 |
 |
Чуждый зной
Автор "Майкл Муркок"
Размер 837111 Байт
Страница 50 из 70
|
 |
- Должна сказать, я никогда не знала его таким спокойным. Жалко, что его
не привезли сюда прежде.
- Я умываю свои (скр-р-р) ноги от вас всех! - сказал Юшарисп. Он казался
мрачным, когда отошел, чтобы прислониться к боку своего корабля. - Большая
часть уже сбежала!
- Нам можно опустить руки! - спросил Герцог Королев. - Делайте, что
(скр-р-р) хотите...
- Интересно мои люди поймали Латов? - сказал инспектор Спрингер, - Не то,
что это много значило теперь, просто я не люблю оставлять незаконченные
дела. Понимаете, что я имею в виду, Герцог? - он взглянул на часы.
- О, конечно понимаю, инспектор Спрингер. У меня был план вечеринки,
которая затмит все остальные, и я готов был приступить к выполнению этого
проекта - репродукция в натуральную величину древней планеты Марс со всеми
ее главными городами и набором различных культур из истории. Но при таком
положении вещей...
Он посмотрел на черную бесконечность за чертой города, перевел взгляд на
руины внутри.
- Я полагаю, больше нет материалов. - Или средств, - напомнил ему
Монгров. - Вы уверены Герцог, что не хотите принять участие в этом плане
спасения.
Герцог сел на полурасплавленный металлический куб.
- Он не очень привлекательный, дорогой Монгров. И нельзя не почувствовать
что вмешательство...
Куб, на котором он сидел начал ворчать. Герцог с извинениями встал.
- Это Судьба вмешивается в вашу бесполезную идиллию! - сказал Юшарисп с
некоторым раздражением. - А не люди с Пупли. Мы действовали (скр-р-р) из
благородных побуждений.
Снова потеряв интерес к беседе, Джерек потянул Амелию прочь. Она на
момент сопротивлялась его руке, затем пошла с ним.
- Путешественники во времени и в космосе не знают еще о присутствии друг
друга, - сказала она. - Не сказать ли им? Ведь только несколько ярдов
разделяет их!
- Оставим их всех, Амелия. Нам нужно уединение.
Выражение ее лица смягчилось. Она пододвинулась к нему ближе.
- Конечно, дорогой Джерек.
Он расцвел от удовольствия.
- Будет жаль, - сказала немного позже меланхолическим тоном, - умереть,
когда мы признались друг другу в чувстве.
- Умереть, Амелия?
Что-то вроде мертвого дерева, но сделанного из мягкого камня, начало
мерцать. На стволе появился экран. На нем изображение мужчины заговорило, но
звука не было. Они понаблюдали немного перед тем, как продолжить.
- Умереть? - сказал он.
- Ну, мы должны принять неизбежное, Джерек.
- Быть названным по имени! Ты не знаешь, Амелия, каким счастливым делаешь
меня!
- Кажется нет больше смысла отказывать себе в выражении моих чувств, так
как у нас осталось мало времени.
- У нас есть вечность!
- В каком-то смысле возможно. Но всем ясно, что город должен скоро
погибнуть.
Будто опровергая ее слова, под ногами началось устойчивое пульсирование.
Оно обладало силой и означало присутствие большого количества энергии, в то
же время свечение от окружающих руин приобрело вокруг более здоровый оттенок
- ярко-голубого цвета.
- Вот! Город восстанавливается! - воскликнул Джерек.
- Нет, просто видимость выздоровления, которая всегда предшествует
смерти.
- Что это за золотистый цвет там? - он показал на линию от все еще
вращающихся цилиндров. - Он похож на солнечный свет, Амелия!
Они побежали к источнику света. Скоро они могли ясно видеть что лежит
впереди.
- Последняя иллюзия города, - сказал Джерек. Они оба с благоговением
смотрели на простое, не слишком соответствующее окружению зрелище. Это была
маленькая травянистая поляна, полная цветов, покрывающих пространство только
в тридцать футов, хотя, совершенных до мельчайших подробностей, с бабочками,
пчелами и птицами, сидевшими на невысоком вязе. Они слышали как они поют,
чувствовали запах травы.
Держась за руки они шагнули в иллюзию.
- Будто память города воспроизвела последний образ земли в ее прелести, -
сказала Амелия. - Что-то вроде памятника.
Они присели на холмик. Руины и призрачный свет видны были все еще ясно,
но их можно было игнорировать.
Миссис Ундервуд показала поддерево.
Где на траве была разложена ткань в красно-белую клетку, на которой
стояли тарелки, кувшины, фрукты, пирог. - Не проверить ли нам, съедобен ли
пикник?
- Сейчас, - он наклонился и понюхал воздух. Может быть, запах гиацинтов,
который он почувствовал раньше, пришел отсюда.
- Это не продлится долго, напомнила ему она. - Мы должны воспользоваться
им, пока сможем. - Она легла так что ее голова оказалась на его коленях. Он
погладил ее голову и щеку. Она дышала глубоко и ровно с закрытыми глазами,
слушая насекомых, наслаждаясь теплом невидимого несуществующего солнца на
коже. - О, Джерек...
- Амелия, - он наклонил голову и нежно поцеловал ее в губы во второй раз
с тех пор, как они пришли в город, и она без колебаний ответила. Его
прикосновение к ее голому плечу, ее талии, только заставляли ее прижиматься
ближе к нему и целовать его более крепко.
Я как юная девушка, - сказала она, спустя некоторое время. Все так как
должно быть.
Он не понял ее слов, но не спросил ее. Джерек просто сказал:
- Теперь, когда ты зовешь меня по имени, Амелия, означает ли это, что мы
женаты, что мы можем...
Она печально покачала головой.
- Мы никогда не сможем, никогда не будем мужем и женой...
- Нет?
Нет, дорогой Джерек. Слишком поздно для этого.
- Я вижу, - он печально потянул за травинку.
- Ты знаешь, развода не было. И нас не связывает никакая церемония.
О, я многое могла бы объяснить, но не будем терять минуты, которые у нас
есть.
- Эти... эти условности. Они достаточно важны, чтобы запретить нам
выражение нашей любви?
- О, пойми меня правильно, дорогой, я знаю теперь, что эти условности не
универсальны, что они не существуют здесь - но не забывай, что я подчинялась
им годы. Я не могу в своей душе восстать против них в такое короткое время.
Я и так ношу вину, которая угрожает заполнить меня.
- Вина? Снова?
Да, дорогой. Если я пойду против моего воспитания, я подозреваю, что
сломаюсь полностью. Я не буду Амелией Ундервуд, которую ты знаешь.
- Хотя, если бы было больше времени...
- О, я знаю. В конце концов, я смогла бы преодолеть чувство вины... В
этом ужасная ирония всего происходя его!
- Это ирония, - согласился он.
Джерек встал, помогая ей подняться на ноги.
- Давай посмотрим что нам предлагает пикник.
Песня птицы продолжала звать с дерева, когда они подошли к клетчатой
скатерти, но вместе с песней послышался другой звук, пронзительные свистки,
знакомые им обоим. Затем вырвавшись из мрака города на солнечный свет
иллюзии появились капитан Мабберс, Рокфрут и остальные Латы. Они тяжело
дышали и вспотели, похожие теперь на ярко-красные ожившие свеклы. Их зрачки
дико вертелись в глазах, когда они увидели Джерека и Амелию и сконфуженно
остановились.
- Мибикс? - сказал Рокфрут, узнавая Джерека. - Дрексим флуг руди?
- Вас все еще, как я вижу, преследует полиция? - Амелия была более чем
холодна с незванными гостями. - Здесь негде с прятаться.
- Хрунг круфруди, - капитан Мабберс оглянулся назад, откуда послышалось
громыхание сапог, и дюжина одинаково одетых полицейских, явно так же
усталых, как и Латы, ворвались в натуральную иллюзию. Они помедлили мигая
глазами и начали приближаться к своей добыче. Капитан Мабберс выкрикнул
отчаянно:
- Феркит! - и повернулся к ним лицом готовый драться против превосходящих
сил.
- О, в самом деле, - воскликнула Амелия Ундервуд. - Офицер, так не
годится! - она обращалась к ближайшему полицейскому.
Полисмен ответил внушительно:
- Вы все находитесь под арестом. Вы спокойно должны подчиниться.
- Вы намерены арестовать и нас? - возмутилась миссис Ундервуд.
- Строго говоря, мадам, вы находитесь под арестом с самого начала.
Так вот, ребята...
Но он заколебался, когда раздались два хлопающих звука, и на пригорке
материализовался Лорд Джеггет Канарии и Железная Орхидея.
Лорд Джеггет был великолепен в своей любимой светло-желтой накидке с
высоким воротником, обрамляющим черты лица патриция. Он оказался в хорошем
настроении. Железная Орхидея в пышном белом платье необычного покроя была
так же счастлива, как и ее сопровождающий.
- Наконец-то! - сказал Лорд Джеггет с явным облегчением. - Это была,
должно быть, пятидесятая попытка.
- Сорок девятая, неутомимый Джеггет, - ответила Орхидея. - Я хотела
счастья на пятидесятой.
Джерек подбежал к своему другу и матери.
- О, Джеггет! Таинственный, величественный, дорогой Джеггет! Мы так
беспокоились о вас! И Железная Орхидея, ты восхитительна. Где же вы были?
Джеггет и Железная Орхидея расцеловались с Джереком. Стоя в стороне от них,
миссис Ундервуд позволила себе фыркнуть, но подошла с неохотой, когда
сияющая Орхидея позвала ее.
- Мои дорогие, вы будете обрадованы нашими новостями! Но вы выглядите
такими несчастными. Что происходит с вами?
- Ну, - ответила миссис Ундервуд с некоторым удовольствием, - мы в данное
время находимся под арестом, хотя неизвестно почему.
- Вы, кажется оба имеете склонность не ладить с Законом, - сказал Джеггет
оглядываясь спокойно на компанию. - Все в порядке констебль. Я думаю, вы
знаете, кто я.
Предводительствующий полицейский отдал салют, но не отступил.
- Да, сэр, - сказал он неопределенно. - Хотя у нас есть приказ прямо от
Канцлера...
- Канцлер, констебль, слушает мои советы, как, несомненно, вы знаете...
- Я слышал что-то вроде этого, - он потрогал свой подбородок. - Как
насчет этих литовцев?
Лорд Джеггет пожал плечами.
- Я не думаю, что они все еще представляют угрозу Короне.
Джерек Корнелиан был в восторге от представления Джеггета.
- Великолепно, дорогой Джеггет! Великолепно!
- И еще, сэр, есть еще вопрос по поводу пребывания в Конце Мира, -
продолжал полицейский.
- Не тревожьтесь об этом мой дорогой. Я займусь этим вопросом при первом
удобном случае.
- Очень хорошо, сэр, - двигаясь как во сне, полицейский сделал знак своим
коллегам. - Тогда мы лучше вернемся назад. Должны ли мы сказать инспектору
Спрингеру, что теперь здесь распоряжаетесь вы?
- Можете сказать, констебль.
Полицейские вышли из иллюзии и исчезли в темноте города. Капитан Мабберс
вопросительно посмотрел на Лорда Джеггета, но получил безразличный взгляд.
Рокфрут нашел пищу и набивал рот пирогом.
- Грудникс! - сказал он. Импик дерпук ввили!
Оставшиеся Латы расселись вокруг скатерти и вскоре с аппетитом пировали.
- Итак, самая чудесная из матерей, ты знала все это время, как найти
Лорда Джеггета! - Джерек снова обнял мать. - Ты играла в ту же игру, да?
- Совсем нет! - обиделась она. - Мы встретились случайно. Мне так
наскучил наш мир, что я стала искать более приемлемый и, должна признаться,
более интересный, но эффект Морфейла препятствовал мне. Меня бросало из
одной эры в другую, прежде чем я осознавала это. Браннарт предупреждал меня,
но твой опыт заставил меня не доверять ему, - она осмотрела сына сверху
вниз, и ее взгляд на Амелию Ундервуд не был таким критическим, как раньше. -
Вы оба бледны. Вам нужно восстановить свои силы.
- Теперь мы чувствуем себя прекрасно, сияющая Орхидея! Мы так боялись за
тебя. О, с тех пор, как ты исчезла, мир стал темнее...
- Нам сказали, что Смерть пришла во вселенную... - вставила Амелия.
Лорд Джеггет Канарии улыбнулся широкой мягкой улыбкой.
- Что ж, мы вернулись в подходящий момент. - Это зависит от того, что вы
|
