 |
 |
Сент Ив
Автор "Роберт Луис Стивенсон"
Размер 788161 Байт
Страница 48 из 61
|
 |
всех. Мы сидели как раз против входной двери, и там уже стоял с моноклем
в глазу мой ненавистный кузен, разряженный, расфуфыренный, и от него так
и разило помадой и дурным вкусом. Он в тот же миг нас увидел, поворотил-
ся на каблуках, сказал два слова кому-то в прихожей, вновь оборотился и
направился к нам с видом напыщенным и вместе развязным, еле скрывая зло-
радство. Я встал ему навстречу. Флора тихонько ахнула.
- Добрый вечер, кузен! Я узнал из газет, что вы осчастливили Эдинбург
своим присутствием, - сказал я.
- Да, я остановился у Дамрека, но вы, дорогой
Энн, еще не доставили мне удовольствия своим визитом.
- Я полагал, что вы стремитесь любезно меня опередить, - сказал я. -
Так, значит, здесь мы встретились случайно?
- Нет, отчего же! По правде говоря, секретарь бального комитета поз-
волил мне нынче днем заглянуть в список приглашенных. Видите ли, кузен,
я до крайности разборчив и люблю заранее знать, не рискую ли оказаться в
неподходящей компании.
Какой же я осел! Опасность эта была так очевидна, а я о ней и не по-
думал!
- Я как будто видел на улице одного из ваших новых приятелей.
Мой кузен поглядел на меня и самодовольно рассмеялся.
- Да, пришлось мне за вами погоняться, любезный мой Энн. Вы обладаете
удивительной способностью петлять, как заяц. И, право, я, кажется, начи-
наю вас понимать, - докончил он, окидывая Флору наглым взглядом.
Его-то можно было бы разыскать без труда, учуяв по запаху! От него
так и разило духами.
- Представьте же меня, mon brave [64].
- Скорее пусть меня расстреляют.
- Сдается мне, честь эту оказывают только солдатам, - словно бы раз-
думчиво молвил он.
- Во всяком случае, эта честь не распространяется на... - Я прикусил
язык. Верх брал Ален, а если уж проигрывать, то с достоинством. - Сейчас
начнется контрданс, - продолжал я. - Найдите себе даму, и я обещаю тан-
цевать с вами vis-a-vis.
- В хладнокровии вам не откажешь, кузен.
Он поклонился и пошел разыскивать распорядителя бала. Я подал руку
Флоре.
- Ну, как вам понравился Ален? - спросил я.
- Он красивый мужчина, - отвечала она. - Ежели бы ваш дядюшка обошел-
ся с ним иначе, мне кажется...
- А мне кажется, что ни одна женщина на свете не может отличить нас-
тоящего джентльмена от учителя танцев! Две-три красивые позы - и вы уже
обмануты. Дорогая моя, что вы в нем нашли?!
Флора молчала. Теперь-то я знаю, почему она тогда промолчала. Предс-
тавьте, оказывается, то же самое сказал ей как-то этот болван Шевеникс
обо мне!
Дверь была совсем рядом; когда мы проходили мимо, я мельком глянул в
прихожую. Как и следовало ожидать, у выхода на лестницу стоял мой старый
знакомец в молескиновом жилете и разговаривал со своим сообщником, еще
более уродливым, чем он сам, - рыжим долговязым негодяем в сером.
Итак, я очутился в западне. Оборотясь, я поймал устремленный на меня
из толпы взгляд Алена и его злорадную усмешку. Даму он себе уже нашел -
то была ни много ни мало леди Фрейзер в лиловой тафте и с бриллиантовой
диадемой.
Казалось, для меня все было кончено, но, сам не знаю отчего, я вдруг
воспрянул духом, более того, возликовал. Заверяю вас, я вывел Флору на
середину залы с веселостью, быть может, в этих обстоятельствах противо-
естественной, однако же отнюдь не напускной. Это можно бы назвать весе-
лостью обреченного на смерть. Как говорится в песне - не помню, знал ли
я ее тогда или прочитал позднее в одной из книг моей жены, да это и не-
важно -
Так беззаботно весело
Вступает в круг лихой танцор,
Приплясывает, кружится,
Забыв про смертный приговор, - не помню уж, что там дальше. Оркестр
играл, я танцевал, а мой кузен следил за мною с угрюмым одобрением. В
кадрили есть одна нелепая фигура - кажется, она называется La
pastourelle - кавалер держит за руки двух дам и быстро водит их взад и
вперед (совсем как тот англичанин из анекдота, который выставлял напоказ
в Смитфилде двух своих жен, чтобы повыгоднее их продать), а второй тан-
цор в это время то выходит вперед, то отступает, руки у него болтаются
точно неживые и вид такой, словно он и рад бы купить этих жен, да не ре-
шается.
Провел в бою всю жизнь свою,
А гибну от измены...
Я с вызовом улыбался Алену, покуда он пятился, отступая пред нами, а
едва танец окончился, он под каким-то предлогом покинул леди Фрейзер и
поспешил в прихожую, чтобы убедиться, что его ищейки на посту.
Я смеясь опустился на стул подле Флоры.
- Энн, кто там на лестнице? - прошептала она.
- Два сыщика.
Видели ли вы когда-нибудь голубку, попавшую в силки?
- Черный ход! - подсказала она.
- За ним, разумеется, тоже следят. Но проверим на всякий случай.
Я вышел в гостиную, где подавали чай, и подозвал лакея. Сторожит ли
кто-нибудь черный ход? Этого он не знает. А быть может, за гинею он пот-
рудится узнать? Лакей вышел и мигом вернулся. Да, там стоит полицейский.
- Одного молодого джентльмена хотят посадить в яму за долги, - пояс-
нил я, припомнив это дикое и все еще не очень понятное мне выражение.
- Я не шпион, - возразил лакей.
Я воротился в залу и с возмущением обнаружил, что на моем месте подле
Флоры сидит наглец Шевеникс.
- Дорогая мисс Флора, вам дурно? - Она и вправду побледнела и вся
дрожала, бедняжка. - Майор, она сейчас лишится чувств. Скорее отведите
ее в гостиную, а я пойду за миссис Гилкрист. Ее надобно увезти домой.
- Не беспокойтесь, - пролепетала Флора. - Это ничего, пройдет. Прошу
вас, не... - Тут она подняла на меня глаза и все поняла. - Да, да, я по-
еду домой.
Она оперлась на руку майора, а я поспешил в карточную комнату. Мне
посчастливилось: старая дама как раз поднималась из-за стола, крытого
зеленым сукном, после очередного роббера. Ее партнером был наш милейший
поверенный, и я увидел на столе пред нею кучку серебра, - она выиграла,
и я мысленно возблагодарил судьбу, впервые за этот вечер мне повезло.
- Миссис Гилкрист, - шепнул я, - мисс Флоре нездоровится: в зале так
душно...
- Что-то я не заметила никакой духоты. Здесь вполне хватает воздуху.
- Но мисс Флора желала бы ехать домой.
Старая дама хладнокровно пересчитала свой выигрыш и по одной опустила
монеты в бархатный ридикюль.
- Двенадцать шиллингов и шесть пенсов, - объявила она. - Вы недурно
играете, мистер Робби. А теперь, мусью виконт, пойдемте поглядим, что
там такое приключилось.
Я повел ее в гостиную, мистер Робби последовал за нами. Флора полуле-
жала на софе в самом плачевном состоянии, едва ли не в обмороке, майор
суетился подле нее с чашкой чаю в руках.
- Я послал Рональда за каретой, - сказал он.
Миссис Гилкрист хмыкнула и загадочно на него поглядела.
- Что ж, дело ваше, - сказала она. - Подайте-ка мне эту чашку да бла-
говолите принести нам из гардеробной шали. Жетоны ведь у вас. Ждите нас
на лестнице.
Едва майор удалился, невозмутимая старуха помешала ложечкой чай и
преспокойно выпила его, не сводя, впрочем, глаз с племянницы. Осушив
чашку, она поворотилась на миг спиною к мистеру Робби, и лицо ее прест-
ранно сморщилось. Быть может, как говорят дети, чай попал у нее не в то
горло?
Но нет, мне почудилось, - да помогут мне Аполлон и все девять муз! -
мне почудилось - хотя я не осмелился и никогда не осмелюсь ее о том
спросить, - что миссис Гилкрист изо всех сил старалась мне подмигнуть!
Тут вошел Рональд и объявил, что карета подана.
Я проскользнул к двери и огляделся. Толпа в зале ничуть не поредела,
все самозабвенно танцевали, кузен мой оживленно подпрыгивал спиною к
нам. Флора оперлась на руку брата, и все мы, осторожно продвигаясь вдоль
стены, чтобы не помешать танцующим, добрались до двери и вышли в прихо-
жую, где нас уже ждал нагруженный шалями майор Шевеникс.
- Вы с Рональдом посадите нас в карету и возвращайтесь танцевать, -
сказала старая дама майору. - А когда повеселитесь вдосталь, кликнете
извозчика, он доставит вас домой. - Взгляд ее остановился на сыщиках,
они о чем-то шептались за спиной у майора; она оборотилась ко мне и чо-
порно кивнула. - Доброй ночи, сэр, весьма вам признательна. Впрочем,
обождите. Не будете ли вы столь любезны проводить нас до кареты? Майор,
передайте-ка мистеру, как бишь вас, мою шаль.
Я не осмелился поблагодарить ее даже взглядом. Мы двинулись вниз по
лестнице - впереди миссис Гилкрист, за нею Флора, поддерживаемая братом
и мистером Робби; мы с майором замыкали шествие. Когда я шагнул на пер-
вую ступеньку, рыжий сыщик рванулся было вперед. Я не сводил взгляда с
какого-то завитка на узорной шали миссис Гилкрист, но уголком глаза за-
метил, как он тронул меня за рукав. Это прикосновение обожгло меня, точ-
но раскаленным железом. Но тут второй - Молескиновый жилет - дернул ры-
жего за руку, и они опять зашептались. Я шел без шляпы, без плаща. Вид-
но, они рассудили, что я ни о чем не подозреваю, просто провожаю дам до
кареты и, несомненно, вернусь в залу. И они дали мне пройти.
Едва мы оказались на шумной улице, я обежал карету и остановился у
той ее дверцы, которую не видно было с крыльца. Рональд поспешил к куче-
ру (то был садовник Руби).
- Мисс Флоре дурно. Гони домой во весь дух! - И он отскочил назад к
крыльцу.
- Вот тебе гинея, только погоняй! - крикнул я с другой стороны и в
темноте, под дождем сунул монету в мокрую ладонь Руби.
- Это еще что? - Кучер оборотился на козлах, всматриваясь во тьму, но
я успел отпрянуть к подножке, однако дверцу уже захлопнули.
- Вперед!
Возможно, мне только померещилось, но одновременно с этим криком пос-
лышался голос Алена - он изрыгал проклятья где-то на лестнице Благород-
ного собрания. Руби стегнул лошадей, и в тот же миг я рванул дверцу, на
ходу впрыгнул в карету и... оказался на коленях у миссис Гилкрист.
Флора подавила крик. Я быстро пересел на кучу ковров, лежавших на си-
денье напротив, и захлопнул дверцу. Миссис Гилкрист не проронила ни зву-
ка.
Разумеется, мне следовало извиниться. Колеса с грохотом подпрыгивали
на булыжной мостовой Эдинбурга, карету немилосердно трясло, стекла дре-
безжали. Свет уличных фонарей не проникал внутрь, только грозный профиль
моей покровительницы всякий раз смутно вырисовывался на тусклом желтею-
щем четырехугольнике окошка и вновь тонул в непроглядной тьме.
- Сударыня, позвольте мне объясниться... хоть сколько-нибудь смягчить
ваше негодование... вполне естественное, разумеется...
Ухаб, другой... И по-прежнему в карете мертвая тишина! Я не знал, что
делать. Руби гнал во всю мочь, и мы уже оставили позади последние редкие
островки света на Лотиан-роуд.
- Я надеюсь, сударыня, еще пять минут... и если только вы позволи-
те...
Для вящей убедительности я протянул руку. В темноте она коснулась ру-
ки Флоры. Наши трепетные пальцы сомкнулись. Прошло пять, десять блажен-
ных секунд. В этой душной тишине кровь в наших жилах, казалось, пела в
едином ритме: "Люблю, люблю тебя!"
- Мусью Сент-Ив, - раздался наконец размеренный голос. (Флора вырвала
свою руку из моей.) - Насколько я могу разобраться в ваших делах - ежели
в этой путанице вообще можно разобраться, в чем я сильно сомневаюсь, - я
как будто только что оказала вам услугу, и притом уже вторую.
- Услугу эту, сударыня, я не забуду до самой смерти.
- Будем надеяться. Но только благоволите и сами не забываться.
Мы проехали еще мили полторы-две в полном молчании, и тут миссис
Гилкрист с треском опустила окошко и высунула в ночь голову в круглом
чепце.
- Руби!
Кучер натянул поводья.
- Здесь джентльмен выйдет.
Это было очень мудро, ибо мы приближались к "Лебяжьему гнезду". Я
поднялся.
- Миссис Гилкрист, у вас доброе сердце, а женщины умнее я никогда еще
не встречал.
- Хм, - только и услышал я в ответ.
|
