РЕЛИГИЯ, АТЕИЗМ

Бахаулла

Комментировать

LIB.com.ua [электронная библиотека]: : Бахаулла

Самосущного» (33).

ДОЛИНА ЧЕТВЕРТАЯ.

Если причастные тайнам суть те, кто достиг красоты
Возлюбленного, стоянка сия есть вершина сознания и сокровенное
из Божественного водительства. В ней — средоточие
непознаваемого: «Он делает то, что пожелает, и решает то, что
захочет» (34). Если бы все обитатели земли и небес взялись
разгадывать сей лучезарный намек, сию темную загадку вплоть до
Дня, когда вострубит Труба, то и тогда они не поняли бы из нее
ни буквы, ибо она есть стоянка непреложных Божьих судеб, Его
предназначенного таинства. Вот почему, когда стремящиеся к
истине спрашивают об этом, Он дает ответ: «Сие есть бездонное
море, кое никому никогда не измерить» (35). А когда они
спрашивают вновь, Он ответствует: «Сие есть темнейшая из ночей,
в коей никто пути не обрящет». Знающий тайну сию без сомнения
скроет ее, а если выдаст хоть малую толику, будет распят на
кресте. Однако именем Бога Живого Я поведал бы ее, будь здесь
хоть один из подлинных искателей правды, ибо сказано: «Любовь
есть свет, что никогда не проникнет в сердце, обуреваемое
страхом». Воистину, путник, устремленный к Богу, к Багряному
Столпу на белоснежной тропе, никогда не достигнет своей
небесной цели, пока не отбросит всего, чем владеют люди: «И
если Бога он не боится, Бог заставит его всякой вещи
страшиться; но всякая вещь боится того, кто боится лишь Господа
одного» (36).
По-персидски скажи, хоть арабский тебе и милей, Ведь
влюбленный владеет любым из наречий людей (37).
А сколь сладостно двустишие, раскрывающее такую истину:
Лопнул панцирь сердец, когда милости перлы на нас Он излил И
наслал Свои стрелы, чтоб мы стали добычей могил.
И если бы это не противоречило Закону Книги, воистину, Я
завещал бы часть того, чем владею, тому, кто станет причиной
Моей смерти, и назвал бы его Своим преемником. Да, Я выделил бы
ему долю, возносил бы ему хвалу, искал бы прохлаждения Своих
очей от прикосновения его десницы. Но что Я могу сделать? Нет у
меня ни имущества, ни власти: так рассудил Бог (38). Сейчас
представляется Мне, что Я чувствую благовоние Его одежд (39),
доносящееся из Египта Баха (40); воистину, Он кажется совсем
рядом, хотя другие и полагают, что Он далеко (41). Душа Моя
вдыхает благоуханье, излитое Возлюбленным; чувства Мои
исполняются ароматом дражайшего Моего Спутника.
Ты верность сохранил годам любви своей, Так расскажи о
счастье прежних дней, Чтобы земля и небо рассмеялись вслух И
чтоб возвеселились очи, сердце, дух (42).
Здесь — царство полного постижения, крайнего
самоотвержения. Даже любовь не выведет в эти края и страсти нет
здесь места, ибо сказано: «Любовь есть завеса между любящим и
любимым». Здесь любовь становится помехой и препятствием, а все
иное, кроме Него, только пелена. Мудрый Санаи написал:
Разве скаредное сердце кто-то станет похищать? Разве саван
с чудной розой кто-то сможет повенчать?
Ибо здесь — царство Совершенного Повеления, свободное ото
всех земных признаков. Возвышенные жители сего обиталища и
впрямь обладают Божественной властью на суде восхищения и
исполнены беспредельной радости; они и впрямь владеют царским
скипетром. На высоких седалищах правосудия объявляют они свои
повеления и награждают по заслугам каждого человека. Пьющие
чашу сию пребывают в высоких покоях сиянья над Престолом
Предвечного, они восседают на горнем небе могущества под
величайшим стягом: «Не увидят они там солнца и мороза» (43).
Ведь горние небеса не спорят с дольней землею и не стремятся к
превосходству над ней, ибо здесь — страна милости, а не царство
различия. Хотя в каждое мгновение души сии исправляют новую
службу, их состояние никогда не меняется. Так о сем царстве
написано: «Ни одно дело не удерживает Его от другого» (44). А
об ином положении сказано: «Каждый день Он за новым делом»
(45). Вот пища, чей вкус и аромат неизменны, чей цвет
постоянен. Если вкусишь от нее, неизбежно воскликнешь следующий
стих: «Я обратил лицо свое к Тому, Кто сотворил небеса и
землю… и я не из многобожников» (46). «И так Мы показываем
Аврааму власть над небесами и землей, дабы он утвердился в
знании» (47). «Вложи десницу свою за пазуху, затем протяни ее
властно, и вот она станет светочем для всего мира!» (48) Как
чиста сия прохладная вода, что подносит Податель! Как сияет сие
чистое вино в руках Возлюбленного! Как приятен сей глоток из
Небесной Чаши! Да будут блаженны те, что пьют от сего
источника, и вкушают его сладость, и приобщаются к его
мудрости.
Я большему тебя не научу: Ведь океана не вместить ручью
(49).
Ибо тайна сих поминаний скрыта в хранилище Великой
Непреложности (50) и содержится в сокровищницах власти. Она
освящена превыше алмазов толкования, она пребывает за пределами
того, что могут изъяснить искуснейшие из языков. Здесь высоко
ценится удивление и признается необходимой крайняя бедность.
Ибо сказано было: «В бедности Моя гордость» (51). И еще: «У
Бога есть люди под сенью славы, коих Он скрывает под облачением
лучезарной бедности» (52). Как сказано в известном предании:
они суть те, кто только Его очами смотрят, только Его ушами
слышит. Относительно царства сего есть много преданий и
множество стихов, обладающих широким или глубоким смыслом. Но
достаточно двух из них, дабы послужили они светочем для людей с
рассудком и сердцем. Первый — Его повеленье: . И второй: «О сын

Адама! Не ищи ничьего общества, пока не обрящешь Меня, и когда
бы ты ни уповал на Меня, ты найдешь Меня рядом с тобой». Какие
бы высокие доказательства и чудесные намеки ни приводились при
сем, будь внимателен к каждой букве, к каждой точке. «Таковы
установления Божьи…, ведь ты не найдешь в установлениях
Божьих перемены!» (53).
Я приступил к сему посланию некоторое время тому назад,
вспоминая тебя; а так как письмо твое тогда еще не достигло
Меня, Я начал словами упрека. Теперь новая весточка от тебя
развеяла эти чувства и побудила Меня написать тебе. Нет нужды
говорить о Моей любви к тебе. «Довольно Бога как свидетеля!»
(54) Что же касается благородного шейха Мухаммада (да
благословит его Всевышний Бог!), Я ограничусь следующим
двустишием, которое прошу передать ему:
Жажду свиданья с тобою сильнее, чем радостей рая. Лик твой
прекрасней, чем кущи небесного края! (55).
Когда Я доверил это любовное послание Своему перу,
последнее не снесло тяжести и лишилось духа. Придя в себя, оно
обрело речь и заговорило: «Хвала Тебе! К Тебе обратился я в
раскаяньи, и я — первый из обретших веру» (56). Слава Богу,
Господу миров!
Поведаем когда-нибудь разлуки грусть и боль, И тайнам, что
терзают грудь, придет черед, изволь; О крови и злоречии
поведаем, а ныне Сдержись и промолчи о Шамсаддине (57).
Да будет мир над тобой и над теми, кто окружает тебя и
посещает твои собрания. Написанное здесь привлекло мух: так
сладки оказались чернила. Как сказал Саади: «Не стану более
писать, ибо на сладость слов моих слетаются мухи». А теперь
рука отказывается выводить буквы, доказывая, что сего
достаточно. Посему говорю Я: «Хвала Господу твоему, Господу
величия; превыше Он того, что приписывают Ему!» (58).

ПРИМЕЧАНИЯ

Семь Долин
(1) Имеется в виду Богоявление.
(2) Имена Пророка — Ахмад, Мухаммад, Махмуд
(Достохвальный, Восхваляемый, Хвалимый) — производные от
арабского корня «возносить хвалу». Коран 17:110.
(3) Имеются в виду речения Али.
(4) Коран 2:282.
(5) Коран 16:71.
(6) Саба — древняя страна на юге Аравии, давшая название
34-й суре (главе) Корана.
(Прим. пер.).
(7) Святилище в Мекке, место паломничества мусульман,
здесь: «цель».
(8) Коран 29:69.
(9) Маджнун, или Безумный от любви, — герой арабского
фольклора, его возлюбленную звали Лейла (перс. — Лейли). Эта
легенда часто встречается в персидской лирике, например, у
Низами (XII в.).
(10) Арабская пословица.
(11) Иосиф Прекрасный, упоминаемый в Ветхом Завете и
Коране.
(12) Фаридаддин Аттар — великий персидский поэт-суфий
XII-XIII вв.
(13) Из суфийской поэзии Ирана.
(14) Коран 50:29.
(15) Из поэмы «Маснави» Джалаладдина Руми (XIII в.),
величайшего суфийского поэта Персии, основателя братства
«вертящихся дервишей» — маулавийа.
(16) Из стихов Бахауллы.
(17) Из суфийской поэзии Ирана.
(18) Коран 67:3.
(19) Коран 41:53.
(20) Коран 57:3.
(21) Речение, приписываемое Али.
(22) Шейх Абдаллах Ансари из Герата (XI в.), видный суфий.
(23) Коран 1:5.
(24) Из «Маснави» Руми.
(25) Имеются в виду мистические поиски истины под
руководством суфийских наставников, называемых Светочи.
Бахаулла указывает, что Божественное Явление Его Дня лишает
смысла дальнейшие поиски; как сказал Али: «Загаси лампаду,
когда взошло солнце»; здесь «солнце» — Богоявление в День
Новый.
(26) Из «Маснави» Руми.
(27) Коран 2:151.
(28) Хакика — Совершенная Истина, или Абсолют. (Прим.
пер.).
(29) Коран 4:80.
(30) Коран 18:37.
(31) Имеется в виду собственное явление Бахауллы.
(32) Из «Маснави» Руми.
(33) Коран 16:63.
(34) Из речений Пророка Мухаммада.
(35) Коран 83:28.
(36) Из речений Али.
(37) Из речений Пророка Мухаммада.
(38) Друг, Возлюбленный — эпитеты, обозначающие Пророка
Мухаммада.
(39) Стихи великого персидского поэта Хафиза из Шираза
(XIV в.). Александрова стена — легендарное укрепление, якобы
построенное Александром Македонским для защиты от гогов и
магогов. (Прим. пер.).
(40) Из речений Пророка Мухаммада.
(41) Лахут — непостижимая Божественная природа, джабарут —
Божественное могущество, малакут — Божественное владычество,
насут — человеческая природа: суфийские термины. (Прим. пер.).
(42) Из «Маснави» Руми. Хидр (Хизр, ал-Хадир) — в исламе
один их четырех бессмертных праведников, покровитель
мореплавателей.(Прим. пер.).

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *