ФИЛОСОФИЯ

Иная жизнь

Комментировать

LIB.com.ua [электронная библиотека]: Ажажа Владимир Георгиевич: Иная жизнь

возможность контактов с ВЦ.

Серьезно и методично о готовящемся нападении инопланетян на Землю вот уже
много лет говорит президент ИКУФОНа майор в отставке Колман фон Кевицки,
проживающий в Нью-Йорке. ИКУФОН расшифровывается как Межконтинентальная сеть
по исследованию НЛО. Многим известны так называемые Меморандумы ИКУФОНа,
подготовленные фон Кевицки для Организации Объединенных Наций. А выступая с
трибуны, вежливый и мягкий в жизни фон Кевицки преображается в другого
человека, «фюрера», употребляющего такие жесткие термины как
«межгалактические космические силы», «стратегическая разведка из Космоса»,
«агрессия инопланетян». А ведь можно было бы говорить по-другому, например,
«межгалактические исследовательские группы», «научные изыскания»,
«экспедиция», тем более, насколько мне известно, никаких агрессий из Космоса
на нас не совершалось.

В одной древней восточной притче говорится о злом волшебнике, решившем
погубить добрый и трудолюбивый народ. Он послал на них страшную засуху и
песчаные бури. Люди делились последним и выжили. Он устраивал наводнения и
неурожаи, насылал чуму и войны, но народ жил. И тогда он пошел по селениям,
и стал учить народ лгать.

Лгут у нас основательно, по поводу и без оного, а соврать насчет НЛО — так
это же одно удовольствие. Вот классический образец.

В дождливую полночь в дверь моей квартиры позвонили. Я впустил высокого
мужчину в черном мокром балахоне, бледного, худого, давно не бритого. Мягко
улыбнувшись, он извинился за поздний визит, сказав, что хочет передать мне
нечто экстраординарное. От чая незнакомец отказался. Он сказал, что его
попросили передать мне кое-какие фото, и отдал мне их. «Кто просил, что за
фото?» — «Я здесь проездом,- ответил он,- я вам позвоню и зайду завтра. А
сейчас я только скажу, что на Кавказе в районе Столовой горы удалось
сфотографировать космический корабль инопланетян». Визит длился минут пять,
дверь захлопнулась, визитер ушел в дождь, а я почувствовал себя почему-то
неуютно.

На трех фотографиях было изображено сооружение, отдаленно напоминающее
лунный посадочный модуль космического корабля «Аполлон». Кавказский пейзаж
был узнаваем и не вызывал сомнений. Что это и как такая махина оказалась на
многометровой высоте в горах? Очередной ребус и очень интересный.

Незнакомец не появился ни завтра, ни никогда. Но свое дело он сделал.

Фотографии у меня попросил Лев Чулков, их копии потом попали и к журналисту
Владимиру Лаговскому.

Даже после грубого анализа стало ясно, что на фото изображен не образец
ювелирной космической техники, а результат «топорной» работы каких-то, по
всей видимости, бутафоров. Было видно, что корпус (кольцо) стекла
иллюминатора крепится к «аппарату» болтами и гайками большого диаметра,
торчащими наружу (такой способ крепления подобных устройств применялся в
начале века); наружный трап приварен к корпусу «аппарата», сварочные швы
грубые, с неровностями, без видимой обработки. Такая «продукция»
свидетельствует о низкой, даже по земным меркам, конструкторской и
технологической культуре изготовителя.

Позже я узнаю о замысловатой интернациональной траектории, которую описали
эти фото во времени и пространстве. Началось с того, что москвич Чулков
показывал эти изображения на своих лекциях, утверждая, что силами ПВО еще в
мае 1983 года в районе горы Столовая близ города Орджоникидзе был сбит НЛO.
Экстрасенс В.П.Кострыкин из Нальчика «воссоздал» ситуацию вокруг «сбитого
аппарата». При всем уважении к Виктору Петровичу хочется сказать, что в этом
случае «неизвестные разумные силы», часто помогавшие ему, увели его в
сторону от истины.

Ленинградцы В.Уваров и А.Мордвин-Щодро на конференции в ФРГ в 1989 году
передают эти материалы англичанину Энтони Додду, и он их обнародует.
Французский журнал «Квест» направил эти фото для экспертизы в канцелярию
министра обороны США, в НАСА, в Британское межпланетное общество, в
Министерство обороны Великобритании и, наконец, в АН СССР (ответ, как пишет
«Квест», подписал консультант доктор наук Л.М.Сафронов). Ответы были почти
одинаковы: мы не в состоянии идентифицировать изображенный на фото объект. В
состоянии оказалась лишь в 1990 году экспертная группа Уфоцентра,
возглавляемая кандидатом технических наук Борисом Артамоновым. Наше
заключение убедительно развенчивало инопланетную родословную объекта.

Думается, в сторону от научного подхода уклонилась и впечатлительная Марина
Лаврентьевна Попович. На страницах газеты «Советский спорт» в январе 1990
года она обещала летом того же года откопать «летающую тарелку» в
Прибалтике. Лежит оная якобы на глубине шесть метров. «Ну и что же,
откопала?»- спросите вы. Извините, пока нет. И здесь я не могу разделить
оптимизма прославленной летчицы. Вот когда ей удастся откопать, тогда мы и
узнаем, что там лежит (если лежит): каравелла Колумба, паровоз Стефенсона,
прялка Дженни или, может, Янтарная комната?

Но это еще пережить можно. Но просто жутко становится, когда читаешь в
периферийных газетах изложение выступлений московского гастролера Алексея
Приймы о злых инопланетянах, как угодно мордующих землян, о пришествии
Христа, о конце Света. В итоге дается конкретная программа гибели
человечества в недалеком будущем. А где же научное обоснование? А зачем оно
Прийме? Без него легче жить.

Хорошо еще, что Бог уберег от знакомства с Приймой режиссера телевизионной
программы «НЛО: необъявленный визит» А.В.Мягченкова. Однако не всегда Бог на
страже. Попал же на экран Мильхикер — и не только, когда он снимает с
очевидцев показания методом гипнотестирования (это хоть и вредно для
пациента, но интересно), но и когда, не моргнув глазом, не в сослагательном
наклонении утверждает о посланиях и экспедициях инопланетян на Землю,

опять-таки о Христе и, конечно, о гибели человечества. При этом проповедник,
не приводя научных доказательств истинности изложенного, заставляет
слушателей принимать это на веру.

Вера и наука. Как они соотносятся? Они — антиподы. Наука обязана вытеснять
веру знанием, и в этом смысле ее роль в обществе неблагодарна, потому что
люди привыкли верить. Говорят, что без веры невозможно жить. Пожалуй. Но
слепая вера, не освещенная знанием, обрекает на фанатизм, заводит в тупик.
Нужно не верить, а знать. С верой можно родиться, а знания добываются
трудом. А пока мы не знаем, пока наша наука молода, правит незнание, правит
вера.

У меня иногда спрашивают, можно ли верить в Бога? Никому не заказано. И
любой, самый убежденный атеист обязан знать хотя бы основы религии, этого
пласта культуры, на котором взошли многие выдающиеся умы, составляющие нашу
историческую гордость. Но я лично не воспитан верить в Бога. Я верю в
существование «неизвестных разумных сил» (термин Циолковского), а не в
персонифицированную личность — Бога-отца, Бога-сына и т.п. Если будут этому
научные доказательства, то я изменю свою точку зрения не потому, что поверю,
а потому, что узнаю. А пока мне представляется, что религия как общественный
институт могла возникнуть издревле под влиянием наблюдения могущественного
«нечто», то есть НЛО, необъяснимых и сегодня. НЛО — это же отличный повод
начать верить в божественные силы.

УФО-СИМФОНИЯ С ЭЛЕМЕНТАМИ КАКОФОНИИ

13 октября 1990 года состоялась большая уфологическая премьера. В просторном
зале института «Стальпроект» открылось первое во всех смыслах Всесоюзное
совещание руководителей научно-общественных уфологических организаций,
подготовленное Уфологической комиссией и ее Уфоцентром. Сотни людей из всех
республик заполнили партер и амфитеатр. Это было историческое событие. На
стенах висели плакаты: «Плюрализм гипотез — богатство уфологии», «Девиз
уфологии — ни слова на веру».

Я ходил среди делегатов, здоровался, знакомился, вглядывался в глаза
раскрепощенных, наконец, сподвижников. Так и хотелось запеть: «Долго в цепях
нас держали».

Перед началом в Уфоцентре был выработан стратегический план, согласованный с
Павлом Поповичем. Он сводился к следующему.

Еще несколько лет назад я начал думать о создании в стране сети быстрого
реагирования на уфологические ситуации. Сеть должна состоять из
контрольноинформационных пунктов (КИП) на местах, замыкающихся на Центр
через линии связи. Такая сеть позволила бы контролировать и прогнозировать
активность НЛО на территории СССР, принимать срочные меры, собирать
информацию в общий банк данных. А каждый пункт мог бы стать периферийным
мини-филиалом Уфоцентра, естественно, не теряя при этом своей
самостоятельности в связях и действиях. В этом смысле каждый такой КИП лучше
всего было бы создавать на базе уже существующих местных уфологических
групп.

В то же время мне сказали, что, если совещание будет достаточно
репрезентативным и на нем будут представлены большинство республик и
областей, то можно его рассматривать как учредительную конференцию для
создания Всесоюзной уфологической ассоциации. Уфология, как и Восток, дело
тонкое, специфичное, непохожее на другие увлечения и пристрастия. Есть
объединения инженеров, медиков, текстильщиков. Помнится из далекого детства,
что в Бобровом переулке в Москве был даже «Клуб красных деревообделочников».
А сейчас такое время, когда любой детский сад, где больше трех ребятишек,
может учредить себя, скажем, в качестве «Академии лабудиных наук» или
«Общества по борьбе с подгузниками», и это будет зарегистрировано. Но
уфологи выстрадали право иметь свою ассоциацию. Замыслы эти были, конечно,
не оригинальные, но все новое — это нехорошо забытое старое. Тем более, что
наступившее новое время обязывало поступать динамично (заголовок для
передовицы: «Время шустрить!»)

Перед этим два месяца весь Уфоцентр, насчитывавший уже двенадцать человек,
«стоял на бровях», сочинял проекты устава ассоциации, проекты резолюций
совещания, готовил доклады, а я уговаривал Поповича согласиться стать первым
уфологическим президентом. Павел ссылался на колоссальную служебную
загруженность, многочленство в десятках общественных структур и на свое
дилетантство в уфологии. Я со своей стороны обещал всяческую поддержку,
выполнение за него всей рутинной работы, то есть подготовку президентских
документов, представительство на организационных и вообще на малоинтересных
мероприятиях. Он прекрасно понимал уготованную ему роль человека-символа,
глобальный авторитет которого помогал бы преодолевать препятствия на пути
развивающегося уфологического движения. И в итоге — согласился. Но только на
один срок.

Газеты сообщили, что «на совещание 13 октября прибыли руководители и
представители 120 групп, секций, обществ и объединений, ведущих наблюдения
НЛО и исследования по этой проблеме в 86 городах страны. С докладами и
сообщениями выступили руководители и научные сотрудники созданного в марте
1990 года Всесоюзного межотраслевого уфологического научно-координационного
центра и 43 представителя с мест.

Выступавшие подчеркивали необходимость более тесного сотрудничества и
взаимодействия региональных уфологических организаций, объединения их усилий
в целях повышения качества исследований, укрепления их технической базы,
регулярного обмена информацией и накопленным опытом.

На следующий день участники совещания подавляющим большинством голосов
приняли решение считать его учредительной конференцией Всесоюзной
уфологической ассоциации (ВУА). Конференция приняла представленный
оргкомитетом устав ассоциации и избрала ее постоянно действующий Совет в
составе 31 человека. Президентом ВУА избран летчик-космонавт СССР, дважды
Герой Советского Союза, кандидат технических наук П.Р.Попович, первым
вице-президентом — директор Союзуфоцентра, кандидат технических наук
В.Г.Ажажа, вице-президентами Н.Н.Васильев (Москва) и М.С.Ельцин (Фрунзе).

Конференция избрала также контрольно-ревизионные органы, учредила
научноэкспертную комиссию, приняла резолюцию.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *