 |
Из тумана выскочила юркая блондинка в серебряном платье, отороченном
мехом. В руках у нее был поднос, на котором расположился высокий бокал с
запотевшими стенками, наполненный на три четверти.
- Наша компания проводит презентацию нового сорта Вашего любимого
напитка, - застрочила девушка заученным голоском. - Позвольте угостить Вас,
- и она смущенно улыбнулась.
Денсоболец с достоинством принял бокал и осушил его. Девушка засияла,
словно ей только что вручили первую премию. Затем она забрала казенное
имущество и скрылась в тумане. Виктор увидел, что пива ему не припасли,
мстительно прищурил глаза и начал скрипеть мозгами. С другой стороны из
тумана принялся выползать облезший буро-жёлтый ларёк, чьё окошко закрывала
фанера с надписью Пива нет.
Виктор прищурил глаза сильнее и начал мысленно убирать ненужную табличку.
- Зря стараешься, - оборвал его денсоболец.
- Почему?
- Сегодня среда, а ты же сам определил для себя, что пиво на разлив
бывает только по вторникам и четвергам. Не умеешь ты желать в правильном
направлении. А ещё Орлика искать вздумал.
Виктор вздохнул. Радужные надежды о скором возвращении в привычный мир
значительно померкли.
- Значит, никто оттуда не вернулся? - спросил Виктор с тайной надеждой,
что его собеседник пошутил. И нет никаких кругов измерений, а заодно и
спирального города, и невесть куда сгинувшего космического корабля.
- Я-то уж вернусь, - заверил его собеседник. - Впрочем, и ты можешь
вернуться, если, конечно, не откажешься мне помогать.
- Я вот что придумал, - зашептал он на ухо Виктору. - Надо нам
действовать сообща. Я начну с верхних этажей. Сдаётся мне, что они спрятали
Орлика на самой верхушке. А ты пока обыщи первый уровень.
- Зачем, если Орлика там все равно нет, - обиделся Виктор.
- Так, для очистки совести, - пояснил его новый спутник. - Толку от тебя
больше никакого.
В виду полного отсутствия грандиозных планов поиска неизвестного для
широкой общественности объекта Виктору ничего не оставалось, как
согласиться.
- Значит, встретимся на втором этаже, - подвел итоги собеседник Виктора и
задумчиво посмотрел на шестой этаж.
- Почему на втором?
- Да потому, что я успею обшарить четыре верхних, пока ты доберешься до
второго,
- отмахнулся от Виктора здоровяк и исчез. Прямо-таки растворился в чистом
воздухе (прозрачном, как слеза). К слову сказать, Виктору он больше не
встречался.
3. Круг первый.
"Кармадон, как и любой иной демон, был, по школьным понятиям Данилова,
лишь определенным духовным выражением материи и мог принять любую форму,
какая бы соответствовала его желаниям и обстоятельствам." (В. Орлов "Альтист
Данилов") Описанные здесь и далее круги измерений, вернее - Круги Измерений,
являются плодом чьего-то воображения, который созрел и даже успел рухнуть
вниз и твёрдо закрепиться на отведённом ему месте. Появились они давно,
вследствие чьего-то желания. Что было это за желание и кто его высказал в
своей мятущейся и необъятной душе, является засекреченной информацией и
подпадает под Закон о неразглашении вселенских тайн (Свод законов об охране
памятников труда цивилизаций великих, малых и пятого пригорка). Эту тайну
знает и надежно хранит гарнизон закрытого полигона приграничья вселенной.
Полигон пришлось закрыть почти с самого начала времён, чтобы не возникало
вредных и политически неправильных споров о бесконечности вселенной. Все
воины гарнизона с тех пор беспробудно спят вечным сном, что и является
нерушимым гарантом сохранности.
Чтобы путешествовать по Кругам, неплохо обзавестись специальным
путеводителем, который Вам всё равно не поможет, зато оставит прекрасное
впечатление своей высокой полиграфической ценностью. В нём нетрудно отыскать
невероятно красочные пейзажи, большинство из которых к Кругам не имеет
никакого отношения. Тем не менее, они на протяжении многих лет станут
восхищать взор и Вам, и Вашей жене, и Вашим детям, и тому, кто ловко украдёт
его в тот самый момент, когда Ваши дети оставят сей ценный предмет без
внимания. Заканчивая о путеводителе, неплохо ещё упомянуть тот факт, что в
нём нет ни слова об Орлике.
Но даже не читая никакого путеводителя, можно проникнуться безмерным
уважением к тому неведомому созданию, которое силой своего желания
умудрилось впихнуть переплетение множества миров в непримечательное и не
такое уж высокое здание...
... Виктор стоял и смотрел на вознесшийся ввысь дом в каком-то блаженном
оцепенении. Почему-то ему казалось, что вот сейчас придут сюда добрые люди,
да заберут Виктора куда надо. Причем, куда надо Виктору, а не этим, пока ещё
неведомым добрым людям. Ведь всем известно, что если некие добрые люди
забирают вас куда надо им, то шансы вернуться оттуда настолько малы, что
подобную величину математики называют стремящейся к нулю. Добрые люди не
спешили, а глаза Виктора обнаружили одно из окон первого этажа, отличающееся
от своих собратьев на фоне всеобщего единообразия. Створка его была чуть
приоткрыта. И никто не мешал Виктору залезть в него и начать свои поиски. Со
скрипом толкнув раму внутрь, Виктор перемахнул через подоконник и очутился в
маленькой, светлой и совершенно пустой комнате с белым высоким потолком.
Стены, выложенные в шахматном порядке белыми и лиловыми плитками, гулко
отражали каждый его шаг.
Обстановка не располагала к веселью. Она напоминала душевую или
медицинское учреждение широкого профиля. Настроение не портилось ещё больше
лишь по причине отсутствия бормашины и прочих адских штучек современной
медицины. Природное чутье безошибочно указало Виктору, что Орлика здесь
искать не стоит. На всякий случай он ещё раз оглядел кабинет и прикинул где
бы он тут расположил бормашину.
Бормашина не замедлила явиться и расположилась строго на указанном месте.
В комплекте с ней прибыло кресло и низенький черноусый доктор в белом халате
и шапочке.
- Хай, парень, - ослепительно улыбнулся он. - Тебе невероятно повезло.
Сегодня обычное лечение обойдется тебе всего в двадцать условных единиц,
лечение без боли ты можешь получить за тридцать пять и лечение и
душераздирающей болью - со специальной скидкой - всего за восемьдесят.
От врача с полуфашистским приветсвием и специальными ценами добра ждать
не приходилось. Тем более, что Виктор не располагал ни условными единицами,
ни прочими инопланетными валютами. Да и зубы лечить он никогда не любил. К
счастью, в комнате имелась дверь. Плоскость, покрытая белой краской,
преграждала Виктору путь в неведомое. Если отбросить героические слова, она
являла единственный выход отсюда. Туда Виктор и направился самым скорейшим
образом. В спину ему донеслось: Вызывают тут всякие, от дел отрывают... Уши
у Виктора мучительно краснели, но зубы трепетали, взывая о пощаде и
ненападении. Дверь грохнула, с трудом сдвинувшись с места. И Виктор
осторожно выбрался в тёмный коридор.
Но даже и здесь не нашлось ничего поразительного. Призрачный свет, идущий
из неведомых источников, не давал Виктору пристально оглядеть его новое
пристанище.
Зато вокруг сновало множество силуэтов, и отовсюду непрестанно сыпались
навязчивые вопросы: А, кстати, вы тут Орлика не встречали? Очевидно, в своих
стремлениях Виктор был не одинок. Покинув маленькую, слабо освещённую
тусклой белой выпуклостью площадку возле двери, он углубился в коридор.
Некоторую тесноту создавали не только хаотически бегающие искатели Орлика,
но и разнокалиберные трубы, неожиданно выскакивающие из темноты со всех
сторон и вновь скрывающиеся во мраке через несколько шагов. Коридор
напоминал подвал, увешанный вентилляционными, водопроводными и
электроведущими конструкциями, включая газопровод и расширенную систему
парового отопления. Постепенно глаза привыкли к сумеркам, а под ногами
обнаружились залежи пивных пробок с непонятными, но красочными рисунками и
надписями. Словно монеты старинного клада звенели они под ногами, но
окружающих интересовал Орлик и только Орлик. Изредка в стенах обнаруживались
крепко запертые двери, в которые безуспешно тыкались все проходящие мимо.
Поиски Орлика, видимо, велись здесь с незапамятных времен, и привнести новое
сюда казалось крайне нереальным делом. Эта мысль донельзя испугала
новоприбывшего. В голове возникла картинка, где убелённый сединами Виктор и
через пятьдесят лет сновал взад-вперед по коридору.
Так, не сказав ни слова, Виктор постепенно добрался до конца злосчастного
коридора. Большинство искателей озабочено тыкались в большую парадную дверь,
неприступно белеющую в торцовой стене и, полюбовавшись на мерцание янтарной
ручки, поворачивали обратно. Однако, находились и такие, которые исчезали во
мгле ответвления по правую сторону коридора и уже более не возвращались.
Виктор незамедлительно последовал за ними, немного надеясь, что уж эта
дорога, несомненно, приведет его к Орлику. Здесь, в крохотном коридорчике не
оказалось никого и ничего, кроме маленькой железной двери в стене, куда, по
всей вероятности, и скрылись те, кому довелось оказаться на этом месте
немного раньше.
Виктор не видел смысла возвращаться в коридор. Поэтому он решительно
толкнул таинственную дверцу и шагнул вперёд. Теперь он стоял в светлом
тесноватом помещении, опять же без окон. В метре справа от него устремлялся
ввысь лестничный пролёт. Наклонный потолок над головой Виктора, несомненно,
являлся родным братом этого пролёта, продолжающим путь своего коллеги,
правда, в противоположную сторону. Путь к лестнице преграждал стол из
светлого полированного дерева. За столом сидел седой старик с длинной
бородой в позе глубокой задумчивости. Белый балахон старика неслышно
трепетал от легкого сквозняка. Именно таким Виктор и представлял себя после
полувековых поисков.
- Чего желаешь ты, прибывший? - раздался вопрос.
- Где это я? - вырвалось у Виктора.
- На границе первого круга! - торжественно изрек старик.
- А вы кто? Вахтер? - предположил Виктор.
- Знай же, несчастный, - вознесся и прогремел голос его собеседника, -
что каждому я вижусь по-своему. Для одних я - наставник, для других -
великий маг, для третьих - старый... Впрочем, о них не будем.
- Как это - вижусь по-своему? - не унимался Виктор.
- Мир, из которого ты пришёл, состоит из реалий, воспринимаемых твоими
ощущениями, - произнёс старик с таким видом, словно объяснял это уже миллион
раз. - Мир, в который ты вступил, сложен из ощущений, сотканных в реалии.
Нет одинаковых ощущений, поэтому нет одинаковых миров. Для каждого,
избравшего измерения, создается свой мир.
- А почему... - начал Виктор.
- Не спрашивай меня, странник. Ибо твоих знаний недостаточно, чтобы
понять мои объяснения, - сказал старик и улыбнулся, довольный тем, что
удалось отвертеться от столь навязчивого посетителя и его каверзных
вопросов.
- Мир таков, как я его вижу, - попробовал продолжить беседу Виктор. - И
таков, как его видят остальные.
- Сначала ты прав, - ответил старик. - Но конец твоих рассуждений двояк.
Что ты хочешь сказать: я вижу мир таким, потому что его видят таким все. Или
все видят мир таким, потому что его вижу таким я.
Дедушка-маг, видимо, любил пофилософствовать.
- А разве это не одно и то же?
- Разумеется, нет. Если мы отталкиваемся от реальности, воспринимаемой
всеми, в том числе и тобой, как от единой для всех константы, то мир един
для всех. Но если мы берем в расчет ощущения, возникающие при встрече с
реальностью, то они для каждого различны, как различны свинцовое небо,
сплошной серый небосвод и белесая полоса облаков без единого разрыва.
- Но ведь все это обыкновенное небо в пасмурный день! Одно и то же для
всех трёх случаев.
- Да, это одна реальность, но обрати внимание, какие непохожие ощущения.
Одна реальность, но совершенно разные чувства, не говоря уже о словах и
определениях,
- наставник развел руками.
- Но ведь не может быть такого, чтобы я увидел, скажем, дом с крыльцом и
трубой, а стоящий рядом - заросший травой холм?
- Может! - радостно объявил наставник. - И если ты поймешь это, то
поймешь и сущность кругов. Твой мир таков, каким ты его желаешь видеть.
Старик ловко ухватил за шиворот горбоносого мужичонку в поношенном
пиджаке, пытавшегося бочком пробраться мимо стола. Тот напряжённо замер и
вызывающе засунул руки в карманы брюк с голубыми лампасами.
- Что ты видел на первом круге? - грозно вопросил маг.
- Стада хеггов, - буркнул мужичонка и, вырвавшись, побежал вверх по
лестнице.
- Ну, хеггами он назвал искателей, - не сдавался Виктор. - Иначе говоря,
толпу людей.
- Нет, хеггами он назвал низкорослых вьючных животных с пушистым хвостом,
которые резво носятся по узкому загону с копнами сена возле стен.
- Как мог этот мужичок видеть каких-то животных вместо сборища людей?
- Для тебя это мужичок. А для него ты - порывистый конь из породы Арланов
|
BIGLIB
