сомнителен. С первого же шага
    инициатива была утрачена. Что может быть глупее и хуже таких методов
    ведения войны?

    Во-вторых, план первого сражения должен быть органическим прологом к плану
    всей кампании. Без хорошего плана всей кампании нельзя добиться реального
    успеха в первом сражении. Это значит, что даже если в первом сражении
    одержана победа, но это сражение в плане всей кампании не только не играет
    полезной роли, но, наоборот, наносит вред, то такое сражение должно
    рассматриваться как неудача, несмотря на одержанную победу (например, бой
    под Сюнькоу во время пятого контрпохода). Поэтому, прежде чем давать первое
    сражение, нужно в общих чертах продумать, как мы будем давать второе,
    третье, четвертое и т. д.- вплоть до последнего сражения, каковы будут
    изменения в общей обстановке у противника после каждой нашей очередной
    победы, каковы будут изменения в случае наших неудач. Необходимо тщательно
    и всерьез пытаться предусмотреть все это, исходя из общей обстановки у
    обеих сторон, хотя действительный ход событий не обязательно будет в
    точности совпадать с нашими ожиданиями или даже может значительно
    отличаться от них. Не имея плана всей шахматной партии, невозможно сделать
    действительно хороший ход.

    В-третьих, нужно продумывать, как действовать на следующем стратегическом
    этапе. Учитывать только контрнаступление и не учитывать того, что будет
    предприниматься после победы в контрнаступлении или в случае, если оно,
    паче чаяния, потерпит неудачу,- это значит не выполнить долга
    стратегического руководителя. В ходе одного стратегического этапа
    стратегическое руководство должно заранее учитывать многие последующие
    этапы или, по меньшей мере, один следующий этап. Хотя последующие изменения
    предвидеть трудно, так как чем дальше, тем перспектива становится туманнее,
    однако производить общие расчеты возможно, а смотреть далеко вперед —
    обязательно. Метод руководства, при котором руководитель охватывает
    взглядом только то, что имеет отношение к данному шагу, вреден как в
    политике, так и в войне. Сделав какой-нибудь шаг, необходимо учесть
    совершившиеся при этом конкретные изменения и на их основе исправлять и
    развивать свои стратегические и оперативные планы. Иначе можно впасть в
    авантюризм. С другой стороны, совершенно необходим план, охватывающий весь
    стратегический этап и даже несколько стратегических этапов, продуманный в
    целом и рассчитанный на длительный период. Без такого плана можно впасть в
    ошибку, пребывать в нерешительности, топтаться на месте и фактически идти
    навстречу стратегическим замыслам противника, обрекая себя на пассивность.
    Нельзя забывать, что верховное командование противника обладает известным
    стратегическим кругозором. Одерживать стратегические победы мы сможем
    только тогда, когда станем на голову выше стратегов противника.
    Стратегическое руководство как сторонников линии «левого» оппортунизма, так
    и сторонников линии Чжан Го-тао в период пятого «похода» противника
    оказалось ошибочным главным образом потому, что это условие не было
    соблюдено. Таким образом, уже на этапе отступления нужно заранее учитывать
    этап контрнаступления, на этапе контрнаступления-учитывать этап

    Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55

  • ПОЛИТИКА

    Избранные произведения

    LIB.com.ua [электронная библиотека]: Мао Цзе Дун: Избранные произведения

    в обратном. В период четвертого контрпохода под влиянием военного
    авантюризма наши кадры возражали против подготовки стратегического
    отступления. Во время борьбы против пятого «похода» наши руководящие кадры
    вначале еще продолжали придерживаться военно-авантюристических идей и
    возражали против заманивания противника в глубь нашей территории, а
    впоследствии превратились в сторонников установки на сохранение территории
    любой ценой. Сторонники линии Чжан Го-тао не верили, что в районах
    расселения тибетцев и народностей, исповедующих мусульманство (36), создать
    наши базы невозможно. Они поверили этому лишь после того, как сами расшибли
    себе лоб о стену. Это тоже конкретный пример. Кадрам необходим опыт;
    поражение -поистине мать успеха. Но вместе с тем необходимо чистосердечно
    учиться и на опыте других. Если же в каждом случае станешь ждать, пока не
    убедишься на своем собственном опыте, а до этого будешь упорствовать и
    отказываться признавать данные чужого опыта, то придешь к стопроцентному
    узкому эмпиризму. Мы в своей войне понесли из-за этого немалый ущерб.

    Отсутствие опыта у населения и обусловленное этим неверие в необходимость
    стратегического отступления проявились наиболее ярко во время борьбы против
    первого «похода» в Цзянси. Местные партийные организации и народные массы в
    уездах Цзиань, Синго и Юнфын тогда единодушно возражали против отступления
    Красной армии. Но после того как они приобрели опыт во время борьбы против
    первого «похода», при последующих «походах» эта проблема больше никогда уже
    не возникала. У всех появилась вера в то, что потеря базы и лишения народа
    — дело временное, что Красная армия способна разгромить «походы». Однако
    вера народа в очень сильной степени связана с верой наших кадров, а поэтому
    главной и первоочередной задачей является убеждение кадров.

    Стратегическое отступление в целом предназначено для перехода в
    контрнаступление; стратегическое отступление — это лишь первый этап
    стратегической обороны. Решающий же вопрос всей стратегии заключается в
    том, будет ли одержана победа на следующем этапе — этапе контрнаступления.

    4. СТРАТЕГИЧЕСКОЕ КОНТРНАСТУПЛЕНИЕ

    Как уже говорилось выше, сломить наступление противника, который обладает
    абсолютным превосходством сил, возможно лишь в том случае, если обстановка,
    сложившаяся на этапе стратегического отступления, претерпела изменения со
    времени начала наступления противника и стала благоприятной для нас и
    неблагоприятной для противника. Эта обстановка складывается из различных
    условий.

    Однако наличие условий и обстановки, благоприятных для нас и
    неблагоприятных для противника, еще не несет противнику поражения. В этих
    условиях и в этой обстановке лишь заложена возможность победы или
    поражения, но сами по себе они еще не составляют победы или поражения, и ни
    для одной из воюющих армий ни победа, ни поражение еще не стали
    действительностью. Для того чтобы превратить возможность победы или
    поражения в действительность, необходимо решительное сражение. Только такое
    сражение может решить вопрос, которая из двух армий победит. Вот в чем
    состоит вся задача стратегического контрнаступления. Контрнаступление — это
    длительный процесс, это самый красочный, самый живой этап обороны, который
    является и последним ее этапом. Под активной обороной в основном
    подразумевается именно такое стратегическое контрнаступление, которое носит
    решающий характер.

    Условия и обстановка возникают и складываются не только на этапе
    стратегического отступления. Они продолжают складываться и на этапе
    контрнаступления. На этом этапе условия и обстановка по своей форме и
    характеру не тождественны тем, что имели место на предыдущем этапе.

    То, что по своей форме и характеру тождественно первому этапу — как,
    например, дальнейшее изматывание противника и нанесение ему потерь в живой
    силе, — является лишь продолжением того, что имело место на предыдущем
    этапе.

    Однако неизбежно возникают и совершенно новые условия и обстановка.
    Например, армия противника понесла одно или несколько поражений; в этом
    случае благоприятные для нас и неблагоприятные для противника условия уже
    не ограничиваются изнуренностью противника и т. п., а к ним прибавляется и
    такое новое условие, как понесенное противником поражение. Изменяется и
    обстановка: передвижения армии противника становятся беспорядочными, его
    действия — опрометчивыми, и иным становится соотношение сил обеих армий.

    Допустим, что одно или несколько поражений понес не противник, а наша
    армия; тогда условия и обстановка изменяются в обратном направлении, то
    есть невыгодных для противника условий становится меньше, а условия,
    невыгодные для нас, начинают появляться и даже нарастают. Это — совершенно
    новое явление, отличное от того, что было раньше.

    Поражение любой из сторон сразу же и непосредственно заставляет
    потерпевшего поражение предпринять новые усилия, направленные к тому, чтобы
    попытаться ликвидировать опасное положение, избавиться от этих новых
    условий и обстановки, невыгодных для себя и выгодных для противника,
    воссоздать условия и обстановку, выгодные для себя и невыгодные для
    противника, с тем чтобы оказать на него давление.

    В противоположность этому, усилия, которые предпримет сторона, одержавшая
    победу, будут направлены к тому, чтобы всемерно развивать свой успех,
    нанести противнику еще больший урон, всячески стремиться наращивать или
    развивать выгодные для себя условия и обстановку и не позволить противнику
    осуществить попытку ликвидировать опасное для него положение.

    Таким образом, о какой бы из сторон мы ни говорили, борьба на этапе
    решительного сражения является наиболее ожесточенной, наиболее сложной,
    наиболее насыщенной изменениями, наиболее трудной и тяжелой во всем ходе
    войны или операции, и этот этап является с точки зрения руководства самым
    ответственным.

    На этапе контрнаступления встает очень много вопросов. Основные из них
    следующие: начало контрнаступления, сосредоточение сил, маневренность в
    военных действиях, стремительность в военных действиях, действия на
    уничтожение.

    При решении этих вопросов как в контрнаступлении, так и в наступлении
    применяются в основном одни п те же принципы. В этом смысле можно сказать,
    что контрнаступление — это наступление.

    Однако контрнаступление — не совсем то же самое, что наступление. Принципы
    контрнаступления применяются, когда противник наступает, а принципы
    наступления — когда он обороняется. В этом смысле некоторые различия между
    ними имеются.

    Хотя я освещаю ряд вопросов ведения военных действий целиком в разделе о
    стратегическом контрнаступлении при стратегической обороне, а в главе о
    стратегическом наступлении, во избежание повторений, коснусь лишь немногих
    других вопросов, однако, учитывая сказанное выше, при практическом
    применении контрнаступления и наступления мы не должны упускать из виду как
    их сходных черт, так и их различий.

    5. НАЧАЛО КОНТРНАСТУПЛЕНИЯ

    Вопрос о начале контрнаступления — это вопрос о так называемых «первых
    сражениях», или «вступительных сражениях».

    Многие буржуазные военные специалисты считают, что как в стратегической
    обороне, так и в стратегическом наступлении к «первому сражению» нужно
    подходить осторожно. Особенно это относится к обороне. Этот вопрос мы
    серьезно ставили и в прошлом. Операции против пяти «походов» в Цзянси дали
    нам богатый опыт, который будет небесполезно исследовать.

    В первом «походе» противник численностью приблизительно в 100 тысяч
    человек наступал восемью колоннами с линии Цзиань — Цзяньннн в южном
    направлении на базу Красной армии. Красная армия численностью примерно в 40
    тысяч человек была сконцентрирована в районе Хуанпи — Сяобу уезда Нинду в
    провинции Цзянси.

    Обстановка была такова: 1) армия, осуществлявшая «поход», состояла всего
    из 100 тысяч человек, притом не принадлежавших к собственным войскам Чан
    Кай-ши; поэтому общая обстановка была не особенно тяжелой; 2) на
    противоположном, западном берегу реки Ганьцзян в городе Цзиань стояла
    дивизия Ло Линя; 3) три неприятельские дивизии — Гун Бин-фаня, Чжан
    Хуэй-цзаня и Тань Дао-юаня- заняли район Футянь — Дунгу — Лунган — Юаньтоу
    к юго-востоку от Цзианя и к северо-западу от Гуанчана и Нинду. Главные силы
    дивизии Чжан Хуэй-цзаня находились в Лунгане, а главные силы Тань Дао-юаня
    — в Юаньтоу. Население района Футянь — Дунгу, временно поверившее
    провокационным вымыслам «Союза эй-би», не доверяло Красной армии и даже
    относилось к ней отрицательно. Этот район не подходил для ведения военных
    действий; 4) неприятельская дивизия Лю Хэ-дина находилась далеко, в
    Цзяньнине — па белой территории в провинции Фуцзянь, и не было оснований
    ожидать, что она двинется в Цзянси; 5) две неприятель ские дивизии — Мао
    Бин-вэня и Сюй Кэ-сяна — продвинулись в район Тоупи — Локоу — Дуншао, что
    между Гуанчаном и Нинду. Тоупи находился на белой территории, Локоу — в
    партизанском районе, в Дуншао действовал «Союз эй-би», и там трудно было
    сохранять наши действия в тайне. Бросить силы на разгром дивизий Мао
    Бин-вэня и Сюй Кэ-сяна, а затем повернуть на запад было бы опасно, так как
    расположенные в а западе три дивизии (Чжан Хуэй-цзаня, Тань Дао-юаня и Гун
    Бин-фаня) могли сконцентрироваться и одолеть их было бы нелегко; такой план
    не мог дать окончательного решения задачи; 6) дивизии Чжан Хуэй-цзаня и
    Тань Дао-юаня, принадлежавшие к собственным войскам главнокомандующего
    «походом», губернатора провинции Цзянси Лу Ди-пина, составляли главные силы
    противника, причем руководство операциями на фронте было возложено на Чжан
    Хуэй-цзаня. Уничтожение этих двух дивизий означало бы, что «поход» в
    основном разбит. В этих дивизиях насчитывалось примерно по 14 тысяч
    человек, к тому же дивизия Чжан Хуэй-цзаня была расположена в двух местах.
    Нанося удар по одной из этих дивизий, мы имели бы абсолютный перевес сил;
    7) район Лунган — Юаньтоу, в котором были расположены основные силы дивизий
    Чжан Хуэй-цзаня и Тань Дао-юаня, находился вблизи от места сосредоточения
    наших войск. К тому же в этом районе условия в смысле поддержки со стороны
    населения нам благоприятствовали, а потому к противнику можно было подойти
    скрытно; 8) выгодные для нас позиции имелись у Лунгана, но их не было у
    Юаньтоу. На случай, если бы противник стал наступать на нас в Сяобу, у нас
    здесь тоже были выгодные позиции; 9) на Лунганском направлении мы могли
    сконцентрировать наибольшие силы. Кроме того, в Синго, находящемся в
    нескольких десятках ли к юго-западу от Лунгана, у нас была еще отдельная
    дивизия численностью свыше тысячи человек, которая также могла обходным
    маневром выйти в тыл противнику; 10) совершив прорыв в центре и пробив
    брешь в линии неприятельских позиций, наши войска разрезали бы все
    восточные и западные колонны противника на две группы, разделенные большим
    расстоянием. Учитывая все изложенные соображения, мы и решили дать первое
    сражение здесь. В результате этого сражения были разгромлены две бригады
    главных сил Чжан Хуэй-цзаня и штаб его дивизии. Девять тысяч человек,
    включая и самого командира дивизии, были взяты в плен — никто не ушел.
    После этой нашей победы в первом сражении дивизия Тань Дао-юаня обратилась
    в паническое бегство в направлении на Дуншао, а дивизия Сюй Кэ-сяна — на
    Тоупи. Преследуя дивизию Тань Дао-юаня, наши войска наполовину ее
    уничтожили. В течение пяти дней (с 27 декабря 1930 года по 1 января 1931
    года) было проведено два сражения, после чего все силы противника, опасаясь
    разгрома, поспешно эвакуировали район Футянь — Дунгу — Тоупи. Так
    закончился первый «поход».

    Во время второго «похода» обстановка была следующая: 1) численность войск
    противника составляла 200 тысяч человек, главнокомандующим был Хэ Ин-цинь,
    имевший свой штаб в Наньчане; 2) в этом «походе», как и в первом,
    участвовали только соединения, не входившие в состав собственных войск Чан
    Кай-ши. Из них сильными или относительно сильными были 19-я армия Цай
    Тин-кая, 26-я армия Сунь Лянь-чжуна и 8-я армия Чжу Шао-ляна; остальные
    были послабее; 3) «Союз эй-би» был уже ликвидирован, и все население базы
    поддерживало Красную армию; 4) 5-я армия Ван Цзинь-юя была только что
    переброшена с севера и действовала с опаской. Примерно то же самое можно
    сказать и о дивизиях Го Хуа-цзуна и Хэ Мын-линя, находившихся на левом

    Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55

  • ПОЛИТИКА

    Избранные произведения

    LIB.com.ua [электронная библиотека]: Мао Цзе Дун: Избранные произведения

    целью уничтожения его превосходства.

    Последнее условие, которое обеспечивается отступлением, состоит в том, что
    мы обнаруживаем промахи противника или вынуждаем его делать промахи. Нужно
    помнить, что каким бы искусным ни было командование противника, оно не
    может действовать совершенно безошибочно на протяжении более или менее
    длительного периода. Возможности использования нами промахов противника
    существуют всегда; противник может совершить ошибку точно так же, как мы
    иногда ошибаемся и даем противнику возможность воспользоваться нашим
    промахом. Мы можем вызывать промахи противника и искусственно, путем того,
    что Сунь-цзы называл «созданием видимости» (создать видимость на востоке, а
    удар нанести на западе, то есть применить так называемый ложный маневр).
    Ввиду этого конечный пункт отступления нельзя ограничивать каким-нибудь
    определенным районом. Иногда, отступив в намеченный район, мы все еще не
    обнаруживаем промаха противника, которым могли бы воспользоваться, и нам
    приходится еще несколько отступить, выжидая, пока такая возможность нам
    представится.

    Таковы в общих чертах те благоприятные условия, которые создает для нас
    отступление. Однако это вовсе не означает, что нужно ждать, пока все
    указанные выше условия будут налицо, и лишь тогда переходить в
    контрнаступление. Одновременное наличие всех этих условий невозможно, да
    оно и не обязательно. Однако армия, значительно уступающая противнику в
    силе и ведущая военные действия на внутренних линиях, должна стремиться
    обеспечить хотя бы некоторые из необходимых условий в зависимости от
    состояния сил противника в данный момент. Возражать против этого было бы
    неправильно.

    При определении конечного пункта отступления необходимо исходить из
    обстановки в целом. Неправильно было бы определять конечный пункт
    отступления только исходя из того, что местная, частная обстановка
    благоприятствует нашему переходу в контрнаступление, и не считаясь с тем,
    что обстановка в целом делает для нас переход в контрнаступление в этот
    момент невыгодным. Ведь начиная контрнаступление, необходимо учитывать и
    изменения обстановки, которые могут произойти в дальнейшем, а наши общие
    контрнаступления всегда начинаются с частных. Иногда конечный пункт
    отступления следует выбирать на переднем крае базы, как это было, например,
    во время второго и четвертого контрпоходов в Цзянси или третьего
    контрпохода в Шэньси — Ганьсу; иногда надо выбирать его в центральной части
    базы, как это было во время первого контрпохода в Цзянси; иногда — на
    тыловой границе базы, как, например, во время третьего контрпохода в
    Цзянси. Это определяется соотношением между частной и общей обстановкой. Во
    время борьбы против пятого «похода» в Цзянси наша армия совершенно не
    признавала отступления, так как она не считалась ни с частной, ни с общей
    обстановкой, и это было величайшим головотяпством. Обстановка складывается
    из целого ряда условий; при рассмотрении связи между частной и общей
    обстановкой надо исходить из того, благоприятствуют ли в какой-либо степени
    нашему переходу в контрнаступление в данный момент условия у обеих сторон,
    образующие как частную, так и общую обстановку.

    Конечные пункты отступления на территории баз делятся в основном на три
    категории: пункты на переднем крае, в центральной части и на тыловой
    границе базы. Однако значит ли это, что мы совершенно отвергаем ведение
    военных действий в белых районах? Нет, не значит. Мы отвергаем ведение
    военных действий в белых районах только в борьбе против крупных «походов»
    противника. Только в условиях значительного неравенства сил мы, следуя
    принципу сохранения живой силы армии и выжидания возможности для разгрома
    противника, настаиваем на отступлении в базы, на заманивании противника в
    глубь территории, ибо только таким путем можно создать или обнаружить
    условия, благоприятствующие нашему контрнаступлению. Если же обстановка не
    очень серьезна или, наоборот, настолько серьезна, что не дает Красной армии
    возможности перейти в контрнаступление даже на территории базы или же не
    благоприятствует переходу в контрнаступление и нужно возобновить
    отступление, чтобы добиться перелома в обстановке, то следует считать
    возможным выбор конечного пункта отступления п на территории белых
    районов,- нужно признать ото, по крайней мере, теоретически, хотя в прошлом
    у нас такого опыта было очень мало.

    Конечные пункты отступления в белых районах также можно в общем разделить
    на три категории: во-первых, впереди базы, во-вторых, на фланге базы и,
    в-третьих, позади базы. Конечный пункт отступления впереди базы можно было
    выбрать, например, во время первого контрпохода в Цзянси. Если бы в то
    время в Красной армии не было внутренней розни, а в местных партийных
    организациях не было раскола, то есть если бы не существовало двух таких
    трудных проблем, как лилисаневская линия и «Союз эй-би» (33), то можно
    представить себе, что контрнаступление начали бы силы, сосредоточенные в
    районе Цзиань — Наньфын — Чжаншу, так как группировка противника,
    продвигавшаяся в то время между реками Ганьцзяи и Фушуй (34), не слишком
    значительно превосходила по силе Красную армию (100 тысяч против 40 тысяч).
    Хотя в смысле поддержки со стороны населения условия здесь были хуже, чем
    на территории базы, однако здесь у нас имелись выгодные позиции; к тому же
    можно было воспользоваться тем, что противник продвигался отдельными
    колоннами, и громить эти колонны поодиночке. Выбрать конечный пункт
    отступления на фланге базы можно было, например, во время третьего
    контрпохода в Цзянси. Если бы в то время наступление противника не получило
    такого широкого размаха и численность той группировки противника, которая
    двигалась из района Цзяньнин — Личуань — Тайнин, что на стыке провинций
    Цзянси и Фуцзянь, позволяла нашей армии нанести ей удар, то можно
    представить себе, что Красная армия, будучи сконцентрирована в белом районе
    — в западной части провинции Фуцзянь,- разбила бы прежде всего именно эту
    группировку, и тогда ей не пришлось бы делать огромный крюк, чтобы выйти к
    Жуйцзиню и идти к Синго. Выбрать конечный пункт отступления в тылу базы
    можно было во время того же третьего контрпохода в Цзянси. Если бы,
    например, главные силы противника двигались не на запад, а на юг, мы,
    возможно, были бы вынуждены отступить до района Хуэйчан — Сюньу — Аньюань
    (на белой территории) и завлечь противника еще дальше на юг, после чего
    Красная армия ударила бы с юга па север в глубь базы. В тот момент силы

    противника на севере внутри опорной базы наверняка были невелики. Однако
    все вышеизложенное — только гипотезы, которые не проверены на опыте и могут
    рассматриваться лишь как исключительные случаи, а не как общее правило.
    Когда противник предпринимает крупный «поход», общим правилом для нас
    является заманивание его вглубь и отступление в базы для ведения военных
    действий там, так как этот метод дает нам вернейшую гарантию разгрома
    наступающих сил противника.

    Люди, утверждавшие, что «обороняться от противника надо за воротами своего
    государства», возражали против стратегического отступления, мотивируя это
    тем, что наше отступление ведет к утрате территории, наносит ущерб
    населению (так называемое «битье посуды в собственном доме») и вызывает
    неблагоприятные отклики во внешнем мире. Во время борьбы против пятого
    «похода» стали утверждать, что с каждым нашим шагом назад укрепления
    противника продвигаются вперед, территория базы с каждым днем сокращается и
    вернуть ее уже не удастся. Если, мол, в прошлом заманивание противника в
    глубь территории приносило пользу, то в пятом «походе», когда противник
    ведет «войну блокгаузов», оно бесполезно, и бороться против этого «похода»
    можно лишь методом рассредоточенной обороны и коротких внезапных ударов.

    Ответить на все эти утверждения очень легко: на них уже ответила наша
    история. Что касается утраты территории, то сплошь и рядом бывает так, что,
    только утратив ее, можно ее сохранить. Как говорится, «если хочешь взять,
    то сначала дай». Если мы лишаемся территории, а получаем победу над врагом,
    да потом еще восстанавливаем территорию и даже расширяем ее — это
    прибыльная операция. В коммерческих сделках покупатель не может приобрести
    товар, не затратив денег; продавец не может получить деньги, не лишившись
    товара. Затратами революции является ломка, а приобретением — преобразующая
    созидательная деятельность. На сон и отдых затрачивается время, но зато при
    этом приобретается энергия для работы на следующий день. Если же
    какой-нибудь глупец, не понимая этого, откажется от сна, то на следующий
    день он совсем сдаст. Это уже убыточная операция! Убыточность пятого
    «похода» для нас состояла именно в этом. Не пожелав отдать часть
    территории, мы в итоге лишились всей. Абиссиния лишилась всей своей
    государственной территории тоже вследствие того, что слишком негибко ее
    защищала, хотя, конечно, поражение Абиссинии было обусловлено далеко не
    одним этим.

    Точно так же обстоит дело и с нанесением ущерба населению. Не пойти на
    «битье посуды» на время и притом на одной лишь части территории — это
    значит допустить «битье посуды» на долгие времена и притом на всей
    территории. За боязнь вызвать неблагоприятные политические отклики на
    короткое время приходится расплачиваться тем, что мы будем иметь
    неблагоприятные отклики на долгое время. Если бы после Октябрьской
    революции русские большевики, согласившись с точкой зрения «левых
    коммунистов», отвергли мирный договор с Германией, то только что родившаяся
    Советская власть могла бы погибнуть (35).

    Эти внешне революционные левацкие взгляды проистекают из свойственной
    мелкобуржуазной интеллигенции «архиреволюционности» и из консервативности
    крестьян как мелких производителей. Подходя к какому-нибудь вопросу, они
    видят только часть его и не в состоянии охватить его в целом, не желают
    сочетать сегодняшние интересы с интересами завтрашнего дня, увязывать
    частные интересы с интересами целого. Ухватившись за частное, временное,
    они ни за что не хотят выпускать его из рук. Правда, все те частности,
    которые в данной конкретной обстановке важны для целого и для всего данного
    периода, и особенно то частное, то временное, что имеет решающее значение,
    нельзя выпускать из рук, иначе мы превратимся в сторонников самотека и
    невмешательства в ход событий. Именно поэтому отступление должно иметь
    конечный пункт; но мы ни в коем случае не можем исходить из близоруких
    взглядов, свойственных мелким производителям, а должны учиться
    большевистской мудрости. Когда силы собственного зрения оказывается
    недостаточно, надо прибегать к помощи бинокля и микроскопа. Марксистский
    метод — это бинокль и микроскоп в политике и в военном деле.

    Конечно, в стратегическом отступлении имеются и свои трудности. Выбор
    момента для начала отступления, выбор конечного пункта отступления,
    политико-разъяснительная работа среди кадров и населения с целью убедить их
    в необходимости отступления — все это трудные задачи, но это задачи,
    которые необходимо разрешать.

    Вопрос о моменте начала отступления имеет очень важное значение. Если бы
    во время первого контрпохода в Цзянси момент для начала отступления был
    выбран пе так удачно, то есть если бы оно началось позже, это сказалось бы,
    по меньшей мере, на масштаба нашей победы. Разумеется, как преждевременное,
    так и запоздалое начало отступления приносит ущерб. Однако в общем
    запоздание приносит более серьезный ущерб, чем преждевременное начало.
    Своевременное отступление дает возможность полностью взять инициативу в
    свои руки, а это, в свою очередь, в огромной степени облегчает приведение в
    порядок своих рядов и переход в контрнаступление со свежими силами после
    достижения конечного пункта отступления. Во время операций по разгрому
    первого, второго и четвертого «походов» в Цзянси мы очень легко и свободно
    справились с противником. И только во время третьего «похода», когда мы
    совершенно не ожидали, что противник после тяжелого поражения во втором
    «походе» сумеет так быстро организовать новый (мы закончили второй
    контрпоход 29 мая 1931 года, а 1 июля Чан Кай-ши уже начал третий «поход»),
    Красной армии пришлось сосредоточиваться в спешке, двигаясь кружными
    путями, и в результате бойцы были крайне утомлены. Момент начала
    отступления определяется исходя из общей обстановки у себя и у противника
    на основании собранной нами необходимой информации, так же как это делается
    при выборе момента для начала этапа подготовки, о котором мы говорили выше.

    Пока наши кадры и население не имеют опыта, пока авторитет военного
    руководства еще не достиг такой высоты, чтобы право решения вопроса о
    стратегическом отступлении могло быть доверено самой немногочисленной
    группе лиц или даже одному человеку,- огромную трудность при стратегическом
    отступлении представляет дело убеждения наших кадров и населения в
    необходимости отступать. Из-за того, что у наших кадров еще не было опыта,
    что они не верили в стратегическое отступление, мы встречались в этом
    вопросе с огромными трудностями на начальных этапах первого и четвертого
    контрпоходов и на протяжении всего пятого «похода». В период первого
    контрпохода под влиянием лилисаневской линии наши кадры настаивали на том,
    что надо не отступать, а наступать,- пока, наконец, мы не сумели убедить их

    Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55

  • ПОЛИТИКА

    Избранные произведения

    LIB.com.ua [электронная библиотека]: Мао Цзе Дун: Избранные произведения

    Наша война началась осенью 1927 года. В то время у нас не было никакого
    опыта. Восстания в Наньчане (30) и Кантоне (31) потерпели поражение.
    Красная армия, действовавшая на стыке провинций Хунань, Хубэй и Цзянси во
    время «Восстания осеннего урожая» (32), также потерпела ряд поражений и
    перешла в район Цзинганшаня на стыке провинций Хунань и Цзянси. В мае
    следующего года части, уцелевшие после поражения наньчанского восстания,
    пройдя через южную часть Хунани, также пришли в Цзинганшань. Уже начиная с
    мая 1928 года рождались простые, соответствовавшие обстановке того времени
    основные принципы партизанской войны. Они выражены следующей формулой,
    состоящей из шестнадцати слов: «Враг наступает — мы отступаем, враг
    остановился — мы тревожим, враг утомился — мы бьем, враг отступает — мы
    преследуем». До возникновения лилисаневской линии эти военные принципы
    признавались Центральным Комитетом. Затем наши принципы ведения войны
    получили дальнейшее развитие. К тому времени, когда на территории базы в
    Цзянси мы начали свой первый контрпоход, был выдвинут и успешно применен
    принцип «заманивания противника в глубь территории». К моменту, когда был
    разгромлен третий «поход», у Красной армии уже полностью сложились свои
    принципы ведения войны. Это был новый этап в развитии ее военных принципов;
    они были значительно обогащены по содержанию и во многом изменены по форме,
    а главное, они уже переросли рамки прежней примитивности. Однако основные
    принципы попрежнему выражались в тех же шестнадцати словах, которые
    формулировали важнейшие правила проведения контрпоходов, включая оба их
    этапа — как стратегическую оборону, так и стратегическое наступление. На
    этапе стратегической обороны они также охватывали обе ее фазы —
    стратегическое отступление и стратегическое контрнаступление. Все
    последующее являлось лишь дальнейшим развитием этих принципов.

    Однако начиная с января 1932 года, после того как партийным организациям
    была разослана содержавшая серьезные принципиальные ошибки резолюция о том,
    что «после разгрома третьего «похода» следует завоевать победу сначала в
    одной или в нескольких провинциях», — «левые» оппортунисты начали борьбу
    против правильных принципов. В конце концов эти принципы были отброшены, и
    их заменила целая серия противоречивших им так называемых «новых
    принципов», или «принципов регулярности». С этого момента старые принципы
    уже нельзя было больше считать правильными, они стали «партизанщиной»,
    которую следовало отвергать. Атмосфера борьбы против «партизанщины»
    господствовала целых три года. На первом этапе этой борьбы царил военный
    авантюризм, на втором этапе он перешел в установку на сохранение территории
    любой ценой и, наконец, на третьем этапе превратился в установку на
    бегство. Только на расширенном совещании Политбюро Центрального Комитета
    партии, состоявшемся в январе 1935 года в Цзуньи, 6 провинции Гуйчжоу, было
    констатировано банкротство этой ошибочной линии и вновь признана
    правильность прежней линии. Но какой дорогой ценой это досталось!

    Товарищи, наиболее яро боровшиеся против «партизанщины», говорили:
    завлекать противника в глубь территории неправильно — так мы оставляем
    обширные территории. Правда, в прошлом мы таким путем и одерживали победы,
    но ведь сейчас-то обстановка совершенно иная. К тому же разве не лучше
    победить врага, не оставляя территории? Разве не лучше победить врага в его
    же районах или на стыке между нашими и неприятельскими районами? В старых
    принципах нет, мол, никакой «регулярности» — это методы действий
    партизанских отрядов. У нас сейчас создано государство, наша Красная армия
    стала регулярной. Наша война с Чан Кай-ши есть война между двумя
    государствами, между двумя большими армиями. История не должна повторяться,
    «партизанщину» нужно полностью отвергнуть. Новые принципы являются
    «совершенно марксистскими», старые же родились в партизанских отрядах, в
    горах, а в горах марксизма нет, и т. д. и т. п. Итак, новые принципы носили
    совершенно противоположный характер: «одному стоять против десяти, десяти
    стоять против сотни, действовать отважно и решительно, завершать победу
    преследованием», «наносить удары по всему фронту», «захватывать центральные
    города», «бить противника двумя кулаками». Что касается отражения
    наступления противника, то новые принципы гласили: «оборона за воротами
    своего государства», «побеждает тот, кто захватывает инициативу», «не
    давать противнику бить посуду в нашем доме», «не терять ни пяди земли»,
    «делить войска на шесть направлений», «решительная схватка между
    революционным путем и путем колониальным», «короткие, внезапные удары,
    фортификационная война, война на истощение», «затяжная война», концепция
    глубокого тыла, полная централизация командования,- а закончилось все это,
    как известно, грандиозным переездом на новую квартиру. Кто не признавал
    этих новых принципов, с тем расправлялись, тому приклеивали ярлык
    «оппортуниста» и т. д. и т. п.

    Несомненно, вся эта теория и практика были ошибочными. Это был
    субъективизм, это было проявление мелкобуржуазной ультрареволюционности,
    революционного зуда в моменты благоприятной обстановки. Когда же положение
    стало тяжелым, все это привело — по мере того как менялась обстановка —
    сначала к тактике безрассудного риска, затем к установке на сохранение
    территории любой ценой и, наконец, к установке на бегство. Это — теория и
    практика людей бесшабашных и профанов, от которой марксизмом и не пахнет,
    которая является антимарксистской.

    Здесь речь идет только о стратегическом отступлении. В Цзянси оно
    называлось «заманиванием противника в глубь территории», в Сычуани —
    «сокращением линии фронта». Все военные теоретики и практики прошлого тоже
    признавали, что это курс, к.которому обязательно должна прибегать слабая
    армия в войне против мощного противника на начальном этапе военных
    действий. Иностранные военные специалисты говорили следующее: «При
    стратегической обороне, как правило, необходимо сначала уходить от
    решительного сражения в неблагоприятных условиях и искать его лишь после
    того, как будет создана благоприятная обстановка». Это совершенно
    правильно, и к этим словам мы ничего не можем добавить.

    Целью стратегического отступления является сохранение живой силы армии и
    подготовка контрнаступления. Отступление потому и необходимо, что, не
    отступив перед лицом наступающего мощного противника, неизбежно поставишь
    под угрозу самое существование своей армии. Тем не менее в прошлом многие
    решительно возражали против отступления, считая его «оппортунистической,

    узко оборонческой линией». Наша история уже доказала, что эти возражения
    были полностью ошибочны.

    При подготовке контрнаступления необходимо выбрать и создать ряд
    благоприятных для себя и невыгодных для противника условий, чтобы добиться
    изменения в соотношении сил; после этого можно переходить в
    контрнаступление.

    Как показывает наш прежний опыт, переходить в контрнаступление в общем
    можно тогда, когда в ходе отступления достигнуты по меньшей мере два или
    более из следующих благоприятных для нас и невыгодных для противника
    условий:

    1) активная помощь населения Красной армии;

    2) выгодные позиции для ведения военных действий;

    3) полное сосредоточение главных сил Красной армии;

    4) обнаружение слабых мест противника;

    5) физическая и моральная измотанность противника;

    6) промахи противника.

    Такое условие, как активная помощь населения Красной армии, является самым
    важным. Это условие имеется на территории баз. При наличии этого условия
    легко создать или обнаружить четвертое, пятое и шестое условия. Поэтому,
    когда противник развертывает крупное наступление против Красной армии,
    последняя всегда отступает из белых районов на территорию баз, так как
    население баз наиболее активно помогает ей бороться против белой армии.
    Внутри самих баз существует разница между центральными районами и районами
    приграничными: в деле сохранения тайны, разведки, перевозок, участия в
    войне на население центральных районов можно положиться больше, чем на
    население приграничных районов. Поэтому при определении конечного пункта
    отступления в Цзянси во время борьбы против первого, второго и третьего
    «походов» выбор всегда падал на районы, где с первым условием обстояло
    хорошо или сравнительно хорошо. Благодаря этой особенности баз методы
    боевых действий Красной армии здесь значительно изменяются в сравнении с
    методами ведения военных действий вообще. Это и послужило основной причиной
    того, что впоследствии противник вынужден был взять установку на «войну
    блокгаузов».

    То обстоятельство, что отступающая армия может выбрать выгодные для себя
    позиции и навязать свою волю наступающей армии, является одним из
    преимуществ действий на внутренних линиях. Слабая армия, стремящаяся
    победить более сильного противника, не может не интересоваться таким
    условием, как выбор позиций. Однако одного этого условия еще не достаточно,
    оно должно сочетаться с другими условиями. Важнее всего отношение
    населения. Далее требуется еще обнаружить такую часть противника, которую
    легче бить. Например, противник изнурен, или совершил промах, или
    какая-либо из его частей, продвигающаяся в определенном направлении,
    сравнительно мало боеспособна. При отсутствии этих условий приходится
    оставлять даже выгодные позиции и продолжать отступление, чтобы обеспечить
    желаемые условия.

    В белых районах также бывают выгодные позиции, но там нет такого
    благоприятного условия, как помощь населения. Если и другие условия еще не
    созданы или не обнаружены, то Красной армии приходится отступать на
    территорию баз. То же самое в общем относится и к различию между
    приграничными и центральными районами революционных баз.

    Как правило, все ударные силы, за исключением местных отрядов и
    сковывающих сил, необходимо сосредоточивать. Однако, когда Красная армия
    ведет наступление на противника, перешедшего к стратегической обороне, она
    обычно рассредоточивает свои силы. Когда же противник развертывает крупное
    наступление, Красная армия начинает так называемое «центростремительное
    отступление». Конечный пункт такого отступления обычно избирается в центре
    базы, а иногда на ее передней или на тыловой границе, в зависимости от
    обстановки. Такое «центростремительное отступление» дает возможность всем
    главным силам Красной армии полностью сосредоточиться.

    Еще одно необходимое условие при борьбе слабой армии против мощного врага
    состоит в том, чтобы бить противника, выбирая его слабые части. Однако в
    начале наступления противника нам зачастую неизвестно, какие части его
    войск, продвигающихся с различных направлений, являются наиболее сильными,
    какие уступают им по силе, какие являются наиболее слабыми, какие менее
    слабы. Чтобы установить это, необходима разведка, на которую часто
    требуется немало времени. Это еще один довод в пользу необходимости
    стратегического отступления.

    Если наступающий противник намного превосходит нашу армию по численности и
    силе, то изменить соотношение сил можно только одним путем: выждать, пока
    он углубится на территорию баз и сполна хлебнет лиха, которое сулят ему эти
    районы. По этому поводу начальник штаба одной из бригад Чан Кай-ши ааявил
    во время третьего «похода»: «Толстых затаскали до худобы, а худых затаскали
    до смерти», а командующий гоминдановской армией западного направления Чэнь
    Мин-шу сказал: «Национальная армия везде как в потемках, а для Красной
    армии повсюду светло». Вот в таких условиях, даже если противник силен,
    силы его резко падают, войска изматываются, их моральное состояние
    понижается и многие его слабые места становятся очевидными. Красная же
    армия, хоть она и слаба, в отличие от противника накапливает силы и
    находится в прекрасном состоянии. В таких условиях часто создается
    некоторое равновесие сил или же абсолютное превосходство противника
    превращается в относительное превосходство, а наша абсолютная слабость — в
    относительную слабость; бывает даже, что противник становится слабее нас, а
    мы получаем над ним перевес. Во время борьбы против третьего «похода» в
    Цзянси Красная армия отступила до предела (она сосредоточилась на тыловой
    границе базы), но без этого она не могла бы победить противника, так как
    наступавшая против нее армия превосходила ее по численности более чем в 10
    раз. Сунь-цзы говорил: «Уклоняйся от боя, когда противник стремительно
    рвется вперед, бей его, когда он, расслабленный, возвращается назад»;
    говоря так, он имел в виду моральное и физическое истощение противника с

    Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55