ПРИКЛЮЧЕНИЯ

Потерпевшие кораблекрушение

Комментировать

LIB.com.ua [электронная библиотека]: Роберт Луис Стивенсон: Потерпевшие кораблекрушение

ва:
— Что я сказал? Где я? Кто вы?
— Я судовой врач «Бури», — ответил доктор. — Вы находитесь в каюте
лейтенанта Сибрайта, и вам следует забыть о всех тревогах. Ваши беды
кончились, мистер Картью.
— Почему вы так меня называете? — спросил Картью. — Ах да, Сибрайт
узнал меня… — Он застонал и весь затрясся. — Пришлите ко мне Уикса, я
должен немедленно поговорить с Уиксом! — воскликнул он и яростно сжал
руку доктора.
— Хорошо, — ответил доктор, — но только с одним уговором: выпейте эту
микстуру, а я схожу за Уиксом.
Он дал несчастному снотворное, и тот через несколько минут погрузился
в глубокий сон, вероятно, спасший ему рассудок.
Затем доктор занялся Маком и, пока вправлял ему руку, под каким-то
предлогом заставил ирландца назвать имена всех его товарищей.
Потом настал черед капитана, который к этому времени был уже совсем
не похож на человека, придумавшего отчаянный план спасения в каюте «Ле-
тящего по ветру»: чувство полной безопасности, плотный обед и большой
стакан грога притупили его бдительность и погасили энергию.
— Когда вы были ранены? — спросил доктор, разбинтовав его руку.
— Неделю назад, — ответил Уикс, думая только о записях в корабельном
журнале.
— Вот как! — воскликнул доктор и посмотрел ему прямо в глаза.
— Я точно не помню, — запинаясь, ответил Уикс.
После этой неуклюжей лжи подозрения доктора учетверились.
— Кстати, кого из вас зовут Уиксом? — спросил он как бы между прочем.
— Это еще что? — буркнул капитан, побелев, как бумага.
— Я спросил, кто из вас Уикс, — повторил доктор. — Мне кажется, мой
вопрос совершенно ясен.
Уикс ничего не ответил.
— В таком случае, кто Браун? — настаивал доктор.
— О чем вы говорите? К чему вы клоните? — крикнул Уикс, отдергивая
руку, так что кровь брызнула прямо в лицо врача.
Тот даже не стал стирать ее и, глядя прямо на свою жертву, задал но-
вый вопрос:
— Почему Браун должен пойти по той же дороге?
Уикс, задрожав, опустился на табурет.
— Картью все вам рассказал, — прошептал он.
— Нет, — ответил доктор, — но его и ваше поведение заставило меня за-
думаться, и мне кажется, вы что-то скрываете.
— Дайте мне чего-нибудь выпить, — сказал Уикс, — лучше я вам все сам
расскажу, и, черт возьми, мы совсем не так виноваты, как можно подумать.
И вот с помощью двух стаканов крепкого грога трагическая история «Ле-
тящего по ветру» была рассказана в первый раз. Им очень повезло, что
выслушал ее именно доктор. Он сжалился над этими людьми, чье положение,
на его взгляд, было гораздо хуже, чем они того заслуживали, и решил им
помочь. Он вместе с Уиксом и Картью (как только тот пришел в себя) при-
думали план, как им вести себя в Сан-Франциско. Он выдал «Годдедаалю»
справку, что тот тяжело болен, и под покровом ночи помог Картью съехать
на берег. Он не давал заживать ране Уикса, чтобы тот продолжал подписы-
ваться левой рукой. Он пустил в ход свое влияние на корабле и уговорил
молодых офицеров не выдавать настоящего имени Картью, боясь, как бы оно
не попало в газеты. А кроме того, он оказал им услугу еще более важную.
У него в Сан-Франциско был друг, миллионер. Доктор представил ему
Картью, объяснив, что этот молодой человек недавно унаследовал большое
состояние и хотел бы прежде, чем это станет известно, заплатить свои
долги ростовщикам так, чтобы это не вызвало огласки. Миллионер с удо-
вольствием согласился помочь молодому наследнику, и это на его деньги
Бэллерс во время аукциона старался перекупить бриг у синдиката. Попро-
буйте догадаться, как звали этого миллионера. Его звали Дуглас Лонг-
херст.
Пока самозваная команда «Летящего по ветру» могла исчезнуть без следа
и снова стать командой «Богатой невесты», для них не имело особого зна-
чения, что бриг будет продан и на нем обнаружатся следы какогото прес-
тупления. Но, как только Картью был узнан, положение изменилось. Малей-
ший скандал — и противоречия в его истории сразу будут замечены и будет
задан неизбежный вопрос: каким образом он, отплыв на шхуне из Сиднея,
через такое короткое время вдруг оказался на бриге, идущем из Гонконга.
А после этого легко могло выясниться все дело. Поэтому было решено пре-
дотвратить подобную опасность и самим купить бриг, благо Картью стал те-
перь миллионером. За исполнение этого нового плана они взялись с большой
энергией и осторожностью. Картью под вымышленным именем снял комнату,
подыскал поверенного (случайно это оказался Бэллерс) и поручил ему ку-
пить разбитый бриг.
— Какая ваша предельная сумма? — спросил Бэллерс.
— Мне нужен бриг, — ответил Картью, — а цена меня не интересует.
— Сказать «любая сумма» — значит ничего не сказать, — сказал Бэллерс.
— Назовите ее точно.
— Ну пусть будет пятьдесят тысяч долларов, раз вы так настаиваете, —
ответил Картью.
Все это время капитану приходилось ходить по городу, являться в кон-
сульство, отвечать на вопросы в агентстве Ллойда, сочинять историю о по-
терянных квитанциях, подписывать бумаги левой рукой и рассказывать с
своих вымышленных злоключениях всем морякам СанФранциско. И каждую мину-
ту он ждал, что столкнется с каким-нибудь старым приятелем, который в
присутствии посторонних назовет его Уиксом, а может быть, с каким-нибудь
новым врагом, который сумеет доказать, что он вовсе не Трент.
Случилось второе, но благодаря своей находчивости Уикс не только из-
бежал разоблачения, но даже укрепил свою позицию.
Когда он был в консульстве (самом неподходящем месте для того, что
последовало), он вдруг услышал, что кто-то спрашивает капитана Трента.
Он обернулся, как всегда, еле сдерживая дрожь.
— Да вы же не капитан Трент, — сказал незнакомец, отступая. — Что все
это значит? Мне сказали, что вы называете себя капитаном Трентом… ка-
питаном Джейкобом Трентом, которого я знаю с детства!
— А! Вы, наверное, имеете в виду моего дядю, который был банкиром в
Кардиффе, — ответил Уикс с невозмутимостью отчаяния.

— В первый раз слышу, что у него есть племянник, — ответил незнако-
мец.
— Лучше поздно, чем никогда, — отрезал Уикс.
— А как старик себя чувствует? — спросил тот.
— Отлично, — ответил Уикс.
Но тут его, к счастью, позвал клерк.
Дальше все шло гладко, но утром в день аукциона после разговора с
Джимом Уикс опять встревожился. На аукционе он не находил себе места,
так как ему было известно только, что Картью попробует купить бриг через
своего поверенного, но он не знал, ни кто этот поверенный, ни какие он
получил инструкции. Я полагаю, что капитан Уикс обладает удивительно
крепким здоровьем, хотя его внешность указывает на склонность к апоплек-
сии, которой он, как известно, очень опасается. Однако он может быть
спокоен, — она ему не грозит, раз уж удар не хватил его во время этого
сумасшедшего аукциона, когда старый бриг вместе с довольно дешевым гру-
зом был куплен на его глазах посторонним человеком за пятьдесят тысяч
долларов.
С самого начала они уговорились, что он не будет встречаться с
Картью, чтобы нельзя было установить связь между командой и неведомым
покупателем. Но теперь было не до осторожности, и, вскочив на извозчика,
он помчался на улицу Миссии.
В дверях пансиона он столкнулся с Картью.
— Скорее уйдем отсюда, — сказал тот.
И, когда они уже шли по улице, добавил:
— Все кончено!
— А, так, значит, вы знаете результат аукциона? — спросил Уикс.
— Аукциона? — воскликнул Картью. — Да я уже о нем забыл!
И он рассказал о телефонном звонке и голосе, который задал страшный
вопрос: «Зачем вы хотите купить «Летящий по ветру»?»
Этот звонок, последовавший за совершенно невероятным исходом аукцио-
на, мог свести с ума самого Иммануила Канта. Им казалось, что судьба
против них, что все мальчишки на улицах и даже камни мостовой знают их
ужасную тайну. Они думали только о бегстве. Разделив прибыль, которую им
принесло единственное плавание «Богатой невесты», они спрятали деньги в
потайные карманы, послали свои сундучки по вымышленному адресу в Бри-
танскую Колумбию и в тот же день уехали из Сан-Франциско в Лос-Анжелос.
На следующее утро Картью уже отбыл в Англию, а остальные трое отпра-
вились в Мексику.

ЭПИЛОГ
ПОСВЯЩАЕТСЯ УИЛЛУ ЛОУ

Дорогой Лоу!
Недавно на Манихики я имел удовольствие встретиться с Доддом. Мы про-
сидели около двух часов в маленькой, похожей на игрушку церкви, устав-
ленной скамьями на европейский манер и украшенной перламутровой мозаи-
кой. Вокруг, улыбаясь нам, толпились местные жители — по-моему, самые
красивые люди на всем земном шаре. И там я задал Додду вопросы, которые
давно меня интересовали.
Сперва я спросил его, что случилось после той ночи в Барбизоне, когда
Картью рассказал ему свою историю, и как им удалось отделаться от Бэл-
лерса. Оказалось, что Додд сразу же напомнил своему новому другу об этом
опасном преследователе, но Картью ответил небрежно: «Он беден, а я бо-
гат. Мне не страшны его угрозы. Я просто уеду куда-нибудь подальше, куда
проезд стоит дорого. Например, в Персию. Это очень интересная страна.
Хотите, поедем вместе?» И на другой день они уже отправились в Констан-
тинополь и дальше в Тегеран. О Бэллерсе известно только (из газетной за-
метки), что он каким-то образом вернулся в Сан-Франциско и умер в
больнице.
— Еще один вопрос, — сказал я. — Вы уехали в Персию с миллионером, вы
были сами богаты, так каким же образом вы очутились здесь, в Южных Мо-
рях, суперкарго на торговой шхуне?
Он с улыбкой ответил, что я еще не слышал о последнем банкротстве
Джима.
— Я снова остался без гроша, — сказал он, — и тогда Картью построил
эту шхуну и поручил ее мне. Яхта его, а торговлю веду я. А поскольку
почти все расходы связаны с яхтой и командой, то я получаю неплохую при-
быль. И у Джима опять все хорошо — он ведет удачную торговлю фруктами,
кукурузой и земельными участками. К тому же он обзавелся отличным ком-
паньоном. Это Нейрс. Нейрс сумеет обуздать его порывы, он человек дело-
вой. Они купили две виллы рядом на побережье, и я гостил у них, когда в
последний раз был в СакФранциско. Джим теперь владелец газеты (мне ка-
жется, он подумывает о том, чтобы стать сенатором), и он хотел, чтобы я
бросил шхуну и стал у него редактором. Они с Мэйми считают, что в конс-
титуцию штата необходимо внести много изменений.
— А что случилось с остальной командой «Богатой невесты»? — спросил
я.
— Насколько мне известно, они несколько дней кутили в столице Мекси-
ки, — ответил Додд, — а потом Хэдден с ирландцем отправились на золотые
прииски в Венесуэле, а Уикс уехал в Вальпараисо. В чилийском флоте слу-
жит некий капитан Керкап — во время последней тамошней войны я видел эту
фамилию в газетах. Хэддену скоро надоели прииски, и я недавно встретился
с ним в Сиднее. Он сообщил мне, что Мака убили во время нападения на
обоз с золотом. Значит, теперь их осталось трое — ведь Амалу не в счет.
Он живет на своем родном острове Мауи. Канарейка Годдедааля попрежнему у
него, и, говорят, он бережет свои доллары, что среди гавайцев редкость.
А получил он не только долю Хемстеда. Картью разделил причитавшиеся ему
деньги поровну между ними всеми, считая и Мака.
— Ну, и сколько же все это составило? — не удержался я от вопроса,
вспомнив бесконечные вычисления, которые он приводил в своем рассказе.
— Сто двадцать восемь фунтов девятнадцать шиллингов одиннадцать с по-
ловиной пенсов, — ответил Додд невозмутимо, — не считая той мелочи, ко-
торую он выиграл в карты на Мидуэе. Для гавайца это немало.
В эту минуту к нам подошел священник, и мы вынуждены были принять его
приглашение выпить у него в доме кокосового молока. Моя шхуна должна бы-
ла отплыть в тот же вечер, потому что Додд успел опередить нас и скупил
все раковины на острове. Он уговаривал меня бросить мою шхуну и поехать
с ним в Окленд, где его ждал Картью, но я отказался наотрез.
Дело в том, что с тех пор, как я вместе с Хэвенсом и Доддом занялся
опубликованием истории жизни последнего, у меня нет ни малейшего желания
встречаться с Картью. Разумеется, человек я современный и считаю вполне
благородным сообщать всему миру о чьих-то частных делах — по стольку-то

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *