 |
- А как он выглядит, Орлик то? - не удержалась она.
Вопрос, видимо, задел всех за больное место и к костру немедленно
подтянулись все изыскатели.
- Он огромен как гора, - завел речь мужчина, напоминавший сухую, чуть
надломленную жердину.
- Молчал бы уж, - перебил его рыжий молодец, чья залихвастски
растрепанная борода придавала ему исключительно разбойничьий вид. - Был бы
Орлик горой, так разыскали бы его давно.
- А может он и есть гора! - возразил незнакомец, прятавший лицо под
тёмной накидкой. Он походил на чёрного мага, потрёпанного временем и
дорогой. - Ты что, успел на всех кругах побывать?
- До пятого добрался, - мечтательно сказал рыжий.
- И как там?
- Трудно сказать. Яркие дни и чёрные ночи. И ведьмы, ведьмы, ведьмы.
Здесь вот скучно и серо, зато как спокойно. Просто душа отдыхает. А на пятом
кругу только и делаешь, что держишь ухо востро. Ни дня не проходит, чтобы к
какой-нибудь ведьме в ловушку не угодить.
Виктор вспомнил незнакомца, агитирующего у здания кругов, тогда ещё
таинственного и непонятного.
- А я вот одного знаю, который сразу на шестой круг махнул, - гордо
заявил он.
- Не завидую я ему, - вздохнул повар.
- Это ещё почему, - Виктор не хотел заступаться за напыщенного
малосимпатичного субъекта, но что-то в душе звало спорить, протестовать, не
соглашаться.
- Ты, друг мой, слышал когда-нибудь о тяге? - поинтересовался рыжий, так
как повар в очередной раз попробовал варево и теперь стоял в полной
задумчивости.
- О какой тяге? - Виктору не хотелось представлять себя полным идиотом,
задавая глупые вопросы, но полное молчание не красило бы его ещё больше.
- О тяге кругов, - включился в разговор повар, мечтательно смотря вдаль.
- Чем дальше ты углубляешься в поиски, тем сильнее тебя тянут следующие
круги. Первый ты проходишь по собственной воле, на втором ты уже чувствуешь
путеводную ниточку, на третьем направление выбирается безошибочно, с
четвертого тебя просто выкидывает, на пятом ты не успеваешь и осмотреться,
как тебя перебрасывает на шестой. Тяга усиливается от круга к кругу, но горе
тому, кто рискнёт пробраться сразу на шестой круг. Весь максимум тяги
обрушится на неподготовленную голову и расплющит хитреца в лепёшку. Никто не
может начинать с конца, как нельзя прожить жизнь, родившись умудрённым
старцем, наполненным опытом, а умереть счастливым младенцем с совершенно
пустой головой. Засунь трёхлетнему ребёнку опыт столетнего долгожителя и
разум его разорвётся от впечатлений.
Виктор вспомнил несколько рассказов, в которых исследовалась жизнь в
обратную сторону, а богатыря волновало совсем другое.
- Чувствуешь... выбирается... выкидывает... находится... перебрасывает...
Складывается такое впечатление, что круги пройти - раз плюнуть, -
пробурчал он.
- Ошибочное мнение! - заявил чёрный маг. - как только ты отвлекаешься от
поисков, тебя начинают захлестывать бытовые дела, срочные и неотложные
проблемы, текущие события. И оглянуться не успеешь, как поиски становятся
полузабытой детской сказкой, а круг, где пришлось затормозить, превращается
в объективную реальность. И вот ты уже живешь там и твёрдо знаешь, что все
остальные круги - как планеты недостижимых звёзд. Вроде бы они есть, но так
далеко, что не добраться. Да вроде бы и не нужно уже всё это.
Виктор вспомнил многочисленное население кругов, которое и словом не
обмолвилось об Орлике. Неужели и они были когда-то неистовыми изыскателями?
- Это очень просто - утратить цель существования, - добавил повар,
проглотив содержимое очередной ложки. - Бывают мгновения, когда видишь эту
цель столь ярко, как звёздную дорожку, ведущую к вершине всего сущего. Но
уже в следующую секунду тебя охватывает уверенность, что это всего лишь
яркая картинка. Ты начинаешь считать, что такое попросту невозможно. А на
следующий день картинка кажется для тебя совершеннейшей ерундой. В следующий
её приход ты опять проникаешься увиденной глубиной и думаешь, что вот теперь
то непременно начнешь жить по новому. Но прямо сейчас это почему-то не
получается. Предстоящие свершения откладываются на завтра, до понедельника
или после ремонта. Через год ты видишь эту картинку снова, с ужасом понимая,
что так ничего и не сделал для её воплощения. И тогда возникает великая и
нерушимая клятва в том, что с дороги не свернуть. Но не прошло и недели, как
дорога стелется уже где-то побоку, а ты снова влез куда-то в постороннее
место или потратил время на нечто совершенно бесполезное. И вдруг
обнаруживается, что время истекло окончательно, вся жизнь позади, а шанс
добраться упущен безвозвратно. Картинка так и осталась мечтой, но уже
хорошо, если те дела, из-за которых пришлось от неё отказаться, вызывают не
горечь, а гордость. А всё равно остается лёгкая зависть к тем немногим, кто
сумел не свернуть, не растратить и добраться.
От следующей ложки повар прикрыл глаза, удовлетворённо хмыкнул и сказал:
- Готово!
Все дружно вскочили на ноги и столпились возле костра, оттеснив Виктора,
принцессу и богатыря за пределы видимости общественного котелка. Наконец,
сквозь толпу продрался рыжий разбойник с котелком, ручку которого сжимали
два огрубевших пальца.
- Бывайте, - весело заявил он, лихо подмигнул, продавил небесную твердь и
исчез вместе с остальными, толпой повалившими за ним.
- Счастливо оставаться, - попрощался чёрный маг, замыкавший повеселевшую
демонстрацию.
Тройка путешественников осталась в одиночестве, если не считать тех
странных тварей, ухающих в сумерках. Сильный порыв ветра задул догоравший
костер и осенняя погода воцарилась в легендарном Промежутке, о котором
молчал даже Путеводитель по кругам. Виктор начал переживать.
- Слушай, - обратился он к богатырю. - Вот ты говорил, что мы можем
предположить существование такого времени четвертого круга, где Орлика уже
или ещё нет.
- Ну, - согласился или не согласился богатырь.
- Так почему бы нам не допустить, что мы попали в такие круги, где Орлика
попросту не планируется?
На удивление, богатырь не стал спорить с подобной постановкой задачи.
- А нам это выгодно? - ехидно улыбнулся он. - Считай, ты уже добрался
почти до пятого круга. Ещё немножко и ты пройдёшь шестой. А затем выйдешь из
кругов с пустыми руками. Что тогда скажешь тому, кто обещал отправить тебя
на Родину, если не предоставишь ему Орлика?
Виктор подавлено молчал. Ситуация, действительно получалась очень
неказистая.
- Холодно, - сказала принцесса, - пора отсюда выбираться.
- Давно пора, - кивнул богатырь. - Промежуток - не круги, Орлика здесь не
найдёшь. Тем более на таком ограниченном пространстве, каким располагает наш
любопытный друг.
Он снова ткнул Виктора в ногу. А Виктор неожиданно - впервые!!! - успел
увернуться. Настроение у него немедленно поползло вверх.
- Что за ограниченное пространство? - спроил он.
Богатырь привычно вздохнул и начал разъяснительную работу.
- Тебе Промежуток ничего не напоминает? - поинтересовался он.
- Ну, третий круг как будто бы, - сказал Виктор, мучительно подумав.
Больше всего не хотелось в очередной раз сверзиться в коварно подставленную
лужу с подачи богатыря, да ещё и в присутствии принцессы.
- Угу, - подтвердил богатырь. - А различия?
- Темно тут, - начал перечислять Виктор, - холодно, скучно, непонятно.
Впрочем, и на третьем круге тоже не все было понятно. Ага, ни золота нет, ни
мужчины, который его охранял.
- Ещё, - потребовал богатырь.
- А что ещё, - развел руками Виктор, - не знаю даже, что тут ещё. Ах, да,
мы не той дорогой пошли...
- Вот, - довольно прервал его богатырь. - Каким бы таинственным ни был
промежуток, он, как и круги, является отражением тебя самого. Погода не
солнечная, так и настроение по жизни у тебя не всегда радостное. Мужик с
золотом исчез, но, вдруг, это твой максимализм подрастерялся. А вот другая
дорога - это просто замечательно. Значит, ты умеешь менять свою судьбу, хотя
и на новом пути она у тебя крайне маленькая и незначительная.
Не мог богатырь обойтись без ложки дёгтя. Виктор скрипнул зубами и
поклялся отыскать Орлика раньше, чем богатырь. Потом он вспомнил людоеда,
уевшего всех своих родственников и поэтому безмерно торжествующего, и ему
стало нехорошо.
Прежде всего он решил действовать и сразу же двинулся вдоль небесной
тверди, постоянно проверяя её неприступность нежным касанием. Наконец,
небесная твердь уткнулась в забор, за которым видимо продолжалось то же
самое. Виктор вспомнил, что заборы в незнакомых местах пересекать крайне не
рекомендуется. Пришлось идти вдоль забора. Он восхищал своим ровненьким
совершенством, досочки были подогнаны одна к другой без малейшей кривизны, а
щели между ними скрывали изящные единообразные реечки. Только зелёная краска
успела то ли выцвести, то ли выгореть, и обсыпаться в некоторых самых видных
местах. Забор уперся в ряд гаражей. Ухающие твари покинули этот район и
изысканиям Виктора никто не мешал.
Виктор уже чувствовал, как они огибают гаражи, возвращаются на поле,
опускаются на землю и застывают в тревожной дрёме, так как уже использовали
единственно верную дорогу. Только он принялся размышлять, а была ли дорога
верной или единственной, как левая рука провалилась в тёмную узкую щель.
Виктор обрадовался. Во-первых, можно значительно сократить путь, прорвавшись
к полю напрямую. А во-вторых в такой тёмной щели непременно должно
обнаружиться сено, чтобы Виктору было мягко спать на печальном поле,
прислонившись к холодной стене гаража. Он втиснулся в узкое пространство и
начал пробираться все дальше и дальше. Щель никак не заканчивалась. Виктор
удивленно оглянулся назад. Светлая полоска, перекрытая вверху головой
принцессы, а внизу - богатырём, казалась невероятно далекой. Виктор
испугался, но почему-то принялся пробираться дальше всё более остервенело.
Шорохи за спиной удостоверили его, что богатырь и принцесса последовали за
ним. Со скоростью разогнавшегося горнолыжника Виктор вырвался на свободное
пространство и чуть не утонул в белых колышущихся волнах.
К тому времени, когда принцесса и богатырь присоединились к нему, Виктор
понял, что это всего лишь туман. Из белых клубящихся облаков выставлялась
каменная арка, ведущая в коридор, сложенный из серых неровных блоков. На
правой стойке красовалось гигантское объявление. Даже отсюда буквы вполне
читались и складывались в призыв: Все Наташи, Тани, Оли не шагайте больше к
школе и не прыгайте на воле во широком чистом поле. Вы сюда скорей бегите, к
центру тропочку найдите и меня, не медля, в центре Лабиринта разыщите. Под
этим лозунгом расположился портрет мордатого розовощекого субъекта с весьма
развитой мускулатурой. Принцесса заинтересовано оглядела красавца,
намеревавшегося осчастливить любую, кто проберётся к нему в центр неведомого
лабиринта.
- Враньё, - махнул рукой богатырь. - Как всегда одни обещания. Но верят,
и пробираются.
Пока они изучали объявление, обстановка слева заметно поменялась. Туман
начал исчезать, а на освободившееся место наплывало такое знакомое,
невыносимо скучное осеннее поле.
- Промежуток возвращается, - завопил богатырь. - Скорее в лабиринт.
Изыскатели проскочили под каменным сводом, когда тот уже начал колебаться
и растворяться в белесых волнах уносящегося тумана. Но коридор оказался
надежным и непоколебимым. Снаружи вход заволокла белая мутная пелена. Затем
она слилась цветом со стеной и превратилась в ещё один каменный фрагмент,
который немедленно был истыкан любопытными ручками богатыря.
- Ага, - сказал богатырь. - Ну теперь - порядок. Мы почти на месте.
Двинулись.
И он уверенно зашагал налево, туда, где должно расстилаться поле, но не
было ничего, кроме полутёмного сумеречного коридора, озарённого чем-то,
напоминающим лампы дневного света, упрятанные в каплеобразные футляры.
Мерцающие и чуть потрескивающие капли расстилались по неровному потолку,
медленно перетекая с места на место. Изредка какая-нибудь из них теряла
опору и скатывалась по влажной стене. Поблестев сквозь пыль неярким
мерцанием и ярко сверкнув в последний миг своего существования, она
превращалась в обычный камень - тёмную речную гальку, испачканную в пыли.
Шаги путешественников гулко разносились в каменных просторах. Частенько на
стенах обнаруживались те самые плакаты, призывавшие всех Наташ, Тань и Оль
не сворачивать с выбранного пути. Сырые пятна разъедали очертания букв и
уродовали обладателя призывной улыбки, но суть объявления оставалась ясной и
неизменной.
- Мы идём к центру? - поинтересовался Виктор.
- Вот ещё, - хмыкнул богатырь. - Тебя случайно не Наташей зовут?
- И не Таней, - напомнил ему Виктор.
- Значит Олей, - улыбнулся богатырь, - тогда тебе направо.
Справа время от времени мелькали тёмные проходы, ведущие в неизвестность.
- А мне можно к центру? - спросила принцесса.
Виктор донельзя испугался. Если такая очаровательная девушка покинет их,
|
BIGLIB
