• КРИМИНАЛ

    Тень стройной женщины

    LIB.com.ua [электронная библиотека]: Эрл Стенли Гарднер: ТЕНЬ СТРОЙНОЙ ЖЕНЩИНЫ

    — В данном случае окоченение охватило все тело?
    — Совершенно верно.
    — И поэтому вы решили, что смерть наступила между полуночью и пятью
    часами утра. Скорость развития трупного окоченения всегда одинакова?
    — Нет, оно протекает по разному, в зависимости от…
    — В какой период времени оно обычно происходит?
    — От восьми до двенадцати часов.
    — Следовательно, если полностью окоченевшее тело найдено в семь
    тридцать утра, то возможно, что смерть наступила и в десять тридцать утра?
    — Да, возможно.
    — Правда ли, что наступление трупного окоченения может быть ускорено
    другими факторами? Что, если человек был убит во время борьбы, окоченение
    развивается гораздо быстрее?
    — Да, это так.
    — И на него влияет температура окружающей среды?
    — Совершенно верно.
    — Встречаются ли случаи, когда «ригор мортис» наступает почти
    мгновенно?
    — Скажем, в течение очень короткого периода.
    — Почти мгновенно?
    — Это зависит от того, что вы считаете мгновением.
    — Минут за десять — пятнадцать.
    — Да, это возможно.
    — Доктор, вы заявили, что установили время наступления смерти с
    помощью определенных факторов, известных опытным судебно-медицинским
    экспертам, и назвали два: трупные пятна и «ригор мортис». Я хочу спросить
    вас: какие другие факторы вы имели в виду, устанавливая время наступления
    смерти?
    — Никаких других фактор я не учитывал.
    — Никаких других медицинских факторов вы не учитывали? — с искренним
    удивлением переспросил Мейсон.
    — Никаких, — подтвердил доктор Джаспер.
    — Вам известно, что установление момента смерти по «ригор мортис»
    может вести к неправильным выводам?
    — Я бы сказал, что «ригор мортис» довольно точный показатель.
    — А я бы сказал, что это не точный показатель, если окоченение может
    возникать уже через несколько минут после смерти или задерживаться чуть ли
    не на двенадцать часов.
    — Это крайности.
    — Вы можете заявить под присягой, что этот случай не является
    крайностью?
    Доктор Джаспер беспокойно заерзал.
    — Отвечайте, — сказал Мейсон. — Откуда вам известно, что этот случай
    не является крайностью?
    — Я этого не знаю, — признал доктор.
    — А температура тела? — поинтересовался Мейсон. — Разве это не
    считается самым надежным способом определения времени смерти?
    — Температура тела — это фактор, да.
    — Возможно, один из наиболее надежных факторов.
    — Один из факторов.
    — Он надежен?
    — Довольно надежен. Но бывают различные отклонения.
    — Но не такие большие, как с «ригор мортис»?
    — Смотря по обстоятельствам.
    — Доктор, не вы ли опубликовали в прошлогоднем декабрьском выпуске
    «Журнала Судебной Медицины» статью «Определение времени смерти»? В ней вы
    утверждаете, что из всех факторов, помогающих установить время наступления
    смерти, «ригор мортис», возможно, наименее надежный, а самый надежный, с
    вашей точки зрения, температура тела.
    Доктор беспокойно заерзал на свидетельском месте.
    — Не уверен, правильно ли вы интерпретируете мои высказывания.
    Мейсон открыл свой портфель, достал из него журнал и сказал:
    — Может быть, вы хотите, доктор, чтобы я освежил вашу память?
    — Нет, не надо. Я вспомнил, что действительно говорил нечто подобное.
    — Почему же сейчас вы стараетесь преувеличить значение «ригор мортис»
    для установления времени наступления смерти и свести до минимума значение
    фактора температуры тела?
    — Я не делаю ничего подобного! — возмущенно запротестовал доктор.
    — Вы установили время смерти по двум факторам, которые, как вы
    утверждаете, являются надежными для судебно-медицинского эксперта: трупные
    пятна и «ригор мортис». А как насчет температуры, доктор? Вы измеряли
    температуру?
    — Не измерял.
    — Не измеряли?
    — Когда я увидел покойного, он было полностью одет, а единственный
    способ измерить температуру тела… Ну, одним словом, тело в этот момент
    должно быть полностью раздето.
    — Когда тело увозили, оно было полностью одето?
    — Да.
    — А после того как оно было раздето, температура измерялась?
    — Очевидно, нет, — признал доктор. — Произошла какая-то путаница.
    Кто-то решил, что измерил я, а я решил, что это сделал кто-то другой. Во
    всяком случае температуру не измерили.
    — Итак, — продолжал Мейсон, — вы пытаетесь установить время
    наступления смерти только с помощью двух факторов: трупных пятен и «ригор
    мортис», трупного окоченения. В своей статье вы утверждаете, однако, что
    окоченение наименее надежный фактор, поскольку на него оказывают большое
    влияние внешние условия, а трупные пятна вы там даже не упомянули.
    — Да, действительно, не упомянул…
    — Кто-то ошибся, не измерил температуру тела, а вы, чтобы ваши
    показания выглядели убедительно, упомянули трупные пятна, как надежный
    фактор определения момента смерти? Разве в данных обстоятельствах трупные
    пятна являются надежным показателем?
    — Вношу протест, — вмешался Раскин. — Вопрос некорректен.
    — Что же в нем некорректного? — спросил судья Сеймур.
    — Он выставляет свидетеля в невыгодном свете.
    — Очевидно, вы полагаете, что ответ свидетеля будет утвердительным? —

    заметил судья Сеймур.
    — Это же совершенно ясно из хода допроса, — сказал Раскин. — Я
    уверен, что доктор Джаспер старался быть беспристрастным…
    — В данный момент, — вмешался Мейсон, — у помощника прокурора нет
    никакой необходимости защищать свидетеля. Пусть он займется этим на
    судебном процессе.
    — Я считаю, возражение обвинения следует отклонить, — решил судья
    Сеймур. — Отвечайте на вопрос, доктор Джаспер.
    Доктор переступил с ноги на ногу и произнес:
    — Я старался давать показания как можно более добросовестно. Мое
    мнение таково: смерть наступила между полуночью и пятью утра. Я сообщил,
    какие факторы принимал во внимание.
    — Отрицаете ли вы, что употребляли термин «трупные пятна» только с
    целью произвести впечатление на присяжных?
    — Я употребил этот термин потому, что он был уместен в данном случае.
    — Но согласно вашим же собственным показаниям, они только показывали,
    что смерть наступила более пяти часов назад. Это тоже кое-что, но как
    могло случиться, что вы даже не упомянули о трупных пятнах в своей статье?
    — Возможно, просто не подумал об этом.
    — Вы хотите сказать, что писали свою статью не думая?
    — Я же не должен был включать в нее все.
    — Вы упустили это из виду?
    — Я бы этого не сказал.
    — Может быть, вы чувствовали, что, если упомянете о трупных пятнах в
    статье в таком авторитетном журнале, ваши коллеги, хорошо знакомые с
    предметом, высмеют вас?
    — Об этом не пишется в статьях подобного рода.
    — Об этом не пишется в статье, — подхватил Мейсон, — которая являлась
    попыткой охватить все научные факторы, способствующие определению момента
    смерти?
    — Да.
    — Так почему же вы говорите об этом в Суде?
    — Потому, что это тоже фактор. Признаю, не очень существенный. Но
    были и другие факторы.
    — Ах вот как, были и другие! Я попросил вас перечислить их, и вы
    назвали только «ригор мортис» и трупные пятна.
    — Это медицинские факторы, но были и другие, повлиявшие на мое
    заключение.
    — Например?
    — Физические.
    — Что вы имеете в виду?
    — Фактор времени.
    — Что вы имеете в виду под фактором времени?
    — Например, грозу.
    — Теперь я начинаю понимать суть ваших показаний. Вы видели следы
    автомашины на мокрой земле, вам сообщили, в какое время прошла гроза, и вы
    установили время наступления смерти в основном по этим факторам. А теперь,
    когда вас вызвали для дачи показаний, вы пытаетесь как-то обосновать свое
    заключение, основанное на посторонней информации, подкрепляя его
    профессиональным жаргоном.
    — Неправда!
    — Но основными факторами для установления времени смерти для вас
    оказались не медицинские.
    — Они помогли мне прийти к определенному заключению.
    — Вы не специалист в этом деле?
    — У меня есть глаза.
    — Поэтому вы установили время смерти, принимая во внимание то, что
    назвали немедицинскими факторами?
    — Я бы сказал так: косвенные доказательства ясно показывали, что
    смерть наступила до начала грозы. Поскольку с медицинской стороны этого
    ничто не опровергало, я и пришел к такому заключению.
    — Ну, теперь мы подходим к сути. Доктор, я хочу быть честным с вами,
    но и вы будьте честны со мной. Вы действительно установили время смерти на
    основании косвенных доказательств, потому что с медицинской точки зрения
    этому ничто не противоречило; вы заявили под присягой, что смерть
    наступила между полуночью и пятью часами утра. Так?
    — Так, — ответил доктор Джаспер. — Несмотря на вашу попытку исказить
    мои показания, факт остается фактом: смерть наступила между полуночью и
    пятью часами утра.
    — Вы это заключаете скорее в силу вещественных косвенных
    доказательств, чем медицинских факторов?
    — Всех вместе взятых.
    — Отдельно взятые медицинские факторы не дают возможности точно
    установить время смерти?
    — Нет.
    — Другими словами, на ваше мнение в первую очередь повлияли не
    медицинские факторы, медицинские лишь подтвердили его?
    — Если вы так ставите вопрос, да.
    — Да, я ставлю вопрос именно так, — заявил Мейсон. — У меня больше
    нет вопросов.
    — У обвинения тоже нет вопросов, — сказал Раскин.
    Доктор Джаспер вернулся на свое место.
    Помощник прокурора объявил следующего свидетеля:
    — Миссис Карлотта Тейлман.
    Карлотта Тейлман подошла к свидетельскому месту и принесла присягу.
    — Вы бывшая жена покойного? — спросил Раскин.
    — Да.
    — Четвертого числа вы приехали из Лос-Анджелеса в Лас-Вегас, штат
    Невада?
    — Да.
    — Почему вы отправились в Лас-Вегас?
    — Я предполагала встретиться там со своим бывшим мужем. У меня были
    основания полагать, что он хочет купить акции, которые достались мне при
    разводе.
    — Вы обсуждали этот вопрос с вашим бывшим мужем, миссис Тейлман?
    — Не с ним лично. Я сказала человеку, который, как я считала,
    представлял его интересы, что приеду в Лас-Вегас, но не желаю иметь
    никаких дел с посредниками. Я хотела иметь дело с покупателем, кто бы он
    ни был.
    — В Лас-Вегасе вас встретила обвиняемая?
    — Да.
    — Перекрестный допрос, пожалуйста, — объявил Раскин.
    — Почему вы выбрали Лас-Вегас, миссис Тейлман? — спросил Мейсон.

    Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23

  • КРИМИНАЛ

    Тень стройной женщины

    LIB.com.ua [электронная библиотека]: Эрл Стенли Гарднер: ТЕНЬ СТРОЙНОЙ ЖЕНЩИНЫ

    чтобы присяжные представили себя ситуацию.
    — Высокий Суд, — сказал Раскин, — я утверждаю, что защитник
    несправедлив к свидетельнице, что он пытается ее опорочить и представить
    перед присяжными в ложном свете. Эта женщина вдова. Она овдовела в
    результате преступления, совершенного…
    — Одну минуту, — прервал его Мейсон, — в настоящий момент дело не
    рассматривается в Суде и не должно обсуждаться сторонами.
    — Но я возражаю против того, чтобы эту женщину представляли перед
    присяжными как легкомысленную особу! — закричал Раскин.
    — А я возражаю против того, чтобы ее представляли как тихую, убитую
    горем вдову, против того, чтобы обвинение могло играть на симпатиях
    присяжных, — парировал Мейсон.
    Судья Сеймур нахмурился:
    — В данный момент дело не разбирается в Суде, поэтому нет смысла
    представлять возражения. Присяжные вызваны лишь для того, чтобы увидеть
    свидетелей, услышать их показания, сформировать свое мнение относительно
    фактов. У обвинения один взгляд на дело, у защиты — другой. Пожалуйста,
    джентльмены, не переходите на личности. Продолжайте, мистер Мейсон.
    К этому времени свидетельница уже не напоминала беспомощную, убитую
    горем вдову. Она сидела, слегка наклонясь вперед и свирепо глядя на
    Мейсона.
    — Миссис Тейлман, — продолжил адвокат, — вы нашли письмо в кармане
    вашего мужа?
    — Если это можно назвать письмом, — огрызнулась она. — Угрозы
    шантажиста!
    — И конверт?
    — Да, и конверт, — ироничным голосом ответила она.
    — В левом верхнем углу конверта был обратный адрес и имя А.Б.Видала.
    — В левом верхнем углу, — снова повторила за ним она, — был обратный
    адрес и имя — А.Б.Видал.
    Миссис Тейлман была слишком разозлена, чтобы пытаться скрыть свои
    эмоции.
    — Вы говорите, это были угрозы шантажиста. Откуда вы это знаете?
    — А что это, по-вашему, было — приглашение на танцы? — взорвалась
    она.
    Нахмурив брови, судья Сеймур погасил раздавшиеся в зале смешки.
    — И отправителем письма был А.Б.Видал?
    — И отправителем был А.Б.Видал.
    — Теперь, миссис Тейлман, — обратился к ней Мейсон, — сообщите,
    пожалуйста, господам присяжным ваше девичье имя.
    — Дей Даунс.
    — Это имя дали вам при крещении?
    — Не знаю, — ответила она, — я там была, но ничего не помню.
    — Вы пошли в школу под этим именем?
    — Я не помню, когда пошла в школу.
    — Вы носили это имя, когда вам было двенадцать лет?
    Она немного поколебалась и сказала:
    — Вы же понимаете, мистер Мейсон, что это был профессиональный
    псевдоним.
    — Понятно, — отозвался Мейсон. — А ваше настоящее имя?
    — Я…
    — Суд ждет!
    — Агнес.
    — Агнес, а дальше?
    — Агнес Видал! — крикнула она.
    — Благодарю вас, — сказал Мейсон. — Это все.
    Раскин встал и успокаивающим голосом обратился к свидетельнице:
    — Миссис Тейлман, я понимаю ваш гнев. Прошу вас объяснить господам
    присяжным, что вы почувствовали, увидев имя на конверте.
    — Я почувствовала, — начала она, стараясь вернуться к роли безутешной
    вдовы, — что какой-то шантажист использовал имя Видал, чтобы показать
    моему мужу, что он знает… все обо мне.
    — Вы посылали это письмо?
    — Конечно нет!
    — Вы имеете к нему какое-то отношение?
    — Нет.
    — Что вы о нем знаете?
    — Только то, что уже рассказала.
    — Какое впечатление произвело на вас имя А.Б.Видал?
    Судья Сеймур взглянул на Мейсона:
    — Защита не возражает, чтобы свидетель рассказал о своих
    впечатлениях?
    — Ни в коем случае, — ответил Мейсон. — Я и сам хотел бы задать
    несколько вопросов по этому поводу.
    Свидетельница снова свирепо взглянула на Мейсона и повысила голос:
    — Я была просто уверена, что это шантаж и имя использовано, чтобы
    задеть моего мужа.
    — У меня все, — объявил Раскин.
    — У защиты есть еще вопросы к свидетельнице? — обратился к Мейсону
    судья Сеймур.
    — Да, Ваша Честь. Я хотел бы узнать у свидетельницы, что именно в ее
    прошлом могло натолкнуть ее мужа на мысль о шантаже?
    — Протестую! — закричал Раскин вскакивая с места. — Свидетельница не
    говорила ничего подобного. Вопрос не существеннен и не относится к делу!
    — Напротив, — возразил Мейсон, — свидетельница поведала о своих
    впечатлениях, и я настаиваю на том, что мой вопрос вытекает из ее ответа.
    — Вполне возможно, — сказал судья Сеймур, — но это совсем не значит,
    что мы можем тратить время на обсуждение несущественных вопросов. Однако в
    связи с характером перекрестного допроса я намерен разрешить этот вопрос.
    — Вы поняли вопрос? — спросил Мейсон свидетельницу.
    — Я не совсем в этом уверена.
    — Что именно в вашем прошлом заставило вас подумать, что
    использование вашего имени имеет отношение к шантажу?
    — Ничего! — взорвалась она. — Совершенно ничего!
    — Спасибо, — улыбнулся Мейсон. — Больше вопросов не имею.
    — У нас все, — объявил Раскин.
    Взбешенная миссис Тейлман прошла мимо стола защиты, бросая на Мейсона

    свирепые взгляды.
    Мейсон повернулся к сидящей позади него Дженис Вайнрайт и шепнул,
    стараясь подбодрить:
    — Мы сумели разрушить образ скромной, убитой горем вдовы. Это может
    очень многое значить в дальнейшем.
    Раскин вызвал лейтенанта Трэгга.
    Лейтенант Трэгг профессионально немногословно описал место
    преступления. Он объяснил, что работал совместно со службой шерифа, так
    как он занимался этим делом, когда обнаружилось, что Морли Тейлман пропал.
    Спокойно, невозмутимо и объективно он описал помещение: диван-кровать,
    душ, туалет, письменный стол, стулья и стенной шкаф с бумагами.
    Тело лежало на полу лицом вниз, правая рука слегка вытянута над
    головой, левая — согнута возле левого бедра. Лейтенант отметил факт «ригор
    мортис» [Rigor mortis (лат.) — трупное окоченение (мед.)] на момент, когда
    он осматривал тело.
    — В какое время вы увидели тело? — спросил Раскин.
    — В семь двадцать семь вечера.
    — В среду, четвертого?
    — Да.
    — Вам известно, когда было обнаружено тело?
    — Нет.
    — Но вы знаете, когда вам об этом сообщили?
    — Да.
    — В какое время это было?
    — Около шести часов.
    — Перекрестный допрос, пожалуйста, господин адвокат, — сказал Раскин
    Мейсону.
    — Когда вы приехали в дом, диван-кровать был разложен? — спросил
    Мейсон.
    — Нет, уже сложен.
    — Может быть, его вообще не разбирали?
    — Этого я не знаю, — подумав, ответил Трэгг.
    — Спасибо, у меня все, — объявил Мейсон.
    — Доктор Ломбард Г.Джаспер, — объявил Раскин.
    Доктор Джаспер прошел на свидетельское место, принес присягу и
    сообщил, что является помощником судебно-медицинского эксперта и
    обследовал тело Морли Л.Тейлмана, прежде чем его забрали с места
    происшествия. Обследование проводилось примерно в половине восьмого
    вечера, в среду, четвертого числа. По мнению доктора Джаспера, смерть
    наступила между полуночью и пятью часами утра.
    — Перекрестный допрос, — объявил Раскин.
    — Как вы установили время смерти, доктор? — спросил Мейсон.
    — На основании различных факторов, известных судебно-медицинским
    экспертам.
    — Вы можете пояснить, что это за факторы, известные
    судебно-медицинским экспертам?
    — Например, трупные пятна.
    — Что еще?
    — «Ригор мортис» — начало, продолжительность, окончание окоченения.
    — А теперь, доктор, давайте забудем профессиональный жаргон и изложим
    все так, чтобы поняли присяжные. Что такое трупные пятна?
    — Характерный цвет трупа, появляющийся в результате коагуляции крови
    в капиллярах.
    — Не очень-то доходчиво выходит, — заметил Мейсон. — Может, я вам
    помогу, доктор? При жизни у нас существует кровяное давление, так?
    — Да.
    — После смерти давление становится равным нулю?
    — Да.
    — Поэтому кровь стекает в нижние части тела, верно?
    — Да.
    — И поскольку кровь перестает циркулировать, она начинает сгущаться,
    не так ли?
    — Да.
    — Поэтому нижние части тела приобретают специфический оттенок, так
    называемые трупные пятна?
    — Да.
    — Как скоро после смерти появляются трупные пятна? Точнее, когда они
    становятся заметными?
    — Спустя один-два часа после смерти.
    — И как долго они сохраняются?
    — Продолжительный период времени.
    — Двенадцать часов?
    — О, да.
    — Двадцать четыре часа?
    — Да.
    — Следовательно, трупные пятна показывают только, что смерть
    произошла больше, чем час назад?
    — Нет. Они продолжают развиваться. Цвет тоже указывает на время
    смерти.
    — Есть какая-то разница между трупными пятнами спустя пять или десять
    часов?
    — Я бы сказал, что через пять часов образование трупных пятен
    завершается.
    — На теле, которое вы осматривали, оно было завершено?
    — Да.
    — Следовательно, по трупным пятнам на теле, которое вы осматривали,
    можно было лишь сказать, что смерть наступила не менее пяти часов назад?
    — Ну… есть и другие факторы.
    — Не будем пока касаться этих факторов, — сказал Мейсон. — Я говорю
    сейчас только о трупных пятнах. Верно ли, что только по трупным пятнам на
    теле, которое вы осматривали, можно было утверждать, что смерть наступила
    более пяти часов назад?
    Доктор заметно колебался.
    — Да или нет? — настаивал Мейсон.
    — Да, — произнес наконец доктор Джаспер.
    — Теперь перейдем к другому фактору, который вы упомянули. «Ригор
    мортис». Вы можете объяснить что такое «ригор мортис» так, чтобы поняли
    господа присяжные?
    — Это окоченение тела в результате химических процессов в мышечных
    тканях. Сразу после смерти тело очень мягкое. Потом начинается окоченение
    — лицо, шея, грудь, руки, живот и, наконец все тело. Потом, через
    некоторое время, окоченение начинает проходить, в том же порядке, как
    начиналось: лицо, шея и так далее.

    Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23

  • КРИМИНАЛ

    Тень стройной женщины

    LIB.com.ua [электронная библиотека]: Эрл Стенли Гарднер: ТЕНЬ СТРОЙНОЙ ЖЕНЩИНЫ

    Раскин повернулся к Мейсону:
    — Перекрестный допрос, пожалуйста, — сказал обвинитель.
    — Тейлман звонил жене около восьми? — спросил Мейсон.
    — Да.
    — Он звонил из вашего кабинета?
    — Нет. Мы как раз выходили из ресторана, он позвонил из телефонной
    будки.
    — Вы слышали разговор?
    — Нет.
    — Откуда вы знаете, что он звонил жене?
    — Он сказал, что собирается ей позвонить, и вошел в кабину.
    — Вернемся к женщине, — продолжал Мейсон. — Вы стояли у окна в
    кабинете?
    — Да.
    — Вы наблюдали за Тейлманом? — спросил Мейсон.
    — Да, сэр.
    — Потом вы увидели тень молодой женщины?
    — Да, сэр.
    — После того, как она попала в поле вашего зрения, вы продолжали
    наблюдать за ней, пока она не скрылась за углом?
    — Да, сэр.
    — Как далеко она была от мистера Тейлмана?
    — Примерно, в двадцати футах.
    — Давайте уточним это на схеме. Вы знаете, какова ширина улицы?
    — Полагаю, футов шестьдесят.
    — А ширина тротуара?
    — Наверное, футов десять.
    — Значит, около восьмидесяти футов.
    — Да.
    — Это по прямой. По диагонали расстояние больше.
    — Да.
    — Насколько?
    — Наверное… наверное, футов сто двадцать.
    — Вы утверждаете, мистер Трой, — сказал Мейсон, — что видели, как
    мистер Тейлман пересек улицу и скрылся за углом.
    — Так оно и было.
    — Вы также утверждаете, что наблюдали за этой женщиной с того
    момента, как увидели ее. Очевидно, вы увидели ее в тот момент, когда
    Тейлман прошел всего двадцать футов. Так за кем же вы наблюдали — за ней
    или за Тейлманом? На ком был сфокусирован ваш взгляд — на Тейлмане или на
    женщине?
    — Где-то между ними.
    — Значит, вы не наблюдали за женщиной?
    — Наблюдал, но мой взгляд не был сфокусирован на ней.
    — И вы не наблюдали за Тейлманом?
    — Наблюдал, но мой взгляд не был сфокусирован на нем.
    — Другими словами, в то время, как женщина со стройной фигурой
    переходила улицу, вы смотрели не на нее, а в точку где-то футах в десяти
    перед ней?
    — Пожалуй, нет. Я… я переводил взгляд с одного на другого.
    — Вы можете описать походку этой женщины?
    — Она была очень, очень… скажем, соблазнительная.
    — И вы оторвали взгляд от этой соблазнительной походки, от этого
    изящного скольжения, от покачивающихся бедер, чтобы посмотреть на мистера
    Тейлмана, который шел футов на двадцать впереди?
    — Пожалуй, нет, — признал Трой. — Если вы ставите вопрос таким
    образом, господин адвокат, то думаю, что нет. Я все время смотрел на
    женщину.
    — Значит, вы ошибались, говоря, что наблюдали за Тейлманом?
    — Да. Я его видел, но наблюдал за женщиной. Я смотрел на нее.
    — Значит, вы ошибались, говоря, что ваш взгляд был сфокусирован
    где-то между ней и мистером Тейлманом?
    — Я не подумал, отвечая на ваш вопрос, мистер Мейсон.
    — Другими словами, находясь под присягой, вы отвечали, не подумав?
    — Что же, получается так.
    — И дали неверный ответ?
    — Да. Должно быть, так.
    — Спасибо, — с преувеличенной вежливостью сказал Мейсон. — Я так и
    думал. Были ли еще вопросы, на которые вы ответили, не подумав?
    — Нет.
    — Теперь вы думаете?
    — Да.
    — Больше вопросов не имею, — сказал Мейсон.
    — Вызываю в качестве свидетеля миссис Морли Л.Тейлман, — объявил
    Раскин.
    Вторая жена Морли Тейлмана, одетая в черное платье, со скромно
    опущенными глазами, медленно прошла вперед, подняла правую руку,
    произнесла слова клятвы и приготовилась давать показания.
    В голосе Раскина звучало профессиональное сочувствие, с которым
    многие прокуроры обращаются к вдовам.
    — Миссис Тейлман, — начал он, — нам придется выполнить печальный
    долг. Вы вдова мистера Морли Тейлмана и были, насколько мне известно,
    вызваны для опознания тела после того, как оно было найдено.
    — Да, сэр, — сказала она.
    — Вы его опознали?
    — Да, это был мой муж, Морли Тейлман.
    — Теперь сосредоточимся на вторнике, дне, накануне обнаружения тела.
    Вы можете рассказать, когда видели мужа в последний раз, где это было и
    что он делал?
    Свидетельница медленно, тихим голосом рассказала, как Тейлман
    вернулся из офиса и сказал, что собирается в Бейкерсфилд. Он попросил
    свежий костюм. Пока муж брился в ванной, она просмотрела карманы старого
    костюма, обнаружила письмо и конверт, прочитала письмо и положила вместе с
    конвертом в карман пиджака, который собирался надеть муж.
    — Именно этот костюм был на нем в момент смерти? — спросил Раскин.
    — Да, — ответила она.
    — Можете допрашивать, — повернулся Раскин к Мейсону.

    Мейсон встал напротив стройной женщины, сидевшей на свидетельском
    месте с опущенными глазами.
    — Миссис Тейлман, — начал он, — где вы познакомились со своим мужем?
    — В Лас-Вегасе, штат Невада, — тихо ответила она.
    — Чем вы занимались в это время?
    — Вношу протест, — вмешался Раскин, — вопрос не относится к делу.
    — Протест отклоняется, — объявил судья Сеймур. — Я намерен дать
    возможность адвокату обвиняемой строить защиту так, как он считает
    необходимым. Свидетельница, ответьте на вопрос.
    — У меня были различные занятия.
    — Расскажите подробнее, — попросил Мейсон.
    Ее голос слегка окреп, а ресницы приподнялись достаточно, чтобы
    бросить на Мейсона неприязненный взгляд.
    — Пожалуй, лучше всего это можно охарактеризовать словами, что я была
    статисткой в шоу.
    — Вам приходилось демонстрировать купальники?
    — Иногда.
    — Вы работали в ночном клубе?
    — Да.
    — Так называемой «хозяйкой»?
    — Я не понимаю, что вы имеете в виду.
    — Вы надевали узкие, облегающие платья с очень большим вырезом и
    прохаживались между игорными столами?
    — Все вечерние платья облегающие.
    — И ваши тоже были такими?
    — Да.
    — Вы ходили вокруг игорных столов?
    — Да.
    — С вами было легко познакомиться?
    — Это была моя работа.
    — И поэтому с вами было легко познакомиться?
    — Я просто выполняла свои обязанности.
    — С вами было легко познакомиться?
    — Да.
    — И легче всего с вами знакомились богатые мужчины, которые могли
    себе позволить тратить деньги за игорными столами. Не так ли?
    — Да! — резко ответила миссис Тейлман.
    — В ваши обязанности входило подогревать интерес богатых посетителей
    к игре, вы крутились возле игорных столов, поддерживали разговор, делали
    иногда ставки сами?
    — Я старалась быть привлекательной.
    — Вы пользовались жетонами?
    — Всегда.
    — С Морли Тейлманом вы познакомились за игорным столом, не так ли?
    — Кажется, да.
    — Вы не знаете точно?
    — Думаю, что там.
    — Вы играли жетонами?
    — Я же сказала, что всегда пользовалась жетонами.
    — Это были специальные жетоны, правда? Необменные, вам их выдавали.
    Их нельзя было обменять на деньги, вы просто делали вид, что играете.
    — Да.
    — И вы хотите убедить присяжных, что не знаете значения слова
    «хозяйка»?
    — Я слышала это слово.
    — Вы когда-нибудь пользовались им?
    — Возможно…
    — Вы пользовались словом, не понимая его значения?
    — Я знала, что оно означает в том смысле, в котором я им
    пользовалась.
    — Вот именно, — сказал Мейсон. — Значит, когда вы сказали, что не
    знаете значения слова «хозяйка», вы были не вполне искренни?
    — Ваша Честь, — вмешался Раскин, — это попытка опорочить свидетеля.
    — Протест отклоняется, — оборвал его судья Сеймур.
    — Ответьте на вопрос, миссис Тейлман, — настаивал Мейсон.
    — Я не знала того смысла слова, в котором вы его употребляете. У вас
    оно кажется…
    — Непристойным, — подсказал Мейсон.
    — Нечто подобное.
    — Вы считаете свое занятие достойным?
    — Я старалась вести себя достойно.
    — Как леди?
    — Да.
    — И тем не менее, используя ваше собственное выражение, вы были
    приманкой.
    Она прикусила губу:
    — Пусть будет так, я была приманкой.
    — Когда вы впервые увидели Морли Тейлмана, он играл, не так ли?
    — Да.
    — Кто-нибудь направил вас к этому столу? Кто-то представляющий
    интересы хозяина заведения показал вам Морли Тейлмана? Велел вам подойти и
    поработать с ним?
    — Слова «поработать с ним» не произносились.
    — Но мысль вы поняли?
    — Я подошла и столу и, когда мистер Тейлман выиграл, улыбнулась ему.
    Это сломало лед.
    — Какой лед? — поинтересовался Мейсон.
    — Ну, скажем, дало ему шанс познакомиться со мной.
    — Вы считаете, что между вами был лед?
    — Я просто употребила это выражение.
    — Я также просто употребил это выражение, — сказал Мейсон. — Я отнюдь
    не имел в виду, что вы употребляете слово «лед» в буквальном смысле, и
    использовал это слово в том же значении. Итак, вам пришлось разбить
    какой-то лед?
    — Это зависит от того, как посмотреть на ситуацию.
    — Вы подошли, чтобы познакомиться с ним?
    — Я…
    — Да или нет?
    — Да! — вскипела миссис Тейлман. Она неожиданно подняла на адвоката
    глаза и сказала звонким голосом: — Я там работала. Не надо притворяться
    наивным, мистер Мейсон! Вы бывали в Лас-Вегасе.
    Мейсон поклонился и сказал:
    — Совершенно верно. Большое спасибо, миссис Тейлман. Я просто хотел,

    Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23

  • КРИМИНАЛ

    Тень стройной женщины

    LIB.com.ua [электронная библиотека]: Эрл Стенли Гарднер: ТЕНЬ СТРОЙНОЙ ЖЕНЩИНЫ

    Б.Троя. Обвиняемая вынудила его отправиться в горы и провести ночь с ней.
    Мы намерены при помощи косвенных улик бесспорно доказать, что обвиняемая
    присвоила деньги. Мы намерены доказать, что мотивом убийства была кража
    большой суммы, до двухсот тысяч долларов. С помощью неопровержимых
    косвенных улик мы докажем, что обвиняемая и жертва прибыли в Палмдейл
    вдвоем. Рано утром там прошел ливень, земля перед домом, где было найдено
    тело, намокла, и автомобиль оставил следы на влажной, мягкой почве;
    единственные следы на месте убийства оставлены автомобилем обвиняемой. На
    основании всех этих доказательств мы будем требовать Вердикта о
    предумышленном убийстве. — Раскин поклонился Суду и сел на свое место.
    — Желает ли защита сделать заявление? — спросил судья Сеймур.
    — Да, — отозвался Мейсон. Он встал и повернулся к присяжным: — Леди и
    джентльмены, прошу вас иметь в виду, что все доказательства, о которых
    говорил прокурор, являются косвенными. Мы собираемся показать, что все они
    могут иметь иное объяснение.
    — Высокий Суд, — заявил Раскин, — здесь не время и не место спорить.
    Если адвокат хочет сообщить, что именно он намерен доказать, мы не
    возражаем. Если же он желает устроить разбирательство по делу, ему следует
    дождаться соответствующего момента.
    — Хорошо, Ваша Честь, — ответил Мейсон и повернулся и присяжным: — Мы
    намерены доказать, что обвиняемая невиновна. — С этими словами он вернулся
    к столу защиты и уселся на свое место.
    По залу пронесся веселый шумок, некоторые присяжные заулыбались.
    Судья Сеймур объявил:
    — Обвинение начинает дело.
    Раскин вызвал на свидетельское место топографа, который предъявил
    карту местности с автомобильными дорогами и план помещения, где было
    найдено тело. Он вызвал фотографа, который предъявил фотографии тела,
    окружающей территории, интерьера и наружного вида здания.
    — Вызовите свидетеля мистера Маркуса, — распорядился Раскин.
    Маркус оказался метеорологом и заявил, что ранним утром в среду,
    четвертого числа, в горах прошла гроза. Ливень, хоть и кратковременный,
    был очень силен и смог достаточно увлажнить землю перед домом. Были
    представлены фотографии, изображающие грязную землю с отпечатками
    автомобильных шин.
    — Перекрестный допрос, пожалуйста, — обратился Раскин к Мейсону.
    Мейсон поднялся со своего места и дружелюбно поклонился свидетелю:
    — Вы знаете, в какое время шел дождь?
    — Примерно в пять утра.
    — Что значит — примерно?
    — Ну, между четырьмя тридцатью и пятью тридцатью утра. Ввиду того что
    гроза носила локальный характер, точнее сказать невозможно.
    — Это было в среду, четвертого, утром?
    — Совершенно верно.
    — Как много осадков выпало именно в этом месте?
    — Двадцать пять сотых дюйма или что-то около того. Но перед домом
    склон и воды собралось больше. Почва там оказалась достаточно мягкой,
    чтобы на ней отпечатались следы, тем более следы автомобиля.
    — Вы заметили там следы автомобиля?
    — Заметил. На краю этого участка мягкой почвы перед домом стоял
    кадиллак. Он следов не оставил. А вот от дома к шоссе вели следы
    автомобиля.
    — Как далеко от дома до шоссе?
    — Около ста пятидесяти футов. Это дорога с покрытием, во время дождя
    на ней не остается следов — таких, которые можно идентифицировать. Однако
    и там можно разглядеть следы автомобиля, проехавшего по грязи. Эти следы
    спускаются с холма, они оставили грязные отпечатки на расстоянии примерно
    двадцать пять футов. Отпечатки были видны совершенно четко там, где машина
    выехала на дорогу с покрытием, и постепенно сошли на нет.
    — Спасибо, — поблагодарил Мейсон, — у меня больше нет вопросов.
    Раскин вызвал эксперта, который делал снимки автомобильных следов.
    — Были ли отпечатки колес достаточно четкими? — спросил Раскин.
    — Да. Три шины были одинаковые. Одна отличалась, в ней имелся
    небольшой дефект.
    — В какой именно?
    — На переднем правом колесе.
    — Можно ли было идентифицировать этот дефект по отпечатку на влажной
    почве?
    — Да, сэр.
    — Обследовали ли вы машину обвиняемой Дженис Вайнрайт,
    регистрационный номер GVB-393?
    — Да.
    — Сделали ли вы отпечатки с колес машины обвиняемой?
    — Да, сэр.
    — Они при вас?
    — Да.
    Эксперт представил отпечатки с соответствующими пояснениями.
    — Вы можете взять отпечатки шин и отпечатки следов с места
    преступления и посмотреть, совпадают ли они? — спросил Раскин.
    — У меня есть отпечатки следов автомобиля, сделанные из прозрачного
    пластика, — ответил свидетель. — Мы можем взять отпечатки шин и сравнить.
    — Сделайте это, пожалуйста, для Суда.
    Свидетель продемонстрировал каждый отпечаток по очереди.
    — Мы хотели бы приобщить эти доказательства к делу, — объявил
    обвинитель. — Как вещественные доказательства обвинения соответственно под
    номерами J-1, J-2, J-3 и J-4.
    — Защита не возражает, — ответил Мейсон.
    — Можете начинать перекрестный допрос, — сказал Раскин.
    — Насколько я понимаю, — начал Мейсон, — вы приняли все
    предосторожности, чтобы при изготовлении этих отпечатков не было никаких
    ошибок в измерениях?
    — Совершенно верно, — подтвердил эксперт.
    — Когда колеса стоят на земле, они испытывают давление?
    — Совершенно верно.
    — Когда вы делали слепки с шин, это давление было устранено?
    — Ну… да.
    — В таком случае, если следы были оставлены автомобилем обвиняемой,

    их отпечатки не совпадут со слепками шин из-за отсутствия этого давления.
    — Я старался это учитывать.
    — Каким образом?
    — Я частично выкачал воздух из шин и постарался создать на них
    достаточное давление, чтобы имитировать состояние, когда на шины давит вес
    автомобиля.
    — Как вы определяли величину необходимого давления? Какими
    нормативами вы пользовались?
    — Личным опытом.
    — Другими словами, — сказал Мейсон, — вы создали давление,
    достаточное для того, чтобы отпечатки шин совпали с отпечатками следов?
    — Ваше замечание несправедливо и не отражает того, что я сделал.
    — Но вы принимали во внимание этот фактор?
    — Да, сэр.
    — И думали о том, насколько этот фактор может повлиять на результат?
    — В какой-то степени да.
    — Благодарю вас, — сказал Мейсон. — У меня все.
    — Извините, — сказал Раскин. — У меня еще вопрос и свидетелю. Метод,
    которым вы пользовались, может в какой-то степени изменить рисунок
    протекторов?
    — Нет.
    — У меня все, — сказал Раскин.
    — У меня еще один вопрос, — сказал Мейсон. — Я хотел бы узнать у
    свидетеля, не изменил ли его метод размеры шин.
    — В какой-то степени мог изменить размеры, но не рисунок.
    — Вы изменили размеры шин?
    — Ну, если хотите, изменил, — раздраженно ответил свидетель.
    — Благодарю вас, — сказал Мейсон. — Я так и думал.
    Присяжные недоуменно переглянулись.
    Раскин вызвал кассира из банка, в котором у Тейлмана был открыт
    текущий счет. Служащий банка довольно неохотно сообщил, что в течение
    последних трех недель мистер Тейлман снимал со счета наличные средства
    неизменно в двадцатидолларовых купюрах. Общая сумма выплат за три недели
    превысила сто восемьдесят семь тысяч. Во вторник, третьего, покойный
    получил пять тысяч двадцатидолларовыми бумажками.
    — Проводите допрос, — обратился Раскин к Мейсону.
    — Вопросов нет, — объявил тот.
    — Вызываю в качестве свидетеля мистера Троя, — объявил Раскин.
    Трой сообщил, что имел с Тейлманом деловую встречу во вторник,
    третьего числа. Встреча произошла в Бейкерсфилде. Тейлман часов в восемь
    вечера позвонил жене и сообщил, что будет дома в одиннадцать — в половине
    двенадцатого, а потом, в девять часов, покинул его контору, сказав, что
    едет домой в Лос-Анджелес.
    — Что вы сделали после того, как мистер Тейлман ушел от вас? —
    спросил Раскин.
    — Я прошел по кабинету и подошел к окну.
    — Сейчас я покажу вам план улицы, где расположена ваша контора. Здесь
    все правильно обозначено?
    — Да.
    — А теперь скажите, что вы видели, стоя у окна?
    — Я видел, как Морли Тейлман вышел на тротуар, минуту постоял и по
    диагонали пересек улицу.
    — Сейчас я приколю эту схему к доске, — сказал Раскин, — а вы
    обозначите крестиком место, на котором увидели мистера Тейлмана.
    — Где-то здесь, — сказал свидетель, ставя значок.
    — Теперь отметьте то место, где он задержался на тротуаре.
    Свидетель поставил еще один крестик.
    — А теперь проведите линию, показывающую его путь через улицу.
    Свидетель провел пинию.
    — Что было потом? Что сделал мистер Тейлман? Обозначьте на плане его
    путь после того, как он перешел улицу.
    — Он перешел улицу по диагонали и повернул за угол. Мне было уже не
    видно его из-за угла здания на противоположной стороне.
    — Вы по-прежнему стояли у окна?
    — Да, сэр.
    — Видели ли вы что-нибудь после того, как Тейлман исчез из поля
    вашего зрения?
    — Через несколько секунд, — сказал Трой, — я увидел тень женщины.
    — Раньше, чем увидели саму женщину?
    — Да.
    — Вы заметили что-нибудь особенное в этой тени?
    — Это была тень, которую отбрасывала, как мне показалось, молодая и
    очень стройная женщина.
    — Но в тот момент вы увидели только ее тень?
    — Да.
    — И где находилась эта тень?
    — Она двигалась от уличного фонаря на углу. Саму женщину я не видел,
    сверху мне была видна только тень.
    — Вы можете показать на схеме, где находилась эта тень?
    Свидетель показал.
    — А саму женщину вы видели?
    — Да, видел.
    — Когда?
    — Когда мистер Тейлман был примерно посередине улицы.
    — Что произошло дальше?
    — Женщина встала почти под самым моим окном.
    — Вы могли ее рассмотреть?
    — Нет, только голову и плечи со спины. Потом мистер Тейлман перешел
    через улицу, и она двинулась следом за ним.
    — На каком расстоянии?
    — Примерно, футов двадцать.
    — Вы смогли рассмотреть ее лучше?
    — Когда она сошла с тротуара, я очень хорошо видел ее со спины.
    — Вы можете ее описать?
    — Она была, как я уже сказал, молода, лет тридцати. Хорошо сложена и
    одета… Какая-то узкая юбка или платье, я не заметил точно — просто она
    соответствовала моим ожиданиям.
    — Вы продолжали наблюдать за ней?
    — Да.
    — Как долго?
    — До тех пор, пока она не скрылась из виду.
    — Куда она направилась?
    — Она последовала за мистером Тейлманом.

    Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23

  • КРИМИНАЛ

    Тень стройной женщины

    LIB.com.ua [электронная библиотека]: Эрл Стенли Гарднер: ТЕНЬ СТРОЙНОЙ ЖЕНЩИНЫ

    — Вот отель, — сказал водитель.
    — Отлично, — ответил Мейсон, — сворачивайте.
    Таксист послушно свернул на подъездную дорожку.
    — Делла, договорись с администратором, — сказал Мейсон. — Заплати,
    сколько нужно. — Адвокат вручил шоферу пятнадцать серебряных долларов. —
    Этого достаточно?
    Шофер широко ухмыльнулся и коснулся рукой козырька кепки:
    — Конечно. Мы в расчете.
    Чуть позже они устроились в уютном номере, и Мейсон обратился к
    миссис Тейлман:
    — Не могли бы вы рассказать, что случилось?
    — С чего начать?
    — Издалека, — ответил Мейсон.
    — Мне не хотелось бы говорить о своем разводе, — начала Карлотта. — Я
    была такой дурочкой. Не знаю, почему женщина упускает мужа при таких
    обстоятельствах. Может, из-за оскорбленной гордости? Я не могла
    соревноваться с той женщиной. А когда пришла в себя, решила, что буду
    бороться. Ничто не может остановить женщину, полную решимости добиться
    своего. Я не хочу сказать, что время можно повернуть вспять, но можно
    воспользоваться тем оружием, которое получено от природы, очень остро
    отточив его.
    — И вы стали оттачивать оружие? — спросил Мейсон.
    — К сожалению, слишком поздно. Но я не собираюсь сдаваться. И, когда
    Морли захотел встретиться со мной по делу, я решила показать ему свой
    арсенал.
    — Он сам к вам обратился? — спросил Мейсон.
    — Ко мне обратился адвокат.
    — От его имени?
    — Я поняла, что он представляет Морли, хотя он и сказал, что его
    клиент другой человек.
    — Когда это было?
    — В конце прошлой недели. Он сказал, что хотел бы купить мои акции
    или право распоряжаться ими по доверенности. Второй раз он пришел сегодня.
    — Что вы ему сказали?
    — Что акции не продаются, а что касается доверенности, это во многом
    зависит от того, кто хочет ее получить.
    — Адвокат сказал, что это ваш бывший муж?
    — Нет, открыто не сказал. Сказал, что время дорого и клиент
    предпочитает держаться в стороне. Я предложила ему дать мне сто долларов,
    чтобы доказать серьезность намерений и покрыть расходы, и сказала, что
    вечером отправлюсь в Лас-Вегас и его клиент может встретиться там со мной
    и все обсудить. Он дал мне денег на расходы, и я приехала сюда. Я
    надеялась, что Морли приедет один.
    — Кто-нибудь другой пытался получить ваши акции?
    — Многие. За последние три недели звонили несколько человек,
    называвшие себя брокерами.
    — Они хотели купить акции?
    — Не столько акции, сколько доверенность, чтобы получить возможность
    голосовать.
    — Какая сумма интересовала вас в сделке с вашим бывшим мужем?
    — Единственное, что меня интересовало, это он сам.
    В дверь постучали.
    Мейсон встал и открыл дверь. На пороге стоял полицейский.
    — Знаете, мистер Мейсон, вы можете быстро надоесть здесь, в штате
    Невада.
    — Эта женщина — свидетель, — ответил Мейсон. — Она уже была в
    полицейском управлении и дала показания. Вы с ней закончили.
    — Это вы так считаете, — возразил полицейский. — На самом деле это вы
    с ней закончили. У меня есть приказ проводить вас в аэропорт.
    — А если я не поеду? — поинтересовался Мейсон.
    — Как хотите, — сказал полицейский. — Но, в таком случае, советую вам
    быть крайне осторожным и не нарушать ни одного из правил нашего штата. Мы
    не хотим, чтобы с вами что-нибудь случилось, и будем внимательно наблюдать
    за вами. Если вы нарушите хоть одно из правил, а их у нас великое
    множество, у вас будут серьезные неприятности.
    — Не беспокойтесь, — заверил его Мейсон. — Мы уезжаем.
    — Вот и отлично, — сказал полицейский. — Мы вас отвезем в аэропорт.

    11

    Бледный от усталости, с выступившей на подбородке щетиной, Пол Дрейк
    все еще работал у себя в кабинете, когда в половине четвертого утра к нему
    вошли Мейсон и Делла Стрит.
    — Узнал что-нибудь, Пол? — спросил Мейсон.
    — Не слишком много, — сказал Дрейк. — Тело нашли в горах, в
    Палмдейле. Это местечко, которое купил Тейлман. Там есть контора — домик с
    высокой крышей. Тело найдено там.
    — Как он был убит?
    — Застрелен. Тридцать восьмой калибр, прямо в сердце.
    — Орудие убийства обнаружено?
    — Нет.
    — Есть какие-нибудь следы?
    — Вполне достаточно. Ночью лил дождь. Еще до дождя туда приехали две
    машины — кадиллак Тейлмана и форд Дженис Вайнрайт. Дождь намочил землю. По
    мокрой земле шел лишь один след — от автомобиля Дженис Вайнрайт. Можешь
    догадаться, что произошло. Тейлман собирался ехать домой. Когда он ушел от
    мистера Троя, Дженис Вайнрайт, выглядящая на миллион долларов, последовала
    за ним на автостоянку. После того как он позвонил жене…
    — Одну минутку, — перебил Мейсон. — Я очень подозрительный человек.
    Откуда мы знаем, что он звонил жене?
    — Он вошел в телефонную будку и воспользовался своей кредитной
    карточкой. Этот разговор зарегистрирован.
    — Он позвонил жене и разговаривал с ней?
    — Да. По крайней мере ему ответили.
    — Одной тенью меньше, — заметил Мейсон.

    — Что ты хочешь сказать?
    — Трой видел тень стройной женщины. Каждый, кто видел жену Тейлмана,
    не мог не запомнить ее фигуры. Я думаю, что она последовала за мужем в
    Бейкерсфилд.
    — В таком случае кто-то ответил по телефону вместо нее.
    — Рассказывай дальше, Пол.
    — Все, рассказывать больше не о чем, Перри. Ты сам все понимаешь.
    Ливень загнал в ловушку твою клиентку. В этом домике есть кровать.
    Очевидно, Тейлман не раз оставался там, а возможно, и твоя клиентка тоже.
    Тейлман сказал жене, что едет на деловую встречу, а сам побрился днем и
    надел свежий костюм. Скажи, человек, которому нужно ехать сто миль на
    деловую встречу, будет делать все это? Да никогда в жизни! У него было
    свидание с Дженис Вайнрайт. Они поссорились. Она убила его и смылась с
    деньгами.
    — Это мы еще посмотрим, — вздохнул Мейсон. — А что в прокуратуре?
    Будет предварительное слушание?
    — Никто не знает, — ответил Дрейк. — Но не думаю, потому что они
    рассылают судебные повестки.
    Телефон на столе резко зазвонил. Дрейк поднял трубку и сказал:
    — Алло!
    Прежде чем он успел что-то добавить, на пороге кабинета возник
    улыбающийся лейтенант Трэгг.
    — Ну что ж, джентльмены, — сказал он, — похоже, мы все работаем
    допоздна.
    — Сейчас не поздно, а рано, — улыбнулся Мейсон. — Мы начинаем новый
    день.
    — Отлично, — сказал Трэгг. — Вот и начнем. Мистер Мейсон, у меня
    подарок для вас и мисс Стрит.
    — И что же это? — спросил Мейсон.
    — Вызов в Суд по делу об убийстве Морли Тейлмана.
    — Адвокат не может быть свидетелем против своего клиента, — возразил
    Мейсон, — то же относится и к его секретарю.
    — Знаю, знаю, — сказал Трэгг. — Нам не нужны ваши показания. Мы хотим
    только узнать номера двадцатидолларовых купюр, лежавших в чемодане,
    который ваша клиентка принесла к вам в контору.
    — Вы уверены, что эти номера записаны? — бесстрастным голосом спросил
    Мейсон.
    — Я это знаю, — ответил Трэгг.
    — Я с удовольствием помогу вам во всем, что касается вещественных
    доказательств, лейтенант.
    — Я был уверен в этом, — с иронией сказал Трэгг. — Пожалуйста,
    позаботьтесь, чтобы ни одно из вещественных доказательств не оказалось
    уничтоженным. Я знаю, что вы очень устали. У вас был тяжелый день и
    нелегкая ночь. Не хочу больше задерживать вас. — Трэгг улыбнулся,
    поклонился и вышел.
    — И что ты об этом думаешь? — произнес Дрейк.
    — Его визит может означать только одно, — ответил Мейсон. — Дженис
    Вайнрайт рассказала полиции все. Никак иначе они этого узнать не могли.
    Дрейк задумчиво посмотрел на Мейсона.
    — Тебе, похоже, очень хочется вручить Трэггу это вещественное
    доказательство.
    — А почему бы и нет? — ответил Мейсон. — Мы предстанем перед Большим
    Жюри и сообщим все, что знаем.
    — Послушай, Перри, — неожиданно спросил Дрейк, — твоя клиентка
    случайно не заплатила тебе двадцатидолларовыми бумажками?
    Мейсон удивленно взглянул на него:
    — Почему ты так решил?
    — Просто так, — ответил Дрейк.
    — Если ты внимательно прочитаешь повестку, — любезно начал Мейсон, —
    то не сможешь не обратить внимания, что там нет ни слова о том, что мы
    должны представить деньги, которыми расплачивался клиент.
    — Послушай, Перри, — сказал Дрейк, — будь осторожен. Эти ребята
    шутить не будут. Они даже не стали устраивать предварительное слушание.
    Они намерены получить показания прямо перед Большим Жюри, добиться
    обвинительного заключения и отправить твою клиентку в Суд.
    — Вот и прекрасно, — ответил Мейсон. — Я всегда с удовольствием
    выступаю перед присяжными.
    Мейсон и Делла вышли от Дрейка. По дороге он дал ей несколько
    банкнот.
    — Прежде чем пойдешь домой, положи их, пожалуйста, в сейф.
    — Что это? — поинтересовалась Делла.
    — Мы же получили от клиента двести пятьдесят долларов.
    — Это те самые?
    — Не знаю, — ответил Мейсон, — я перемешал их со своими. К тому же
    что-то потратил. В конце концов, мне никто не запрещал тратить деньги и не
    требовал предъявить те, которые мы получили от клиента.

    12

    Судья Ллойд Л.Сеймур кивнул помощнику окружного прокурора:
    — Желает ли обвинение сделать заявление?
    Мэйнлов П.Раскин, один из лучших сотрудников прокурора Гамильтона
    Бергера, встал, поклонился Суду и шагнул к присяжным.
    — Высокий Суд, господа присяжные! — начал он. — Обвинение намерено
    доказать, что обвиняемая, Дженис Вайнрайт знала, что ее хозяин, Морли
    Л.Тейлман, собирал большую сумму наличных денег двадцатидолларовыми
    купюрами. Мы можем только догадываться, как мистер Тейлман намеревался
    использовать эти деньги, но собираемся неопровержимо доказать, что они у
    него были. Мы докажем, что у обвиняемой был чемодан, содержащий двадцать
    пять или тридцать пять фунтов двадцатидолларовых банкнот, то есть примерно
    двести тысяч долларов. Она обманула адвоката Перри Мейсона, заставив его
    думать, что он помогает защитить интересы ее хозяина, в то время как в
    действительности она намеревалась убить его и похитить деньги. Мы докажем,
    что она заманила своего хозяина в заброшенное местечко в горах и там
    убила, а потом отправилась в Лас-Вегас, штат Невада, заявив, что делает
    это по приказу хозяина. Мы докажем, что в ее хорошо продуманном плане было
    несколько уязвимых мест, ставших очевидными в ходе следствия. Мы докажем,
    что мистер Коль Б.Трой, деловой партнер Морли Тейлмана, видел молодую
    женщину, похожую на обвиняемую, которая в ночь накануне убийства следила
    за Тейлманом, когда он покидал Бейкерсфилд. Мы предполагаем доказать, что
    мистер Тейлман намеревался ехать домой, покинув контору мистера Коля

    Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23

  • КРИМИНАЛ

    Тень стройной женщины

    LIB.com.ua [электронная библиотека]: Эрл Стенли Гарднер: ТЕНЬ СТРОЙНОЙ ЖЕНЩИНЫ

    договорился, что ей сообщат, что он на несколько дней уезжает по делам.
    Пообещал, что позже позвонит ей, а пока никто не должен знать о его
    звонке. Он велел мне взять в сейфе деньги на расходы. Сказал, чтобы я
    привела себя в порядок, отправилась в Лас-Вегас и встретила Карлотту. Я
    должна была сказать ей, что он скоро приедет, и все время оставаться рядом
    с ней. Он не сказал прямо, но я знала, что, если об этом узнает вторая
    миссис Тейлман, ему надо будет доказывать, что это была чисто деловая
    встреча. Я чувствую, что у меня будут неприятности. Теперь я вижу, что
    пытается сделать эта женщина. Она готова вступить в борьбу с теперешней
    миссис Тейлман… Здесь все так запутано. Я очень надеюсь, что все-таки
    сумею справиться.
    — Вы сумели очень похорошеть для такого случая, — сказал Мейсон.
    — Да, так велел мистер Тейлман. И знаете, мистер Мейсон, я устала от
    роли деловой женщины.
    — Я вас понимаю, — ответил Мейсон. — Как часто вы устраивали праздник
    и позволяли себе быть красивой?
    — До такой степени — первый раз за два года.
    — Мистер Тейлман когда-нибудь видел вас такой?
    — Да, конечно. Поэтому он и велел мне привести себя в порядок.
    Мейсон сердито взглянул на нее:
    — Почему вам надо обязательно уродовать себя?
    — Я думала… Мне кажется, в данных обстоятельствах это необходимо.
    — Хорошо, — сказал Мейсон, — остальное расскажете потом. У меня
    достаточно неприятностей от ваших интриг. Почему вы не позвонили мне и не
    сказали, что мистер Тейлман звонил и все в порядке?
    — Мне было велено не говорить ни одной живой душе. Я рассказала
    Тейлману, что была у вас, что вы были так добры ко мне… Мистер Тейлман
    велел мне взять двести пятьдесят долларов и отдать вам и сказал, чтобы вы
    отправили ему счет. — Дженис Вайнрайт открыла сумочку, достала пачку
    банкнот, перетянутую резинкой, и сунула в руку Мейсону. — Надеюсь, вы
    простите меня, мистер Мейсон.
    Мейсон улыбнулся и ответил:
    — Боюсь, что прощать я должен самого себя. Мое вечное любопытство…
    Ну ладно, идите к миссис Тейлман в казино и развлекайтесь… Вы сказали
    мистеру Тейлману, что его жена беспокоится?
    — Да.
    — И что он ответил?
    — Что не понимает почему не выполнили его просьбу — его жене должны
    были сообщить, что он на несколько дней уезжает по делам. Его это, похоже,
    сильно беспокоило. Он обещал связаться с ней, думаю, он так и сделал.
    — В Палмдейле есть телефон?
    — Нет, только на ближайшей станции обслуживания, милях в двух.
    — Ну ладно, идите и…
    Сухой, хрипловатый голос произнес из-за плеча Мейсона:
    — Мне не хотелось бы вмешиваться, но если вы, мистер Мейсон,
    закончили…
    Мейсон резко обернулся.
    — Лейтенант Трэгг! — воскликнул он.
    — Здравствуйте, Делла, как поживаете? — улыбнулся Трэгг Делле Стрит.
    Дженис Вайнрайт переводила глаза с адвоката на лейтенанта.
    — Лейтенант Трэгг, Отдел по раскрытию убийств Управления полиции
    Лос-Анджелеса, — представил его Мейсон. — Что вы здесь делаете?
    — Позвольте представить вам лейтенанта Софию из полиции Лас-Вегаса, —
    сказал Трэгг, знакомя присутствующих со своей спутницей. — А теперь,
    отвечая на ваш вопрос, мистер Мейсон, сообщаю, что приехал сюда, чтобы
    допросить Дженис Вайнрайт в связи с убийством ее хозяина, Морли Тейлмана.

    10

    Дженис Вайнрайт пошатнулась от слов лейтенанта Трэгга.
    — Мистер Тейлман… мертв? — спросила она с внезапно побледневшим
    лицом.
    — Убит, — поправил ее Трэгг.
    — Не может быть! Он был жив и здоров, когда я…
    — Подождите минутку, Дженис, — вмешался Мейсон. — Пока мы не узнаем
    обстоятельствах дела, ввиду всего случившегося, я не хочу, чтобы вы делали
    какие-либо заявления. Никаких, вам ясно?
    — Не знаю, понимает ли она, но мы поняли, — сказала лейтенант София.
    — Вы не у себя дома, мистер Мейсон. Это штат Невада, здесь вы не адвокат и
    не имеете права выступать перед Судом. Таи что держитесь подальше. — И она
    просунула плечо между Мейсоном и Дженис Вайнрайт.
    — Не отвечайте ни на какие вопросы, — сказал Мейсон, — ни на какие.
    Лейтенант София толкнула Мейсона плечом в грудь и схватила Дженис
    Вайнрайт за руку.
    — Идемте, — сказала она.
    — Прости, Перри, — сказал лейтенант Трэгг, — так уж получилось.
    Дженис повели к полицейской машине.
    Делла Стрит растерянно посмотрела на Мейсона.
    — Ну что ж, — сказал он. — Отправимся в казино и сообщим новости
    миссис Карлотте Тейлман.
    — Черт побери, шеф, что это значит?
    — Это значит, что Дженис Вайнрайт попала в скверную историю. Я
    отправляюсь в казино, а вы позвоните Полу Дрейку, пусть он разузнает все,
    что можно об убийстве Тейлмана: когда найдено тело, где и так далее. Я
    постараюсь как можно больше выжать из Карлотты Тейлман, прежде чем полиция
    узнает, что она здесь.
    Мейсон направился в казино. Он открыл дверь и вошел. Его сразу
    оглушил шум сотен грохочущих игровых автоматов. Изредка доносилось:
    — Номер семь. Выигрыш. Номер семнадцать. Выигрыш. — Перерыв в
    несколько секунд и снова: — Выигрыш сто двадцать пять долларов. Семьдесят
    четыре доллара, семьдесят пять долларов…
    Мейсон огляделся. Осмотрев ряды игровых автоматов, он перебрался к
    столам с рулеткой, стараясь обращать на себя как можно меньше внимания.
    Минут через пять к нему присоединилась Делла Стрит.
    — Дозвонилась до Пола? — спросил Мейсон.

    — Да. Он уже отправляет своих людей. Полиция, видимо, не стремится
    это афишировать. Где Карлотта?
    — Не вижу. Похоже, ее здесь нет.
    Мейсон подошел к служителю:
    — Я ищу женщину, которая пришла минут двадцать назад. Ей лет тридцать
    пять, но выглядит она на тридцать.
    — Здесь все тридцатипятилетние выглядят на тридцать, — ответил тот.
    — Она была во всем красном, — пояснила Делла Стрит. — У нее очень
    хорошая фигура. Вот такая. — Она показала руками.
    — Ах, эта! — догадался служитель. — Она выиграла двадцать долларов с
    третьего захода и получила выигрыш, а потом пришел полицейский и попросил
    ее пройти с ним.
    Мейсон поблагодарил служителя и вместе с Деллой вышел на улицу.
    — Что теперь? — поинтересовалась Делла.
    — Как совершенно справедливо указала лейтенант София, я не являюсь
    адвокатом в штате Невада. Мне не разрешена практика здесь, — сказал
    Мейсон.
    — Что же нам делать?
    — Вытащим из постели местного адвоката, и пусть приступает к работе.
    У меня тут есть одна знакомая. Она адвокат и умнее любого мужчины. У нее
    море энергии и обаяния, она сумеет обойти полицию там, где мужчина не
    справится. Сейчас я ей позвоню.
    — У вас весьма обширный круг знакомых дам, — заметила Делла Стрит. —
    Эту женщину тоже трудно описать?
    — Эту женщину описать нетрудно. Она прекрасна и энергична.
    Мейсон исчез в телефонной будке и появился минуты через три.
    — Велено позвонить через десять минут, — отрапортовал он. — Она
    постарается выяснить, что к чему.
    — В таком случае не обратиться ли нам пока к богине удачи? —
    предложила Делла. — Ты же не хочешь, чтобы про нас сказали, что мы были в
    Лас-Вегасе и не испытали колесо фортуны.
    — Испытаем, — немедленно согласился Мейсон. — Вот этот автомат
    выглядит очень гостеприимно. — Адвокат бросил в автомат доллар, дернул за
    рукоять, и машина тут же выбросила шестнадцать серебряных долларов. —
    Видишь, как просто? — сказал Мейсон.
    — А я-то сижу в конторе! — воскликнула Делла.
    Мейсон еще раза два сыграл с одноруким бандитом и перебрался к
    рулетке.
    Он проиграл все доллары, кроме последнего, и наконец выиграл на номер
    двадцать семь. Забирая выигрыш, он обернулся к стоящей за его спиной Делле
    и победно улыбнулся.
    — Сегодня твой счастливый день? — спросила она.
    Мейсон, улыбаясь, ссыпал доллары в карман.
    — Это мы узнаем через несколько секунд, — ответил он.
    Он снова исчез в телефонной будке, а когда вышел, покачал головой:
    — Нет, сегодня не самый удачный день.
    — Она заговорила?
    — Не знаю, — ответил Мейсон, — но полицейские неплохо разыграли свою
    партию. Они заставили Дженис подписать отказ о выдаче другому штату и с
    сиреной отправились в аэропорт. Возможно, именно сейчас их самолет
    отрывается от земли, а лейтенант София, лейтенант Трэгг и наша клиентка
    наслаждаются приятной беседой.
    — А Карлотта Тейлман?
    — Карлотта несомненно уже поведала полиции все, что ей известно, —
    ответил Мейсон.
    — Это, вероятно, означает, что нам тоже пора в аэропорт.
    — Да, мы сделали здесь все, что могли, — согласился Мейсон. И
    добавил: — Напортили, впрочем, тоже все, что могли.
    Он подозвал такси.
    — В аэропорт! — приказал он. Потом порылся в карманах и спросил
    водителя: — Не возражаете, если я расплачусь серебряными долларами?
    — Чем угодно, кроме долговых расписок, — ответил водитель. — Хотя от
    вас я возьму и ее. Вы меня не запомнили — я вез вас из аэропорта на
    вокзал. Вы еще дали мне двадцать долларов. Это позволяет открыть вам
    кредит.
    — Не забудь, у тебя в кармане гонорар, — напомнила Делла.
    — Совершенно верно. — Мейсон достал из кармана деньги. — Я думаю, их
    надо занести в одну графу с тем долларом, который мы получили в качестве
    аванса. Двести пятьдесят, — сосчитал он. — Двенадцать купюр по двадцать и
    десятка. — Мейсон сунул деньги обратно в карман и спросил водителя: — Вы
    знаете, где здесь полицейское Управление?
    — Естественно, — ответил тот.
    — Тогда поехали не в аэропорт, а в Управление. Найдите местечко, где
    можно поставить машину так, чтобы видеть вход.
    Водитель с интересом посмотрел на пассажиров:
    — Можно спросить, какие у вас дела в полицейском Управлении?
    — Я адвокат и хочу побеседовать со свидетелем.
    Через несколько минут автомобиль остановился.
    — Так годится? — спросил шофер.
    — Отлично, — ответил Мейсон. — Выключи мотор, подождем.
    Примерно через четверть часа из здания вышла Карлотта Тейлман.
    — Подъезжайте ко входу, как будто вы свободны, — сказал Мейсон
    водителю.
    Миссис Тейлман, увидев такси, повернулась и попрощалась с провожавшим
    ее до дверей полицейским.
    Такси остановилось. Миссис Тейлман шагнула к машине.
    Мейсон открыл дверцу и приподнял шляпу:
    — Садитесь, пожалуйста, миссис Тейлман.
    Она засмеялась и сказала:
    — Ох, мистер Мейсон, как вы меня напугали! Вы здесь ожидали меня?
    — Просто проезжали мимо, — небрежно ответил Мейсон. — Садитесь.
    Полицейский, уже входивший в управление, увидел, что Мейсон усаживает
    миссис Тейлман в такси, развернулся и направился и машине.
    Мейсон захлопнул дверцу и сказал водителю:
    — Давай, приятель, жми на газ.
    Через несколько кварталов Мейсон снова заговорил:
    — Остановитесь у ближайшего отеля, где есть свободные места.
    — Как скажете, сэр.
    Мейсон повернулся к миссис Тейлман:
    — Я не хотел бы оскорбить ваши чувства в такой момент, но мне просто
    необходимо кое-что узнать.
    — Последние четыре года мои чувства оскорбляют так часто, что иногда
    мне кажется, будто их совсем не осталось.

    Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23

  • КРИМИНАЛ

    Тень стройной женщины

    LIB.com.ua [электронная библиотека]: Эрл Стенли Гарднер: ТЕНЬ СТРОЙНОЙ ЖЕНЩИНЫ

    сколько угодно людей, но чтоб она не ускользнула. Попробую добраться туда
    к одиннадцати двадцати.
    — Ты не успеешь, — сказала Делла.
    — Как бы не так, — ответил он. — Возьму скоростной двухмоторный
    самолет и…
    — Все равно не успеешь. Уже не успеешь.
    — Успею, — сказал Мейсон. — Ты займись своим делом, а я позабочусь о
    транспорте.
    Делла Стрит скользнула в соседнюю кабинку, бросила в щель монету и
    стала набирать номер.
    — Хорошо, — сказал Дрейк, — людей мы найдем. А ты узнаешь ее?
    — Думаю, да. Я видел ее еще до того, как она сняла маскировку.
    — Что ты хочешь сказать? Какую маскировку? — спросил Дрейк.
    — Когда она была еще не бабочкой, а серой куколкой, — ответил Мейсон.
    — Да ладно, ты все равно не поймешь, Пол. Значит, она будет на вокзале в
    одиннадцать двадцать. Мы с Деллой тоже постараемся быть там. Брось на это
    дело столько людей, сколько потребуется чтобы все время быть в курсе, где
    она. Если мы упустим ее на вокзале, то позвоним тебе.
    Мейсон повесил трубку, открыл дверь телефонной будки и вопросительно
    посмотрел на Деллу.
    Она утвердительно кивнула.
    Мейсон повернулся к официанту.
    — Поймайте мне, пожалуйста, такси, — попросил он. — И пусть ждет у
    двери с включенным мотором. Мы спешим.

    9

    В десять минут двенадцатого такси высадило Перри Мейсона и Деллу
    Стрит перед железнодорожным вокзалом Лас-Вегаса.
    В зале ожидания было человек двадцать. Одни сидели и читали, другие
    стояли, третьи разговаривали.
    Мейсон обвел взглядом зал, и лицо его выразило разочарование.
    Делла энергично толкнула его локтем в бок.
    Мейсон мгновенно обернулся.
    — Что? — спросил он.
    — Вон там, — ответила Делла.
    — Я не вижу…
    И тут красавица, стоявшая около дверей, выдала себя испуганным
    возгласом, увидев Перри Мейсона и Деллу Стрит.
    Делла взяла инициативу на себя и двинулась вперед. Через мгновение
    Мейсон догнал ее, и они оказались перед Дженис Вайнрайт.
    — Ну? — спросил Мейсон.
    — Я… вы…
    — Продолжайте, — предложил Мейсон, — выкладывайте все! Вы поставили
    меня в дурацкое положение, таи что рассказывайте все без всяких
    выкрутасов.
    — Я… я не хотела причинить вам неприятности.
    — Оставим пока это, — сказал Мейсон. — Что вы здесь делаете?
    — Жду поезда из Лос-Анджелеса.
    — Я так и понял. Вы встречаете мистера Тейлмана?
    — Нет, миссис Тейлман.
    — Миссис Тейлман?! — воскликнул Мейсон.
    — Да, мы должны здесь встретиться и…
    Ее прервали громкий свисток и шум приближающегося поезда.
    — Ну что ж, это будет совсем недурно, — заявил Мейсон. — Идите,
    встречайте миссис Тейлман. Мы будем неподалеку. Не говорите ей, что мы
    здесь. Я думаю, — улыбнулся он Делле Стрит, — что следующие несколько
    минут будут весьма насыщенными и интересными.
    Дженис Вайнрайт хотела что-то сказать, но передумала и вышла на
    перрон, к длинной веренице пульмановских вагонов.
    — Как тебе удалось ее узнать? — спросил Мейсон Деллу.
    — У меня было представление о том, как она будет выглядеть, если
    сделает пышную прическу, приведет в порядок рот и подкрасит ресницы.
    — Она выглядит потрясающе, — признал Мейсон.
    — Как-нибудь напомни мне, чтобы я занялась своей внешностью, —
    попросила Делла.
    — Тебе это не требуется, — парировал Мейсон.
    — Это требуется каждой женщине, — с грустью призналась Делла. И
    добавила: — Учитывая, что представляют собой мужчины.
    Поезд остановился.
    Дженис Вайнрайт стояла, глядя по сторонам.
    Мейсон заметил:
    — Если она притворяется, то это лучшая в мире актриса…
    С поезда сошла женщина, немного постояла, словно высматривая кого-то,
    потом повернулась и направилась к вокзалу, снова остановилась, повернула
    назад и подошла к Дженис Вайнрайт. Дженис посмотрела на нее и отвернулась,
    потом неожиданно круто развернулась и посмотрела еще раз.
    — Дженис! — сказала женщина.
    — Боже, миссис Тейлман! — воскликнула Дженис. — Я вас не узнала. Что
    вы с собой сделали?
    Мейсон и Делла Стрит переглянулись.
    — Так это первая миссис Тейлман, — наконец произнес Мейсон.
    Дженис Вайнрайт взяла миссис Тейлман под руку и подвела к Делле и
    Мейсону.
    — Миссис Тейлман, — сказала Дженис, — я хочу познакомить вас со
    своими друзьями, мисс Деллой Стрит и мистером Перри Мейсоном, адвокатом.
    — Тот самый Перри Мейсон?! — воскликнула миссис Тейлман.
    Адвокат поклонился.
    — А это миссис Тейлман, — волнуясь, продолжало Дженис. — Она… она
    была…
    — Я бывшая жена ее хозяина, — объяснила миссис Тейлман.
    — Я вас с трудом узнала, — сказала Дженис. — Вы так похудели…
    — На тридцать пять фунтов, — подтвердила миссис Тейлман. — Во мне
    теперь сто двадцать один фунт, и такой я намерена оставаться и впредь. Я
    получила суровый урок и узнала, что случается с женщиной, если она

    перестает следить за фигурой.
    — Мне бы не хотелось вам мешать, — сказал Мейсон, — но я должен
    побеседовать с мисс Вайнрайт о важном деле. Я только что прибыл в
    Лас-Вегас. Если вам нужно что-нибудь обсудить, я не стану вам мешать, но,
    поскольку уже поздно, а нам еще надо вернуться в Лос-Анджелес, я бы очень
    хотел несколько минут побеседовать наедине с мисс Вайнрайт.
    — Я не возражаю, — ответила миссис Тейлман. — Я не спешу и могу
    побыть здесь пару дней. Мне всегда правился Лас-Вегас… Я полагаю, вы
    знаете об этом скандале, мистер Мейсон. А если еще не знаете, то
    узнаете… Одна из местных красоток решила, что мой муж — подходящая
    добыча для нее, и принялась вилять перед ним задом. Он и рухнул к ее
    ногам, как куль с картошкой.
    — Миссис Тейлман, — поспешно сказала Дженис, — если вы не против, не
    могли бы вы немного подождать…
    — Совсем не против, — ответила та, — но мне не хочется ждать здесь,
    на этом душном вокзале. Я поеду в казино, мне там всегда везло.
    — Хорошо, я приду туда через несколько минут, — сказала Дженис, —
    если вы не возражаете.
    — Нет, нет, не возражаю… Знаете, мистер Мейсон, я так много о вас
    слышала. Никак не ожидала увидеть вас, тем более в Лас-Вегасе. Вы можете
    сказать мне, почему…
    — Я думаю, это придется объяснять мне, — снова поспешно вмешалась
    Дженис.
    — Хорошо, позже. Ты найдешь меня в казино.
    Дженис Вайнрайт была, похоже, в нерешительности.
    — Не беспокойся, все в порядке, — повторила миссис Тейлман,
    поклонилась Делле Стрит, улыбнулась Мейсону и ушла.
    Дженис Вайнрайт посмотрела ей вслед.
    — Подумать только, — сказала она, — никогда бы не узнала эту женщину.
    Вы только взгляните на ее фигуру!
    — Фигурка что надо, — согласился Мейсон. — Насколько я понимаю, она
    не всегда была такой.
    — Она говорит, что сбросила тридцать пять фунтов, но могу поспорить,
    что не меньше сорока пяти. Она выглядела почтенной дамой, а теперь… Вы
    только посмотрите!
    — Я смотрю, — отозвался Мейсон и получил локтем в бок от Деллы Стрит.
    — Ну ладно, ладно. А теперь расскажите мне все. Вы поставили меня в
    чрезвычайно неловкое положение. Вы же знали, что мистер Тейлман исчез.
    — Он вынужден был исчезнуть, — рассмеялась Дженис, — но завтра
    появится, и все будет в порядке. Простите, что я морочила вам голову,
    мистер Мейсон. Я сама попалась на удочку. Мне следовало бы больше доверять
    человеку, на которого я работаю.
    — Вы пришли ко мне в контору с полным чемоданом денег. Вы…
    — Мистер Мейсон, мне жаль, что я это сделала. Могу сказать одно: вам
    компенсируют все расходы. На этом я настояла.
    — Спасибо, — сказал Мейсон. — А теперь вы, может быть, все-таки
    расскажете, что произошло?
    — Мистер Мейсон, даже сегодня утром, когда звонила вам, я еще понятия
    не имела о том, что случилось.
    — Продолжайте, — отозвался Мейсон, — в последнее время я настроен
    весьма скептически. Излагайте вашу версию.
    — Это не версия, — ответила она. — Это правда.
    — И какова же правда?
    — Объяснение совсем простое. Не было никакого шантажиста и никакого
    шантажа.
    — Хм! А что же было?
    — Дело в том, что при разводе миссис Тейлман получила значительную
    долю состояния, частично наличными, частично в акциях корпорации, которую
    контролирует мистер Тейлман. Недавно мистер Тейлман обнаружил, что кто-то
    пытается добиться контроля над корпорацией. Ему никак не удавалось
    установить, кто стоит за всем этим, потому что все делалось через
    подставных лиц. Карлотта, первая миссис Тейлман, владела значительной
    частью акций. Можно сказать, что будущее мистера Тейлмана зависело от
    того, что она сделает со своими акциями. Естественно, мистер Тейлман не
    мог обратиться к ней лично. Он советовался об этом с мистером Троем и
    вернулся из Бейкерсфилда очень озабоченным. Он пытался договориться с
    Карлоттой через подставных лиц, но она заявила, что будет иметь дело
    только лично с мистером Тейлманом. Теперь я понимаю почему.
    — Почему? — спросил Мейсон.
    — Да потому, что она изменилась, стала настоящей красавицей, такой,
    как до их свадьбы! Одному Богу известно, какие жертвы она принесла и
    сколько потратила на косметичек и массажистов, но она выглядит на
    пятнадцать лет моложе, а ее фигура… Да вы сами видели. Вы бы никогда не
    поверили — она весила не меньше ста шестидесяти фунтов. Конечно, волосы
    и…
    — Сейчас это неважно, — прервал ее Мейсон. — Я хочу знать, что
    случилось после того, как вы позвонили мне сегодня утром.
    — Мне позвонил мистер Тейлман.
    — Позвонил вам?
    — Да.
    — Когда?
    — Сразу после моего разговора с вами.
    — Что он сказал?
    — Чтобы я сходила в салон красоты, потом взяла из сейфа деньги,
    отправилась в Лас-Вегас, встретила Карлотту и ждала его.
    — Откуда он звонил?
    — Из Палмдейла, это в двадцати семи милях от Бейкерсфилда.
    — Что такое Палмдейл?
    — Земельные участки под строительство. Они с мистером Троем купили их
    за бесценок. Мистер Тейлман считает, что через несколько лет эта земля
    будет стоить очень дорого.
    — Ладно. А теперь объясните, зачем вы приехали сюда.
    — Мистер Тейлман сказал, что хочет держаться подальше. Он велел мне
    встретить Карлотту. Конечно, я не должна называть ее так…
    — Не имеет значения, — прервал ее Мейсон. — Называйте, как хотите,
    только рассказывайте скорее.
    — Так вот, он велел мне встретить Карлотту. Сказал, что ему придется
    встретиться с ней лично, но его жене это не понравится. Я должна помочь
    ему, держать все в секрете и, если будет необходимо, поклясться, что все
    время неотлучно находилась при Карлотте.
    — Что вы ему сказали?
    — Спросила, где он был, сказала, что его жена в отчаянии. Это его,
    похоже, огорчило. Он сказал, что она не должна была волноваться. Он

    Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23

  • КРИМИНАЛ

    Тень стройной женщины

    LIB.com.ua [электронная библиотека]: Эрл Стенли Гарднер: ТЕНЬ СТРОЙНОЙ ЖЕНЩИНЫ

    заметила, что, если кто-нибудь попытается нарушить ее благополучие, ему
    придется очень туго.
    — Не знаю, можно ли так определить мою информацию, — сказал Дрейк. —
    Я просто излагаю факты, а уж вы сами сопоставляйте их. А в связи с вашими
    подсчетами, что пять тысяч долларов весят около фунта, я начинаю думать,
    что вам известно нечто, чего мне знать совсем не хочется.
    — Возможно, ты и прав, — согласился Мейсон.
    — В таком случае, — продолжал Дрейк, — я уже взорвал бомбу и удаляюсь
    к себе в логово, а вы тут собирайте осколки.
    — Пол, для тебя есть еще работа, — остановил его Мейсон. — И надо
    сделать ее быстро. Найди эту секретаршу.
    Делла подошла к пишущей машинке.
    — У вас есть ее описание? — спросил Пол.
    Мейсон кивнул в сторону Деллы Стрит:
    — Она его уже печатает. Имя, возраст, одежда — все, что одна женщина
    замечает в другой.

    7

    Когда Пол Дрейк ушел, Мейсон повернулся к Делле Стрит:
    — И какое же описание ты дала Полу? Изобразила ее скромной молодой
    женщиной?
    — Нет, просто дала основные параметры: цвет волос, глаз и так далее.
    — Ты упомянула, что она старается выглядеть некрасивой?
    — Вот уж нет. У меня есть подозрение, что когда мы разыщем мисс
    Дженис Вайнрайт, то обнаружим удивительное превращение. Проведя не один
    час в салоне красоты, она наверняка выбралась из серого кокона и
    превратилась в прекрасную бабочку.
    — Ну что ж, — заметил Мейсон, — мне кажется, пришло время сравнить
    наши соображения.
    — Я тоже так думаю, — улыбнулась Делла Стрит.
    — Итак, начнем…
    — Может, будет лучше, если ты сообщишь мне самое важное из разговора
    со второй миссис Тейлман.
    — Самое важное?
    — Конечно, детали сейчас не важны.
    — Морли Тейлман очень старался довести до всеобщего сведения, что его
    шантажирует некто А.Б.Видал.
    — Согласна, — сказала Делла Стрит.
    — Прежде всего это таинственное письмо. Распоряжение не вскрывать
    письмо, естественно, должно было возбудить любопытство Дженис Вайнрайт.
    Потом разорванное письмо оказалось в корзине, где было так заметно, что
    непременно должно было привлечь внимание.
    Делла кивнула.
    — Дальше. Такое же письмо было, очевидно, получено Тейлманом на
    домашний адрес. Он сказал жене, что отправляется в Бейкерсфилд на встречу
    с Колем Троим и попросил ее приготовить другой костюм, а сам отправился в
    ванную бриться. Перед этим он надел брюки от другого костюма, оставив
    пиджак и старый костюм в спальне.
    — Свежий костюм, чтобы встретиться с деловым партнером в
    Бейкерсфилде? — удивилась Делла Стрит. — Чтобы проехать сто миль в
    автомобиле?
    — Ты не поняла, Делла. Свежий костюм, чтобы жена, как обычно,
    прошлась по карманам, проверяя, не забыл ли он что-нибудь.
    — Так, так, — сказала Делла Стрит, — и в кармане старого пиджака она
    обнаружила письмо от А.Б.Видала?
    — Ты совершенно права.
    — Значит, таинственный мистер Видал послал два одинаковых письма — в
    контору и домой? — спросила Делла Стрит.
    — Верно, — подтвердил Мейсон. — Но меня смущает одна маленькая
    деталька…
    — Какая именно?
    — Предположим, Морли Тейлман хотел, чтобы все узнали о шантаже. Он
    хотел исчезнуть при загадочных обстоятельствах, незаметно сняв деньги со
    счета в банке. Для этого он изобрел фиктивного шантажиста и послал сам
    себе письма, о которых после его исчезновения всем будет известно.
    Предположим, он раздобыл ключи от нескольких секций камеры хранения и
    сделал дубликаты. Велел своей секретарше купить чемодан, возбудив сначала
    ее любопытство и подозрения… Но какой смысл выбирать для выдуманного
    шантажиста фамилию своей жены?
    — Подожди, — заметила Делла, — я потерялась на повороте.
    — На каком?
    — Когда вы говорили о том, что Тейлман возбудил любопытство
    секретарши. Боюсь, мистер Мейсон, что эта секретарша играет свою игру, и
    очень ловко. Я думаю, что та стройная тень, о которой говорил Коль Трой,
    была нашей скромницей Дженис Вайнрайт. К этому времени она, видимо, уже
    посетила салон красоты и вышла оттуда во всей своей красе. Я думаю, она
    присоединилась к беспокойному искателю романтических приключений Морли
    Тейлману. Я думаю, Тейлман и его секретарша провели ночь вместе. Я
    полагаю, что Дженис Вайнрайт позвонила сюда сегодня утром не из своей
    квартиры. Скорее всего, рядом с ней в этот момент стоял ухмыляющийся Морли
    Тейлман. Он обнимал ее за талию и был очень доволен собой. Рядом с ним на
    полу стоял чемодан, в котором лежало сто семьдесят пять или двести тысяч в
    двадцатидолларовых купюрах, и теперь мистер Тейлман со своей
    скромницей-секретаршей начинают где-то новую жизнь под новыми именами. И
    еще мне кажется, что когда вторая миссис Тейлман начнет разбираться в
    делах и сопоставлять данные, то обнаружит, что осталась на бобах, что
    долги значительно превышают стоимость оставшегося имущества.
    — Ты думаешь, что я в этой истории сыграл роль последнего дурака?
    — Я бы не сказала, — ответила Делла. — Просто ты оказался в ситуации,
    когда можно было действовать одним-единственным образом. Я женщина и
    должна была увидеть ее насквозь. Но она одурачила меня на сто процентов. Я
    ужасно хотела, чтобы ты взялся за это дело. Я испытывала сочувствие,
    любопытство и была крайне заинтригована. В женщине, которая сознательно
    старается скрыть свою красоту, есть что-то, возбуждающее любопытство.

    Мейсон встал с кресла и принялся шагать по кабинету.
    — Ты не согласен со мной? — спросила Делла Стрит.
    — Да, с твоей частью пути.
    — Господи, я думала, что дошла до конца.
    — Предположим, — продолжал Мейсон, — что вторая миссис Тейлман не так
    глупа, как ты себе представляешь. Предположим, она задумалась над тем,
    почему ее муж хочет надеть свежий костюм, отправляясь на деловую встречу в
    Бейкерсфилд, и удивилась, почему это он вдруг решил побриться среди дня.
    Предположим, что, сопоставив это, она взяла машину, отправилась в
    Бейкерсфилд и проследила за мужем. Предположим, что она следила за
    конторой мистера Троя до тех пор, пока ее муж не ушел оттуда. В таком
    случае именно она была той стройной тенью, которую видел Трой.
    Глаза Деллы широко раскрылись.
    — Вполне может быть, — ответила она, — но не забудь, шеф, что Тейлман
    звонил жене в восемь часов…
    — Откуда ты знаешь? — спросил Мейсон. — Возможно, Тейлман сказал
    жене, что позвонит в восемь и сообщит, вернется или нет. Поэтому вторая
    миссис Тейлман сказала, что звонок был. Трой тоже не знает, кому звонил
    Тейлман. Тейлман сказал ему, что звонил жене.
    — Да, — согласилась Делла Стрит, — и это осложняет ситуацию. Если
    миссис Тейлман следила за мужем и его секретаршей, она знает, куда они
    уехали и под какими именами скрываются, Возможно, она даже знает, где
    спрятан чемодан с деньгами. Если она опасный противник, то ситуация
    действительно становится очень сложной.
    — Она очень опасный противник, — подтвердил Мейсон, — и если Морли
    Тейлмана найдут мертвым, то Дженис Вайнрайт окажется идеальной
    подозреваемой. Соблазнительная миссис Тейлман станет безутешной вдовой и
    унаследует все, включая чемодан наличных.
    — Не надо, шеф! — Глаза Деллы широко раскрылись. — Ты нагоняешь на
    меня ужас.
    — Стоит только предположить, что тень, которую видел Коль Трой,
    отбрасывала миссис Тейлман, — продолжая вышагивать по кабинету, сказал
    Мейсон, — и перед нами развертывается целая цепь захватывающих
    возможностей.
    — Пугающих возможностей, — поправила его Делла Стрит.
    — Ну что ж, — продолжал Мейсон, — полиция ослабила усилия по поискам
    Тейлмана. Зато Пол Дрейк занят этим делом вплотную. Подождем известий от
    него, и, поскольку ты, Делла, должны быть у меня под рукой на случай, если
    что-то произойдет, предлагаю тебе сегодня сопровождать меня повсюду. Мы
    выпьем по коктейлю, поужинаем, немного потанцуем, а время от времени будем
    звонить Дрейку и интересоваться, нет ли чего новенького.
    — Насколько я понимаю, это приглашение сделано исключительно в
    интересах дела, с целью более эффективной работы, — сказала Делла.
    — В отчете о расходах ты напишешь именно так. Что же касается скрытых
    мотивов, то по совету адвоката я отказываюсь отвечать на этот вопрос.
    Делла Стрит внимательно посмотрела на него:
    — На том основании, что это может тебя в чем-то изобличить?
    — Обсудим это лучше после второго коктейля, — предложил Мейсон.
    — Ты хочешь, чтобы я, глядя в глаза налоговому инспектору, объяснила,
    что эти расходы были необходимы, чтобы оправдать аванс в один доллар?
    — С другой стороны, — хмыкнул Мейсон, — пока мы не получим более
    существенного аванса, наверно, лучше считать этот вечер светским
    развлечением.

    8

    Мейсон и Делла, натанцевавшись, вернулись к своему столику. Усадив
    Деллу, Мейсон сел рядом и стал смаковать кофе.
    — Ну что ж, ужин прошел удачно. Теперь, я думаю, нам следует
    позвонить Полу Дрейку и вернуться к делам более прозаическим.
    — Боже, два часа прошло! — воскликнула Делла, взглянув на часы.
    — Допивай кофе, Делла. Мы позвоним ему по дороге.
    Через пятнадцать минут Мейсон расплатился по счету. Делла задержалась
    у телефона и проворно набрала номер агентства Дрейка.
    Мейсон, прислонившись к открытой двери кабинки, внимательно смотрел
    на нее.
    — Я тебе когда-нибудь говорил, что ты на редкость красивая женщина? —
    спросил он.
    — Тише! — ответила она. — Не мешай. Я… Привет, Пол, это Делла…
    Что? Да, он здесь… Хорошо, даю ему трубку.
    — Спустимся на землю, шеф, — повернулась она к Мейсону. — Пол что-то
    раскопал.
    Делла выскользнула из телефонной будки и протянула трубку Мейсону.
    — Да, Пол. Что случилось?
    — Мы обнаружили пропавшую секретаршу.
    — Где?
    — В Лас-Вегасе.
    — Что она там делает?
    — Живет.
    — Одна?
    — Очевидно, да. Во всяком случае в настоящий момент.
    — Под своим именем?
    — Пока не знаем, — ответил Дрейк, — потому что еще не выяснили, где
    она остановилась. Мы обнаружили ее возле игорных столов, и теперь за ней
    следит наш человек. Где ты был, Перри? Я уже полтора часа сижу на этой
    информации и не знаю, что делать. Может, приставить к девице двоих парней?
    — Главное, ни в коем ее случае не потеряйте, — ответил Мейсон. — Я
    хочу сам встретиться с ней… Как ее обнаружили?
    — Очень просто, — ответил Дрейк. — Когда кто-то исчезает с женатым
    мужчиной, первое место, где мы ищем, Лас-Вегас, второе — Тихуана.
    — Ну-ну, — сказал Мейсон, — не так уж все и просто.
    — Честно говоря, это оказалось еще проще, — признался Дрейк. — Твоя
    девица полдня провела в салоне красоты. Она сказала парикмахерше, что
    летит в Лас-Вегас шестичасовым рейсом. Поэтому я просто позвонил своему
    парню в Лас-Вегасе, и ее взяли под наблюдение прямо у трапа самолета.
    — Она прилетела одна?
    — Да. И оставила вещи в камере хранения. Похоже, ждет кого-то. Поезд
    из Лос-Анджелеса прибывает в Лас-Вегас в одиннадцать двадцать вечера. А
    пока объект наблюдения тратит деньги в казино.
    Мейсон взглянул на часы.
    — Хорошо, Пол, позвони своему человеку в Лас-Вегас. Пусть берут

    Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23

  • КРИМИНАЛ

    Тень стройной женщины

    LIB.com.ua [электронная библиотека]: Эрл Стенли Гарднер: ТЕНЬ СТРОЙНОЙ ЖЕНЩИНЫ

    — Стороны пришли к соглашению. Карлотта Тейлман получила около
    полумиллиона долларов. Морли Тейлман купил свою свободу.
    — У него, похоже, еще немало осталось, — заметил Мейсон.
    — Ты видел фотографии Тейлмана? — спросила Делла.
    Мейсон отрицательно покачал головой.
    — Даже на газетных фотографиях он выглядит сердцеедом — агрессивный,
    динамичный, мужественный. Создается впечатление, что он отнюдь не был
    однолюбом.
    — Был или есть? — спросил Мейсон.
    — Я как-то об этом не задумывалась, — нахмурилась Делла.
    — Задумайся прямо сейчас.
    — Не могу судить по фотографиям, — покачала Делла головой. — Вот если
    бы я его увидела… Знаешь, шеф, Дженис Вайнрайт, может быть, не такая уж
    дурочка. Есть шанс, что она ведет игру с дальним прицелом.
    — Но миссис Тейлман она отнюдь не одурачила.
    — Почему ты так думаешь?
    — Миссис Тейлман заметила, что она делает все возможное, чтобы скрыть
    свою красоту.
    — Как раз это и может быть самым большим обманом, — сказала Делла
    Стрит. — Вторая миссис Тейлман — игрушка, дорогая, блестящая игрушка. Она
    рвется наверх и все время строит планы. Прожив с Морли Тейлманом
    достаточно долго, чтобы получить при разводе приличную сумму, она вовсе не
    собирается оставаться с человеком, который на пятнадцать лет старше ее.
    Она будет крепко держать Тейлмана в рунах, пока не выжмет из него все, что
    можно. А потом он вполне может обратить внимание на некрасивую, искреннюю,
    милую, простую и честную Дженис Вайнрайт. Не исключено, что она готовит
    себя на роль третьей миссис Тейлман. Вторая миссис Тейлман трудится для
    достижения определенной цели. Она использует свои физические данные для
    обеспечения своего светлого будущего, в то время как Дженис Вайнрайт
    просто влюблена.
    — В человека на пятнадцать лет старше себя? — спросил Мейсон.
    — На десять, — поправила его Делла. Она открыла сумочку, достала
    блокнот, полистала и сказала: — Во время развода Морли Тейлману было
    тридцать четыре. Это было четыре года назад. Значит, сейчас ему тридцать
    восемь. Дженис примерно двадцать восемь.
    — Пожалуй, нам лучше поговорить с нашей клиенткой и выяснить
    ситуацию. Позвони ей, Делла.
    Делла набрала номер и покачала головой:
    — В конторе Тейлмана никто не отвечает.
    — Какой номер Дженис дала сегодня утром?
    — Домашний.
    — Позвони туда.
    Делла еще раз набрала номер.
    — Там тоже не отвечают.
    — Она должна была бы позвонить, — нахмурился Мейсон.
    — Это уж точно, — сухо отозвалась Делла. — Что-то мне подсказывает,
    что доллар, который она тебе заплатила, уже истрачен на детектива.
    — Не сомневайся, — хмыкнул Мейсон. — Знаешь, Делла, это дело как-то
    неожиданно подкралось но мне. Я вовсе не хотел брать ее деньги, просто мне
    стало любопытно. Хотелось разобраться, в чем тут дело, и этот доллар был
    просто мерой предосторожности, чтобы я мог при необходимости
    воспользоваться своими профессиональными привилегиями.
    — Я знаю, — сочувственно сказала Делла. — Я просто пошутила, шеф. Я
    думаю так же. В ней есть что-то трогательное, и все же я не могу
    отделаться от мысли, что она ведет хитрую игру.
    — Может быть, — согласился Мейсон. — Она…
    В этот момент раздался условный стук в дверь — пришел Пол Дрейк.
    — Впусти его, — сказал Мейсон. — Может, появились какие-то новые
    сведения.
    Делла открыла дверь. Пол Дрейк с обычным: «Привет, красотка!» прошел
    к большому кожаному креслу, предназначенному для клиентов, положил свой
    чемоданчик, достал оттуда блокнот, закинул ногу на подлокотник кресла и
    повернулся к Мейсону:
    — У меня собралась целая коллекция сведений, — сказал детектив, — но
    общая картинка никак не складывается.
    — Стреляй! — попросил Мейсон.
    — Коль Б.Трой, — начал Дрейк, — один из деловых партнеров Морли
    Тейлмана. Не равноправный партнер, просто у них какие-то общие дела с
    недвижимостью около Бейкерсфилда. Вчера вечером Тейлман был с Троем. Он
    приехал к нему около половины пятого. Они совещались до шести, потом
    отправились ужинать, а после ужина ненадолго зашли в контору Троя. Тейлман
    позвонил жене, сказал, что будет дома после одиннадцати. После того они
    еще с час посидели в кабинете, но к девяти обсудили все проблемы, и
    совещание закончилось.
    — А потом?
    — Теперь мы подходим к тому, что может оказаться важным. После того
    как Тейлман покинул контору, Трой, по его словам, подошел к окну и
    выглянул на улицу — просто так, как он утверждает, без причины. Он не
    собирался следить за Тейлманом, просто хотел кое-что обдумать,
    автоматически подошел к окну и стоял, глядя на улицу. Он видел, как
    Тейлман вышел на улицу, пересек ее и пошел к стоянке, где оставил свою
    машину. Так вот, Трой говорит, что за Тейлманом следила какая-то женщина.
    Он говорит, что не видел ее лица и не смог бы ее узнать, но женщина была
    стройная. Он видел ее только со спины. У нее была легкая, грациозная
    походка.
    — Может, она просто шла по улице? — предположил Мейсон.
    — Он тоже так подумал и не обратил на нее особого внимания. Но когда
    Тейлман пропал, Трой вспомнил этот эпизод и считает, что женщина следила
    за Тейлманом. Она держалась на определенном расстоянии и точно повторяла
    его путь.
    — Тейлман не оборачивался?
    — Нет.
    — В таком случае эта женщина не слишком старалась быть незаметной, —
    нахмурился Мейсон. — Мы с тобой прекрасно знаем, что в такое время
    следящий не может просто идти за человеком.
    — Профессионал, конечно, так не сделает, — согласился Дрейк. Но ведь
    она вряд ли была профессионалом.

    — Что было дальше?
    — Трой не знает. Он видел, как Тейлман завернул за угол, направляясь
    к стояние, видел, как эта женщина сделала то же самое. После этого их
    скрыло от него стоящее на углу здание.
    — Он не узнал женщину?
    Дрейк покачал головой:
    — Он видел ее только со спины.
    — Но обратил на нее внимание.
    — Он заметил только фигуру. И может сказать лишь, что она была
    молодой и стройной.
    — Что он считает молодостью?
    — Лет двадцать с лишним.
    — Трудно определить возраст женщины со спины, — заметил Мейсон.
    — А то я не знаю? — хмыкнул Дрейк. — Теперь, я полагаю, ты хочешь
    узнать последние новости о Тейлмане?
    — И какие же последние новости о Тейлмане?
    — Его не нашли.
    — Это самая первая новость.
    — И тем не менее в деле появились новые аспекты. Его секретарша тоже
    исчезла.
    — Что?! — воскликнул Мейсон.
    — И это, должен тебе сказать, значительно уменьшило активность
    полиции. В то утро, когда миссис Тейлман сообщила в полицию об
    исчезновение мужа и рассказала, что его, возможно, шантажировали, полиция
    проявила к делу большой интерес. Теперь, когда выяснилось, что его
    секретарша тоже исчезла, полиция продолжает расследование, но уже не так
    рьяно. Они узнали, что в течение последних трех недель он превратил в
    наличные большое количество ценных бумаг.
    — Трех недель? — изумился Мейсон.
    — Вот именно, трех недель.
    — А вчера утром?
    — Вчера утром Тейлман получил еще пять тысяч наличными.
    — Всего пять тысяч?
    — Не стоит говорить таким тоном, когда речь идет о пяти тысячах
    долларов, — заметил Дрейк, — особенно если они в двадцатидолларовых
    купюрах.
    — Это были двадцатидолларовые купюры?
    — Да, он так захотел.
    — Посчитаем, — сказал Мейсон. — Пять тысяч по двадцать долларов…
    — Двести пятьдесят двадцатидолларовых бумажек, — подсказал Дрейк.
    Мейсон открыл бумажник, достал несколько банкнот и положил стопкой на
    стол.
    — Сколько у тебя при себе бумажных денег, Пол?
    — С ума сошел? — фыркнул Дрейк. — Откуда? Я же детектив.
    Делла Стрит открыла сумочку.
    — У меня есть несколько — по пять и по одному. Годится?
    — Они весят примерно одинаково. Делла, взвесьте на почтовых весах.
    Делла Стрит взяла банкноты, вышла в приемную и, вернувшись, протянула
    деньги Мейсону.
    — Примерно двадцать на унцию, — сказала она.
    — Ну хорошо, — сказал Мейсон, придвигая к себе блокнот, — пусть
    двадцать на унцию. Это значит, десять фунтов будет шестьдесят четыре
    тысячи, двадцать фунтов — сто двадцать восемь тысяч долларов, двадцать
    пять — сто шестьдесят тысяч долларов…
    — Эй! — вмешался Пол Дрейк. — Минуточку! Какого черта? Вы что,
    пытаетесь сосчитать, сколько весит миллион долларов в двадцатидолларовых
    бумажках?
    — Вот именно, — подтвердил Мейсон. Он нахмурившись смотрел на Деллу
    Стрит.
    — Но Тейлман снял вчера только пять тысяч. Я же сказал, он время от
    времени снимал деньги со счета.
    — Все в двадцатидолларовых купюрах?
    — Думаю, да. Банкир был не слишком словоохотлив. Он отвечал на
    конкретные вопросы полиции, но старался защищать интересы вкладчика и свои
    собственные. Зато теперь, — продолжал Дрейк, — мы подошли к самой
    пикантной главе в жизни Тейлмана.
    — Ты имеешь в виду развод?
    — Развод и последующий брак. Тейлман из тех людей, что видят зеленый
    лужок и по ту сторону забора.
    — Может, обман зрения?
    — Нет, не в этом случае. Видели бы вы этот лужок!
    — Я видел, — сообщил Мейсон.
    — Серьезно?
    Мейсон кивнул.
    — А в купальном костюме ты ее видел?
    Мейсон покачал головой.
    — На вот взгляни. — Дрейк вынул из чемоданчика фотографию и передал
    Мейсону.
    Делла Стрит подошла и взглянула через плечо адвоката.
    — Это купальный костюм? — поинтересовалась она.
    — Предполагается, что да. По крайней мере, так считает фотограф. Эта
    фотография появилась в газетах как раз в период развода.
    — Да, — согласилась Делла, — это действительно зеленый лужок.
    Никакого обмана зрения.
    — Это точно, — подтвердил Дрейк. — Но интересно другое: Дей Даунс
    вдруг отправляется в путешествие на восток, и оно как-то странно совпадает
    с деловой поездной Тейлмана в Гонконг. Этот факт, разумеется, был замечен
    адвокатами Карлотты Тейлман и включен в заявление о разводе.
    — Надеюсь, путешествие было приятным, — сказал Мейсон.
    — Думаю, да, — ответил Дрейк. — А вот то, что заинтересует вас и,
    вероятно, полицию. Дей Даунс получала паспорт, разумеется, на свое
    настоящее имя, а не на псевдоним.
    — И ее настоящее имя? — спросил Мейсон.
    — Ее настоящее имя, — сухо произнес Дрейк, — Агнес Бернис Видал.
    — Что?! — от неожиданности Мейсон вскочил со своего кресла.
    — Знаешь, Перри, — ухмыльнулся Дрейк, — мне всегда приятно откопать
    информацию, которая может вывести тебя из равновесия.
    Мейсон перевел взгляд с Деллы Стрит на Пола Дрейка и обратно.
    — Черт побери! — сказал он. — Тебе это удалось!
    — Я так и подумал, что тебе будет интересно, — сказал Дрейк. —
    Полиция, похоже, пока не обнаружила этот любопытный факт. А когда
    обнаружит, возможно, интерес к делу немного оживится.
    — Помнится, — задумчиво сказал Мейсон, — вторая миссис Тейлман

    Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23

  • КРИМИНАЛ

    Тень стройной женщины

    LIB.com.ua [электронная библиотека]: Эрл Стенли Гарднер: ТЕНЬ СТРОЙНОЙ ЖЕНЩИНЫ

    — Там не было надушенных конвертов, надписанных женским почерком, —
    улыбнулась она. — Это были обычные деловые письма.
    — Могло письмо Видала быть среди них?
    — Я думаю, могло, не точно не помню.
    — Вы обратили внимание на марку на конверте?
    — Нет. Я не собиралась соваться в его дела. Конечно, я удивилась,
    увидев это письмо. Я взглянула на конверт, но… Понимаете, мистер Мейсон,
    это трудно объяснить. Я не хотела соваться в дела мужа. Я просто взяла
    письмо, взглянула на него, нашла конверт и переложила в другой костюм.
    Конечно, я была обеспокоена, но вмешиваться не хотела. Я не отношусь к
    числу ревнивых или слишком любопытных жен. Я считаю, они просто напрасно
    терзают себя и разрушают собственные семьи.
    — У вас счастливый брак?
    — Очень.
    — Я хотел бы задать вам деликатный вопрос, — начал Мейсон. — Я
    полагаю, ваш муж много старше вас, поскольку он достаточно давно
    занимается бизнесом, а вы….
    — Продолжайте, — улыбнулась она, — женщинам всегда нравится слушать
    такое.
    — Вы совсем молоды, — сказал Мейсон.
    — Благодарю вас, — ответила она. И, после паузы, добавила: — Я не так
    молода, как кажется, но моложе своего мужа, Я знаю, о чем вы хотите
    спросить — я его вторая жена. Мой муж был женат на сварливой ревнивой
    женщине, полной противоположности того, чем стараюсь быть я. Она была на
    редкость подозрительна, постоянно требовала объяснений всего, что он
    делал. Она разрушила собственное семейное счастье, сделав дом местом,
    которого мистер Тейлман старался избегать.
    — Этот дом?
    — Разумеется, нет. Я не хотела, чтобы вокруг меня хоть что-то
    напоминало об этой женщине. Я заставила мужа продать старый дом вместе с
    мебелью, мы поселились в этом, и я обставила его по своему вкусу.
    Мейсон еще раз огляделся вокруг.
    — Прекрасная обстановка!
    — Спасибо.
    — Итак, — продолжал Мейсон, — вы сообщили в полицию, что ваш муж
    исчез. Повлияло ли на ваше решение письмо Видала?
    — Да, очень. Если бы не оно, я бы не забеспокоилась.
    — Ваш муж звонил вчера?
    — Да, часов в восемь. Сказал, что вернется в одиннадцать или в
    половине двенадцатого. В три часа ночи я забеспокоилась, позвонила в
    полицию и попросила проверить сводки дорожных происшествий. Мне сказали,
    что мой муж ни в каких сводках автокатастроф не значится, я успокоилась и
    легла спать. Уверяю вас, мистер Мейсон, я понимаю, что мужчина может не
    вернуться вечером домой. Я не жду, что мой муж превратится в святого, Он
    не был им, когда мы поженились, и я не настолько глупа, чтобы считать, что
    могу его изменить. И тем не менее, когда я проснулась в семь утра, а его
    по-прежнему не было дома, я забеспокоилась всерьез.
    — Чем занимается ваш муж?
    — Недвижимостью. Он играет на бирже.
    — Вы хотите сказать, что он агент по продаже недвижимости?
    — Боже, нет, конечно! Это не дает таких доходов, к которым привык мой
    муж. Он биржевой маклер.
    — У него, я полагаю, весьма представительный офис?
    — Да, кабинет обставлена недурно, но он многие дела ведет не там. Он
    не ждет, когда придут к нему, а сам идет навстречу.
    — Сколько у него секретарей? — небрежно поинтересовался Мейсон.
    — Одна.
    — Как ее зовут?
    — Дженис Вайнрайт… У меня просто терпения не хватает на эту девицу.
    Иногда хочется вцепиться ей в волосы.
    — Почему? — спросил Мейсон. — Она что?..
    — Строит ему глазки? Только не это. В том-то все и дело. С тех пор
    как появилась я, она превратилась в совершенно серое, незаметное существо,
    зализывает волосы и носит огромные очки, которые ей ужасно не идут.
    — Вы говорите, это началось после вашего появления?
    — Вот именно.
    — Вы знали ее и раньше?
    — Да, — осторожно ответила миссис Тейлман, — я видела ее.
    — И до вашей свадьбы она такой не была?
    — Нет. Она была вполне привлекательной девушкой.
    — Как вы думаете, ваш муж считает ее привлекательной?
    — Конечно. Он же взял ее на работу. Его первый брак длился лет десять
    и был неудачным. Если за это время он не пытался за ней приударить,
    значит, он просто глуп. Кроме того, я думаю, она была влюблена в него
    тогда, и знаю, что влюблена сейчас.
    — Откуда вы это знаете?
    — Она старается как можно сильнее изуродовать себя, чтобы я не
    добивалась ее увольнения. Если девушка идет на такое, значит, мужчина ей
    очень дорог.
    — Другими словами, эффект оказался прямо противоположным.
    — Вот именно. Это ясно показывает, что она влюблена в Морли. По
    крайней, я в этом убеждена.
    — И у вас это не вызывает чувства неприязни?
    — Если девушка влюблена в него, это ее дело.
    — Несмотря на то что у них были, скажем, романтические отношения, вы
    все же не делаете попыток избавиться от нее?
    — Послушайте, мистер Мейсон, — рассмеялась хозяйка дома, — наш
    разговор приобретает уже очень личный характер.
    — Извините, — улыбнулся Мейсон, — я зашел слишком далеко.
    — Нет, просто вы открыли двери, а я в них вошла. Я очень откровенна и
    принимаю жизнь такой, какая она есть. Уверяю вас, у меня нет ни малейшего
    желания, чтобы какая-то секретарша увела моего мужа. Мне совершенно
    безразлично, что Дженис чувствует к Морли. Главное — как Морли относится к
    Дженис. Если она хочет сделать себя уродом, чтобы быть рядом с ним, я не
    возражаю. Захочет стать привлекательной — ради Бога. Если он не может
    забыть то, что вы называете романтическими отношениями, пожалуйста. Но
    пусть какая-нибудь женщина попробует нарушить мое благополучие — ей

    придется очень туго. И я не стану устраивать сцены, чтобы мужу не хотелось
    возвращаться домой. Одним словом, мистер Мейсон, я знаю, что делать, и
    прекрасно понимаю, что если Морли не будет чувствовать себя дома лучше,
    чем в любом другом месте, он не захочет сюда приходить. Больше того, я не
    настолько глупа, чтобы пытаться удержать мужчину насильно. Я уверена,
    мистер Мейсон, вы заметили, что у меня недурная внешность, и я вовсе не
    намерена тратить свою красоту на человека, который ее не ценит. На мой
    взгляд, вот в чем основная причина неудачных браков: женщина обнаруживает,
    что теряет мужа, у нее не хватает духа признать этот факт и разорвать
    отношения, пока она еще привлекательна для других мужчин; она тянет время,
    брюзжит, теряет красоту и неизбежно оказывается ни с чем, а потом поет
    старую песню, что отдала мужу лучшие годы жизни. Я отдаю Морли Тейлману
    лучшие годы своей жизни и хочу, чтобы он это знал и ценил. Мистер Мейсон,
    вы вызвали меня на откровенность и узнали обо мне больше, чем я обычно
    позволяю, Возможно, я не сказала бы этого, если бы не была так обеспокоена
    исчезновением Морли и не хотела бы выплакаться. Ну вот, я выплакалась.
    — Вы сказали, что волнуетесь за мужа?
    — Конечно, волнуюсь.
    — Вы думаете, что с ним могло что-то случиться?
    — Мистер Мейсон, я не ясновидящая. Я — жена. И жена обеспокоенная. Вы
    на моем месте тоже были бы обеспокоены. Насколько я понимаю, вы
    занимаетесь поисками моего мужа. Мне почему-то кажется, что ваши методы
    очень индивидуальны и более эффективны, чем методы полиции. Я не смею вас
    больше задерживать. Я хочу, чтобы вы занялись этим делом. Вы можете
    принять от меня деньги и действовать в качестве моего адвоката?
    — Вы считаете, что вам нужен адвокат?
    — Я задала вам вопрос. Ответьте, и я отвечу вам.
    — Нет, — задумчиво произнес Мейсон, — боюсь, я не смогу принять от
    вас деньги. Ваши интересы могут прийти в противоречие… Я, правда, не
    думаю, что это случится, но вдруг…
    — Вот вы и ответили на мой вопрос. Теперь мне нет смысла отвечать на
    ваш. Я скажу вам вот что: я думаю, что у Морли неприятности, большие
    неприятности. Мне кажется, он имеет дело с опасными людьми. — Она
    поднялась и пошла к двери. — Благодарю вас, мистер Мейсон. Было очень
    приятно познакомиться с вами.
    Мейсон пошел следом за ней к двери, глядя на великолепную фигуру в
    плотно облегающем платье. Он чувствовал, что она знает, что он смотрит на
    нее, и это ей не доставляет неудобств.
    У двери она неожиданно повернулась и протянула ему руку. Ее синие
    глаза смеялись.
    — Большое спасибо, мистер Мейсон, за все, что вы мне рассказали.
    — Жаль, что я не мог рассказать больше.
    — Почему же, смогли.
    Мейсон удивленно поднял брови.
    — Вы рассказали мне больше, чем предполагаете. — С этими словами она
    закрыла дверь.

    Вернувшись в свой офис, Мейсон первым делом спросил у Деллы:
    — Есть что-нибудь новенькое от Пола?
    — Пока нет.
    — Ну хорошо. У меня есть для тебя работа.
    — Какая?
    — Узнай, слушалось ли в суде дело Тейлман против Тейлмана, и было ли
    достигнуто соглашение. Узнайте точные даты. Просмотрите газетные подшивки
    — все, что найдете.
    Делла Стрит положила в сумочку блокнот и несколько карандашей,
    улыбнулась и сказала:
    — Уже иду. А какая она из себя, эта миссис Тейлман?
    — Трудно сказать. Ее сложно описать…
    — О-о, — протянула Делла.
    — В чем дело?
    — Когда мужчина говорит, что женщину сложно описать, значит, она
    молода, красива и была соответчицей по делу о разводе…
    — Почему ты думаешь, что она была соответчицей?
    — Потому же, почему и ты, — ответила Делла. — Именно поэтому ты
    посылаешь меня смотреть дело. Я права?
    — Да, — признался Мейсон.
    — А я в этом просто убеждена, — сказала Делла Стрит и вышла из
    кабинета.

    6

    Через полтора часа она возвратилась в кабинет адвоката.
    — Выяснила что-нибудь? — спросил Мейсон.
    — У нас разные точки зрения, — ответила Делла.
    — Что ты имеешь в виду?
    — Ты сказал, что миссис Тейлман трудно описать. Для мужчины, может, и
    трудно, а для женщины просто.
    — И как бы ты ее описала?
    — Тебе это не понравится, шеф. Женщина, которая сейчас является
    миссис Тейлман, раньше жила в Лас-Вегасе и была известна под совершенно
    невозможным именем Дей Даунс. Она искала там свой шанс.
    — Ты хочешь сказать, что она была выставлена на продажу?
    — Скажем так — для сдачи в аренду. Сейчас она в долгосрочной аренде.
    — Ты хочешь сказать, что это просто дешевая…
    — Не говорите глупостей, — прервала его Делла. — Это высший класс. В
    ней нет ничего вульгарного. Но она точно знает, где у бутерброда масло.
    Больше того, она постаралась изучить все касающееся этого масла. Конечно,
    мы не должны забывать, что часть того, что я узнала, содержится в
    заявлении Карлотты Тейлман на развод с Морли Тейлманом, где Дей Даунс
    названа соответчицей.
    — Есть фотография?
    — Сколько угодно!
    — Я хочу сказать, — уточнил Мейсон, — что мне нужны фотографии
    Карлотты.
    — Карлотта нефотогенична, — ответила Делла Стрит. — К тому же она
    перестала следить за фигурой — полная противоположность своей сопернице.
    Карлотте, конечно, трудно тягаться с Дей Даунс. Может, чувство
    беспомощности и заставило ее высказать так много горечи.
    — И что с этим делом? — спросил Мейсон.

    Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23