 |
 |
Империя террора
Автор "Уоррен Мерфи, Ричард Сэпир"
Размер 264785 Байт
Страница 1 из 23
|
 |
Уоррен Мерфи, Ричард Сэпир.
Империя террора
Перевод В. Бродского
Цикл "Дестроер"
Warren Murphy, Richard Sapir
"Summit chase" (1976) ("Destroyer")
Барон Hемеров решил превратить государство Скамбию в рай для преступников.
Для этого он готовит государственный переворот. Римо Уильямс и его учитель
Чиун отправляются в Скамбию, чтобы помешать Hемерову. Случайный рикошет лишает
Римо памяти и он считает себя П.Д.Кенни - киллером, работающим на Hемерова.
by Fantasy OCR Lab
ГЛАВА ПЕРВАЯ
В старинных книгах говорится: если идешь к человеку, который скоро ум-
рет, захвати с собой связанный узлом слоновий хвост.
Поэтому, услышав от охранника, что президент желает его видеть, вице-
президент Азифар сперва подождал, пока охранник выйдет, и затем спрятал
в правый задний карман своих форменных штанов большой веревочный узел.
Только потом он покинул кабинет и пошел вслед за охранником. Стук их ка-
блуков о мраморный пол был единственным звуком, нарушавшим торжественную
тишину роскошного дворца.
Помедлив у двойных дверей из резного дуба, Азифар глубоко вздохнул и
наконец решился войти. Когда дверь за ним захлопнулась, он огляделся.
Президент Скамбии стоял у окна, разглядывая парк вокруг дворца. Дворец
был построен из синего, похожего на сланец камня, который добывался в
этом маленьком молодом государстве. Парк, в котором тут и там были раз-
бросаны искусственные озера, клумбы и живые изгороди, тоже отражал прис-
трастие президента к синему цвету. Вода в бассейнах была синей, синими
были цветы, и даже аккуратно подстриженные изгороди были того темного
оттенка зеленого цвета, который казался переходящим в синий.
Форма гвардейцев тоже была синей, и президент удовлетворенно отметил
этот факт. Это может стать государственной традицией, а традиции - неп-
лохой фундамент для строительства, если государство ничего из себя не
представляет и ничего не имеет за душой.
Цветовую гамму дворца нарушала лишь желтая форма рабочих, укладывавших
канализационные трубы под мостовую рядом с углом восточного крыла двор-
ца. Уже четыре неделя эти рабочие раздражали президента. Но ничего не
поделаешь: страна должна иметь не только традиции, но и канализацию.
Президент Дашити повернулся к человеку, стоящему перед его столом. Во
время беседы ему пришлось порой поворачиваться к окну, чтобы скрыть не-
вольную улыбку при виде формы вице-президента Азифара. Она была сшита из
красного габардина, и каждый ее дюйм украшала тесьма: золотая, серебря-
ная, синяя и белая. Форма была скроена в Париже, но даже безупречный по-
крой не мог скрыть тучность вице-президента Азифара.
Но при первой встрече всех подавляла не столько толщина Азифара,
сколько его безобразие. Ужасней, чем его форма, чудовищней, чем его не-
вероятная величина, было лицо Азифара - иссиня-черное пятно чернильной
темноты. Хорошо еще, что его шишковидную голову с широким носом и скоше-
нным лбом частично скрывала украшенная тесьмой военная фуражка.
Как-то президент Дашити мучился три недели подряд, пытаясь определить,
кого больше напоминает Азифар: толстяка из цирка или располневшего неан-
дертальца. Тело его было как у клоуна, а лицо - как у доисторического
человека; так что проблема осталась неразрешенной.
Но гораздо важней то, что Азифар был военным человеком, которого на
должность вице-президента избрали генералы. Несмотря на все свое отвра-
щение, Дашити приходилось терпеть его.
Но терпеть не значит доверять, и у президента были важные основания не
доверять вице-президенту Азифару. Как можно доверять человеку, который
24 часа в сутки потеет? Даже сейчас по лицу вице-президента сбегали ру-
чейки пота, и перламутровые капельки поблескивали на тыльных сторонах
его ладоней. А ведь они здесь встретились не для решения каких-то важных
вопросов, а просто чтобы обсудить, как Азифару следует провести свой от-
пуск.
- Непременно,- сказал президент,- посетите русское посольство. Затем,
конечно, навестите американское. И дайте там понять, что у русских вы
уже побывали.
- Разумеется,- проговорил Азифар.- Но зачем?
- Затем, что после этого мы получим еще больше оружия из России, и еще
больше денег из Америки.
Вице-президент Азифар даже не постарался скрыть свое недовольство. Его
правая рука невольно коснулась бедра, и пальцы нащупали в кармане завя-
занный узлом слоновий хвост.
- Вы не одобряете меня, генерал?
- Мой президент, одобрять или не одобрять вас было бы с моей стороны
непростительной дерзостью,- произнес Азифар своим хриплым голосом. Его
гортанное произношение свидетельствовало о том, что вице-президент учил-
ся отнюдь не в Сэндхерсте.- Просто я не могу спокойно принимать чужие
подачки.
Президент Дашити вздохнул и медленно опустился в свое мягкое синее ко-
жаное кресло. Только тогда сел и Азифар.
- Я тоже, генерал,- сказал Дашити.- Но нам не остается ничего другого.
Нас называют развивающейся страной, но вы же знаете не хуже меня, что
наше развитие заключается в смене варварства обычной отсталостью. Прой-
дет еще много лет, прежде чем наш народ сможет жить своим собственным
трудом.
Он остановился, как будто приглашая собеседника задать вопрос, затем
продолжил.
- Нам не посчастливилось иметь нефть. У нас есть только этот чертов
синий камень, а сколько его мы сможем продать? И сколько времени наш на-
род сможет жить на эти деньги? Но нам повезло с другим - с нашим место-
положением. На этом острове мы можем контролировать Мозамбикский пролив
и большую часть перевозок груза в мире. Если мы присоединимся к какой-
либо одной мировой силе, контроль перейдет к ней. Поэтому наш путь ясен:
мы не присоединяемся ни к кому, мы поддерживаем отношения со всеми и
принимаем их подачки до тех пор, пока наконец не перестанем в них нуж-
даться. Но пока этот день не пришел, нам нужно продолжать нашу игру. По-
этому вам придется посетить все эти посольства, когда приедете в Швейца-
рию.
Он осторожно разгладил складку на своем белоснежном костюме в едва за-
метную полоску и затем поднял голову. Его проницательный взгляд встрети-
лся со взглядом больших выпуклых глаз Азифара.
- Безусловно, я это сделаю, мой президент,- сказал Азифар.- А теперь,
с вашего позволения...
- Конечно,- произнес Дашити, вставая и протягивая через стол свою тон-
кую коричневую руку. На долю секунды она повисла в воздухе, затем утону-
ла в жирной черной пятерне Азифара.- Удачно вам отдохнуть,- сказал Даши-
ти.- Был бы рад поехать с вами.- Он по-настоящему тепло улыбнулся и по-
пытался скрыть невольную дрожь, вызванную прикосновением потной ладони
Азифара.
Скрестив взоры, два человека пожимали друг другу руки. Наконец Азифар
опустил глаза, и президент разжал руку. Слегка наклонившись, Азифар по-
вернулся и зашагал по ковру к дверям 12-футовой высоты.
Он не позволил себе улыбнуться, пока не миновал двух одетых в синюю
форму гвардейцев, стоящих снаружи президентского кабинета. Но на пути из
приемной к лифту он улыбался. Он улыбался в лифте, улыбался, когда шел к
своему "мерседесу", стоящему перед дворцом. Опустившись на мягкие подуш-
ки заднего сиденья, он глубоко вдохнул сухой и прохладный кондициониро-
ванный воздух, затем, все еще улыбаясь, сказал шоферу: "В аэропорт".
Автомобиль не спеша поехал по дугообразному подъездному пути, ведущему
от дворца к шоссе. У восточного
крыла полудюжина одетых в желтое рабочих копали глубокую яму. Затормо-
зив в дюйме от них, водитель шепотом выругался и произнес вслух:
- Эти идиоты собираются здесь копаться еще полгода.
Азифар ничего не ответил. Он был слишком доволен собой, чтобы пережи-
вать из-за медлительности рабочих. Узел в заднем кармане причинял ему
неудобства, и он вытащил его. Поглаживая пальцами жесткую слоновью кожу,
он обдумывал слова, которые скажет, когда всего через семь дней займет
место президента. Азифар. Президент Скамбии.
Стоя у окна, президент Дашити наблюдал за лимузином Азифара, который
медленно миновал рабочих, укладывающих канализацию, и затем, увеличив
скорость, выехал на единственную в стране мощеную дорогу, ведущую от
дворца к аэропорту.
Никогда не надо доверять генералам, подумал Дашити. Они думают только
о том, как получить власть, а о том, что с ней делать, они не думают.
Как хорошо, что им поручают только такие маловажные вещи, как воины. Он
вернулся к своему столу и принялся подписывать просьбы о предоставлении
его стране международной помощи.
А Азифар в это время думал о том, что спустя всего лишь несколько дней
Скамбия не будет больше нуждаться в помощи ни от какой иной страны. Мы
будем самой большой силой в мире, подумал он, и все народы будут уважать
наш флаг и бояться его.
"Никакая сила не остановит меня,- подумал Азифар.- Никакая сила: ни
одно правительство и ни один человек".
ГЛАВА ВТОРАЯ
Его звали Римо, и в этой грубой коричневой монашеской рясе он чувство-
вал себя очень глупо. Его талию крепко опоясывала узловатая веревка. Ри-
мо подумал, что с ее помощью можно кого-нибудь задушить; впрочем, Римо
для этого не требовалась помощь.
Он стоял перед Вестсайдской федеральной тюрьмой, ожидая, пока откроет-
ся большая стальная дверь. Его ладони были мокры от пота. Он вытер их о
рясу и понял, что не помнит, когда потел в последний раз. Все дело в тя-
желой рясе, подумал он, затем обозвал себя лжецом и сознался, что по-
теет, потому что стоит у входа в тюрьму, ожидая, когда его впустят
внутрь. Он еще раз ударил по маленькой кнопке на правой стороне двери и
сквозь толстое стекло увидел, как охранник поднял голову и раздраженно
посмотрел на него.
Затем охранник нажал кнопку на своем столе, дверь прыгнула и медленно,
дюйм за дюймом, поползла назад. Она двигалась толчками, как тележка в
американских горках, поднимающаяся к вершине очередной горы. Открывшись
всего дюймов на двадцать, дверь остановилась. Чтобы протиснуться в узкий
проем, широкоплечему Римо пришлось повернуться боком. Как он успел заме-
тить, в толщину дверь состояла из двух дюймов сплошного металла. Едва он
оказался внутри, как услышал, что дверь начала закрываться, захлопнув-
шись наконец со звуком, типичным для всех тюремных дверей.
Римо находился в приемной, и взгляды шести чернокожих женщин, ожи-
дающих часа свидания, были устремлены на него. Ему захотелось спрятать
лицо под капюшоном своей рясы, но он взял себя в руки, подошел к столу
охранника и оперся на толстое пуленепробиваемое стекло, отделявшее охра-
нника от посетителей. Ощутив, как прочно стекло, он решил, что в толщину
оно никак не меньше одного дюйма, и даже с близкого расстояния пробить
его сможет только очень мощное оружие.
Не поднимая головы, охранник нажал на кнопку, снова крепко запирая
входную дверь. Если бы теперь Римо понадобилось в срочном порядке выб-
раться отсюда, ему пришлось бы ломать стекло, чтобы добраться до двери
за спиной охранника. Римо постучал по стеклу костяшками пальцев, ощущая
его упругость и неподатливость. Кивком головы охранник указал на теле-
фон, стоящий перед ним на маленькой полке.
Римо снял трубку и постарался, чтобы его голос звучал спокойно:
- Я отец Тук,- сказал он, сдерживая усмешку.- Я должен встретиться с
заключенным Девлином.
- Одну минутку, отец,- сказал охранник. С выводящей из терпения медли-
тельностью он положил трубку и начал небрежно просматривать напечатанный
на машинке список фамилий. Наконец его палец остановился, и Римо прочем
вверх ногами:
"Девлин, Бернард. Отец Тук".
|
