ПРИКЛЮЧЕНИЯ

Зверобой, или Первая тропа войны

Комментировать

LIB.com.ua [электронная библиотека]: Купер Джеймс Фенимор: Зверобой, или Первая тропа войны

— Это настолько верно, Зверобой, что меня, право, удивляет, почему вы
считаете странным, что девушка, которая сама, быть может, недурна, вовсе
не стремится, чтобы ее муж имел это действительное или мнимое преиму-
щество. Для меня внешность мужчины ничего не значит, только бы лицо у
него было такое же честное, как сердце.
— Да, честность — дело великое; и те, кто легко забывают об этом вна-
чале, часто бывают вынуждены вспомнить это под конец. Тем не менее на
свете найдется много людей, которые больше привыкли подсчитывать настоя-
щие, а не будущие барыши. Они думают, что первое — достоверно, а другое
— еще сомнительно. Я, однако, рад, что вы судите обо всем этом так пра-
вильно.
— Я действительно так сужу. Зверобой, — ответила девушка вырази-
тельно, хотя женская деликатность все еще не позволяла ей напрямик пред-
ложить свою руку, — и могу сказать от всей души, что скорее готова вве-
рить мое счастье человеку, на чью правдивость и преданность можно поло-
житься, чем лживому и бессердечному негодяю, хотя бы у него были сундуки
с золотом, дома и земли… да, хотя бы он даже сидел на королевском тро-
не…
— Это хорошие слова, Джудит, да, это очень хорошие слова! Но уверены
ли вы, что чувство согласится поддержать с ними компанию, если вам
действительно будет предложен выбор? Если бы с одной стороны стоял изящ-
ный франт в красном кафтане, с головой, пахнущей, как копыта мускусного
оленя, с лицом, гладким и цветущим, как ваше собственное, с руками, та-
кими белыми и мягкими, как будто человек не обязан зарабатывать себе
хлеб в поте лица своего, и с походкой, такой легкой, какую могут создать
только учителя танцев и беззаботное сердце, а с другой стороны стоял бы
перед вами человек, проводивший дни свои под открытым небом, пока лоб
его не стал таким же красным, как щеки, человек, пробиравшийся сквозь
болота и заросли, пока руки его не огрубели, как кора дубов, под которы-
ми он спит, человек, который брел по следам, оставленным дичью, пока по-
ходка его не стала такой же крадущейся, как у пантеры, и от которого не
разит никаким приятным запахом, кроме того, какой дала ему сама природа
в свежем дуновении лесов, — итак, если бы два таких человека стояли пе-
ред вами, как вы думаете, кому из них вы отдали бы предпочтение?
Красивое лицо Джудит зарумянилось, ибо тот образ франтоватого офице-
ра, который собеседник нарисовал с таким простодушием, прельстил ког-
да-то ее воображение, хотя опыт и разочарование потом не только охладили
ее чувства, но и научили ее совсем другому. Румянец сменился тотчас же
смертельной бледностью.
— Бог свидетель, — торжественно ответила девушка, — если бы два таких
человека стояли передо мной — а один из них, смею сказать, уже находится
здесь, — то, если я только знаю мое собственное сердце, я бы выбрала
второго! Я не желаю мужа, который в каком бы то ни было смысле стоял бы
выше меня.
— Это очень приятно слышать, Джудит, и может даже заставить молодого
человека позабыть свое собственное ничтожество. Однако вряд ли вы думае-
те то, что говорите. Такой мужчина, как я, слишком груб и невежествен
для девушки, у которой была такая ученая мать. Тщеславие — вещь естест-
венная, но оно не должно выходить за границы рассудка.
— Значит, вы не знаете, на что способна женщина, у которой есть серд-
це. Вы совсем, не грубы, Зверобой, и нельзя назвать невежественным чело-
века, который так хорошо изучил все, что находится у него перед глазами.
Когда дело касается наших сердечных чувств, все является перед нами в
самом приятном свете, а на мелочи мы не обращаем внимания или вовсе за-
бываем их. И так всегда будет с вами и с женщиной, которая полюбит вас,
если даже, по мнению света, у нее и есть некоторые преимущества перед
вами.
— Джудит, вы происходите из семьи, которая занимала гораздо более вы-
сокое положение, чем моя, а неравные браки, подобно неравной дружбе,
редко кончаются добром. Я, впрочем, говорю для примера, так как вряд ли
вы считаете, что такое дело между нами и впрямь возможно.
Джудит вперила свои темно-синие глаза в открытое и честное лицо Зве-
робоя, как бы желая прочитать, что творится в его душе. Она не заметила
и тени задней мысли и должна была признать, что он считает этот разговор
простой шуткой и отнюдь не догадывается о том, что сердце ее действи-
тельно серьезно задето. В первую минуту она почувствовала себя оскорб-
ленной, затем поняла, как несправедливо было бы ставить в вину охотнику
его смирение и крайнюю скромность.
Новое затруднение придало их отношениям особую остроту и еще более
усилило интерес девушки к молодому человеку. В этот критический момент
новый план зародился в ее уме. С быстротой, на которую способны люди,
наделенные изобретательностью и решительностью, она тотчас же приняла
план, надеясь раз и навсегда связать свою судьбу с судьбой Зверобоя. Од-
нако, чтобы не обрывать разговор слишком резко, Джудит ответила на пос-
леднее замечание молодого человека так серьезно и искренне, как будто ее
первоначальное намерение осталось неизменным.
— Я, конечно, не имею права хвастать моим родством после всего, что
мы узнали сегодня ночью, — сказала она печально. — Правда, у меня была
мать, но даже имя ее мне неизвестно, а что касается отца, то, пожалуй,
мне лучше никогда о нем не знать.
— Джудит, — сказал Зверобой, ласково беря ее за руку, с искренностью,
которая пролагала себе путь прямо к сердцу девушки, — лучше нам прекра-
тить сегодня этот разговор! Усните, и пусть вам приснится все то, что вы
сегодня видели и чувствовали. Завтра утром некоторые грустные вещи могут
вам показаться более веселыми. Прежде всего, ничего не делайте под влия-
нием сердечной горечи или с намерением отомстить самой себе за обиды,
причиненные вам другими людьми. Все, что сказано было сегодня ночью, ос-
танется тайной между мной и вами, и никто не выведает у меня этой тайны,
даже Змей. Если ваши родители были грешны, пусть их дочка останется без
греха. Вспомните, что вы молоды, а молодость всегда имеет право наде-
яться на лучшее будущее. Кроме того, вы гораздо умнее, чем большинство
девушек, а ум часто помогает нам бороться с разными трудностями. Нако-
нец, вы чрезвычайно красивы, а это, в конце концов, тоже немалое преиму-
щество… А теперь пора немного отдохнуть, потому что завтра кое-кому из
нас предстоит трудный день.
Говоря это, Зверобой поднялся, и Джудит вынуждена была последовать
его примеру. Они снова заперли сундук и расстались в полном молчании.

Джудит легла рядом с Хетти и делаваркой, а Зверобой разостлал одеяло на
полу.
Через пять минут молодой человек погрузился в глубокий сон. Джудит
долго не могла уснуть. Она сама не знала, горевать ей или радоваться не-
удаче своего замысла. С одной стороны, ее женская гордость ничуть не по-
страдала; с другой стороны, она потерпела неудачу или, во всяком случае,
должна была примириться с необходимостью отсрочки, а будущее казалось
таким темным. Кроме того, новый смелый план занимал ее мысли. Когда на-
конец дремота заставила ее смежить глаза, перед ней пронеслись картины
успеха и счастья, созданные воображением, которое вдохновлялось страст-
ным темпераментом и неистощимой изобретательностью.

Глава XXV

Но темная упала тень
На грезы утреннего сна,
Закрыла туча ясный день,
А жизнь — окончена она!
Нет больше песен и труда —
Источник высох навсегда.
Маргарет Дэвидсон

Уа-та-Уа и Хетти поднялись на рассвете, когда Джудит еще спала. Дела-
варке понадобилось не больше минуты, чтобы закончить свой туалет. Она
уложила простым узлом свои длинные черные, как уголь, волосы, туго под-
поясала ситцевое платье, облегавшее ее гибкий стан, надела на ноги укра-
шенные пестрыми узорами мокасины, Нарядившись таким образом, она предос-
тавила своей подруге заниматься хлопотами по хозяйству, а сама вышла на
платформу подышать свежим утренним воздухом. Там она нашла Чингачгука,
который рассматривал берега озера, горы и небо с внимательностью лесного
жителя и со степенной важностью индейца.
Встреча двух влюбленных была проста и исполнена нежности. Вождь был
очень ласков с невестой, хотя в нем не чувствовалось мальчишеской увле-
ченности или торопливости, тогда как в улыбке девушки, в ее потупленных
взглядах сказывалась застенчивость, свойственная ее полу. Никто из них
не произнес ни слова; они объяснялись только взглядами и при этом пони-
мали друг друга так хорошо, как будто использовали целый словарь.
Уа-та-Уа редко выглядела такой красивой, как в это утро. Она очень пос-
вежела, отдохнув и умывшись, чего часто бывают лишены в трудных условиях
жизни в лесу даже самые юные и красивые индейские женщины. Кроме того,
Джудит за короткое время не только успела научить девушку некоторым
ухищрениям женского туалета, но даже подарила ей кое-какие вещицы из
своего гардероба. Все это Чингачгук заметил с первого взгляда, и на миг
лицо его осветилось счастливой улыбкой. Но затем оно тотчас же стало
снова серьезным, тревожным и печальным. Стулья, на которых сидели участ-
ники вчерашнего совещания, все еще оставались на платформе; поставив два
из них у стены, вождь сел и жестом предложил подруге последовать его
примеру. В течение целой минуты он продолжал хранить задумчивое молчание
со спокойным достоинством человека, рожденного, чтобы заседать у костра
советов, тогда как Уа-та-Уа украдкой наблюдала за выражением его лица с
терпением и покорностью, свойственными женщине ее племени. Затем молодой
воин простер руку вперед, как бы указывая на величие озера, гор и неба в
этот волшебный час, когда окружающая панорама развертывалась перед ним
при свете раннего утра. Девушка следила за этим движением, улыбаясь каж-
дому новому пейзажу, встававшему перед ее глазами.
— У-у-ух! — воскликнул вождь, восхищаясь видом, непривычным даже для
него, ибо он тоже в первый раз в своей жизни был на озере. — Это страна
Маниту! Она слишком хороша для мингов, но псы этого племени целой стаей
воют теперь в лесу. Они уверены, что делавары крепко спят у себя за го-
рами.
— Все, кроме одного, Чингачгук. Один здесь, и он из рода Ункасов.
— Что один воин против целого племени! Тропа к нашим деревням очень
длинна и извилиста, и мы должны будем идти по ней под пасмурным небом. Я
боюсь и того, Жимолость Холмов, что нам одним придется идти по ней.
Уа-та-Уа поняла намек, и он заставил ее опечалиться, хотя ушам ее бы-
ло приятно слышать, что воин, которого она так любит, сравнивает ее с
самым благоуханным из всех диких цветов родного леса. Она хранила молча-
ние, хотя и не могла подавить радостную улыбку.
— Когда солнце будет там, — продолжал делавар, показывая на небо в
самом зените, — великий охотник нашего племени вернется к гуронам, и они
поступят с ним, как с медведем, с которого сдирают шкуру и жарят, даже
если желудок у воинов полный.
— Великий Дух может смягчить их сердца и не позволит им быть такими
кровожадными. Я жила среди гуронов и знаю их. У них есть сердце, и они
не забудут своих собственных детей; ведь их дети тоже могут попасть в
руки делаваров.
— Волк всегда воет; свинья всегда жрет. Они потеряли несколько вои-
нов, и даже их женщины требуют мести. У бледнолицего глаза, как у орла,
он проник взором в сердце мингов и не ждет пощады. Облако окутывает его
душу, хоть этого и не видно по его лицу.
Последовала долгая пауза; Уа-та-Уа тихонько взяла руку вождя, как бы
ища его поддержки, хотя не смела поднять глаз на его лицо. Оно стало не-
обычайно грозным под действием противоречивых страстей и суровой реши-
мости, которые теперь боролись в груди индейца.
— Что же сделает сын Ункаса? — застенчиво спросила наконец девушка. —
Он вождь и уже прославил свое имя в совете, хотя еще так молод. Что
подсказывает ему сердце? И повторяет ли голова те слова, которые говорит
сердце?
— Что скажет Уа-та-Уа в тот час, когда мой самый близкий друг подвер-
гается смертельной опасности? Самые маленькие птички поют всего слаще,
всегда бывает приятно послушать их песню. В моих сомнениях я хочу услы-
шать Лесного Королька. Его песнь проникает гораздо глубже, чем в ухо.
Девушка почувствовала глубокую признательность, услышав такую похвалу
из уст любимого. Другие делавары часто называли девушку Жимолостью Хол-
мов, однако никогда слова эти не звучали так сладостно, как теперь, ког-
да их произнес Чингачгук. И лишь он один назвал ее Лесным Корольком, и
лишь он пожелал узнать ее мнение, а это была величайшая честь. Она стис-
нула его руку обеими руками и ответила:
— Уа-та-Уа говорит, что ни она, ни Великий Змей никогда не смогут
смеяться или спать, не видя во сне гуронов, если Зверобой умрет под то-
магавками, а друзья ничего не сделают, чтобы спасти его. Она скорее одна
пустится в дальний путь и вернется обратно к родительскому очагу, чем

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *