КРИМИНАЛ

Антиквары

Комментировать

LIB.com.ua [электронная библиотека]: Сергей Высоцкий: Антиквары

будет. А сегодня сослуживцы набегут…
Жена посмотрела на Антона с подозрением. Наверное,
почувствовала фальшь в его слишком бодром голосе. Но
протестовать не стала.
Кроме денег, Лазуткин положил в портфель и номера от
автомашины. Он снял их однажды ночью, когда еще работал в
«Скорой», с «Москвича», на котором возили главного врача.
Снял «просто так», про запас, благо никто не мог его
заметить и даже заподозрить. Увидев в тайничке номера,
Лазуткин сразу вспомнил про свой «Москвич», который
собирался бросить в городе на произвол судьбы. Собственно,
не совсем «на произвол судьбы» — «Москвич» был записан на
жену, и у Антона имелась тайная мысль, что деньги от его
продажи помогут семье. «На первое время».
«Если сменить номера, — подумал он, — можно выбраться из
города на машине. И заехать ой как далеко…»
Когда Лазуткин вылез из «КамАЗа» у метро «Московские
ворота», стрелки часов показывали ровно пять. В вагонах
метро народ стоял плотной толпой. Разъезжались с работы «И
к лучшему, — подумал Лазуткин. — Милиции в такой толпе
несподручно. Да и на улицах народу много».
Высокая, полная женщина стояла рядом, прислонившись к
Антону своим крутым бедром. Как раз там, где приятно
оттягивал карман пистолет. «Как бы не почувствовала,
стерва», — подумал он, неприязненно поглядывая на
меланхоличное лицо пассажирки…

21

К Сеславину зашел директор. Случалось это не часто —
обычно Павел Лаврентьевич вызывал своего помощника по
селекторной связи.
— Сегодня пятница, — сказал он, рассеянно глядя в окно.
— Уеду пораньше. И ты, Евгений Андреич, не засиживайся. На
рыбалке давно не был?
Сеславин с недоумением посмотрел на шефа. За всю свою
жизнь он ни разу не брал в руки удочку.
— А чего? Хороший отдых. Особенно если забраться в
какой-нибудь глухой, безлюдный уголок.
— На волейбол завтра не поедем? — спросил Сеславин.
— Нет. Надоели мне эти волейболисты. Посижу на даче в
кругу семьи. Так что располагай своим временем, как тебе
вздумается. — Он небрежно махнул рукой, прощаясь. У дверей
остановился, словно вспомнил что-то: — Вчера вечером
приезжал на дачу один товарищ с Литейного. То да се!
Волейболистами интересовался, Антоном Лазуткиным и почему-то
о тебе спросил. Но так, вскользь.
— Чем же заинтересовала его моя персона?
— Давно ли у меня работаешь? Кто рекомендовал? —
Директор бросил на своего помощника быстрый, оценивающий
взгляд. — Но я тебе ни о чем не говорил. — Он сделал
привычный отстраняющий жест рукой.
«Значит, они вышли на Антона», — подумал Сеславин и
спросил как можно безразличнее:
— А Лазуткин наш чего им понадобился?
— «Ваш» Евгении Андреевич! — ласково сказал директор и
нацелился пальцем в грудь Сеславину. — Вы его мне
рекомендовали. Когда-то. — И, улыбнувшись, добавил. — А
что им от него надо — даже знать не хочу. У меня своих
забот хватает. Завод — не игрушка! — Он вышел, даже не
потрудившись затворить за собою дверь, и Сеславин подумал
неприязненно: «Ну конечно, они хотят иметь все и старинный
камин и редкие акварели и женьшеневую настойку. Все кроме
неприятностей. Откуда это берется — им неинтересно».
Он набрал номер директорской приемной.
— Олечка, Антон у тебя или в гараже?
— Антоша взял отпуск, — ответила секретарша. — На
неделю. Сегодня вышел Коля Марфин. Но он повез шефа домой.
Сеславин повесил трубку.
«Значит, Антон на свободе? Тогда откуда же они знают обо
мне? Миша Терехов? — Евгении Андреевич собрался было
набрать номер Гоги, но тут же положил трубку. — Если он
засыпался, то звонить опасно».
Стараясь отогнать мрачные мысли, Евгении Андреевич пошел
по цехам — надо было выполнить поручение директора, собрать
сведения по внедрению рационализаторских предложений.
Плотскому предстояло выступление на районном активе. За
разговорами с начальниками цехов и работниками БРИЗа
Сеславин немного отвлекся. Но червячок сомнений нет-нет, но
давал о себе знать легким покалыванием в сердце.
Вернувшись в кабинет Сеславин снова ощутил острое
беспокойство. Его мучила неизвестность «Что же сидеть и
ждать, пока за тобой придут? — думал он. — Или последовать
совету шефа, поискать укромный уголок. Директор, наверное,
знает больше, чем сказал. Ему-то чего бояться? Приобрел с
моей помощью пару каминов, дубовые панели? Ну и что? Тут
же соврет: «Я думал что Сеславин покупал их для меня в
комиссионке!» — Сеславин снял трубку, набрал домашний
телефон директора.
— Женечка, — пропела директорская супруга. — Павел
Лаврентьевич на даче. Что- нибудь срочное?
«Женечка! — с ожесточением подумал Сеславин. — Какой я
тебе Женечка, сопливка!» — И, повесив трубку сказал громко
«Стерва!»
Он набрал номер дачного телефона. Подошла Мария
Лаврентьевна, старшая сестра шефа.
— Павел приехал, сейчас покричу. В саду где то бродит.

Вы-то как живете, Евгений Андреевич? Давно у нас не были.
Голос у старухи был, как всегда, добрый и участливый.
— Живу потихоньку, Мария Лаврентьевна, — бодро сказал
Сеславин. — Ноги еще бегают, и ладно!
— Приезжайте к нам отдохнуть — пригласила старушка. — А
Павлушу я сейчас покричу.
«Как же приедешь к вам без приглашения шефа!» —
усмехнулся Сеславин, прислушиваясь как старуха, наверное в
окно, кричала «Павлуша, Павлуша! Тебя Евгений Андреевич
спрашивает. — После этого наступила тишина наверное Мария
Лаврентьевна пошла за братом в сад. А через несколько минут
сказала расстроенным голосом: — Евгении Андреевич вы тут?
Ждете?»
— Жду, Мария Лаврентьевна, — отозвался Сеславин сразу
понявший причину расстройства старухи.
— Куда-то пропал. Может с соседом на реку пошел? Или в
преферанс с ним сел играть. Вы уж завтра утречком
позвоните…
«Вы хотели получить информацию? — подумал Сеславин. —
Вы ее получили. Даже в большем объеме чем хотели. Вас
избегают, а это ох какая неприятная информация». Он встал
со стула прошелся по своему маленькому кабинетику. «Дома у
меня ничего не найдут. На даче? Так мелочи. Еще не
проданный камин, коллекцию никому не нужных древностей.
Остается сберкасса. Но книжки у меня на предъявителя. И
найти их не просто. Да и в чем собственно могут меня
обвинить? За каминами я сам не лазил уникальные потолки не
разбирал. Организация преступной группы? Но это, если
Лазуткин заговорит? А его еще поймать нужно. Терехов?
Этот будет молчать. Тертый калач. Да если и заговорит
можно все отрицать. По методу шефа и я — не я и хата не
моя!»
Вспомнив про шефа Евгений Андреевич вспомнил и про его
совет — пораньше уйти отвлечься. Он осторожно закрыл дверь
повернул ключ. В кабинете зазвонил телефон Сеславин решил
не возвращаться, но внезапно ему пришла в голову мысль о
том, что это директор. Может быть, он действительно ходил
на речку и вернувшись узнал от сестры о его звонке? Евгений
Андреевич открыл дверь подбежал к телефону.
— Евгении Андреевич? — спросил незнакомый мужской голос.
— Майор Белянчиков из уголовного розыска. Здравствуйте.
Сеславин молчал. Это «здравствуйте» прозвучало
издевательски.
— Вы меня слышите, Евгении Андреевич? — переспросил
Белянчиков.
— Слышу.
— У меня есть к вам разговор. Не смогли бы мы
встретиться? Я вас жду у проходной.

22

Лазуткину удалось уговорить молоденького шофера с пикапа
пригнать «Москвич» от дома на вторую линию Васильевского
острова. На тихой этой улице можно было не привлекая
внимания прохожих, сменить номера. Да и от дома недалеко —
меньше шансов что белобрысого сосунка остановит за
какой-нибудь промах инспектор ГАИ и обнаружится что сидит он
за рулем чужой машины. У Лазуткина кошки скребли на сердце,
когда он вручал парню ключи от «Москвича» и червонец
задатку. А вдруг?! Вдруг взбредет белобрысому в голову
поживиться за его, Лазуткина счет? И привет рулю! Только и
видел он свои «Москвич» Хоть и пытался Антон доходчиво
объяснить парню, что всего-навсего решил улизнуть от
бдительного ока жены да вряд ли тот поверил. Не такие нынче
сосунки, чтоб пустым словам верить. Вот когда тридцатник
пообещал «за труды» тогда и ударили по рукам.
Уговорились, что Антон будет ждать парня в пикапе, но
Лазуткин не утерпел и как только парень скрылся в дверях
метро включил зажигание. «Чем мучиться в ожидании лучше
самому приглядеть, — решил он. — Для порядка!»
…Он притормозил пикап напротив своего дома как раз в
тот момент, когда ничем не примечательные серо белые
«Жигули» резко тормознули перед его «Москвичом», выезжавшим
из ворот, и двое мужчин выпрыгнув из «Жигулей» распахнули
дверцы «Москвича».
Чутье подсказало Лазуткину, что нельзя спешить, срываться
с места. Он включил скорость, легонько нажал на акселератор
и машина почти бесшумно тронулась. Обыкновенный пикап
прозванный «фантомасом» сотни которых развозят по городу
продукты, белье и мелкие грузы. Он бросил машину сразу за
углом у станции метро. Но сам поехал на трамвае, потом еще
несколько раз пересаживался то на автобус, то на троллейбус
пока, наконец, в памяти не всплыло имя — тетушка Руфина.
— Антон! Вот сюрприз! — Руфина Платоновна приняла из
рук Лазуткина букет гвоздик и коробку с духами оглянулась.
Крикнула: — Алена!
Из комнаты вышла молодая женщина в цветастом платье.
Лазуткин с трудом узнал двоюродную сестру, дочь тетки Руфы,
— так давно они не виделись.
— Смотри, братец твой пожаловал, — сказала тетя Руфа. —
К старости вспомнил про тетку. — Она сунула дочери цветы и
подарок, а сама обняла и расцеловала Антона.
— Скажешь тоже, мама! — улыбнулась Алена. — Я его
десять лет не видела, а он все такой же.
— А где же Лизавета твоя? — поинтересовалась тетушка,
взяв Антона под руку и вводя в большую комнату где за столом
сидели гости весело, чуть возбужденно переговариваясь
позвякивая ножами и вилками. Лазуткин успел шепнуть, что с
Лизой они в ссоре и если тетушка не возражает он бы и
переночевал у нее, пусть Лизка поволнуется.
— О чем разговор! — так же шепотом ответила Руфина
Платоновна и, легонько подтолкнув Антона к свободному стулу
представила гостям.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *