 |
 |
Чуждый зной
Автор "Майкл Муркок"
Размер 837111 Байт
Страница 45 из 70
|
 |
- Моя машина! - вскричал путешественник во времени, выбежав наружу.
- В укрытие всем! - раздался голос инспектора Спрингера. Все его люди
легли на пол.
Епископ Касл уже сидел в своем аэробусе, окруженный облаком пыли.
- Ты идешь, Джерек?
- Думаю, нет. Надеюсь, вы повеселитесь, Епископ Касл!
- Обязательно, обязательно, - аэрокар стал подниматься в небо.
Только мистер и миссис Ундервуд и Джерек Корнелиан остались стоять среди
руин дворца.
- Пойдемте, - сказал Джерек им обоим. - Думаю, я знаю, где мы найдем
безопасность, - он повернул кольцо власти, материализовался его старый
аэрокар в виде локомотива, пыхтящего белым дымом из трубы. - Простите за
отсутствие изобретательности, - сказал Джерек им, - но так как мы спешим...
- Вы спасете и Гарольда тоже? - спросила она, когда Джерек подсаживал ее
мужа на борт.
- Почему нет? Вы сказали, что тревожитесь за него, - он весело улыбнулся,
в то время как над головами проревел обжигающий малиновый сгусток чистой
энергии. - Кроме того, я хочу услышать подробности этого развода, который он
планирует. Разве это не та церемония, которая должна произойти прежде, чем
мы сможем пожениться?
Она не ответила на это, но встала рядом с ним на подножке.
- Куда мы направляемся, мистер Корнелиан?
Локомотив запыхтел, направляясь вверх.
- Я полон дыма, - запел он. - Я покрыт копотью и чихаю углем!
Мистер Ундервуд схватился за перила и уставился вниз, на руины,
оставшиеся на месте дворца. Его колени затряслись.
- Это старая железнодорожная песня из вашего времени, - объяснил Джерек.
- Вы не хотели бы быть кочегаром?
Он предложил мистеру Ундервуду платиновую лопату. Мистер Ундервуд без
слов принял лопату и механически начал подкидывать уголь в топку.
- Мистер Корнелиан! Куда мы направляемся?
- В безопасное место, дорогая Амелия, уверяю вас.
Глава 15
ДЖЕРЕК КОРНЕЛИАН И МИССИС УНДЕРВУД НАХОДЯТ УБЕЖИЩЕ, А МИСТЕР УНДЕРВУД - НОВОГО ДРУГА
- Вам нравится, дорогая Амелия, этот город?
- Я нахожу это место невероятным. Я не осознавала, слыша только разговоры
о таких поселениях, насколько обширными и какими непохожими на наши города
они являются.
Мистер Ундервуд стоял невдалеке, на другой стороне небольшой площади.
Зеленые шары из нерезкого света размером примерно с теннисный мяч бегали
вверх и вниз по его вытянутым рукам, он наблюдал за ними с детским
восхищением. Воздух над ним был черным, пурпурным, темно-зеленым, с
малиновыми прожилками, в котором составные части расширялись и сужались в
симуляции дыхания, выпуская испарения, бронзового цвета искры сыпались
дождем поблизости, энергия дугой перебегала от одной башни к другой, сталь
пела. Город бормотал что-то приглушенно, почти сонно. Даже узкие ручейки
ртути, пересекающие землю у их ног, казались бегущими медленно.
- Город защищает себя, - объяснил Джерек, - я видел это прежде. Никакое
оружие не может действовать внутри них, никакое оружие не может нанести им
вред извне, потому что в их распоряжении всегда больше энергии, чем может
обрушить на них любое оружие. Это часть их первоначального назначения.
- Он больше напоминает завод, чем город, - пробормотала она.
- Его природа, на самом деле, ближе к музею. На планете несколько таких
городов, они содержат все, что осталось от наших знаний.
- Эти испарения - они не ядовиты?
- Для человека - нет.
Она приняла его утверждение, но осталась осторожной, когда он повел их с
площадки через аркаду бледно-желтых и розовато-голубых папоротников, немного
напоминающие те, что они видели в Палеозое. Странный сероватый свет падал
через папоротники и искажал их тени. Мистер Ундервуд шел на некотором
расстоянии сзади них, тихо напевая.
- Мы должны обсудить, - прошептала она, - как спасти Гарольда.
- Спасти от чего?
- От его безумия.
- В городе он кажется счастливее.
- Без сомнения, он верит, что находится в аду, как когда-то думала я.
Инспектор Спрингер не должен был приводить его.
- Я не вполне уверен, что инспектор сам в здравом уме.
- Согласна, мистер Корнелиан. Все это попахивает политической паникой.
Известно о значительном интересе к спиритизму и масонству среди определенных
членов кабинета в настоящий момент. Идут разговоры, что даже принц
Уэльский...
Она продолжала в том же духе, полностью озадачив его. Ее информация, как
он понял, была извлечена из листа бумаги, который миссис Ундервуд как-то раз
приобрела.
Аркада уступила место оврагу между двумя высокими одинаковыми зданиями,
стены которых были покрыты химическими пятнами и полубиологическими
наростами, некоторые из которых пульсировали. Впереди них было что-то
шарообразное и сверкающее, которое укатилось, когда они приблизились. В
конце оврага открылась панорама, загроможденная полусгнившими металлическими
реликвиями и где, в отдалении, сердитые языки пламени лизали невидимую
стену.
- Вот! - сказал он. - Это, должно быть, действие оружия латов. Город
защищает себя. Видите, я говорил, что мы будем в безопасности, дорогая
Амелия?
Она оглянулась через плечо, туда, где сидел ее муж, на конструкции,
кажущейся состоящей частично из камня, частично из какого-то вида
отвердевшей резины.
- Хотелось чтобы вы попытались быть более тактичным, мистер Корнелиан.
Помните, что мой муж может услышать. Пожалейте его чувства, если вы не
жалеете свои и мои!
- Но он оставил вас мне. Он сказал это. По вашим обычаям этого
достаточно, не так ли?
- Он разводится со мной, вот и все. У меня есть право выбирать или
отвергнуть любого мужа, какого я захочу.
Конечно, но вы выбрали меня. Я знаю.
- Я не говорила вам этого.
- Вы говорили, Амелия. Вы забыли. Вы упоминали более чем один раз, что
любите меня.
- Это не должно означать, что я непременно выйду за вас замуж, мистер
Корнелиан. Еще есть шанс, что я смогу вернуться в Бромли, или, по крайней
мере, в мое собственное время.
- Где вы будете отверженной. Вы говорили так.
- В Бромли, но не всюду, - она нахмурилась. - Могу представить скандал.
Газеты опубликуют что-нибудь, будьте уверены.
- Мне кажется Вам понравилась жизнь в Конце Времени.
- Возможно. Я осталась бы здесь мистер Корнелиан, если бы меня очень
настойчиво не преследовали призраки прошлого. - Еще один взгляд через плечо.
- Как можно тут расслабиться?
- Это случайность. Впервые, чтобы что-то подобное произошло здесь.
- Кроме того я напомню вам, что согласно Епископу Каслу (не говоря уже об
увиденном собственными глазами) ваш мир уничтожается прямо сейчас. - Только
на момент, все скоро будет восстановлено.
- Лорд Монгров и Юшарисп уверяли нас в обратном.
- Трудно принимать их всерьез.
- Вам, возможно. Но не мне, мистер Корнелиан. То, что они говорят, имеет
значительный смысл.
- Следовательно, возможностей для спасения должно быть немного в тех
обстоятельствах, которые вы описали, - сказал еще один голос, низкий,
мелодичный, чуть сонный.
- Никаких, - объявил мистер Ундервуд. - По крайней мере, что я знаю!
- Это интересно. Я, кажется вспоминаю, кое-что из теории, но большая
часть информации, которая мне требуется, хранится где-то в другом месте, в
другом городе, чьи координаты я не могу вспомнить. Тем не менее, я склонен
верить, что вы - или проявление заблуждения этого города, или заблуждаетесь
сами, жертва слишком сильного увлечения древней мифологией. Я могу
ошибаться. Были времена, когда я был непогрешим. Я был уверен, что ваши
описания этого города совпадают с фактами, которые находятся в моем
распоряжении. Вы можете спорить, я знаю, что я сам заблуждаюсь, хотя мои
ощущения совпадают с моими инстинктами, тогда как вы, сами, делаете скоро
интеллектуальные, чем инстинктивные заключения; это, по крайней мере, я
понял из нелогичности, которые вы допустили в своем анализе. Вы
противоречили себе, по меньшей мере, три раза с тех пор, как сели на мою
оболочку.
- Говорил сплав камня и резины - один из видов банков памяти, -
пробормотал Джерек. - Существует столько видов, не всегда сразу узнаваемых.
- Я думаю, - продолжал банк, - что мы все еще сконфужены и не привели
свои мысли в порядок, достаточный, чтобы отвечать мне. уверяю вас что я буду
функционировать намного удовлетворительнее, если вы лучше сформулируете свои
замечания.
Мистер Ундервуд, казалось, не обиделся на критику.
- Я думаю, вы правы, - сказал он.
- Я сконфужен. Ладно, я сошел с ума, если сказать прямо.
- Безумие может быть только отражением обычного эмоционального смятения.
Страх сумасшествия может вызвать, я считаю, уход в то самое безумие,
которого боятся. Это только поверхностный парадокс. Безумие, можно сказать,
является тенденцией упрощения, к легко понятным метафорам, природы мира. В
вашем случае вы явно окружены неожиданной сложностью следовательно, вы
склонны к упрощению - этот разговор о проклятье и Аде, например, - чтобы
создать мир, ценности которого недвусмысленны, непротиворечивы. Жалко что
так мало моих предков выжило, так как они, по самой своей природе, лучше бы
отвечали вашим взглядам. С другой стороны, может быть так что вы недовольны
своим безумием, что вы скорее бы встретились бы со сложностями, разобрались
бы в них. Если так, уверен, что я мог бы помочь каким-нибудь способом.
- Вы очень добры, - сказал Мистер Ундервуд. - Чепуха. Рад быть полезным.
Мне нечего было делать большую часть миллиона лет. Мне грозила опасность
"заржаветь". К счастью не имея механических частей я могу оставаться спящим
долгое время без каких-либо отрицательных эффектов. Хотя, как часть очень
сложной системы, имеется много информации, которую я не могу больше
полагать.
- Значит, вы думаете, что это - не посмертная жизнь, что я здесь не в
наказании за мои грехи, что я буду находиться здесь вечно, что я, выходит,
не мертв?
- Вы определенно не мертвы, так как все еще можете беседовать,
чувствовать, думать и испытывать физические нужды и дискомфорт...
Банк имел склонность к абстрактным рассуждениям, которые, казалось,
подходили мистеру Ундервуду, хотя Джереку и Амелии быстро наскучило слушать
их.
- Он напоминает мне учителя, который был у меня когда-то, - прошептала
она и ухмыльнулась. - Но это именно то, что Гарольду сейчас нужно.
Всплески света не простирались больше на горизонте, и сцена потемнела. На
мрачном небе не было солнца, только пыль и облака, причудливо окрашенных
газов. Позади них город, казалось, шевелился, содрогаясь от возраста и
напряжения и постанывал почти жалобно.
- Что случится с вами, если ваши города рухнут? - спросила она Джерека.
- Это невозможно. Они самовосстанавливающиеся.
- Непохоже на это, - пока она говорила две металлические конструкции
упали в пыль и сами рассыпались.
- Это правда, - сказал он ей. - Частично. Они в таком виде находятся
тысячелетия, как-то выживая. Мы видим только поверхность. Сущность городов
не так очевидна и жива вечно.
Она восприняла это с пожатием плеч.
- Как долго мы должны оставаться здесь?
- Мы ищем убежища от Латов, не так ли? Мы останемся здесь пока Латы не
покинут планету.
- Вы не знаете, когда это произойдет?
- Это будет скоро, я уверен. Или им наскучит эта игра, или нам. Тогда
игре придет конец.
- И сколько умрет человек?
- Ни одного, надеюсь.
- Вы можете воскресить любого?
- Конечно.
- Даже граждан из ваших зверинцев?
- Не всех. Это зависит от того, какое впечатление они оставили в нашей
памяти. Кольца памяти работают на основе нашей памяти при воссоздании.
Она не стала расспрашивать дальше.
- Мы, кажется, тоже находимся в изоляции здесь, в Конце Времени, как это
с нами было в Начале, - сказала она мрачно, - как мало у нас моментов
|
