КРИМИНАЛ

«АЛЬФА» — сверхсекретный отряд КГБ

Комментировать

LIB.com.ua [электронная библиотека]: Михаил Болтунов: «АЛЬФА» — сверхсекретный отряд КГБ

вил группу Сергей Гончаров.
Вскоре в штаб пришло сообщение: Ташкент готов принять террористов.
Однако к тому часу бандиты уже изменили свое решение.
Якшиянц: Значит, я вам говорю: иностранный самолет из Пакистана при-
летает в Ташкент. Что мы делаем? Грузимся в самолет. Там присутствует
посол этого государства. Вы подписываете с нами договор, что не применя-
ете силу, мы детей оставляем и летим.
Зайцев: Хочу пояснить: вопрос весьма сложный. Сейчас ночь. Посла Па-
кистана требуется из Москвы доставить в Ташкент. Значит, надо провести
переговоры на самом высоком уровне.
Якшиянц: Непонятно мне, разве посол Пакистана не может сразу выле-
теть?
Зайцев: Может. Но, подчеркиваю, он находится в Москве. Его надо най-
ти, поднять, обеспечить вылет…
Якшиянц: Вы меня не поняли, что ли? Я спрашиваю: посол или временный
поверенный?
Зайцев: Полномочный представитель Пакистана в Советском Союзе. Его
резиденция в Москве.
Якшиянц: Как, вы поддерживаете дипломатические отношения с государс-
твом, которое с нами воюет?
Зайцев: Что вы имеете в виду?
Якшиянц: С территории Пакистана уничтожаются наши парни. Там базы.
Ну, если у вас пакистанский посол, нам Пакистан не нужен. С этим послом
можно о чем угодно договориться. Да-а, значит, они тоже засранцы прилич-
ные, простите за выражение. Наших бьют, а сами в Москве сидят. Ладно.
Как насчет Израиля?
Зайцев: У нас с Израилем нет дипломатических отношений. Павел, а если
Финляндия, вас устроит?
Якшиянц: Я даже улыбнулся Финляндия! Боже мой! Это ж наши шлепанцы в
Балтике. Летим только в Израиль!
Участники операции по освобождению заложников в Минводах во главе с
командиром «Альфы» Г. Зайцевым.
2 декабря 1988 года. 2.47 московского времени. Тель-Авив. Консульская
группа Советского Союза.
Руководитель консульской группы Г. И. Мартиросов был поднят с постели
ночным телефонным звонком из Москвы. Сообщив о происшествии, его предуп-
редили, что самолет скорее всего направится в Израиль.
Заместитель министра иностранных дел СССР попросил выйти на руководс-
тво страны. Он намеренно воспользовался открытой связью в надежде, что
Тель-Авив «услышит» беседу МИДа со своим посланником и как-то отреагиру-
ет. Так, по существу, и случилось.
Через час после разговора с Москвой Мартиросову позвонил исполняющий
обязанности генерального директора МИД Израиля Анут и дал понять, что им
известно о захвате самолета.
Израильтяне практически сразу выразили согласие принять самолет. А в
Минводах продолжалась борьба. Теперь бандиты требовали денег.
Зайцев: Вы уже несколько раз говорили о деньгах. Что вы имеете в ви-
ду, какие деньги?
Якшиянц: Нам нужны доллары, стерлинги…
Зайцев: О какой сумме идет речь?
Якшиянц: Ну тысяч по пятьсот на брата.
Зайцев: А сколько вас братьев? Сколько человек? Вы слышите меня, вы
не ответили.
Якшиянц: Я сказал еще в Орджоникидзе — нам нужно миллион в долларах,
миллион в фунтах стерлингов и миллион золотом. Золотом с пробами. Мы все
это проверим.
Зайцев: Миллион золотом и миллион фунтов стерлингов. Я вас правильно
понял?
Якшиянц: И миллион долларов. И золотом. Русским золотом. Самым деше-
вым и самым дорогим.
Зайцев: Я вас так понял: либо миллион долларов, либо миллион фунтов
стерлингов, либо миллион золотом?
Якшиянц: Совершенно вы меня не поняли. Все три в одно место. Может
быть, вы скажете: «Дадим вам три — золотом?» Пожалуйста.
Зайцев: Павел, я откровенно говорю, что у нас такой возможности нет.
Речь может идти о долларах.
Якшиянц: А почему золота нет, русского золота?
Зайцев: Павел, у нас золота с собой нет.
Якшиянц: Как так? В Советском Союзе золота нет, что ли? Я удивляюсь.
Неужели вам жалко денег. Просто туда с миллионом неудобно ехать. Столько
морд! Не успеешь оглянуться, как опять будешь в заднице.
Зайцев: Я еще раз обращаюсь к вам. Вы обсудите этот вопрос с товари-
щами. Мы можем дать только доллары.
Якшиянц: Три миллиона?
Зайцев: Нет, два…
Якшиянц: На каких условиях?
Зайцев: Условие одно: вы освобождаете детей, мы передаем два миллиона
и обеспечиваем вылет.
В это время в комнате штаба полковник Зайцев увидел сотрудника группы
«Альфа» Валерия Бочкова, окликнул:
— Как с деньгами, Валерий Александрович?
— Все нормально, Геннадий Николаевич, деньги уже в Минводах. А было
так: сотрудники 4-го управления КГБ, приехав во Внешторгбанк, выгребли
из сейфов все, что было в наличности. Работники банка только руками раз-
вели: с чем работать завтра? Сотрудники безопасности промолчали. Только
один, увязывая мешок с валютой, угрюмо сказал: «До завтра еще дожить на-
до…»
В ту ночь каждый из них думал о своем: банкиры о деньгах, уплывающих
неизвестно куда, сотрудники безопасности — о детях, в сердце которых
направлен бандитский обрез. …Самолет с мешками денег улетел в Минводы.
Теперь, когда с будущей безбедной жизнью все было решено, террористы
потребовали новых гарантий. Гарантий безопасного вылета в Израиль. Как
только не изощрялись бандиты, чего только не придумывали. Их требования,
даже самые безумные, пытались удовлетворить. Повторим: никто не имел
права рисковать детьми.
Позже выяснилось, что бандиты продумали даже мелочи: окна автобуса
наглухо зашторили, в салоне расставили банки с бензином. Одна искра, и

гибель тридцати детей неминуема. Арестовать преступников ценой тридцати
жизней?
Якшиянц: Значит, я вам говорю: сюда к нам — члена Политбюро, но не
того, который должен выйти на пенсию, а цветущего. Личность мировую, из-
вестную. И гарантии от нашего Президента. Пусть даст железные гарантии,
а его жена Раиса Максимовна пусть едет с нами. Если она детей любит.
Зайцев: То, что вы предлагаете, нереально.
Якшиянц: Раиса Максимовна — не государственный человек, она мать. По-
чему же на это нельзя пойти? Знаю, с ней меня и за два миллиона никто не
уничтожит.
Зайцев: Вас и без нее никто не собирается уничтожать. Но ваше требо-
вание невыполнимо.
Якшиянц: Думаете? Но другого выхода не вижу. Это, может, моя фанта-
зия, но если бы я был Первый, посоветовал бы: «Знаешь, жинка, давай-ка
съезди с хлопцами». Считаю, что Крупская бы поехала. Сказала бы: «Я вам
как бабушка, меня возьмите, а детишек отдайте».
Зайцев: Павел, вы прекрасно видите — рядом стоит самолет, работают
двигатели, он полностью готов к вылету. Так летите! При чем тут Раиса
Максимовна?
Трудно сказать, были ли эти требования доложены Президенту. Говорят,
Горбачев знал о них. Во всяком случае, секретарь ЦК Егор Лигачев, в ту
пору второй человек в государстве, несколько раз звонил в штаб ЧП в Мин-
водах.
А главарь уже требовал вернуть в автобус жену и дочь. Дело в том, что
при захвате автобуса вместе с террористами находилась и жена Якшиянца
Тамара Фотаки с дочерью. По дороге в Минеральные Воды она упросила мужа
выпустить их. Тот согласился. Теперь счел необходимым возвратить обеих
обратно.
Якшиянц: У нас все идет отлично, я не жалуюсь. Единственно, у меня
была минута слабости, когда жену с ребенком выпустил. Она мне сказала:
«Павел, нас всех уничтожат! Пожалей ребенка». Действительно, я посмот-
рел, у нас такая зарядка техбензином, непременно сгорим — и выпустил.
Теперь передумал и говорю: подготовьте их к возвращению. Это будет
одно из требований. Они должны вернуться в автобус. Вот
так — Тамару Михайловну и дочь. Она не против, просто не верит, что
все пройдет благополучно. Зайцев: Я понял.
Но Фотаки возвращаться наотрез отказалась. Ее уговаривали заместитель
председателя КГБ генерал Пономарев, полковник Зайцев, местные партийные
работники. Просили как женщину, как мать. Тамара Михайловна боялась.
После проведенной оперативной работы стали известны имена сообщников
Якшиянца.
В. Муравлев, 26 лет. Шофер, электрик. Последние месяцы нигде не рабо-
тал. Дважды судим.
Г. Вишняков, 22 года. Работал в автобусном парке, потом на заводе…
Однако пока никто не знал: трое их, четверо или пятеро? Главарь банды
говорил о семерых сообщниках, но хотел получить восемь бронежилетов. И
вот впервые прозвучало грозное требование выдать оружие. Требование —
одно из самых опасных и тупиковых. В мировой практике не было случаев
выдачи оружия террористам. В отечественной тоже.
Что означал бы такой шаг? По существу, самоубийство. Все понимали:
каждая пуля бандитов — пуля, летящая в грудь людей из «Альфы».
А Якшиянц требовал семь автоматов.
Зайцев: Еще раз прошу повторить. Как я понял, мы должны дать вам во-
семь бронежилетов. Так или нет?
Якшиянц: Да, так. И еще семь автоматов. Их работоспособность мы про-
веряем, заряжены ли они боевыми, чтобы не было подлога. Это наша полная
гарантия. Плюс Тамара с ребенком.
Зайцев: Для чего вам нужны автоматы?
Якшиянц: Вы должны точно гарантировать, что по прилету на место один
из нас выйдет в город, проверит, действительно ли это та страна. Потом
автоматы сдаем.
Зайцев: По существующим международным нормам ввозить в другую страну
оружие запрещено законом.
В это время, чтобы увести Якшиянца от мысли об оружии, Зайцев предла-
гает в качестве заложников вместо детей экипаж самолета. Бандит не ве-
рит, он считает, что в форме летчиков перед ним предстанут работники
спецслужб.
Зайцев: Взамен детей мы даем гарантии правительства и экипаж.
Якшиянц: Экипаж — это первоклассные бойцы, они согласны пожертвовать
собой, чтобы выполнить долг перед Родиной. Это я понимаю. Вы должны при-
менить все, чтобы не выпустить нас. Я не верю, что вы просто так отпус-
каете. Такого не было. Не было никогда.
Зайцев: Да, не было. А сейчас впервые проблема решается таким обра-
зом. Я подчеркиваю еще раз, ваши требования удовлетворены на самом высо-
ком правительственном уровне.
Когда читаешь магнитофонную запись переговоров, порою кажется, что
там, в автобусе, находится благоразумный человек, со своими мыслями,
чувствами. Он не лишен сострадания, то и дело говорит, что ему жаль де-
тей, пытается философствовать о добре и зле. Даже шутит! Но вот лишь
один непредвиденный случай — в радиостанции террористов село питание.
Штаб послал к автобусу женщину, работника аэропорта, с новыми батареями.
Ну а кого же послать? Мужчину? Бандиты могут решиться на отчаянный
шаг. Увидев в окно женщину, Якшиянц пригрозил: «Если еще кто-нибудь по-
дойдет, как эта женщина, без предупреждения, — уничтожим автобус».
Зайцев: Не было другого выхода. У вас село питание.
Якшиянц: Питание у нас нормальное. Просто вам трудно кнопочку нажать.
Полковник Зайцев «нажимал кнопочку» и вел переговоры одиннадцать ча-
сов без перерыва. Уговаривал, увещевал, лавировал, уходил от вопроса об
оружии. Упорно работали местные комитетчики: они выявили сообщников Як-
шиянца, доставили в аэропорт отца одного из бандитов — Муравлева.
Отец: Володя, доброе утро.
Муравлев: Здравствуй, папа.
Отец: Володя, мне страшно и я плачу. Что ты творишь? Что ты делаешь с
детьми? Остановитесь. Не оставляйте Родину, важнее Родины ничего нет!
Куда вы катитесь! Подумай о бабушке, о дедушке Саше, подумай. Ты на его
земле сейчас. Кого ты бросаешь? Остановись, сынок! Я тебя прошу. С ваших
голов ни один волос не упадет. Это гарантии правительства, Горбачева.
Если он сказал, кому еще верить в нашем государстве?
Муравлев: Слушай, папа, мы повязаны друг с другом: кто выйдет, тот
должен умереть. Такой закон у нас.
Отец: Никто вас умирать не заставляет. Вы должны жить. Вы молоды.
Муравлев: А что, разве плохо для государства валюту заработать? Поду-
маешь, пройдет каких-то десять лет, и мы эти два миллиона вернем. Ничего

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *