ФАНТАСТИКА

Смерть или слава

Комментировать

LIB.com.ua [электронная библиотека]: Владимир Васильев: Смерть или слава

забрезжил где-то впереди лучик надежды.
К сожалению, этот корабль никто первоначально не связал с вашей расой,
да и мудрено было это сделать. Я прошу прощения за резкость, но нас
несколько оскорбило, что спасение явилось не к высшей расе, а к вам, как мы
думали тогда — новоразумным. И мы всеми силами постарались исправить
положение.
Истина открылась нам несколько позже, когда стало понятно, что
человечество — латентная раса. Вы скрывали в себе потенциал, который
однозначно приравнивал вас к высшим расам. Но ошибку исправлять было уже
поздно, тем более, что враг тоже заинтересовался вашим кораблем. Лишь мощь
человеческого оружия не допустила краха союза перед натиском нетленных уже
сейчас.
Вместе с тем, не ускользнуло от нашего внимания и то, что
головокружительный взлет на вершину галактической пирамиды затронул только
тех людей, которые соприкоснулись с этим кораблем. Остальные человеческие
колонии и материнская планета не претерпели сколько-нибудь заметных
изменений за последнее время.
Напрашивается вывод, что человечество является полноценным партнером
лишь в совокупности с высокотехнологичной техникой. Но у нас хватило данных
чтобы понять и то, что та же техника в чистом виде абсолютно ничего не даст
остальным расам. Это сугубо ваш корабль. Человеческий. Союз посчитал своим
долгом договориться с вами на правах соседей, которым дорог наш общий дом, и
поручил мне, адмиралиссимусу флотов Цо и полномочному представителю союза,
заявить вам, людям, следующее.
Союз выражает готовность к сотрудничеству и союзничеству с человеческой
расой по большинству направлений деятельности в галактике и за ее пределами.
Союз выражает надежду на поддержку людей в деле защиты нашего общего
исконного дома от вторгшихся из Ядра захватчиков.
Союз приносит все возможные извинения за неадекватные действия в
отношении представителей человеческой расы и заверяет, что отныне ничего
подобного не повторится до тех пор, пока кодекс высших рас останется
взаимособлюден.
Союз не предгявляет человечеству никаких претензий за действия,
повлекшие ущерб силам союза.
Союз надеется, что человечество с пониманием отнесется к грозящей всем
нам опасности и пойдет навстречу предложениям союза.
Союз понимает, что расслоение человечества не укрепит, а наоборот
ослабит шансы на общую победу в войне с нетленными, и поэтому готово оказать
посильную технологическую и ресурсную помощь той части вашей расы, которая
продолжает пребывать в латентно-разумном состоянии.
Предваряя возможные сомнения и вопросы союз заявляет, что готов
обсудить взаимовыгодные условия, при которых союз пяти рас превратится в
союз шести рас.
В заключение, уважаемый капитан, я хочу выразить надежду, что
размышления ваши будут не слишком долгими, потому что время работает против
всех нас. Вы, скорее всего, прекрасно знаете, что крупное соединение
нетленных готовится проколоть барьер неподалеку отсюда.
Да окрепнет союз.
С этими словами Фангриламай совершил приседание вежливости, и опустился
на циновку, переводя дыхание. Тут же он перехватил взгляд премьер-адмирала
Свайге Ххариз Ба-Садж. По тому, как мелко дрожал кончик великолепного гребня
Ххариз, Фангриламай понял, что его речь произвела впечатление по крайней
мере на одного из союзников.
Поднялся человек-капитан. Фангриламай во время прыжка прошел
экспресс-курс по человеческим эмоциям и человеческой мимике, но все его
старания уловить настрой капитана ничем не увенчались: если на этом лице
что-либо и отразилось, это ускользнуло от внимания адмиралиссимуса. Впрочем,
курс этот Фангриламай проходил скорее по привычке соблюдать все инструкции,
чем в надежде применить его в деле. Никто не ожидал, что люди, имея такое
превосходство, пойдут на диалог. И сейчас виднейшие политики союза затаили
дыхание, опасаясь спугнуть удачу.
— Благодарю за столь пылкую речь, адмирал. Не стану утверждать, что
согласен со всем, что сейчас было сказано, и не возьмусь судить составил ли
союз о человеческой расе безукоризненно верное мнение. Тем не менее уверяю
вас, что выслушал все предложения самым внимательным образом. Надеюсь вы
понимаете, что столь ответственные решения не принимаются с ходу. Я должен
все обдумать и обсудить со своими помощниками. А на это нужно некоторое
время.
Из вашей речи я заключил, что вы имеете представление о человеческих
единицах измерения времени.
Двое суток. Мы ответим через двое земных суток. Таково мое решение на
текущий момент.
Фангриламай боялся, что его радость выплеснется из-под мундира. Люди
снова поступили в соответствии с кодексом высших рас. А согласно этого
кодекса испрошенное время на принятие решения в сущности означало ответ
«Да». За эти двое суток люди должны будут всего лишь сформулировать свои
условия при общем согласии с предложениями союза.
«Только бы снова не вмешались нетленные… А вообще, говоря без пыли,
хватило бы людям и стандартных суток. Но, не будем пугать удачу…»
Делегация погрузилась в бот с той же торжественной неторопливостью, но
Фангриламай прекрасно видел, что у союзников прекрасное настроение.
Единственным живым существом, чьего настроения адмирал не уловил, был
инсектоид-представитель Роя.
— До встречи, капитан! До встречи через оговоренное время.
— До встречи, адмирал!
Швартовочный хобот поглотил последних галактов, остававшихся на
площадке — почетный караул цоофт.
Лишь когда дипломатический бот вернулся в открытый космос и взял курс к
армаде союза Фангриламай позволил себе целую серию ликующих приседаний, и
при этом ничуть не боялся потерять солидность.
Слегка отрезвил его скептический взгляд интерпретатора, как обычно
рукой ласкающего антеннку транслятора у уха.
— Ну? Что скажешь? — обратился к нему адмиралиссимус.
Интерпретатор тоже не скрывал хорошего настроения. Но за что
Фангриламай его ценил, так это за профессионализм. Стоило к его мнению
прислушаться даже сейчас, когда вокруг царил праздник.
— Это конечно хорошо, что люди пошли на разговор, да еще на равных. Но

это же говорит и против них. Возможно, не так уж велико их преимущество. А
возможно, дикарями они были, дикарями и остались, просто с такой игрушкой в
запасе люди могут попробовать поводить нас за клюв. По-моему, они просто
тянут время. Но зачем — вот вопрос… Впрочем, мы предоставим отчет
верховных интерпретаторов триаде и союзу как только он будет готов.
— Уж постарайтесь, — сказал Фангриламай и повернулся к
адмиралам-заместителям, показывая, что разговор закончен.

60. Роман Савельев, капитан, Homo, крейсер Ушедших «Волга».

Никогда еще моя жизнь не состояла из таких длинных минут и совершенно
нескончаемых часов. Тяжкая эта работа — ждать… Хоть и существует
старательская пословица «ждать — не руду колоть».
Видно, ожидание ожиданию рознь.
Не знаю как кто, а я все же умудрялся в течение этих двух неотличимых
друг от друга дней и ночей иногда уснуть. Правда, ненадолго. Капитанская
каюта превратилась черт знает во что, в проходной двор, но я никого не гнал.
Человек сорок прошло через нее за это время, не меньше. Ладно — старшие
офицеры и старые приятели еще по Волге. Но какие-то совершенно мне
незнакомые физиономии…
Не мог я их выгнать, невзирая на то, что очень хотелось. В
конце-концов, эти люди хотя бы не бунтовали против меня. Только лишь
скользкая рожа Самохвалов трижды пытался прорваться ко мне с какими-то
заявлениями. Но Фломастер распорядился, и охранники довольно бесцеремонно
заворачивали его на сто восемьдесят. А на третий раз, по-моему, вообще
выпроводили за офицерский сектор — там, вроде бы, тоже кордон организован.
Янка, умница, какое-то обращение к экипажу сочинила, и даже на утверждение
мне принесла, да только башка моя многострадальная наотрез отказалась
воспринимать от руки начертанный текст.
Чужие тоже ждали. Не знаю, что они затеяли и о чем догадались.
Историческая встреча с дипломатами союза, во время которой не хватало только
флажков на столе и бутылок с минералкой, разносимых миловидными девицами в
строгих деловых костюмах, то казалась мне каким-то чудовищным фарсом, то
вполне толковым обменом любезностями.
Все-таки, есть что-то неправильное, в том, что человеческую расу на
переговорах представляет вчерашний старатель. Как-то в старину кухарок уже
допустили к управлению, и все прекрасно помнят, что из этого получилось.
С другой стороны, я не видел ничего такого, за что мог бы себя
упрекнуть.
И все просто уперлось во время.
Мишка Зислис, обкурившийся своих вонючих сигар до одури, Лелик Веригин
и Костя Чистяков отключились к исходу вторых суток беспомощности. Суваев с
ненавистью таращился на мертвый шкаф с биоскафандром воспаленными глазами.
Запасенный кофе кончился. То и дело забегал Фломастер и шепотом спрашивал:
«Сколько уже прошло?» Будто у него своего хронометра нету.
Недавно я ответил ему: «Сорок три часа… с небольшим.»
И снова погрузился в вязкую полудрему.
Я обещал чужим обсудить речь адмирала цоофт со своими офицерами. Можно
сказать, что обсудил. Хотя обсуждение свелось к единственной реплике
Суваева: «Да чего тут обсуждать… Пусть делятся технологиями с Землей,
причем начинают немедленно. А мы потом проверим… Если сможем.»
Вот-вот. Если сможем. Я был вполне согласен с Суваевым. И еще я
подумал, что наше теперешнее нервное истощение очень похоже на ломку
наркомана, лишенного зелья.
Корабль звал нас.
Интерфейсник толкнул меня на исходе сорок четвертого часа.
Откуда только силы взялись и куда делась усталость — это не у меня
спрашивайте. Едва я схватился за интерфейсник, всех в рубке словно током
ударило, а потом подбросило с невидимого пола.
По крохотному экранчику пробежала вереница цифр. Корабль совершал
неторопливый выбор, а в мыслях билось однообразное: «скорее! ну скорее же!»
Через двенадцать минут я встал, и хриплым голосом обгявил:
— Рубка двигателей!
Это тридцать два километра, между прочим. И в запасе у нас четыре часа.
С учетом того, что на борту имеются таинственным образом возникшие
велосипеды — мы успеваем.
С собой я взял тройку канониров — Ханьку, и двух старых приятелей из
таких же, как сам, рудокопов. А старших разогнал по целевым рубкам, и
заказал отходить от шкафов дальше, чем на пять метров. И заставил каждого
найти свой коммуникатор.
Гонку по пустым и темным транспортным рукавам я буду, наверное, помнить
всю оставшуюся жизнь. Ползущее по потолку световое пятно точно над моей
макушкой и тихий шелест каучуковых шин. Мы гнали в обход офицерского
сектора, в обход жилых секторов, и спасибо, что никого не встретили по пути.
Ни единую живую душу.
А в рубке двигателей я нос к носу столкнулся с невыспавшимся и небритым
Борисом Прокудиным. Он глядел на меня с немой невысказанной надеждой.
— Сейчас, друг, — сказал я ему, распахивая нужный шкаф, четвертый
слева. — Сейчас, — повторял я, сдирая комбинезон и расшвыривая ботинки. —
Сейчас… — я влез в непривычно холодный биоскафандр, и когда створки вдруг
ожили и послушно срослись, а по всему телу пробежала горячая волна и тысячи
иголочек вонзились в плоть, я ощутил долгожданное облегчение.
А потом рухнул в самые нежные и самые желанные обгятия, какие человек в
состоянии вообразить. Нетерпеливо и яростно бросился навстречу шторму,
словно вгоняя в вену ингектор со снадобьем.
Мир вобрал меня, а я вобрал мир. Я снова был могучим, и сразу
почувствовал так много и так ясно, что набор чисто человеческих чувств
показался мне серым и убогим.
Я чувствовал, как корабль радуется мне. Я чувствовал, как вместо
тусклого аварийного освещения повсюду вспыхивает ослепительный дневной свет.
Как тысячи людей подключаются ко мне и кораблю, выплескивая в сеть всю свою
сущность. Как возникают в пустоте и крепнут вокруг корабля-меня-нас силовые
поля и мы без сожалений расстаемся с беззащитностью. Я увидел, как висят в
пустоте далекие звезды и близкие корабли союза, и видел множество нетленных,
медленно замыкающих союзную армаду вместе с нами в глухую сферу.
Впрочем, «видел» — это неточное слово… слишком слабое. Бесполезное
это дело — описывать словами чудо.
Надеюсь, что смогу вырваться из твоих обгятий, лучший из кораблей и
злейший из кораблей. Мечта любого звездолетчика и его притягательное
проклятие. Рок.
Я даже знаю, что я сделаю в ближайшие часы.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *