ФАНТАСТИКА

Умереть впервые

Комментировать

LIB.com.ua [электронная библиотека]: Константин Бояндин: Умереть впервые

Глаза у Тарца заблестели.
— Никаких сокровищ, — сказал Даал сурово. — Сокровища после. Сначала дело.
— Какое там дело! — проворчал толстяк, стирая с плоскости клинка своего оружия
невидимую грязь. — Еще непонятно, доживем ли… тьфу ты, зараза… вернемся ли сюда
обратно.
* * *
Таилег сидел у ручья, что вытекал из-под одной стены и втекал под другую. Вода
была чистой и на вид безопасной, но пить ее он все же не решился.
События предыдущих нескольких часов изрядно утомили юношу. Их, событий, что
случились с ними за этот краткий период, было не меньше, чем за три предыдущих
месяца.
Таилег помнил все смутно. Летающие оскаленные черепа, каменные руки, что
вылезали из стен, огонь, охватывавший комнаты. Иллюзии, после которых впору было
поседеть от ужаса.
И последний сюрприз. Под ними разверзся пол, складываясь гармошкой, и под ним
оказался действительно желоб.
Но не один.
Все разъехались в разные стороны, не успев даже крикнуть. Таилег помнил, что
падал довольно долго, и уже стал припоминать, что там Рамдарон говорил о колодце с
шипами, как падение неожиданно завершилось.
Он уселся с размаху в текущий ручей и сильно ушиб себе копчик.
Все ужасы предыдущего пути уступили место одной, но крайне ощутимой
неприятности. Боль была почти нестерпимой, но отрезвляющей. Она вправила Таилегу
мозги намного лучше, чем самое сильнодействующее лекарство.
Убедившись, что все еще цел, он поднялся, ежась от холода, и услышал чьи-то
шаги.
Кто-то, небольшой и медлительный, двигался во тьме.
Таилег погасил факел и еще раз порадовался своему ночному зрению. Без факела
было видно лучше, чем с ним.
Мягкие шаги доносились откуда-то спереди.
— Кто здесь? — спросил Таилег, поднимаясь на ноги.
Проход впереди него слабо осветился.
Величественная мозаика украшала стены. Таилег видел только часть ее, но даже
небольшой фрагмент поражал воображение. Куски цветного камня были подобраны,
казалось, безо всякого видимого смысла, но ощущения, которые приносило созерцание
картины, впечатляли. Словно истина, давно понятная, но не описываемая
существующими словами, вертелась на языке.
Юноша встал, перешагнул через ручей и направился в проход.
Зал, в который он вошел, изобиловал ходами, норами и сталактитами. Все стены
его были заняты мозаикой — поднимаясь на четыре человеческих роста, она создавала
огромную, подвижную и непонятную картину. Таилег задрал голову, стремясь понять,
откуда надо начинать ее рассматривать, как тихий, почти бесплотный голос коснулся его
слуха.
— Пришел…
Таилег резко повернул голову. У стены стояло небольшое, фута в три ростом
существо, похожее на плюшевого медведя. Пуговки его глаз печально смотрели на
пришельца. Возле руки виднелась очень странная пластинка: в отличие от
других составляющих мозаики, по ней не переливались никакие цвета. Она была серой.
— Таилег сделал шаг к комично выглядевшему существу и ощутил слабый запах
озона.
, — посетила его разум неожиданная мысль.
— Пришел… — тем же бесплотным голосом произнес и чуть
покачнулся. — Незавершенный заждался тебя, человек… закончи свое поручение.
Позади Таилега послышались шаги, и остальные его спутники вышли из темноты.
Тарц, весь исцарапанный и злой, хотел что-то сказать, но Даал резко тряхнул его за
рукав, указывая на .
— Разрази меня гром, это майм! — донесся до Таилега возбужденный шепот.
— Кто такой Незавершенный? — спросил юноша, приближаясь к существу. Оно
безучастно смотрело на него сверкающими глазами и не отвечало. От него доносился
странный запах… жара и пламени, лавы и пепла. Не запах живого существа.
— Закончи свое поручение, — услышал он вновь. — Остался последний шаг. Мы
все, как и Незавершенный, ждали тебя. Прошло так много времени… Выбери для него
последнюю страсть.
— Что? — грозно спросил Иррген, прежде чем Даал успел его остановить. — О
какой страсти говорит это чучело?
— Человек, — прошелестел голос, и вновь покачнулся. —
Незавершенный не может управлять своим миром и своим разумом. Он слишком близок к
гармонии — а ближе всего к гармонии хаос. Мы страдаем и умираем от голода, пока ты
думаешь, что делать.
До Таилега начало доходить, что все это время происходило.
— Вы, значит, страдаете и умираете. А те люди, которые погибли? Как они? За что
пострадали они? За что пострадали мы все? Я не просил выбирать меня ни для какой
миссии.
— Что значит одна жизнь, человек? Меньше, чем ничего. Оторви от себя волосок —
разве ты умрешь без него? Кроме того, Незавершенный сделал вам великий дар. Он дал
вам вечную жизнь.
— В гробу я видел твою вечную жизнь, кукла! — прогремел Тарц и сделал шаг
вперед, отводя секиру в сторону. — Или ты начнешь говорить на понятном языке, или я
сделаю из твоей шкурки коврик для прихожей!
— Что это у тебя, человек? — спросил майм, поворачиваясь к Тарцу и глядя
невинными глазками на поднимающееся оружие.
— Это, коротышка, моя любимая секира, — холодно отвечал Тарц. — Оружие
такое, если не понял. Сейчас ты с ней познакомишься, если не научишься отвечать на
вопросы. Ну, говори! — рявкнул он.
— В мире нет никаких секир, — тихонько пропел майм и махнул забавной лапкой.
— И нет никакого оружия.
Глаза Тарца сверкнули, и он выронил секиру. По счастью, та никого не задела.
Несколько секунд Иррген смотрел на свои руки, на своих друзей, на майма, и было видно,
что он не в состоянии произнести ни звука. С ревом, в котором не было ничего
человеческого, он кинулся прочь. Рамдарон с проклятиями бросился следом.
Из темноты донесся шум схватки и плеск воды.
Даал метнул в майма злобный взгляд и кинулся в темноту — помочь.
— Человек. — Майм повернулся к Таилегу, и глазки его стали доверчивыми. —
Назови страсть, которую ты дашь Незавершенному. Все страдают и будут страдать, пока
ты не выберешь ее. Что ты хочешь ему дать? Что должно быть в нем главным? Любовь?
Война? Скорость? Время? Не медли, человек, я прошу тебя.
— Главную страсть, значит, — ответил Таилег медленно и нехорошо улыбнулся. —

Вот, значит, как. Ну хорошо. Я понял тебя, майм, или как там тебя зовут. Я догадываюсь,
кто такой Незавершенный. И я сделаю ему сейчас отличный подарок.
Таилег подошел поближе к серой пластине, и майм услужливо отошел на шаг
назад.
— Я знаю отличную главную страсть, — продолжал Таилег, уже предвкушая
триумф. — Она достойна такого бога. Она достойна всех вас. Самая сильная страсть,
самая важная. С ней вы станете непобедимыми. Эта страсть — пустота.
Майм вздрогнул и поднял лапки, словно умоляя о чем-то.
— Да, пустота! — расхохотался юноша, и смех его отразился от потолка пещеры, —
Полная и бесконечная! Без пространства и времени! Без всего, майм! Получайте свою
главную страсть!
И прикоснулся к пластине.
Майм пискнул и кинулся к юноше, словно стараясь помешать ему совершить
задуманное.
Мозаика разом потухла. Стала непроницаемо-черной. Ледяным холодом дохнуло
откуда-то сверху.
Майм безжизненно свалился наземь.
Юноша вобрал голову в плечи, ожидая, что сейчас рухнет свод, — но ничего не
случилось.
Он победил.
Отшвырнув ногой тельце майма, он кинулся к ручью. Там еще слышались стоны,
хрипы и проклятия.

Глава пятая. ЕДИНСТВО
Рамдарон был бледнее самой смерти. Он отодвинулся от стены и указал на
скрученного, связанного Тарца. На лице толстяка застыл непередаваемый ужас; он
булькал, хрипел, порывался бежать и издавал звуки настолько чудовищные, что кровь
стыла в жилах.
— То же, что и с другими, — повторил Рамдарон глухо. — То же самое. Что будем
делать?
Таилег задумался и его осенило.
Он сходил за секирой, стараясь не глядеть на лежащего неподвижно майма, и
принес ее к Ирргену. Тот пошевелил пальцами руки, прикасаясь к оружию, и захрипел,
завыл еще сильнее, вращая дико глазами.
— Это секира, — мягко ответил Таилег и положил ее так, чтобы пальцы безумца
смогли к ней прикасаться. — Это оружие. Тебя обманули. В мире есть и то и другое.
Глаза толстяка неожиданно остановились, а на лице проступил разум.
— Это… — прохрипел он, глядя на секиру, — она… она…
И разрыдался.
Рамдарон молча развязал узлы на веревке и потянул двух остальных за руки.
— Идемте. — Он указал на темный теперь зал. — Оставим его одного.
Даал долго рассматривал майма и осторожно потрогал его.
— Пустой, — сообщил он остальным. — Тряпичный. Что с ним случилось?
— Меня это мало волнует, — сухо ответил Рамдарон. — Как ты догадался, Таилег?
— На знаю, — Юноша устало пожал плечами. — Показалось, что надо просто
сказать противоположное. Ну и ужас… аж мороз по коже. Бедняга Тарц…
— Что ты ему сказал? — спросил Даал, указывая на оболочку майма. — Он что-то
говорил о какой-то страсти.
— Я подарил им пустоту, — ответил довольный Таилег. — Ту, которую они
заслуживают. Надеюсь, что их богу и им самим конец.
Даал только покачал головой. …Иррген достаточно быстро пришел в себя.
Чтобы полностью привести его в чувство, хватило доброго глотка из фляжки.
— Боги мои, — причитал он, — какой кошмар. Век тебе не забуду, Таилег. Если бы
вы только знали, как это было ужасно!
— Кончай, Иррген. — Даал был непривычно неприветлив. — Все позади. Таилег, ты
еще помнишь то… заклинание? Что ты читал тогда у зеркала?
Послышался плеск лакаемой воды, и Таилег вздрогнул. Напротив на момент
обрисовался силуэт Даррилхоласса, спокойно утоляющего жажду.
— Явился, значит, — проворчал Тарц, которому все еще было неловко.
Таилег извлек из кармана ромб. Тот слабо светился. По его контуру переливались
малиновые огоньки. Он посмотрел на мерцающий узор и почему-то вспомнил Тамле.
— Могу. Ты что, надеешься, что… прошло?
— Кто знает? Ну давай, не тяни душу!
Юноша кивнул и начал читать.
Ручей отозвался мелодичным серебряным звоном, и все, не сговариваясь, сделали
шаг вперед, наклоняясь над водой. Кот тоже наклонился, рассматривая бегущие волны.
Пять пар глаз, склонившихся над пещерным ручьем, всматривались в свое
отражение, но лишь одна пара — золотистых, с пурпурным ободком — смотрела на них
из воды.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *