ПОЛИТИКА

Россия — Чечня: цепь ошибок и преступлений

Комментировать

LIB.com.ua [электронная библиотека]: О.П.Орлов, А.В.Черкасов: Россия — Чечня: цепь ошибок и преступлений

Вот как описали свое впечатление от пребывания в фильтрационном пункте
Грозного в июле 1995 г. монахи буддийского ордена «Ниппондзан-Меходзи»10:
«Через час нас вывезли в фильтрационный лагерь, где, избивая, заставили
лежать на асфальте лицом вниз в течение часа. Когда стемнело, после
короткого допроса у следователя нас препроводили в камеру. Следует
сказать, что с этого момента отношение к нам резко изменилось. Конвой
фильтрационного лагеря относился к нам по-человечески: на нас не кричали,
не били, а наоборот, старались облегчить нашу участь, давая возможность
больше быть на прогулке, чаще проветривать камеру, давали кипяток и т.п.
14 июля утром нас по одному вызывали к начальнику, и мы подписали
распоряжение о нашем освобождении из-под стражи, нам вернули личные вещи и
документы, после чего нас опять закрыли в камеру, где продержали до
середины следующего дня, мотивируя это особым распоряжением начальства
сверху. Поскольку условия содержания в фильтрационном пункте ужасны (спать
на голом полу, есть из одного ведра на всех без ложки, абсолютно не дают
хлеба, вонь и антисанитария), мы требовали выпустить нас немедленно, но все
наши требования игнорировались. Тот ад, в котором мы провели 5 дней,
может показаться раем по сравнению с тем, что выпадает на долю чеченцев. С
ними не церемонятся, а доводят до такой степени, что человек шарахается от
любого звука. Становится понятно, почему чеченцы предпочитают смерть вместо
плена»11.
—————————————————————————-

По имеющимся у ПЦ «Мемориал» сведениям, в мае 1995 г. после убийства в этом
ФП трех сотрудников промосковского МВД ЧР (см. раздел 3.5) последовала
проверка его работы комиссией МВД РФ. Так же как и в Моздоке, кто-то из
начальства был наказан в дисциплинарном порядке, однако к уголовной
ответственности никто привлечен не был. Так же как и в Моздоке, условия
содержания и обращение с задержанными несколько улучшились.

[Filtr2.JPG]
[Filtr4.JPG] Внутренние помещения грозненского фильтрационного пункта.
Фотографии Александра Соколова, сделанные осенью 1996 г. после закрытия ФП

В Ставрополе и Пятигорске ФП были размещены в помещениях городских
следственных изоляторов.

В фильтрационных пунктах не оказывалась необходимая медицинская помощь,
хотя там часто содержались люди, получившие серьезные травмы. Депутатами
Государственной Думы РФ В.В.Борщевым и Ю.А.Рыбаковым при посещении ими
фильтрационного пункта в Пятигорске был документально установлен по крайней
мере один случай смерти задержанного вследствие неоказания медицинской
помощи — Умара Баутдиновича Касаева, 6 января 1995 г.

При освобождении из ФП людям предлагалось подписать заявление об отсутствии
претензий.

Абсолютное большинство доставленных в ФП были освобождены как ни в чем не
виновные.

Согласно справке, направленной заместителем начальника ГУИН МВД РФ
В.В.Злыденко министру внутренних дел РФ, с 11 декабря 1994 г. по 22 июля
1995 г. через ФП Моздока и Грозного прошли 1325 человек. При этом лишь 100
из них были переданы следственным органам и 141 — «в соответствующие
инстанции для обмена на военнослужащих» (известно, что в большинстве
случаев к обмену на пленных военнослужащих федеральных войск чеченской
стороне предлагались люди, не принимавшие участия в военных действиях).
Примерно такое же соотношение сохранялось и в дальнейшем. Так, согласно
официальным данным, из 1257 человек, прошедших через ФП в Грозном с 28
января 1995 г. по июль 1996 г., 1024 были освобождены, 51 задержанному были
предъявлены обвинения в совершении преступлений, 109 человек были обменены
на пленных военнослужащих федеральных войск12.

Фильтрационный пункт в Моздоке был закрыт 6 июня 1995 г., остальные — в
июне 1996 г. в соответствии с соглашениями, достигнутыми представителями
воюющих сторон в Назрани 10 июня 1996 г.

РОССИЯ-ЧЕЧНЯ: цепь ошибок и преступлений

3.6.2. Неофициальные места содержания задержанных

С декабря 1994 г. перед отправкой в ФП задержанные часто содержались до
нескольких суток в накопительных пунктах, расположенных у блок-постов или в
местах дислокации воинских частей. Никакого официального статуса у таких
мест содержания задержанных не было.

Первый известный нам накопительный пункт располагался на территории
консервного завода в Грозном. Такие пункты были и на территориях, занятых
воинскими частями у станиц Ассиновская и Червленная, у блок-поста • 13
между селами Серноводск и Самашки и др. Людей там содержали в машинах для
перевозки заключенных или в вырытых в земле ямах.

Судя по многочисленным показаниям задержанных, здесь проводилось первичное
дознание, многих из задержанных при этом жестоко избивали.

Следует отметить, что в ямы, вырытые в земле, помещались отнюдь не только
задержанные жители Чечни. Дело в том, что в федеральных воинских частях на
территории Чечни такие ямы, обычно называемые солдатами по восточному —
«зиндан» (возможно, такая практика идет со времен войны в Афганистане),

часто использовались в качестве гауптвахт1. Корреспонденты, посещавшие
расположение воинских частей в Чечне, неоднократно сообщали о такой
практике. Например, то как задержанного поместили на такую гауптвахту,
наблюдал зимой 1995 г. в Грозном корреспондент «Известий»2. Военная
прокуратура называла подобные «зинданы» «необорудованной» или «незаконной
гауптвахтой» и в ряде случаев (в районе Ассиновской, под Шатоем) вынуждала
командиров воинских частей отпустить находящихся в них военнослужащих, а
вместо ям оборудовать нормальное помещение3.

Бесчеловечные условия содержания, голод, избиения и издевательства — все
это подчас доставалось и провинившимся федеральным военнослужащим. Рассказ
контрактника4, самовольно покинувшего свой блок-пост и попавшего за это на
«необорудованную гауптвахту», был напечатан в «Новой газете»:

—————————————————————————-
«Было два вида зиндана — просто яма глубиной до восьми метров, вырытая
самими заключенными, и железная бочка три на два метра. Виктор попал во
второй. Небольшое отверстие на замке. Для вентиляции бочку прострелили из
пулемета. Но кроме воздуха в дырки лилась и вода. Внутри на дне какое-то
тряпье. Лежать можно только восьмерым, остальные спали стоя. Банка
тушенки и полбатона хлеба на всех — уже хорошо. Ночью приходили бить.
Били четверо. Отвечать не было смысла — могли убить и списать на
боевые потери. В полку придумали свою йамнистиюк. Если кого-то сажают
в яму, то его товарищи хватают на следующий день любого чеченца и суют в
карман гранату. Пойман с оружием. В одной яме солдат и боевиков содержать
нельзя. Солдат выпускают — йамнистияк «5.
—————————————————————————-

Анализ многочисленных показаний позволяет сделать вывод, что в то время,
как в официальных ФП уровень жестокости по отношению к задержанным
несколько снизился, в неофициальных и недоступных для контроля местах
содержания задержанных все большее распространение приобретала практика
применения пыток, в том числе электрическим током. Именно здесь перед
отправкой в ФП на допросах у задержанных пытались добиться признания вины
или получить нужные сведения.

Постепенно значительную часть задержанных вообще перестали отправлять на
фильтрационные пункты, и они, таким образом, не попадали в официальную
статистику задержаний. Например, в официальных документах датой задержания
жителей Самашек, которые 8 апреля 1995 г. были доставлены в пункт у
Ассиновской, а через несколько дней переправлены в официальный ФП под
Моздоком, числится тот день, когда их привезли в Моздок. Тем самым налицо
сокрытие факта задержания людей в течение нескольких дней. Остальные
задержанные жители Самашек, которых освободили прямо из этого пункта,
вообще ни в каких официальных документах в качестве задержанных не
числятся.

Людям, отпущенным непосредственно из таких неофициальных мест содержания, в
отличие от официальных фильтрационных пунктов, не выдавались никакие
документы, удостоверяющие их пребывание там.

Подобные места содержания задержанных превратились в неофициальные тюрьмы.
Число их росло — известно о существовании таких пунктов в расположении
частей МО (в районе Шали в 503-м, 506-м мотострелковых полках) и ВВ МВД (в
районе Серноводска и Ассиновской).

Монахов буддийского ордена «Ниппондзан-Меходзи», задержанных 10 июля 1995
г. на КПП по дороге из Грозного в Урус-Мартан, доставили в какую-то
воинскую часть:

—————————————————————————-
«Не спрашивая документов, без всяких объяснений, нас пинками затолкали в
машину, завязали глаза и привезли в расположение российских войск. Как
только мы вышли из машины, нас, избивая, заставили распластаться на земле,
закрутили руки за спину и надели наручники, хотя мы абсолютно не
сопротивлялись и старались покорно выполнять все команды. Четки,
которые сняли с нашего Учителя, не разорвали, так как они были сделаны из
нефрита, а просто присвоили себе. У одного монаха сняли часы и пытались
снять обручальное кольцо, которое ему на память подарила мать. С
завязанными глазами, в наручниках, абсолютно не сопротивляющихся насилию,
нас за шиворот затолкали в яму и бросили в грязь. Через несколько минут
пришли вышибалы с дубинками, но, побеседовав с нами и узнав, что у нас не
было оружия, что мы буддийские монахи, в сердцах их пробудилось сострадание
и они сказали: «Мы этих бить не будем». Хотя наши глаза были завязаны, но
мы слышали, как одни солдаты хотели снять кроссовки с монаха, но те, кто
отказался нас бить, уговаривали их не делать этого. Через час нас
вывезли в фильтрационный лагерь»6.
—————————————————————————-

Командование федеральных сил в Чечне, военная прокуратура и МВД РФ
неоднократно официально отрицали наличие таких мест содержания задержанных.
В июле 1996 г. в ответ на запрос депутата Государственной Думы РФ
Ю.А.Рыбакова военный прокурор СКВО генерал-майор юстиции В.Ф.Соловьев
сообщал:

—————————————————————————-
«Военными прокурорами СКВО и войсковой части 44662 (гор.Грозный)7 по
аналогичным обращениям неоднократно проводились проверки в частях
группировки федеральных войск в Чеченской Республике, которыми фактов
создания неофициальных фильтрационных пунктов и содержания в них
задержанных граждан не выявлено. Обращений граждан по данному вопросу в
органы военной прокуратуры не поступало».
—————————————————————————-

Заместитель министра внутренних дел РФ П.Г.Мищенков тогда же ответил
Ю.А.Рыбакову:

—————————————————————————-
«О существовании фильтрационного пункта в районе станицы Ассиновская, а
также о других временных пунктах в местах дислокации частей на территории
Чеченской Республики информацией не располагаем»8.
—————————————————————————-

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *