ПРИКЛЮЧЕНИЯ

Пещеры красной реки

Комментировать

LIB.com.ua [электронная библиотека]: Сенак Клод: Пещеры красной реки

задней стенке этой подземной кладовой, под самым потолком, чернело
небольшое отверстие, достаточно широкое для того, чтобы в него мог
пролезть человек небольшого роста. Но добраться до отверстия можно было
только с помощью лестницы, и Нум при всем своем неуемном любопытстве не
отваживался обследовать эту подземную отдушину, из которой всегда тянуло
ледяной струей промозглого воздуха.
Когда Нум был совсем еще маленьким, отец его Куш, желая наказать
мальчика за какую-нибудь шалость, не раз грозил посадить сына в этот
каменный карцер и оставить там одного в обществе сотен летучих мышей,
висевших гирляндами под потолком. И если Нуму в те годы случалось
сопровождать мать в подземную кладовку, он, замирая от страха, жался к ее
ногам, бросая боязливые взгляды на черное отверстие под потолком,
выглядевшее еще более зловещим в колеблющемся свете смолистого факела,
который держала Мамма.
Сделавшись старше, Нум перестал бояться загадочного отверстия и, по
правде говоря, мало думал о нем.
Маленькая пещера, служившая жилищем Главному Колдуну племени Мадаев,
совсем не походила на обширное помещение вождя племени. Вход в нее был
расположен на такой головокружительной высоте, что обитатель пещеры мог не
опасаться нападения хищных зверей. Широкий выступ скалы не давал северному
ветру проникнуть в пещеру. Другой выступ скалы, нависавший над входом
подобно надбровной дуге, защищал жилище Абахо от низвергавшихся с неба
дождевых потоков и снегопадов. Вход в пещеру закрывал тяжелый занавес из
медвежьих шкур.
Нум всегда испытывал странное удовольствие, поднимаясь к жилищу
Главного Колдуна с очередной вязанкой хвороста. Он любил узкую тропинку,
прилепившуюся к каменной стене и становившуюся все уже по мере того, как
он взбирался по ней вверх. Нум продвигался осторожно, все время глядя под
ноги, чтобы не оступиться, и, только добравшись до небольшой гранитной
площадки перед входом, вскидывал голову и осматривался по сторонам. И
всякий раз величественная красота открывавшейся перед ним картины
захватывала мальчика, наполняя его душу восторгом.
Нум не говорил себе: — но он ощущал эту
красоту всем своим существом. Бесконечность расстилавшейся перед ним
панорамы, одновременно грандиозной и гармоничной, приводила его в
состояние, близкое к экстазу. Чистый горный воздух наполнял грудь
мальчика, аромат сухих трав, которые росли пучками в трещинах и
углублениях скал, долетал до него с порывами свежего ветра. Крикливые
вороны в блестящем черном оперении вихрем кружились вокруг, словно
одержимые. Нуму казалось, что он сам, того и гляди, превратится в птицу;
ему стоило большого труда удержаться и не прыгнуть, широко раскинув руки,
в сияющую пустоту, чтобы улететь вслед за птицами и ветром к синевшему
вдали горизонту.
В этот день, спустя неделю после возвращения Мадаев в родные места,
Нум, как обычно, поднялся с вязанкой хвороста вверх по крутой тропке и
опустил свою ношу на маленькую площадку перед входом. Он знал, что в этот
час в жилище Мудрого Старца никого нет. Цилла помогала Мамме и другим
женщинам вялить пойманную в реке рыбу, а дед ее еще на рассвете ушел в лес
собирать целебные травы.
Нум предложил было Абахо сопровождать его, но Мудрый Старец отказал
наотрез.
— Нет, нет сын мой! Я хочу, чтобы твоя нога зажила окончательно до
наступления зимы. И кроме того, ты понадобишься матери.
Нум опустил глаза, чтобы скрыть свое разочарование. Как только нога,
натруженная долгим переходом, перестала болеть, его снова стало мучить
вчерашнее любопытство. Когда же он наконец станет признанным учеником
Мудрого Старца? Когда тот разрешит ему проникнуть в таинственную Священную
пещеру? Почему Абахо ни разу не заговорил с Нумом о его будущем после
возвращения в родные места? Вдруг он раздумал, вдруг отказался от мысли
сделать Нума своим учеником и преемником? Или он ждет наступления первых
холодов, чтобы начать обучение? Нуму не терпелось получить ответ на все
эти вопросы.
А пока что ему приходилось помогать матери в повседневной работе, и
это, по его глубокому убеждению, было явно недостойно его будущего
высокого звания и необычайной судьбы.
До наступления зимы Мадаям нужно было закончить множество неотложных
дел.
Стоя на площадке перед входом в жилище Абахо, Нум смотрел, как его
соплеменники с озабоченным видом снуют по долине, словно муравьи вокруг
муравейника. До его слуха доносились гулкие удары палиц — это забивали в
частоколы новые бревна и колья. Несколько подростков, сверстников Нума,
ныряли с берега в реку, плыли, широко взмахивая руками, и вдруг
молниеносно исчезали под мутными красноватыми струями, чтобы появиться
через минуту у берега с крепко зажатой в руке рыбой. Женщины, сидя у входа
в пещеры, шили зимнюю меховую одежду. Они прокалывали края шкур острым
костяным шилом и протаскивали затем в отверстие нитку из сухожилий или
конского волоса. Трое стариков возвращались из ближнего леса, неся на
головах корзины полные грибов и каштанов. Чуть подальше двое мальчуганов,
повиснув на выступе скалы, выкуривали из расщелины диких пчел, чтобы
завладеть их сотами. Девочки поддерживали огонь небольших костров, бросая
в него зеленые ветки. От костров поднимался густой дым, в котором
коптились подвешенные связки рыб, нанизанных на тонкие крепкие прутья.
Нум сразу приметил среди девочек Циллу, грациозно склонившуюся над
огнем. Длинные черные волосы Цилла заплела сегодня в две толстые косы. Они
подпрыгивали у нее на спине при каждом шаге. Девочка подняла голову и
увидела Нума, стоящего на площадке у входа в ее жилище. Она помахала ему
тоненькой рукой и что-то крикнула, но слова отнесло ветром, и Нум ничего
не расслышал. Он широко улыбнулся и ответил девочке тем же жестом.
Нум больше не сердился на Циллу за то, что та танцевала на празднике
с сыном вождя Малахов. Цилла уверила друга, что находит сына Тани весьма
недалеким: он только и делал, что хвастался во время танца своими
охотничьими подвигами и изрядно надоел ей за вечер.
Слушая Циллу, Нум испытывал тайную, ни с чем не сравнимую радость.
.
Но главная часть Знания будет, конечно, преподана Нуму в Священной
Пещере. А Цилла по-прежнему утверждала, что не знает где находится вход в

нее.
Некоторое время Нум размышлял об этой новой, заманчивой жизни,
которая скоро начнется для него. Взгляд его бесцельно блуждал по
раскинувшемуся у его ног необозримому пространству. Солнце садилось.
Первые вечерние тени уже заволакивали дальние долины голубой дымкой. На
востоке, над цепью вулканов, виднелся столб густого черного дыма, медленно
поднимавшийся к розовому небу. Нум, погруженный в свои думы, не обратил на
него внимания.
.
Нум осторожно повернулся на узком карнизе, следя за тем, чтобы нога
его не соскользнула с края в пропасть, и посмотрел на медвежью шкуру,
закрывавшую вход в жилище Абахо.
— внезапно подумал он. — И Цилла
всегда будет возле меня!>
Нуму часто случалось заходить в пещеру Мудрого Старца, обычно для
того, чтобы передать ему какое-нибудь кушанье, приготовленное Маммой для
старика и его внучки. Но сейчас мальчик с изумлением вспомнил, что ни разу
не осматривал жилища Главного Колдуна во время своих посещений. Он
предпочитал играть с маленькой Циллой, вырезая для нее из дерева фигурки
людей и животных.
Бросив через плечо взгляд в долину, Нум заметил, что на берегах
осталось совсем немного народу. Рыбная ловля заканчивалась; женщины
складывали свою работу: становилось слишком темно, чтобы шить. Циллы нигде
не было видно.
.
Нум еще раз внимательно оглядел медвежью шкуру, словно никогда не
видел ее раньше, и решил, что имеет право зайти ненадолго в эту пещеру,
которая когда-нибудь все равно будет принадлежать ему. Повернувшись спиной
к багровому закатному небу с фиолетовыми облаками, отороченными золотой
каймой, и к далекой цепи вулканов, увенчанной зловещим султаном черного
дыма, он решительным движением откинул медвежью шкуру и вошел в жилище
Главного Колдуна.
Пещера была погружена во мрак, но в очаге тлело еще несколько
головешек. Нум разгреб золу и подбросил в угасающий костер охапку сухих
веток; они сразу вспыхнули ярким пламенем. Затем, стоя посреди пещеры,
мальчик окинул ее пытливым взглядом.
Справа от входа, у стены, были сложены примитивные орудия труда и
обычная хозяйственная утварь. Слева возвышались груды мехов, служивших
одеждой и постелью. На воткнутых в расщелины каменных стен палочках висели
пучки сухих трав и кожаные бурдюки с какими-то неизвестными жидкостями. В
естественных нишах, расширенных и углубленных человеческой рукой,
виднелись кучки белых камешков, похожих на морские раковины и разноцветные
кремни — от совсем темных до светлых и почти прозрачных. Скелеты каких-то
небольших зверьков свисали с потолка на тонких кожаных ремнях.
Вокруг очага лежало несколько грубо обтесанных каменных глыб,
служивших сиденьями. На широкой и плоской гранитной плите, опиравшейся на
четыре других каменных обломка, были разложены вяленые форели, две
куропатки и соты с медом диких пчел — приношения Мадаев Мудрому Старцу.
Сухие ветки прогорели, и огонь костра снова стал слабеть. Нум бросил
в очаг еще охапку хвороста. Пламя взметнулось ввысь, озарив ярким светом
внутренность пещеры. Причудливые тени заплясали на неровных каменных
стенах, в орбитах звериных черепов вспыхнули искры, придавая им видимость
жизни.
Нум с боязливым любопытством наблюдал за ними некоторое время, после
чего решил, что ему пора уходить. Он окинул прощальным взглядом пещеру и
вдруг заметил в дальнем ее углу зияющее темное отверстие. Сперва мальчику
показалось, что он ошибся, потому что никогда не замечал этого отверстия
раньше. Но до сегодняшнего вечера он всегда приходил в пещеру только днем,
и хотя медвежья шкура бывала в это время откинута, яркий солнечный свет не
проникал в пещеру на такую глубину.

Вдруг сердце мальчика дрогнуло и забилось неровными толчками. Дерзкая
догадка мелькнула в его мозгу.

Нум вернулся к очагу, разжег поярче огонь и подошел вплотную к
темному углу. В глубине его, на уровне пола, открывался узкий проход, из
которого тянуло сырым сквознячком. Нум просунул в отверстие кулак, потом
всю руку до плеча. Пальцы его не встретили препятствия: у ниши не было
дна.
И тут Нумом внезапно овладело то неистовое, безрассудное любопытство,
которое повлекло его этим летом по следам Абахо в дебри Большого болота.
Ему почудилось, что слабый ветерок, дувший ему прямо в лицо из черной
щели, зовет его в таинственные недра земли и шепчет на ухо:
— Иди! Ну, иди же, Нум! И не бойся: никто ничего не узнает!
Рассудок мальчика всеми силами сопротивлялся этому соблазнительному
зову. Он напоминал Нуму, что тот уже ослушался однажды Главного Колдуна и
с трудом получил прощение. Второй раз этого не случится. К тому же время
позднее, и Мамма, конечно, уже беспокоится, куда он девался. А главное —
Нум отчетливо понимал, как опасно углубляться одному в такой лабиринт, где
можно легко заблудиться и не найти дороги обратно.
Но тот же внутренний голос услужливо подсказывал мальчику возражения
на все эти доводы разума: Абахо ничего не узнает! Вернувшись из похода за
травами, Мудрый Старец не сразу поднимется к себе в пещеру, коль скоро
собирается ужинать с семьей вождя. Нум же пробудет в подземелье недолго и
не заблудится, если будет внимателен и осторожен.
Схватив факел из смолистого дерева, воткнутый в расщелину стены, Нум
зажег его и с замирающим сердцем приблизился к нише. Подземный лаз был
достаточно широк для того, чтобы в него мог свободно пройти человек.
Сжимая в руке пылающий факел, Нум решительно шагнул в темноту, не думая
больше ни о чем.
Перед ним открылся длинный и узкий коридор, полого спускавшийся вниз.
С потолка свисали гроздьями желто-розовые сталактиты. Свет факела
отражался в бесчисленных капельках воды, сверкавших алмазными искрами на
каждом их кончике. Зрелище было сказочно-прекрасном, но Нум уже видел
такое не раз, исследуя другие подземные пещеры вместе со старшими
братьями. Он быстро шел, почти бежал под уклон по влажному полу коридора.
Капли расплавленной смолы шипя стекали с дымного факела, обжигая
пальцы мальчика; он то и дело ударялся локтями об острые выступы каменных
стен. Чудовищная тяжесть нависших над ним пластов земли, казалось, давила

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *