ПОЛИТИКА

Избранные произведения

Комментировать

LIB.com.ua [электронная библиотека]: Мао Цзе Дун: Избранные произведения

некоторых революционных базах, отступал в белые районы, и ему приходилось
заново организовывать наступление. Такие факты бывали.

Если гражданская война затянется и победы Красной армии приобретут более
широкий масштаб, такие явления могут участиться. Однако противник не может
достигнуть таких же результатов, как Красная армия, так как он не
пользуется поддержкой народа, у него нет единения между офицерами и
солдатами, и если он будет подражать Красной армии в отношении
перебазирования на большие расстояния, он, конечно, будет уничтожен.

В 1930 году, в период лилисаневской линии, тов. Ли Ли-сань не понял
затяжного характера гражданской войны в Китае, а поэтому и не заметил,что
она развивается по закону длительного чередования «походов» и их разгромов
(к тому времени уже состоялись три «похода» на Пограничный район Хунань —
Цзянси, два «похода» в Фуцзяни и др.). Поэтому он приказал тогда еще
молодой Красной армии идти на Ухань, приказал поднять вооруженное восстание
во всей стране, пытаясь добиться скорой победы революции во всем Китае, и
тем самым совершил «лево»-оппортунистическую ошибку.

«Левые» оппортунисты 1931-1934 годов также не верили в закон чередования
«походов». В революционной базе на стыке провинций Хубэй, Хэнань и Аньхуэй
возникла так называемая теория «фланговых войск» (14); местные руководящие
товарищи утверждали, что после разгрома третьего «похода» гоминдан
представляет собой не более как фланговые войска и что для нового
наступления на Красную армию теперь потребовалось бы участие самих
империалистов в качестве главной военной силы. Стратегическая линия,
основанная на такой оценке положения, состояла в том, чтобы направить
Красную армию на захват Уханя. В принципе это была та же линия, на основе
которой некоторые товарищи в Цзянси призывали к походу Красной армии на
Наньчан и возражали против усилий, направленных на соединение революционных
баз в одно целое, против тактики заманивания противника в глубь территории;
они считали, что захват столицы провинции и главных городов обеспечивает
победу во всей провинции, а борьбу против пятого «похода» они рассматривали
как «решительную схватку между революционным и колониальным путями развития
Китая» и т. д. и т. п. Этот «левый» оппортунизм заложил основу ошибочной
линии, проводившейся во время борьбы против четвертого «похода» в
пограничном районе Хубэй — Хэнань — Аньхуэй и пятого «похода» в Центральном
районе в провинции Цзянси. Этот оппортунизм поставил Красную армию в
беспомощное положение перед большим «походом» противника и нанес китайской
революции огромный урон.

Совершенно неправильной была также теория, непосредственно связанная с
«лево»-оппортунистическим отрицанием чередования походов и утверждавшая,
что Красная армия ни в каких случаях не должна прибегать к обороне.

Революции и революционные войны наступательны — это, конечно, правильно.
Революции и революционные войны идут от возникновения к развитию, от малого
к большому, от отсутствия власти к захвату власти, от отсутствия Красной
армии к созданию Красной армии, от отсутствия революционных баз к созданию
революционных баз. Здесь необходимо все время наступать, топтаться на месте
нельзя. Против топтанья на месте следует бороться.

Революции и революционные войны наступательны, но им свойственны также
оборона и отход. Только это положение является совершенно правильным.
Оборона ради наступления, отход ради последующего продвижения вперед,
движение во фланг ради продвижения по фронту, движение в обход ради
движения по прямой — неизбежны в процессе развития многих явлений и тем
более в военном деле.

Однако первое из двух вышеприведенных утверждений, правильное в области
политики, становится неправильным, будучи перенесено в военную область. Да
и в области политики оно правильно лишь в определенных условиях (на подъеме
революции), но, будучи перенесено в другие условия (спад революции,
например отступление ее в России в 1906-1907 годах (15), в Китае в 1927
году и частичное отступление в России в 1918 году во время заключения
Брестского мирного договора (16)), тоже становится неправильным. Только
второе утверждение является полностью правильным. Точка зрения «левых»
оппортунистов 1931-1934 годов, механистически выступавших против
использования средств обороны в войне, представляла собой не более как
ребячество.

Когда же придет к концу чередование «походов»? По моему мнению, если
гражданская война затянется, это произойдет тогда, когда в соотношении сил
между нами и противником наступит коренной перелом. Как только Красная
армия станет сильнее своего противника, это чередование прекратится. Тогда
мы будем организовывать походы против противника, а он будет пытаться
организовывать «контрпоходы». Однако ни политические, ни военные условия не
позволят ему занять такое же положение, какое занимала Красная армия в
своих контрпоходах. Тогда такой форме, как чередование «походов», придет
конец — если не полностью, то в основном. Это можно утверждать с
уверенностью.

Глава V. СТРАТЕГИЧЕСКАЯ ОБОРОНА
V. СТРАТЕГИЧЕСКАЯ ОБОРОНА

В этой главе я хочу остановиться на следующих вопросах: 1) активная и
пассивная оборона; 2) подготовка контрпоходов; 3) стратегическое
отступление; 4) стратегическое контрнаступление; 5) начало
контрнаступления; 6) сосредоточение сил; 7) маневренность в военных
действиях; 8) стремительность в военных действиях; 9) действия на
уничтожение.

1. АКТИВНАЯ И ПАССИВНАЯ ОБОРОНА

Почему мы начинаем с обороны? После поражения первого единого

национального фронта 1924-1927 годов революция в Китае вылилась в
ожесточенную, беспощадную войну классов. Наш противник властвует над всей
страной, а у нас всего лишь небольшие вооруженные силы; поэтому нам с
самого начала пришлось вести борьбу против «походов-окружений» противника.
Возможность нашего наступления непосредственно зависит от разгрома этих
«походов», и все наше будущее развитие полностью зависит от того, сумеем ли
мы их разбить. Процесс разгрома «походов» часто идет по извилистому пути,
развивается отнюдь не гладко. Первоочередным и самым серьезным для нас
является вопрос о том, как сохранить свои силы, дождаться благоприятного
момента и разгромить противника. Поэтому вопросы стратегической обороны
стали самыми сложными и самыми важными в операциях Красной армии.

За эти 10 лет войны у нас часто возникали два уклона в вопросах
стратегической обороны: первый — недооценка противника и второй — страх
перед ним.

Вследствие недооценки противника многие партизанские отряды потерпели
поражение, а Красная армия не смогла разбить ряд «походов» противника.

Когда партизанские отряды только еще возникли, их руководители часто
неправильно оценивали обстановку у себя и у противника; они видели временно
благоприятствовавшие им условия, складывавшиеся в результате их победы во
внезапном вооруженном восстании в каком-то определенном месте или благодаря
тому, что их отряды создавались в результате мятежей в белой армии; но они
не замечали неблагоприятных условий, а потому часто недооценивали силы
противника. Кроме того, они не понимали своих слабых мест (отсутствие опыта
и малочисленность). То, что враг силен, а мы слабы, было объективной
действительностью, но люди не хотели над этим подумать; они только и знали,
что твердили о наступлении, не признавая обороны и отхода; они морально
лишали себя такого оружия, как оборона, и, таким образом, направляли свои
действия по ошибочному пути. Из-за этого многие партизанские отряды
потерпели поражение.

Примером того, как в силу этих причин Красная армия оказалась не в
состоянии разбить «походы» противника, могут служить поражение Красной
армии в 1928 году в районе Хайфын — Луфын (17) провинции Гуандун, а также
утрата Красной армией свободы действий в пограничном районе Хубэй — Хэнань
— Аньхуэй в борьбе против четвертого «похода» в 1932 году в результате
теории «фланговых войск».

Примеров неудач, обусловленных страхом перед противником, имеется немало.

Находились люди, которые, в противоположность тем, кто недооценивал врага,
переоценивали его и недооценивали свои силы. В результате люди
ориентировались на отступление, которого можно было избежать, и таким
образом тоже морально лишали себя такого оружия, как оборона. Это приводило
либо к поражениям партизанских отрядов, либо к проигрышу Красной армией
некоторых сражений, либо, наконец, к утрате революционных баз.

Наиболее ярким примером утраты революционных баз была потеря центральной
опорной базы в Цзянси, оставленной нами во время пятого «похода». Здесь
ошибки были порождены правоуклонистскими взглядами. Руководители боялись
противника как огня, оборонялись везде и всюду и не решились провести
выгодное для нас с самого начала наступление с ударом по тылам противника,
не решились смело заманить противника в глубь своей территории, чтобы
обрушиться на него и уничтожить. В результате была потеряна вся база, что
заставило Красную армию совершить поход в двенадцать с лишним тысяч
километров. Однако такого рода ошибкам зачастую предшествовала левацкая
недооценка сил противника. Военный авантюризм, выразившийся в наступлении
на центральные города в 1932 году, послужил основной причиной того, что в
дальнейшем, в период пятого «похода», проводилась линия пассивной обороны.

Разительным примером страха перед противником служит линия Чжан Го-тао на
отступление. Поражение войск западного направления 4-го фронта Красной
армии к западу от Хуанхэ (18) ознаменовало собой окончательное банкротство
этой линии.

Активную оборону можно иначе назвать наступательной обороной или обороной
решительным боем. Пассивную оборону можно иначе назвать обороной
исключительно путем обороны или обороной, и только обороной. Фактически
пассивная оборона является лжеобороной. Действительной обороной будет
только оборона активная, только такая оборона, которая ведется с целью
перехода в контрнаступление и наступление. Насколько мне известно, ни одна
стоящая военная книга, ни один сколько-нибудь умный военный деятель ни в
древние времена, ни сейчас, ни в Китае, ни в других странах никогда не
выступали в защиту пассивной обороны, будь то в стратегии или в тактике.
Только самый безнадежный глупец или безумец может изображать пассивную
оборону как панацею от всех бед. Но вот нашлись же людя, которые прибегли к
ней на деле. Это было ошибкой в ведении войны, проявлением в военном деле
консерватизма, против которого мы должны решительно бороться.

В среде военных специалистов тех империалистических стран, которые вышли
на мировую арену относительно поздно и развиваются особенно быстро, то есть
Германии и Японии, усиленно ведется агитация за стратегическое наступление
и против стратегической обороны. Эта идея совершенно непригодна для
революционной войны в Китае. Военные специалисты таких империалистических
стран, как Германия и Япония, указывают, что серьезным недостатком обороны
является невозможность поднять боевой дух у себя в стране, что оборона,
наоборот, вселяет неуверенность в сердца людей. В данном случае они имеют в
виду те государства, где существуют острые классовые противоречия, где в
войне заинтересованы только реакционные господствующие слои или даже только
реакционная группировка, стоящая у власти. У нас же положение совершенно
иное. Под лозунгами защиты революционных баз, защиты Китая мы можем
сплотить широчайшие народные массы, которые все как один пойдут в бой, так
как мы подвергаемся угнетению и агрессии. Красная Армия Советского Союза в
период гражданской войны тоже прибегала к обороне и победила своих врагов.
В момент, когда империалистические государства организовали наступление
белогвардейщины, Советская Россия воевала под лозунгом защиты Советов, и
даже в период подготовки к Октябрьскому восстанию мобилизация революционных
военных сил была проведена под лозунгом защиты столицы. Во всякой
справедливой войне оборона не только парализует политически чуждые
элементы, но и способна мобилизовать отсталые слои народа на участие в
войне.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *