ФАНТАСТИКА

Умереть впервые

Комментировать

LIB.com.ua [электронная библиотека]: Константин Бояндин: Умереть впервые

дергающей болью. Поднеся ладонь к глазам, он увидел три глубоких ожога —
треугольной формы следы глубоко впивались в ладонь. Обо что это он так?
Флакончик с целебным составом тоже не пострадал. Таилег капнул на распухшую
ладонь и, стиснув зубы, вытерпел огонь, принесенный исцелением.
Так что же здесь произошло?
Таилег не сразу понял, что каменной колонны больше не существует. Вернее,
огромный ее сегмент, футов в десять длиной, отсутствовал. На его месте теперь стоял
он, Таилег. Осознав это, он поспешил отойти. Вовремя: сверху немедленно свалилось
несколько довольно острых и тяжелых осколков.
А чьи это оплавленные следы? Две пятерни, глубоко отпечатавшиеся в камне?
Таилег осторожно приложил руку к одному из отпечатков. Камень был еще горяч.
Несомненно, это его рука.
Да что же это все значит?
Таилег в полном смятении озирался вокруг, как вдруг обратил внимание на
импровизированную постель.
В ней никого не было.
Таилег подошел, осторожно нагнулся и осмотрел подстилку и плед. В обоих
виднелись выжженные следы, и отпечаток тела рептилии еще хранил ее тепло.
— Хорошенькое дело, — произнес юноша и уселся с размаху на скомканный плед.
Вопреки всем его усилиям, голос дрожал и звучал жалобно.
Таилег доел очередной ломоть мяса и пересчитал свои запасы.
Если весь день идти, то хватит на четыре с небольшим дня. Недостатка воды пока
не предвидится… но вот что ему теперь делать?
Ладно, рептилия скрылась — ее дело. Может, оно и к лучшему. Таилегу все равно
не спастись, если его захотят убить. Здесь он беспомощен.
На дне рюкзака отыскался компас. Под землей толку от него было немного, но
стало понятно, что река течет с северо-северо-востока.
Там же, на дне, лежали две книги — и . Не
бог весть какое чтиво, и все же… Как бы ему тут не застрять годиков на несколько.
Сгодится и это. О, и чернильница цела! Интересно, кто это все мне положил?
Впрочем, понятно кто.
Хорошо, если удастся посидеть день (или ночь?) в относительном спокойствии.
Подумав несколько минут, Таилег решил идти вниз по течению. Хотя бы в уважение
древнего суеверия — не возвращаться назад, пока цель не достигнута. Сложив пожитки,
он устроился поверх отпечатков своих ладоней и немного полежал, глядя на потолок.
Странным образом напряжение и постоянный страх оставили его. Осознание этого было
редкостным удовольствием.
Он лежал, прикрыв глаза, и слушал размеренное журчание воды. Однако он вовсе
не собирался спать и вовремя заметил едва ощутимый хруст камушков под чьими-то
ногами.
Бурная ночь не притупила его рефлексов. Меньше чем через секунду Таилег уже
стоял на ногах, сжимая в правой руке кинжал.
Перед ним стояла мокрая рептилия. Росту в ней было всего футов пять. Ярко-
желтые глаза с вертикальными зрачками спокойно глядели на него, не мигая.
Таилег молча убрал кинжал от ее горла и уселся на камень. Рептилия осторожно
разжала ладони, и три больших рыбины упали наземь, мелко подрагивая.
Не сводя друг с друга взглядов, они довольно долго сидели неподвижно.
Таилег решился отвести взгляд от этих гипнотизирующих, ярких глаз и неторопливо
расстегнул рюкзак. Извлек одежду и обувь рептилии и осторожно положил перед ней. Та,
продолжая рассматривать человека, ловко застегнула свою и обулась. Только
теперь Таилег осознал, насколько свободно она себя здесь чувствует. Без обуви, без
снаряжения подошла к нему вплотную почти совсем бесшумно!
Юноша выложил свой дневной запас еды и положил рядом с рыбой. Рептилия
мельком взглянула на предложенное и отвернулась.
Таилег пролистал блокнот, в котором записывал наставления Леглара, и
откашлялся.
— Анс ассаи, халиан Таилег, — сказал он, стараясь произносить слова четко, и
приложил ладонь ко лбу. Рептилия вздрогнула и чуть приоткрыла рот. — Анс ассаи,
ормасс ари?
Что означало: могу ли я надеяться узнать ваше имя? Правда, Леглар любил
повторять, что точного перевода на Тален в данном случае нет и быть не может.
— Анс ассаи, ханссарил Тамле, — ответила рептилия неожиданно мелодичным
голосом и, быстро прикоснувшись когтем правой руки к запястью Таилега (от чего тот
вздрогнул), спросила: — Таилег Хаттар, аирссидо хаин?
— Не понимаю, — ответил сконфуженный Таилег на Нижнем Тален, и уши вновь
подвели его, покраснев по краям. Он помолчал, собираясь с мыслями, и повторил то же
на языке рептилии: — Илеасс ханссамир оила.
Рептилия кивнула и, поудобнее устроившись на камне, принялась за рыбу.
Зрелище было настолько впечатляющим, что Таилег даже рот открыл от изумления. Кто
бы мог подумать, что рыбу можно так разделать когтями за десять секунд!
Пока Тамле завтракала, он записал ее ответ в блокнот (на что та не обращала
внимания) и лихорадочно искал в нем сложный список иерархии Хансса. Долго листал
его, прежде чем нашел слово . А когда нашел, то земля едва не ушла у него из-
под ног.
.
— Хорошо хоть, что перемирие, — проворчал Таилег и покосился на рептилию. Та
закончила свой завтрак (оставив ему одну из рыб) и, молча поднявшись на ноги, скрылась
из виду.
Похоже, что мы еще не распрощались, подумал Таилег и со злостью пнул рюкзак.
Что-то протестующе звякнуло внутри. Ну что, кто теперь сомневается в том, что делать
добро — совершенно бесполезное и опасное занятие?!
! Неплохое начало для знакомства!
Тут вновь что-то щелкнуло у него, в голове и тревожная мысль посетила его. А как
это он ходил, собирал вещи, читал и так далее в полной темноте?
Ведь факела-то он не зажигал!
Ошарашенный юноша извлек из кармана куртки факел и снял
колпачок. Нестерпимо яркое сияние ударило в глаза… и сразу само собой стало
терпимым и удобным. Он погасил факел и через пару секунд видел так же хорошо.
Даже, пожалуй, лучше, чем прежде.
Нет, не только отвратительные чудеса случаются с ним! Непонятно конечно,
навсегда ли новое зрение и что он потерял взамен… Да и ладно.
Некоторое время Таилег стоял, все еще пораженный таким необычным даром.
Интересно, надолго ли это?
Весь последующий день он шел вниз по течению, но Тамле так и не появилась.
* * *
Затеряться среди других туристов, посещающих руины Двух Золотых Лун, для

Леглара Даала было простой задачей.
Сейчас он был Маором Нишором, купцом из Лерея. Среди пестрого потока, что
вливался в узкие ворота города и выливался обратно, он выглядел так же естественно,
как и остальные.
Он заметил второго человека, чьи приметы совпадали с оставленными Таилегом, и
принялся следить за тем. На третий день после того, как Таилег исчез в руинах, сообщник
соглядатая не выдержал и появился здесь.
Вначале он посетил ту злополучную комнату, в которой должен был побывать
Таилег.
Комната была почти пуста. В смысле ценных находок, конечно. После недолгих
поисков Даал обнаружил две арбалетные стрелы. Одна — с жалом, испачканным в
высохшей крови, и вторая — словно бы перерубленная пополам. Ни одного мертвого
тела не было поблизости; следов переноски покойника также не нашлось. Стрелы уже
были кое-чем, и Даал их тщательно упаковал и опустил в рюкзак.
Впрочем, тело можно было спрятать или уничтожить магически, а эту возможность
подручными средствами проверить было невозможно. Интуиция подсказывала Леглару,
что его наиболее талантливый (и, кстати, заносчивый) ученик все еще жив.
Самое удивительное было то, что булавка, которую он некогда унес отсюда,
торчала целехонькая в полу, у всех на виду. Почему ее никто не забрал? Через день
после исчезновения Таилега дождь прекратился и мощный поток туристов хлынул в
руины. Даал не был единственным вором среди них, да и свежих следов было немало.
Почему же булавка все еще здесь? И где Наблюдатели?
Что-то здесь было не так.
Памятуя о магической эманации диаграммы, Даал не стал входить в нее, а извлек
булавку петлей. Диаграмма немедленно ожила и вновь принялась светиться, ее серые до
того фрагменты обрели прежние цвета. Какого дьявола Таилег вставил булавку сюда? В
тексте поручения Наблюдателей было сказано буквально так:

Нужно было быть полным идиотом, чтобы экспериментировать с магическим
устройством, совершенно не зная о его назначении! Таилег, конечно, способен идти на
риск, но не такой — в этом Леглар был убежден.
За руинами, несомненно, следили. Так что странное предписание означало, что Наблюдатели будут начеку. Так кто же на самом деле встретил
Таилега? И чья кровь на стреле? Впрочем, чья кровь — вроде бы понятно. Проверим,
конечно, но предварительно ясно. Капель крови немного, только на диаграмме, и,
следовательно, серьезного ранения Таилег не получил.
Так что теперь надо брать второго и вытряхивать из него правду.
В этом преуспеть было не так уж и трудно. Леглару приходилось выполнять десятки
подобных поручений, и выследить того, кому был дан заказ на устранение человека, не
представляет труда для профессионала того же рода.
Покрутившись среди туристов, второй соглядатай скользнул к боковой лестнице и
был таков. Леглар тоже отправился в том направлении… но только он уже побывал там
раньше и оставил несколько сюрпризов нежданному гостю.
…Когда убийца появился из дальнего прохода, оружия при нем видно не было.
Леглар осознавал, что это ровным счетом ничего не означает. Многие специалисты
выглядят неопасными — что притупляет бдительность.
Он надел защитные кольца и амулеты из своего арсенала и извлек палочку-
пускатель из кармана. Когда его цель, тщательно осматриваясь, отошла от входа, Леглар
зажмурился и переломил палочку.
Рефлексы у убийцы были на высоте — сквозь сомкнутые веки Даал ощутил
вспышку, озарившую комнату. Подождал секунду для верности и увидел с
удовлетворением, что лежит и отдыхает совсем недалеко от того места, где его
застали усыпляющие заряды.
Через полминуты облачка стали безопасными, и, проверив обе лестницы и
продумав легенду на случай, если их застукают, Даал пошел брать своего незадачливого
коллегу.
…Коллега поздно осознал, что попал в руки к не меньшему профессионалу. Даал
коротко изобразил несколько отличительных знаков Гильдии убийц и повел разговор на
Верхнем Тален, который не был известен большинству населения.
— Кто дал заказ на вот этого, — Даал помахал портретом Таилега, исполненным на
небольшом листе бумаги, — я не спрашиваю. Мне нужно знать, чего вы добились и
сколько вас участвует в задании.
Допрашиваемый мрачно молчал.
— У меня мало времени. — Даал посмотрел на хронометр. — В сущности, я могу
связать тебя и отнести к одному знакомому псионику, который и без твоей помощи
пороется у тебя в башке. Потом, правда, придется скормить тебя его любимым рыбкам.
Если же скажешь, то мы разойдемся и больше не встретимся. Доложишь о провале,
заплатишь штраф и останешься жив. Думай быстро, считаю до пяти.
На слове убийца согласился отвечать. Даал выпил содержимое небольшого
флакончика, отчего в глазах у него слегка порозовело, и задал первый вопрос.
— Сколько человек участвует в операции?
— Я один, — ответил убийца, не задумываясь, и красный нимб загорелся над его
головой.
— Врешь, — ответил Даал и вновь посмотрел на хронометр. — Я сам отчасти
псионик, так что сэкономим время. Даю тебе три минуты на весь рассказ. Иначе мое
обещание останется в силе.
Убийца оказался доверчивым и быстро изложил все, что знал. Его напарник
пропал, цель пропала, четверо их агентов ждут распоряжений. Заказчик пока ничего не
знает.
Каждый раз над убийцей загорался то зеленый, то серый нимб. В основном правда,
и на том спасибо.
— Я доволен, — ответствовал Даал и защелкнул две больших металлических
скрепки на веревках, что опутывали пленника. — Через пять минут веревки перегорят.
Убирайся из города и докладывай, что цель сбежала. Вот тебе на штраф, — Даал кинул
горсть золотых монет, — считай, что это мой заказ. За тобой будут следить, попытаешься
обмануть — пожалеешь.
Тон у Даала был самый дружелюбный, но взгляд запуганного до полусмерти
толстяка говорил, что он не замедлит воспользоваться его, Даала, ценными указаниями.
Выйдя в коридор, Даал снял маску и выпил из другого пузырька. Через пять минут
тембр его голоса вернется в норму, а до той поры надо молчать.
В Совете Наблюдателей были немало удивлены, когда к ним в приемную ворвался
не на шутку разгневанный Даал. Отодвинув секретарей в сторону, он прошел прямо в
комнату, где находился глава представительства, и закрыл за собой дверь.
Глава, Кинисс Аугари анс Шалир, была хансса, и солнечный свет на пользу ей не
шел. Существовали средства, что придавали иммунитет, но она использовала их только
в тех случаях, когда была острая необходимость выходить наружу.
Внутри помещения царил полумрак, и освещение создавалось фосфоресценцией,
похожую на ту, которую использовали хансса в своих древних поселениях. Создавал ее
мох, что рос на стенах их пещер и стоил, кстати, бешеных денег. Алхимики всех стран
Ралиона его ценили очень и очень высоко.
Кинисс сидела на своем — странной конструкции, которая позволяла

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *