ФАНТАСТИКА

Смерть или слава

Комментировать

LIB.com.ua [электронная библиотека]: Владимир Васильев: Смерть или слава

этом вопросе. Ни к чему поднимать излишний шум.
Первый-на-Галерее жестом подтвердил мысль Гуроса:
— Галерея действительно поддержит тебя, вершитель Гурос. Но только
касательно истребления людей. Незачем тратить силы и энергию на дикарей. Они
не в силах нам помешать. Корабль Ушедших нужно вывести из атмосферы, а
поверхность планеты, дом людей, нас в общем-то и не интересует.
— Кто возьмется вывести находку в космос? — поинтересовался Рой.
— Свайге, по праву приоритета. Галерея согласна с претензией уважаемых
союзников на равноправное изучение механизмов и энергоносителей найденного
корабля. Как только он окажется в околопланетном пространстве, можно будет
начать обсуждение стратегии осады.
— А что мешает начать обсуждение уже сейчас? — впервые подали голос
а’йеши. — Наша диагностическая аппаратура позволяет уточнить любую
информацию — от состава обшивки до распределения энергопотоков. Просьба к
представителям цоофт, азанни и свайге: немедленно допустить к обсуждению
специалистов-техников.
Наз согласно шевельнул кончиком гребня по вертикали — у а’йешей по
традиции правит техническая элита. Рой — есть Рой, он един, несмотря на то,
что состоит из многих особей. А вот у остальных трех рас политикам
действительно лучше отойти на второй план, сделаться наблюдателями.
— Галереей Свайге предложение принято. Вершитель Сенти-Ив, подключайте
группу поддержки и сопровождения.
Сенти-Ив, глава ученых и инженеров, послушно развел руки в стороны и
забормотал в пристегнутый к мундиру коммуникатор.
— Цоофт присоединяется; наша исследовательская группа готова приступить
к работе. Попутное замечание: цоофт согласны взять на себя патрульные
функции в системе и в атмосфере планеты. Во избежание любых неожиданностей.
Кроме того, нам представляется разумным держать экипажи боевых кораблей в
состоянии оборонительной готовности по сетке два. В случае неприятностей
находку придется защищать.
«Цоофт демонстрируют миролюбие, — понял Наз Тео. — Предупреждая
непредвиденную стычку между союзниками. Предлагая держать корабли в
готовности, они как бы сообщают всем, что нападать первыми не собираются,
ибо тогда предложение выглядело бы глупым и проигрышным. И в то же время
дают понять, что готовы дать отпор в любую секунду.»
Рой бесстрастно вставил реплику:
— Поддержка всех высказанных предложений. Рой готов.
— А от кого придется защищать находку? — проворчал неугомонный П’йи. —
Если от Ушедших, то от нас в итоге не останется даже облачка атомов.
— Если верить древним преданиям, — уточнил вожак-азанни, который звался
Парящий-над-Пирамидами. Он тоже находился во многих световых годах от
Галереи, как и правители всех остальных рас. За исключением, разумеется,
Роя, который все время находился везде и нигде одновременно. — Если верить
преданиям. А стоит ли им верить, мы скоро узнаем. Что до нас — мы тоже
поддерживаем все выдвинутые предложения и в свою очередь предлагаем помощь
цоофт в патрулировании. К примеру, атмосферу и поверхность планеты мы можем
взять на себя. Цоофт же останется ближний космос и сканирование за барьером.
«Цоофт согласятся, — подумал Наз Тео с уверенностью. — Во-первых
согласие продемонстрирует всем открытость и готовность к сотрудничеству. А
во-вторых, две птичьих расы всегда ладили между собой заметно лучше, чем с
остальными членами союза. Жаль, что рептилии представлены среди разумных
лишь нами…»
Цоофт действительно согласились. И еще — порекомендовали взять на
контроль и единственную взлетно-посадочную площадку людей рядом с самым
крупным поселением, да и само поселение тоже. Вернуть все взлетевшие с
планеты регулярные звездолеты, а встреченные мелкие корабли просто
уничтожать. В целях профилактики. Изоляция — полная изоляция человеческого
мирка, пока ситуация с кораблем Ушедших не прояснится — иного пути нет.
Азанни-вожак, Парящий-Над-Пирамидами, немедленно отдал соответствующие
приказы офицерам флота — все союзники видели и слышали это. Галерея Свайге
тотчас предоставила союзникам все доступные сведения о космической технике
людей — ведь фактически никто не сталкивался с людьми так плотно, как раса
рептилий. Корабли свайгов даже появлялись на материнском мире людей. И даже
не однажды.
Два легких крейсера, способных садиться на планеты и вести бои в
атмосфере, величаво отделились от плотного строя флота азанни. Их
сопровождали несколько линейных рейдеров, которым предстояло остаться на
орбите.
Крейсер Ушедших продолжал неподвижно висеть над островком, что
затерялся в безбрежном океане. Но Наз Тео, дитя пространства, привычно
считал его не неподвижным, а обращающимся вокруг планеты с угловой
скоростью, равной скорости суточного вращения.
Считать корабль на стационарной орбите неподвижным — удел дикарей,
прикованных к своему мирку.
Удел таких, как млекопитающие.
Как люди.

9. Михаил Зислис, оператор станции планетного наблюдения, Homo, планета Волга.

«Смену сегодня хрен дождешься», — мрачно подумал Зислис и с
неудовольствием покосился на Бэкхема.
Все телеметристки сбежали вслед за Суваевым — правда, сам Суваев вскоре
вернулся. Бэкхем смерил его негодующим взглядом, но смолчал. А Суваев,
беззаботно насвистывая, уселся на свое место и перевел телеметрию на себя,
раз уж вернулся.
— Ну и переполох в городе! — сообщил он, как ни в чем не бывало. —
Директорат в полном составе плюс семьи погрузился на лайнер — тот, что
недавно у Офелии отсудили. Давка там была — страсть.
— Ну, своих-то ты пропихнул, — не сомневаясь, сказал Веригин.
— Да уж постарался, — вздохнул Суваев. — Только, не думаю я, что лайнер
сумеет улететь.
Голос его сразу стал жестким.
— Почему это? — оживился в своем углу Зислис. — Зачем им пассажирский
лайнер, чужим?
— Не знаю, — Суваев неуютно передернул плечами, отчего Зислису

захотелось сделать то же самое. — Предчувствие.
— Взлетают! — пробормотал Бэкхем, глядя в полевой монитор.
На канале без устали тараторили десятки голосов — кто-то с кем-то
ругался, кто-то кого-то умолял, кто-то нудным голосом требовал некоего
инженера-консультанта Самохвалова из директората. Зислис перестал обращать
внимание на этот нестройный гул еще час назад.
— Сколько сейчас чужаков на орбите? — спросил Суваев. — Много, поди?
Бэкхем не ответил — только губу выпятил.
— Сотни три, — Веригин подышал на стеклышко часов и принялся полировать
его манжетой. — Разных. Побольше, поменьше. Я насчитал четырнадцать типов.
В гул голосов на канале вплелась предупредительная сирена.
— Лайнер пошел… — продолжал бормотать Бэкхем.
Два грузовоза взлетели несколько раньше; сейчас они должны были
начинать разгон.
Но разогнаться им, видно, было не суждено: Суваев, занявшийся
телеметрией, вывел на диаграмму свежие данные. К двум точкам-грузовозам
быстро приближалась продолговатая черта — корабль чужих. В некотором
отдалении следовал еще один. Суваев сноровисто тасовал схематичные
изображения телеметрии и живые картинки со спутников. Постепенно две
черточки превращались в округлые пятнышки — крейсеры, формой напоминающие
спортивные диски, разворачивались с ребра на плоскость.
— Это легкие крейсеры азанни, — со знанием дела сообщил он. — Причем,
стратегические крейсеры, они могут садиться на планеты земного типа.
Он помолчал несколько мгновений, и вдруг спросил:
— Миша, а ты с семьей попрощался?
— У меня нет семьи, — проворчал Зислис. — Ты что, не знаешь?
Суваев озадаченно хмыкнул.
— Слушай, — спросил Зислис с неожиданным интересом. — А откуда ты так
хорошо знаешь корабли чужих? Я, вот, ни в жизнь бы не понял, что это
крейсеры азанни. Кто они вообще такие — азанни?
— Птички, — пояснил Суваев. — Небольшие такие, с индейку.
Суваев умолк; Зислис продолжал с нажимом глядеть на него.
— У меня дед работал на Земле в конторе, которая занималась
инопланетянами. Тогда это еще представлялось важным и секретным. Потом все
развалилось, а дедовский архив остался отцу. Отец перебрался на Волгу, архив
захватил с собой. А потом я на него наткнулся, в промежутке между
компьютерными играми. Еще пацаном…
Суваев вздохнул.
— Но это все ерунда. Меня другое поразило, когда я понял.
Зислис был уже вполне заинтригован.
— Что?
Веригин, и даже Бэкхем глядели на Суваева и слушали, затаив дыхание.
Суваев знал о чужих поразительно много. Преступно много.
— Архив все эти годы пополнялся, — сказал Суваев ровно. — Сам собой. Я
заметил это, когда увлекся кораблями чужих. В каталоге все время появлялись
новые типы, а на некоторые падал служебный гриф «устарел».
Веригин подозрительно прищурился.
— Слушай, Паша… А ты не сочиняешь, а?
Суваев уныло пожал плечами.
— Мне никто не верит. Никогда. Кажется — зря.
Тем временем на диаграмме происходило следующее: переднее пятнышко, в
котором Суваев опознал крейсер чужих, исторгло облачко точек. Точки быстро
рассыпались, охватывая грузовозы правильной полусферой. Двигаясь быстро и
слаженно, они заставили грузовозы изменить направление полета, потом снова
изменить — и скоро оба волжских корабля уже не удалялись от планеты, а
приближались к ней. А крейсер пошел на перехват лайнера — тот как раз
выходил за пределы атмосферы. Второй крейсер пассивно ожидал в отдалении,
продолжая медленно дрейфовать к Волге.
— Это еще что за блохи? — пробормотал Веригин. — А, Паш? Что скажешь?
— Это истребители. Одноместные. Для боя в ближнем космосе.
Веригин чмокнул губами и некоторое время задумчиво созерцал точки на
диаграмме. Суваев лениво переключал на своем экране сигналы с разных
спутников. Потом оживился.
— О! Глядите! Точно — это одноместные корабли-истребители подчиненного
класса. Любой крейсер-матка несет их несколько тысяч.
Продолговатый, похожий на каплю предмет мелькнул на экране Суваева; тот
переключился на запись, отмотал кадры назад, и зафиксировал истребитель в
неподвижности. Действительно, капля, с несколькими небольшими выростами по
бокам. Никаких стабилизаторов или чего-нибудь похожего — чужие строили
корабли по чужим принципам. Зислис, жадно глядящий в экран, с сожалением
вздохнул.
В эфире продолжалась суматоха, только теперь там царила еще большая
сумятица, чем перед взлетом — панические передачи с грузовиков и лайнера
сделали свое дело. Чужие принуждали корабли к посадке назад, на космодром. И
людям ничего не оставалось делать, как подчиняться.
— То-то директорат сейчас в штаны наложил! — злорадно заметил Веригин.
— А ты бы не наложил? — спросил Бэкхем, как показалось Зислису —
ревниво.
Веригин честно признался:
— Да и я бы, наверное, наложил… Такие махины!
— Да не очень-то они большие, — проворчал Суваев. — Истребители-то.
Метров по десять-двенадцать, не больше.
— Я о крейсерах, — вздохнул Веригин.
— Но лайнер наш даже истребители, поди, сожгут и не почешутся… —
Зислису страшно захотелось закурить, но сегодняшнюю сигару он уже выкурил.
Час назад. Прямо здесь, в зале. Правда, сначала по полу ее повалял, как
ребенок врученный родичами гостинец.
Веригин продолжал любопытствовать:
— А о самих чужих ты что-нибудь знаешь? Какие они? Их что — несколько
разновидностей? Я думал — только свайги…
— Не-е-е! — сказал Суваев. — Не только. Свайги — ящеры, это почти всем
известно. Кроме них есть азанни — мелкие птицы и цоофт — крупные птицы,
вроде страусов. Есть еще Рой — это семья гигантских насекомых, и а’йеши —
создания, которые живут в сильном холоде, минус сто по Цельсию для них самое
то. Я не вполне разобрался, но мне кажется что это неорганическая жизнь.
— И кто с кем воюет? Птички с этими… холодильниками?
В Веригине неожиданно проснулось жадное любопытство. Он не знал — верит
в россказни коллеги или не верит. Но слушать было до жути интересно.
— Нет, — Суваев замотал головой. — Все пять разновидностей чужих
давным-давно заключили союз. А с кем они воюют — архив умалчивает. По-моему,
с пришельцами вообще черт-те откуда — чуть ли не из-за пределов галактики.
Зислис задумчиво вздохнул:
— Это какие ж корабли надо строить, чтоб перемахнуть в соседнюю

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *