ФАНТАСТИКА

Смерть или слава

Комментировать

LIB.com.ua [электронная библиотека]: Владимир Васильев: Смерть или слава

— То есть? — Куан-на-Тьерц вопросительно раскинул крылоруки. — Что
значит — абсолютен?
— Абсолютен — значит абсолютен. В буквальном смысле. Сто процентов
людей-самцов на Волге вооружены. Более того, они обращаются с оружием с
небывалой для гражданского населения сноровкой. Я невольно задаю себе
вопрос, досточтимый пик: а что если мы столкнулись бы с их регулярными
войсками?
— Сойло! — прощелкал изумленный пик пирамид. — Ты соображаешь, что
несешь? Эта раса моложе нас тысячи циклов! Как они могут устоять перед
вторжением галактов? Какие еще регулярные войска на планете рудокопов? Это
бред неоперившегося птенца!
— Я тоже так думал, досточтимый пик. До десанта.
Пауза показалась Сойло-па-Тьерцу очень эффектной, Куан-на-Тьерц крепко
призадумался; а пик пирамиды Сойло мысленно себя поздравил.
К Куану склонился призванный советник. Некоторое время августейший
азанни внимательно слушал негромкий пересвист. Потом вновь взглянул на главу
влиятельнейшей пирамиды.
— Это все доводы, любезный Сойло? Или нет?
«Он назвал меня по имени, — с удовлетворением подумал опальный
военачальник. — Это добрый знак.»
— Советники пирамиды отмечают также нестандартное поведение людей.
Строго говоря, их поведение вообще нельзя отнести к реакции новоразумных на
визит галактов. Так могли бы нас встретить, скажем, цоофт или свайги во
время междоусобиц. Люди совершенно — подчеркиваю: совершенно не боятся
сложной техники, хотя явно понимают ее безусловное превосходство над
собственной.
— Алые небеса! — Куан выглядел страшно озабоченным. — Корабль лучших
солдат вселенной прилетел именно к людскому миру! Да и сам он управлялся
человекоподобными! Слишком много совпадений, чтобы счесть их случайными.
Пик пирамид Азанни с радостью бы хорошенько все обдумал и взвесил. Но
галактам катастрофически не хватало времени.
— Я подключаюсь к союзникам, Сойло. Постарайся быть столь же
убедительным.
Рядом с изображением Куан-на-Тьерца сгустился новый голографический
шар.
— Да окрепнет союз! — устало провозгласил первый азанни.
— Да окрепнет…
Закрытая от внешнего космоса могучими волновыми щитами связь
руководителей пяти рас не прерывалась уже долгое время. Галерея Свайге, Рой,
пирамиды Азанни, триада и круг Цо, технократическая верхушка а’йешей и
командиры флотов у Волги уплотняли время, как могли. Их давние враги,
выходцы из Ядра, готовились к проколу барьера.
А люди на планетке затаились в ожидании нового, несомненно
сокрушительного удара.
Куан-на-Тьерц сосредоточился и, как всегда, велел переводчику увеличить
громкость. Автомат послушно прибавил; почему-то пику пирамид Азанни в такие
моменты всегда казалось, что собеседники стали немного ближе.
Хотя на самом деле их разделяли тысячи световых лет.
Сначала коалиции азанни-цоофт как следует вломил бесстрастный Рой.
Невозможно оценить ущерб, который повлечет за собой потеря драгоценного
времени, говорил он. И без того рискованный план по дезинформации нетленных
становится однозначно провальным, если на борту корабля Ушедших не окажется
людей. А нетленные вполне в состоянии просканировать наличие органических
форм жизни в определенном обгеме. Неспособность коалиции азанни-цоофт
сломить сопротивление горстки упрямых дикарей вселяют в умы союзников
смятение и неуверенность в целесообразности союза.
Совершенно неожиданной оказалась бурная поддержка со стороны цоофт —
Куан-на-Тьерц был немало удивлен, ибо считал, что цоофт станут открещиваться
от участия в провальном десанте. Собственно, цоофт имели все основания
откреститься и взвалить всю ответственность на азанни. Но они не стали этого
делать. Наоборот, цоофт свидетельствовали, что союз стал жертвой роковой
дезинформированности и настоятельно посоветовали Галерее Свайге обновить
сведения о Земле и других человеческих колониях в этой части галактики.
Свайге отмолчались; следующим выступил руководитель десанта на Волгу
Сойло-па-Тьерц. Он, к счастью, оказался не менее убедителен, чем при беседе
с Куаном. Известие о мощном импульсном оружии людей породило локальную бурю
на Галерее Свайге.
Закончилось все коротким и на редкость весомым заявлением
технарей-а’йешей.
— Незачем тратить время на бесплодные обвинения и оправдания. Нужно
просто организовать удачный десант. Коалиция азанни-цоофт имеет шанс смыть
позор провальной операции на Волге, укрепить пошатнувшуюся репутацию
надежных союзников, потому что ошибаться дважды — удел галактических
дикарей. Удел цивилизованных рас — сделать верные выводы даже из неудачи и
обратить ситуацию себе на пользу. А’йеши полагают, что людей следует брать
исключительно массовым оружием — парализующим газом, псионическим ударом или
еще чем-нибудь столь же эффективным. Коалиции азанни-цоофт такая атака
вполне по силам, и пусть начинают немедленно.
А остальным следует сосредоточиться на работах внутри корабля Ушедших и
на организации превентивной обороны в сферах ожидаемого прорыва флотов
нетленных.
Азанни могли смело делать круг облегчения над креслонасестами и
приступать к правильной осаде людских поселений Волги, раз уж с лихого
наскока нейтрализовать защиту не удалось.
Союз стал разворачивать новую операцию.
Строй крыла азанни вновь изменился; четыре рейдера сошли со стабильных
орбит и присоединились к паре, кружащей над Волгой. Несколько крейсеров
погрузились в атмосферу; цоофт готовились к высадке групп захвата и чистки.
«Алые небеса! — подумал Куан-на-Тьерц с легкой досадой. — Почему
уничтожить планету всегда проще, чем покорить ее хозяев?»

21. Виктор Переверзев, лейтенант патруля, командующий ополчением, Homo, планета Волга.

Фломастер и Ханька курили сигарету за сигаретой, и в канцелярии теперь
было сизо от дыма. То и дело появлялся Яковец, перебрасывался с Фломастером

несколькими рубленными фразами, и снова исчезал.
— Ну, — не выдержал Ханин. — Что мы еще упустили?
Лейтенант нервно погасил окурок о край переполненной пепельницы.
— Откуда я знаю? — угрюмо спросил он. — Я спец по патрулированию, а не
по отражению атак из космоса. Я и об атаке-то узнал от наблюдателей…
Ханин вдруг наморщил лоб и задумался. Уловив его настроение,
насторожился и Фломастер, и тут его озарило.
— Стоп… — протянул лейтенант. — Зислис! Это он сказал, что начинается
атака! Ну-ка, давай его сюда!
Ханин с готовностью вскочил на подоконник и рявкнул в форточку:
— Зислис! Ау!
В курилке перед крыльцом сидело на лавочках человек шесть; мимо Яковец
гнал кого-то к четвертому с грузом заряженных батарей.
Зислис послушно покинул курилку и остановился на краю дасфальтовой
полосы. Глядел он на лицо Ханьки, что маячило в открытой форточке.
— Чего? — спросил Зислис, поправляя бласт за плечом.
— Не «чего», а «я», вояка, тудыть… — буркнул Ханин. — В канцелярию!
Зислис пожал плечами и зашагал к крыльцу. Спустя несколько секунд он
возник в дверях канцелярии; за его спиной, конечно же, маячил второй
наблюдатель — Лелик Веригин.
— Миша, — без обиняков начал Фломастер. — Как ты узнал, что готовится
атака? И что вообще творится там, на орбите? Можешь внятно рассказать?
Зислис пожал плечами и неуверенно пояснил:
— Там несколько флотов чужих. В смысле — нескольких рас. Они совершали
какие-то малопонятные маневры, перестраивались. И, похоже, перестраивались
для обороны. Не то между собой передрались, не то еще кто-то к Волге спешит
— не знаю. Маленькие десантные корабли мы засекли со станции; их там как
гнуса в тайге. Крейсеры их как раз высаживали. Ну, я и решил, что сейчас
будет атака…
— А с чего ты взял, будто флоты перестраиваются именно для обороны? —
переспросил лейтенант с некоторым нажимом. Взгляд его был жадным, и во
взгляде легко прочитывалась надежда. Надежда на новую информацию, которая
прояснит все, что случилось. И подскажет — как поступать в дальнейшем.
— Ну… — протянул Зислис, припоминая. — Бублики свайгов строились в
оборонительную воронку, и крыло азанни… тоже.
— Воронку? — Фломастер приподнял брови. — Крыло?
Зислис вздохнул и признался, с некоторым даже облегчением:
— Это нам Суваев сказал. Он откуда-то много знает о чужих. Какая-то
база у него на компе живет, он ее на досуге проглядывал. В общем, поглядел
он на диаграмму, и говорит: мол, чужие к обороне готовятся. И о расах
инопланетян, кстати, он нам рассказывал кое-что.
— Так-так… — пробормотал Фломастер и переглянулся с Ханькой. — А где
он сейчас?
— В городе, — не задумываясь ответил Зислис. — Последний раз он звонил
нам из дому.
— Надо его сюда вызвать! — решительно сказал Фломастер и потянулся к
видеофону. — Номер?
— У него жена, — предупредил Зислис. — И дочка. Он их не бросит в такой
момент.
Фломастер поморщился:
— Да кто его заставляет бросать? Пусть вместе и приезжают… Номер?
Зислис продиктовал, Фломастер немедленно пробежался пальцами по
цифровой панели, но на вызов никто не отозвался, хотя ответа ждали вдвое
дольше обычного.
— Хреново, — вздохнул Фломастер, сразу поскучнев.
Он поразмышлял с минуту.
— Вот что, — начал он, глядя Зислису в глаза. — Вы сможете сейчас
возобновить наблюдение? Со станции?
Зислис задумался и пожал плечами.
— Вообще-то, главную антенну раздолбали. Я не знаю насколько серьезны
повреждения. Смотреть надо.
— Вот и смотрите, — велел Фломастер, и по его тону сразу стало понятно,
что это — приказ, и раз уж Зислис с Веригиным добровольно назвались
ополченцами, то придется приказ выполнять.
— Ладно, — согласился Зислис. — Лелик со мной?
— Конечно, — подтвердил лейтенант. — И ты, Ханька, с ними ступай.
Доложите сразу, как что-нибудь прояснится.
— Есть, — коротко, по-патрульному отозвался Ханин и встал.
— Потопали…
Фломастер вновь потянулся к цифровой панели, и Зислис понял, что он
будет раз за разом набирать номер Суваева.
Только ответит ли Суваев?
Зислис вздохнул, и направился к выходу, следом за сержантом и Леликом
Веригиным. У самой двери он машинально отметил, что здоровый патрульный
бласт словно бы сроднился с плечом, и уже перестал мешать. Словно стал
частью тела.
Все-таки человек и оружие как-то связаны. Неким мистическим образом —
не поймешь, кто для кого создан. Человек для оружия или оружие для человека.
Наверное, из людей со временем получились бы идеальные солдаты —
содрогнулась бы вся вселенная. Дай лишь дорасти до технического уровня
чужих…
Только позволят ли людям до такого уровня дорасти? Зислис мрачно
покосился на вражеский крейсер в зените и подумал: нет, не позволят. Точно.
К станции они пустились легкой рысцой.

22. Роман Савельев, старатель, Homo, планета Волга.

— Это где-то здесь… — задумчиво протянул Чистяков, глядя в экран
бортового компа. — Ищи ориентиры.
— Какие к бесу ориентиры? — проворчал я. — Риггельд мне только
координаты дал.
— Если верить компу, мы на месте.
— Значит, мы и есть на месте. Или ты не веришь компу?
— Да чего вы собачитесь, — вздохнула Юлька. — Выйти, да осмотреться,
всего и делов.
Я покосился на нее — кажется, отчаянная пережила потерю корабля легче,
чем я. Или держала себя в руках покрепче моего — то и дело в
зеркале-обзорнике мелькала моя мрачная физиономия. А Юлька казалась
бесстрастной.
Но наверное — только казалась. Она ведь тоже любила свой малюсенький
«бумеранг». Тоже считала его частью себя, продолжением собственной личности.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *