ПРИКЛЮЧЕНИЯ

Потерпевшие кораблекрушение

Комментировать

LIB.com.ua [электронная библиотека]: Роберт Луис Стивенсон: Потерпевшие кораблекрушение

— Лауден! — задыхаясь, произнес он и вскочил на ноги весь дрожа.
Через мгновение я уже пожимал ему руку.
— Мой бедный друг! — сказал я.
— Слава богу, наконец-то ты вернулся! — всхлипывая, бормотал он и
хлопал меня по плечу.
— У меня нет для тебя хороших новостей…
— Ты приехал. Лучшей новости мне не нужно, — ответил он. — Как мне
тебя не хватало, Лауден!
— Я не мог сделать того, о чем ты мне писал, — сказал я, понизив го-
лос. — Все деньги пошли кредиторам. Я не мог…
— Ш-ш-ш!.. — остановил меня Джим. — Я был сумасшедшим, когда писал
это. Если бы мы решились на такое, я не мог бы взглянуть Мэйми в лицо.
Ах, Лауден, какая она замечательная!
— Я рад, что ты ни о чем не жалеешь, — сказал я, — другого я от тебя
и не ждал.
— Так, значит, «Летящий по ветру» оказался пустышкой? — продолжал он.
— Я не все понял в твоем письме, но это было мне ясно.
— Пустышка — это не то слово, — заметил я. — Кредиторы ни за что не
поверят, какого дурака мы сваляли. И кстати, — поспешил я переменить те-
му, — как банкротство?
— Тебе очень повезло, что тебя здесь не было, — ответил Джим, покачи-
вая головой, — тебе очень повезло, что ты не видел газет. В одной газете
писали, что у меня водянка мозга, в другой — что я лягушка, которая за-
теяла помериться с Лонгхерстом и лопнула с натуги. Довольно жестоко, ес-
ли подумать, что речь шла о человеке, у которого был медовый месяц. Я уж
не говорю о том, что они писали о моей наружности, о моей одежде и как у
меня по лицу градом катился пот. Но я поддерживал себя надеждой на «Ле-
тящего по ветру»… Как все это вышло, Лауден? Я что-то не понял.
«Не понял ты, как же…» — подумал я про себя, а вслух сказал:
— Видишь ли, нам обоим не повезло. Я выручил чуть больше, чем пошло
на покрытие текущих расходов, а ты не сумел продержаться обещанных трех
месяцев. Как это случилось?
— Ну, об этом мы поговорим попозже, — сказал Джим, вдруг засуетив-
шись. — Мне надо браться за счета, а ты иди прямо к Мэйми. Она живет у
Спиди. Она ожидает тебя с нетерпением — ведь она смотрит на тебя, как на
любимого брата, Лауден.
Я был рад всякому предлогу, чтобы отложить наше объяснение и хотя бы
лишний час не касаться истории «Летящего по ветру». Поэтому я немедленно
последовал совету Джима. Миссис Спиди, которая еще переживала радость
встречи с любимым супругом, приветствовала меня с энтузиазмом.
— До чего же прекрасный у вас вид, мистер Додд, милый вы человек! —
объявила она любезно. — И как это коричневые красотки отпустили вас с
островов-то? Уж я вижу, что у Спиди совесть нечиста! — добавила она иг-
риво. — Он за ними приударял, верно?
Я — поспешил сообщить, что Спиди вел себя образцово.
— Ну, вы друг за друга горой стоите! — заключила миссис Спиди и про-
водила меня в скудно обставленную комнатушку, где Мэйми трудилась за пи-
шущей машинкой.
Она обошлась со мной так ласково, что я был тронут. Дружески протяну-
ла мне обе руки, пододвинула стул и достала из шкафа жестянку моего лю-
бимого табака и пачку папиросной бумаги того сорта, каким я всегда
пользовался.
— Видите, мистер Лауден, — воскликнула она, — ваш приезд не застал
нас врасплох! Все это было куплено еще в день вашего отплытия.
Насколько я могу судить, она с самого начала задумала устроить мне
приятную встречу, однако искренности, которая чувствовалась в ее любез-
ных словах, я, как оказалось, был обязан капитану Нейрсу. Он — за что я
навсегда останусь ему благодарен, — несмотря на занятость, выбрал время
навестить Мэйми и в самых лестных тонах рассказал ей о том, с какой
энергией я обыскивал бриг. Однако Мэйми не упомянула о его посещении,
пока я по ее требованию не описал ей наше плавание.
— Нет, капитан Нейрс рассказывал куда лучше! — воскликнула она, когда
я наконец умолк. — От вас же я почерпнула только один новый факт — что
вы так же скромны, как и мужественны.
Я с горячностью попытался ее разубедить.
— И не старайтесь, — заметила Мэйми, — я умею распознать героя, когда
его вижу. А услышав о том, как вы работали дни и ночи, словно простой
матрос, натирая на руках кровавые мозоли, и как вы сказали капитану:
«Так держать!» (по-моему, он сказал именно это) — во время страшной бу-
ри, когда он сам был испуган, и как вы вели себя, когда вам грозил
страшный мятеж (Нейрс из дружеских побуждений макал свою кисть в землет-
рясение и другие катаклизмы), и как вы все это делали, хотя бы частично,
ради Джима и меня, — так вот, услышав все это, я почувствовала, что мы
никогда не сможем выразить вам всю нашу благодарность и восхищение.
— Мэйми! — воскликнул я. — Не говорите о благодарности! Это слово
лишнее между друзьями. Мы с Джимом делили богатство, теперь будем делить
бедность. Мы сделали все, что было в наших силах, и больше не о чем го-
ворить. Я постараюсь подыскать себе работу, чтобы вы с Джимом могли уе-
хать куда-нибудь в леса и хорошенько отдохнуть: Джиму это совершенно не-
обходимо.
— Джим не может взять ваши деньги, мистер Лауден, — сказала Мэйми.
— Как это не может? — возразил я. — Он их возьмет — ведь я же брал
его деньги.
Вскоре после этого явился Джим и, не успев еще снять шляпу, уже заго-
ворил со мной на проклятую тему.
— Ну вот, Лауден, — сказал он, — мы собрались все вместе, дневные
труды окончены, у нас впереди целый вечер, так начинай же свой рассказ.
— Сперва поговорим о делах, — сказал я машинально, тщетно стараясь, в
который уже раз, придумать хоть какую-нибудь правдоподобную историю. — Я
хотел бы точно знать подробности нашего банкротства.
— Ну, это дело прошлое. Мы заплатили по семи центов за доллар, и это
еще хорошо. Судебный исполнитель… — При этих словах лицо его искази-
лось, и он поспешил заговорить о другом. — Но это все уже позади, а мне
хотелось бы узнать подробности истории с бригом. Я чего-то не понимаю, и
мне кажется, что за всем этим что-то кроется.
— В самом бриге, во всяком случае, ничего не крылось, — сказал я, на-
тянуто засмеявшись.

— Это-то я и хочу уяснить себе, — возразил Джим.
— Почему я не могу ничего узнать у тебя о банкротстве? Словно ты ста-
раешься избежать этой темы, — заметил я, совершив непростительную ошиб-
ку.
— А ты словно стараешься избежать разговора о бриге, — сказал Джим.
Пути к отступлению были отрезаны, и по моей собственной вине.
— Мой милый, если тебе так не терпится — что ж, пожалуйста, — ответил
я и начал веселым тоном излагать историю нашего плавания.
Я говорил с одушевлением, остроумно — подробно описал остров и бриг,
изображал в лицах разговоры матросов и заявление кока, поддерживал нап-
ряжение… Роковое слово! Я так хорошо поддерживал напряжение, что оно
так и не разрядилось, и, когда я умолк — написать «кончил» я не решаюсь,
потому что никакого конца не было, — Джим и Мэйми уставились на меня в
удивлении.
— Ну, а что же дальше? — спросил Джим.
— Это все, — ответил я.
— Но как ты это объясняешь? — спросил он.
— Никак, — ответил я.
В глазах Мэйми появилось зловещее выражение.
— Но, черт побери, за него же предлагали пятьдесят тысяч фунтов! —
воскликнул Джим. — Тут что-то не так, Лауден. Получается какая-то чепу-
ха… Я знаю, что вы с Нейрсом сделали все, что было в ваших силах, но,
значит, вы были как-то обмануты. Опиум все еще спрятан на бриге, и я до
него доберусь.
— На нем ничего нет, кроме старого дерева и железа, я же говорю тебе,
— возразил я.
— Вот увидишь, — сказал Джим. — В следующий раз я отправлюсь сам и
возьму с собой Мэйми. Лонгхерст не откажет мне в сумме, достаточной для
того, чтобы зафрахтовать шхуну. Вот увидишь, когда я обыщу бриг…
— Но ты его не сможешь обыскать. Он сожжен!
— Сожжен? — воскликнула Мэйми, привстав со стула, на котором она до
сих пор сидела, сохраняя позу спокойного внимания.
Наступило довольно долгое молчание.
— Извини, Лауден, — прервал его наконец Джим, — но какого дьявола вы
его сожгли?
— Нейрс решил, что так будет лучше, — сказал я.
— Это, пожалуй, самое странное из всего, что мы слышали, — вставила
Мэйми.
— Действительно, Лауден, это как-то неожиданно, — добавил Джим, — и
как-то нелепо. Зачем тебе… Зачем Нейрсу понадобилось сжигать корабль?
— Не знаю. А какое это имеет значение? Мы же сняли с него все, что
можно было снять.
— Ты ошибаешься! — воскликнул Джим. — Совершенно очевидно, что вы
что-то проглядели.
— А почему вы были так уверены, что там ничего нет? — спросила Мэйми.
— Ну как я могу это объяснить! — воскликнул я. — Мы осмотрели все за-
коулки и щелки корабля и были совершенно уверены, что там больше ничего
не спрятано. Других объяснений у меня нет.
— Я начинаю в этом убеждаться, — произнесла она многозначительным то-
ном.
Джим поспешил вмешаться:
— Я одного не понимаю, Лауден. По-моему, ты не оценил всей странности
истории с бригом, — сказал он. — Я смотрю на нее как-то по-другому, чем
ты.
— Какой смысл продолжать эти разговоры! — воскликнула Мэйми, неожи-
данно вставая. — Мистер Додд не собирается сказать нам, ни что он дума-
ет, ни что он знает!
— Мэйми! — ахнул Джим.
— Незачем тебе так считаться с ним, Джеймс, — он ведь с тобой не счи-
тается, — возразила его жена, — и, заметь, он этого не отрицает. А кроме
того, он не в первый раз проявляет подобную сдержанность. Или ты забыл,
что он знал адрес Диксона, но сообщил его тебе, только когда тот успел
скрыться?
Джим умоляюще повернулся ко мне — мы уже все трое стояли.
— Лауден, — сказал он, — ты видишь, Мэйми чтото вообразила, и для
этого есть некоторые основания. Ведь даже я, Лауден, несмотря на весь
мой деловой опыт, ничего не могу понять. Ради бога, объяснись!
— Так мне и надо, — сказал я. — Мне следовало быть с тобой откровен-
ным. Я должен был бы сразу сказать, что не имею права открыть тебе это-
го, и с самого начала попросить тебя довериться мне. Все это я делаю те-
перь. Да, с бригом связаны еще некоторые обстоятельства, но они нас не
касаются, и я обязан молчать — я дал честное слово. Поверь мне и прости
меня!
— Наверное, я очень глупа, мистер Додд, — начала Мэйми со зловещей
любезностью, — но мне казалось, что вы отправились в это плавание в ка-
честве представителя моего мужа и на деньги моего мужа. Теперь вы гово-
рите, что дали слово. Но мне казалось, что в первую очередь вы были свя-
заны словом с Джеймсом. Вы говорите, что это нас не касается. Но мы ра-
зорены, мой муж болен, и нас не может не касаться обстоятельство, благо-
даря которому мы потеряли наши деньги и наш представитель вернулся к нам
с пустыми руками. Вы просите, чтобы мы вам поверили, и, кажется, не по-
нимаете, что мы задаем себе вопрос, не слишком ли мы верили вам в прош-
лом.
— Я просил верить мне не вас, а Джима, — ответил я, — он меня знает.
— Вы думаете, что вы можете вертеть Джеймсом, как хотите? Вы полагае-
тесь на его привязанность, не так ли? А со мной вы не желаете считаться?
— сказала Мэйми. — Пожалуй, день нашего брака был для вас несчастливым
днем, потому что я, по крайней мере, не слепа. Команда исчезает. Бриг
продается за бешеные деньги. Вы знаете адрес этого человека и скрываете
его. Вы не находите того, за чем вас посылали, и все-таки сжигаете ко-
рабль. А теперь, когда мы просим объяснений, оказывается, что вы дали
слово молчать. Но я такого слова не давала, я не собираюсь молча смот-
реть, как моего бедного, больного, разоренного мужа предает его чванный
друг. Вам придется выслушать всю правду! Мистер Додд, вас купили, и вы
продались.
— Мэйми, — сказал Джим, — довольно. Ты наносишь удар мне — и мне де-
лаешь больно. В подобных вещах ты не разбираешься. Да ведь если бы не
Лауден, я сегодня не смог бы смотреть тебе в глаза. Он спас мою честь.
— Я уже много раз слышала подобные разговоры, — сказала она. — Ты
простосердечный дурачок, я тебя таким и люблю. Но меня так просто не об-
манешь, и я вижу все лицемерие этого человека. Он пришел сюда сегодня,
заявляя, что будет искать работу… заявляя, что будет делиться с нами
своими трудовыми заработками, пока ты не поправишься. Какое притворство!

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *