ПОЛИТИКА

Россия — Чечня: цепь ошибок и преступлений

Комментировать

LIB.com.ua [электронная библиотека]: О.П.Орлов, А.В.Черкасов: Россия — Чечня: цепь ошибок и преступлений

Вышесказанное относится не только к статье 3 Женевских конвенций, но и ко
Второму дополнительному протоколу к этим конвенциям.

* * *

—————————————————————————-

Самопровозглашенная Чеченская Республика Ичкерия формально не принадлежала
к числу Высоких Договаривающихся Сторон, подписавших и ратифицировавших
Женевские конвенции и Дополнительные протоколы к ним. Тем не менее и для
вооруженных формирований ЧРИ было обязательным выполнение требований норм
гуманитарного права, относящихся к немеждународным конфликтам, как общих
принципов международного права, обязательных для всех.

В июле 1995 г. Швейцарскому Федеральному совету, который хранит оригиналы
Женевских конвенций и Дополнительных протоколов к ним, а также
ратификационные грамоты и документы о присоединении государств-участников
этих конвенций и протоколов, было направлено заявление парламента ЧРИ от 14
июля 1995 г. за подписью председателя парламента ЧРИ Ахъяда Идигова. В
заявлении, в частности, говорилось:

—————————————————————————-
«Парламент Чеченской Республики Ичкерия, — полномочный орган власти,
представляющей чеченский народ, ведущий борьбу за свои права с Россией, —
заявляет о принятии Чеченской Республикой Ичкерия обязательств по
соблюдению Женевских конвенций и Дополнительных протоколов к ним от 8 июня
1977 г.».
К сожалению, несмотря на это заявление, соответствующая разъяснительная
работа с бойцами отрядов вооруженных формирований ЧРИ и ознакомление их с
нормами гуманитарного права не проводились.

Кроме того, бойцы и командиры вооруженных формирований ЧРИ были такими же
советскими людьми, что и противостоявшие им солдаты и офицеры федеральных
сил, и прошли (не все, но многие) ту же школу Советской Армии, а структуры
Департамента государственной безопасности ЧРИ также во многом состояли из
бывших струдников советского МВД. И от тех, и от других вряд ли стоило
ждать большего знания и уважения норм гуманитарного права, чем от
федеральных сил (см. раздел 3.1).

Наконец, следует отметить, однако, что с точки зрения гуманитарного права
можно оценивать действия лишь тех отрядов и вооруженных лиц, которые
находились под ответственным командованием военного и политического
руководства ЧРИ. Действия отдельных, никому не подчиненных групп и людей с
этой точки зрения оцениваться не могут. Последнее объясняет, почему
составители доклада не включили в него изложение некоторых фактов,
известных ПЦ «Мемориал». Например, имеется ряд свидетельств о совершении в
период январских-февральских боев в Грозном в 1995 г. вооруженными
чеченцами тяжких преступлений (убийства, издевательства, изнасилования) в
отношении мирных жителей Чечни. Однако нет никаких доказательств, что эти
преступники имели отношение к вооруженным формированиям ЧРИ. Безусловно,
любая власть несет ответственность за обеспечение правопорядка на
подконтрольной ей территории, но в данном случае следует говорить скорее о
территории, временно неподконтрольной никакой власти.

* * *

Самопровозглашенная ЧРИ в период вооруженного конфликта 1994-1996 гг. не
была признана ни одним членом международного сообщества в качестве
независимого государства. Соответственно, она не являлась участником ни
одного международного соглашения, пакта, конвенции о правах человека.
Поэтому для властей ЧРИ даже бесспорное установление фактов нарушения ими
норм международного права в области прав человека никаких
международно-правовых последствий иметь не может.

Тем не менее вполне правомерно применение этих норм для оценки действий
властей и представителей вооруженных формирований ЧРИ с точки зрения их
готовности следовать общепринятым в международном сообществе образцам.

* * *

При написании данного раздела доклада авторы неоднократно обращались с
запросами в органы прокуратуры и МВД РФ. Однако эти ведомства сообщили ПЦ
«Мемориал» в своих ответах, ссылки на которые приведены, лишь небольшое
число таких фактов. Следует отметить, что множество сообщений СМИ о
«зверствах чеченских боевиков» со ссылками на федеральные официальные
источники при проверке оказывались ложью.

РОССИЯ-ЧЕЧНЯ: цепь ошибок и преступлений

4.1. НЕИЗБИРАТЕЛЬНОЕ ВЕДЕНИЕ ОГНЯ, РАЗМЕЩЕНИЕ ВОЕННЫХ ОБЪЕКТОВ РЯДОМ С
ГРАЖДАНСКИМИ

Оценка нападений неизбирательного характера с точки зрения гуманитарного
права и обоснование, почему при описании таких действий авторы считают
возможным обращаться к нормам Первого дополнительного протокола к Женевским
конвенциям, кратко изложены в начале раздела 3.2.
Статья 58 Первого дополнительного протокола к Женевским конвенциям требует
применять следующие меры предосторожности в отношении последствий
нападения:

—————————————————————————-
«Стороны, находящиеся в конфликте, в максимальной практически возможной
степени: а) стремятся удалить гражданское население, отдельных
гражданских лиц и гражданские объекты, находящиеся под их контролем, из
районов, расположенных вблизи от военных объектов; б) избегают размещения
военных объектов в густонаселенных районах или вблизи от них; в) принимают
другие необходимые меры предосторожности для защиты гражданского населения,
отдельных гражданских лиц и гражданских объектов, находящихся под их
контролем, от опасностей, возникающих в результате военных операций».

* * *

Вооруженные формирования ЧРИ неоднократно вели в ходе боевых действий, хотя
и в значительно меньших масштабах, чем федеральные силы, неизбирательный
огонь, от которого страдало гражданское население. Но главное, они
провоцировали федеральную сторону к неизбирательным нападениям, постоянно
размещая позиции около и посреди гражданских объектов, в том числе жилых
домов. При этом часто граждан не предупреждали заранее, лишая их
возможности эвакуироваться до начала обстрелов и боев. В результате удары
федеральных войск по этим позициям вели к дополнительным жертвам среди
гражданского населения.

Так, уже в самом начале боевых действий, 12 декабря 1994 г., колонны
федеральных войск были обстреляны со стороны станицы Ассиновская. Среди
российских военнослужащих появились убитые и раненые, в ответ по станице
был открыт огонь, приведший к гибели мирных граждан (см. также раздел
3.2.1).

В декабре 1994 г. в Грозном чеченские формирования неоднократно размещали
мобильные зенитные и артиллерийские установки, ведущие огонь по федеральным
силам, среди жилых домов, не покинутых жителями1.

Так, например, ракетный удар с самолета по зданию школы-интерната на
ул.Киевская был спровоцирован 28 декабря2 тем, что самоходная зенитная
установка, стоявшая среди жилых домов вблизи интерната, открыла огонь по
самолету, летевшему бомбить аэропорт Ханкала. В результате было разрушено
здание интерната, полностью уничтожен частный жилой дом (хозяйка, возможно,
погибла), серьезно повреждены еще несколько домов, зенитная же установка не
пострадала и уехала из этого района.

Во время январских боев 1995 г. в Грозном члены НМПО неоднократно были
свидетелями того, как по районам Грозного, занятым федеральными войсками,
со стороны чеченских позиций велся огонь из установок залпового огня
«Град». Обстрел жилых кварталов города из оружия, предназначенного для
поражения больших площадей, является неизбирательным и неизбежно ведет к
гибели гражданского населения.

Вооруженные формирования ЧРИ располагали свои позиции в Грозном в жилых
домах и вели огонь по таким же позициям федеральных войск. Обе стороны при
этом не брали в расчет безопасность мирных жителей, которые прятались в
подвалах этих же домов. Мирные жители гибли от пуль и осколков, не могли
выйти за водой и продуктами3.

Такая же картина наблюдалась во время боев в городах Аргун и Гудермес в
августе и декабре 1995 г.

Так, 10-12 декабря 1995 г. вооруженные формирования ЧРИ4 небольшими
группами беспрепятственно вошли в Гудермес (см. также раздел 3.2.3). Они
заняли значительную часть города, окружив позиции федеральных российских
войск в районе комендатуры и вокзала.

Хотя бойцы вошедших в город чеченских отрядов и предупреждали гражданское
население о возможности начала боев, но такое оповещение не было серьезно
организовано. Так, один из опрошенных жителей Гудермеса рассказал, что
бойцы вооруженных отрядов заявляли: ничего бояться не надо — они здесь
только для того, чтобы помешать проведению выборов. Несколько других
жителей Гудермеса рассказали, что боевики все же предупреждали их о
возможных предстоящих военных действиях и призывали людей уйти из города.
Однако население Гудермеса в большинстве своем не ожидало, что бои могут
приобрести серьезный характер, и многие остались в городе.

К 13 декабря подошедшие части федеральных войск, в свою очередь, полностью
окружили город. 14 декабря начались интенсивные перестрелки между боевиками
и федеральными войсками, как находящимися в городе, так и взявшими его в
кольцо. Вплоть до 19 декабря шли интенсивные бои, повлекшие большое число
жертв среди мирного населения. По рассказам жителей города, бойцы
вооруженных формирований ЧРИ располагали свои военные объекты среди
гражданских, нередко вели стрельбу из жилых домов, где находились мирные
жители.

[Gudermes.JPG] Гудермес, декабрь 1995 г. После окончания боев.
Фотография Олега Никишина

Во время боев в Грозном в августе 1996 г. вооруженные формирования ЧРИ
действовали аналогичным образом.

* * *

Известен по крайней мере один случай, когда бойцы вооруженного формирования
ЧРИ использовали в своих целях «коридор», открытый федеральными силами для
выхода мирных жителей. Это нанесло прямой ущерб мирному населению,
поскольку в результате был прекращен выход гражданского населения из
блокированного и подвергающегося артобстрелам и бомбардировкам села.

С 9 июля 1996 г. блокированное федеральными силами село Гехи начало
подвергаться обстрелам. Сопротивление вводу российских войск в село
оказывал отряд полевого командира Д.Махаева. Утром 11 июля федеральные
войска открыли «коридор» для выхода из села мирых жителей. Однако вскоре по
открытому «коридору» из села на нескольких автомашинах попыталась вырваться

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *