КРИМИНАЛ

«АЛЬФА» — сверхсекретный отряд КГБ

Комментировать

LIB.com.ua [электронная библиотека]: Михаил Болтунов: «АЛЬФА» — сверхсекретный отряд КГБ

ву, передал разговор с Андроповым.
— Ну, коли в командиры берешь, тогда отдам, — согласился Матросов.
Прилетел Бубенин. Объяснили, что за группа, каковы задачи, цели. В
свою очередь присмотрелись к пограничнику. Офицер действительно боевой,
со звездой Героя — в ту пору большая редкость. Весь Союз знает, да что
там Союз — весь мир. Портреты героевпограничников с острова Даманский
обошли многие газеты и журналы планеты.
Сам Бубенин сомневался, но потом дал согласие. Человек военный: надо,
значит, надо.
Правда, через несколько лет он все же напишет рапорт — попросится
опять на границу. Что поделаешь, тут как в любви: насильно мил не бу-
дешь. А насильно в группу никого не тянули. Онг сама, как магнитом, при-
тягивала к себе. Многим хотелось боевой работы.
Наконец, утвердили штаты, начался набор. Бесчастнов доложи? об этом
председателю КГБ. Юрий Владимирович остался доволен Он верил — рождалось
подразделение, которое сможет защитит людей от страшной чумы XX века —
терроризма.
В тот день, после доклада, уже собираясь уходить от председателя
Алексей Дмитриевич вдруг вспомнил: а названия-то группе не дали
— Название? — переспросил Андропов, — не важно, как мы ее наречем.
Важно другое, какой она будет, наша группа. Пусть именуется группой «А».
Так она и вошла в комитетские анналы — суперсекретная антитеррористи-
ческая группа «А».
«Альфой» ее назовут в печати после августовского путча 1991 года.

Досье «Альфы».

Терроризм — одно из самых гнусных и мерзких преступлений против чело-
вечества.
Брут поднял руку на Цезаря как на диктатора. Был ли он террористом?
Без всякого сомнения. Однако убийца знал: система ценностей, существую-
щая в рамках римской политической структуры, дает возможность его оправ-
дать.
Да, терроризм, как явление человеческой жизни, известен достаточно
давно. Еще в первом веке нашей эры в Иудее действовала секта сикариев
(сика — кинжал или короткий меч), уничтожавшая представителей еврейской
знати, сотрудничавших с римлянами. А Фома Аквинский и отцы христианской
церкви допускали идею убийства правителя, враждебного, по их мнению, на-
роду.
В средние века представители мусульманской секты ассошафинов убивали
префектов и калифов. В эти же времена политический террор практиковали
некоторые тайные общества в Индии и в Китае.
В 1848 году немецкий радикал Карл Гейнцен доказывал, что запрет
убийства неприменим в политической борьбе и что физическая ликвидация
сотен и тысяч людей может быть оправдана, исходя из «высших интересов»
человечества. Гейнцен явился в какой-то мере основоположником теории
современного терроризма. В его работах можно найти немало идей, созвуч-
ных идеологическим воззрениям сегодняшних террористов.
Он считал, будто силе и дисциплине реакционных войск нужно противо-
поставить такое оружие, с помощью которого небольшая группа людей может
создать максимальный хаос. И здесь Гейнцен надеялся на отравляющий газ,
ракеты, а также требовал поиска новых средств уничтожения. Это и есть
так называемся философия бомбы «которая появилась в XIX веке, хотя ее
корни уходят к оправданию тираноубийства в греческой истории.
Концепция «философии бомбы» получила дальнейшее развитие и углубление
в «теории разрушения» Бакунина. В своих работах он отстаивал мысль о
признании лишь одного действия — разрушения и в качестве средств борьбы
предлагал яд, нож и веревку.
Революционеры, считал Бакунин, должны быть глухи к стенаниям обречен-
ных и не идти ни на какие компромиссы, что русская почва должна быть
очищена мечом и огнем.
Доктрина «пропаганды действием» была выдвинута анархистами в 70-е го-
ды XIX века. Суть ее в том, что не слова, а только террористические
действия могут побудить массы к давлению на правительство. Эта же мысль
проходит позднее и у Кропоткина, когда он определяет анархизм как «пос-
тоянное возбуждение с помощью слова устного и письменного, ножа, винтов-
ки и динамита».
К концу XIX века особая роль в пропаганде терроризма в Европе и США
принадлежит Иоганну Мосту, который проповедовал «варварские средства
борьбы с варварской системой».
Терроризм становится постоянным фактором общественной жизни со второй
половины XIX века. Его представители — русские народники, радикальные
националисты в Ирландии, Македонии, Сербии, анархисты во Франции 90-х
годов, а также аналогичные движения в Италии, Испании, США.
До первой мировой войны терроризм считался орудием левых. Но по су-
ществу к нему прибегали индивидуалисты без политических платформ, а так-
же националисты далеко не левых, социалистических ориентаций.
С окончанием войны терроризм на свое вооружение взяли правые, нацио-
нал-сепаратисты и фашистские движения в Германии, Франции, Венгрии, «Же-
лезная гвардия» в Румынии. Крупнейшими террактами того времени были по-
литические убийства Карла Либкнехта и Розы Люксембург в 1919 году, югос-
лавского короля Александра и французского премьер-министра Барту в 1934
году.
В основе этих движений лежат разные идеологические платформы, но фак-
тически и те и другие руководствуются положениями доктрин «философии
бомбы» и «пропаганды действием».
Наступил век XX. Увы, ничего не изменилось в природе терроризма. Бо-
лее того, терроризм теперь спектр самых разнообразных явлений, начиная
от политических убийств и кончая массовой гибелью людей в пламени граж-
данской войны.
И если для русских народовольцев, первомартовцев, эсеров совершение
терракта — безусловно, самопожертвование, самоуничтожение для блага об-
щества, то для «красных бригад» — акт самоутверждения. Ныне «красный
терроризм» и «черный», фашистского, неонацистского толка недалеко отсто-
ят друг от друга и мало что имеют общего с теми террактами, которые со-
вершали, например,

народовольцы. Ибо у нынешнего терроризма одна вожделенная цель: зах-
ват власти. Ни о каком «благе общества» тут не может идти речь.
В XX веке произошел перенос терроризма на государственный уровень,
чего человечество прежде не знало. Террористическое государство «давило»
своих граждан беззаконием внутри страны, заставляло их постоянно ощущать
свое бессилие и слабость. Оно не меняло поведения и за пределом своих
границ, в мировом сообществе. Фашистская Германия на глазах у всех рас-
топтала Польшу. Был дан урок всей Европе, да и миру. И — о чудо! — мно-
гие поспешили проявить лояльность к соседу-бандиту! Что поделаешь, если
бандит силен?
Сегодня бандитская традиция вошла в силу во многих уголках бывшего
СССР. Попытка насилием добиться своих, даже самых благородных целей, но-
вый дикий росток на древе государственного терроризма. И самое страшное,
что росток этот набирает силу — в войны втянуты Армения, Азербайджан,
Осетия, Молдова. То и дело звучат взаимные претензии и угрозы на госу-
дарственном и правительственном уровнях.
Да, терроризм многолик. Распад крупнейшей «атомной» державы — Советс-
кого Союза обострил проблему расползания ядерного оружия, а значит, воз-
можность проявления ядерного терроризма. Следует отдавать себе отчет,
что нынешние террористы, это не любители, бросающие в толпу самодельную
бомбу, а высокоподготовленные профессионалы. В недавнем прошлом — ис-
пользование террористами последних достижений военной науки и техники —
реактивной авиации, спутниковой связи, ракет с тепловой головкой наведе-
ния. Что на очереди? Ядерное, биологическое, химическое вооружение? И
пусть над этим сегодня кто-либо улыбнется — так ли уж невероятны такого
рода опасения? Ведь террористы еще со времен западногерманских боевиков
Баадера Мейнхоффа вынашивают мечту — либо украсть, либо изготовить атом-
ную бомбу.
В США, на основе заключения одного из подразделений по предупреждению
ядерного терроризма, еще несколько лет назад был сделан вывод: создание
примитивного ядерного устройства (несмотря на всю трудность его изготов-
ления) вполне по силам террористической группировке, которая сможет ис-
пользовать в работе трех-четырех серьезных специалистов.
Кстати говоря, Нью-Йорк в 1975 году уже пережил минуты атомного шан-
тажа, когда городское руководство получило предупреждение от неизвестных
лиц. В записке говорилось: «Нам удалось спроектировать и построить атом-
ную бомбу, она находится в тайнике на острове Манхеттен. Устройство бу-
дет взорвано в 6 часов вечера, если не будут выполнены наши требования —
передать нам 30 миллионов долларов мелкими, ничем не помеченными купюра-
ми разрозненных номеров».
Написанное можно было бы воспринять как шутку, если бы не чертеж,
приложенный к записке: его сделал человек, хорошо знаю-
щий ядерную физику. Слава Богу, за бутафорским свертком, подложенным
взамен денег в условленном месте, никто не пришел. Но сама история наво-
дит на весьма грустные размышления. Тем более, что в Соединенных Штатах
около 80 раз выдвигались угрозы применения ядерного оружия, хотя в по-
давляющем большинстве они были ложными.
Несколько лет назад американская газета «Вашингтон пост» совместно с
телекомпанией Эй-Би-Си провели в США опрос общественного мнения, В ходе
опроса они пытались выяснить, что представляет большую опасность для Со-
единенных Штатов — военная мощь Советского Союза или терроризм, поддер-
живаемый Ливией, Ираком, Ираном?
Только 15 процентов американцев считали, что советская военная мощь
представляет серьезную угрозу безопасности их страны, но 82 процента оп-
рошенных назвали в качестве такой причины терроризм.
Размышляя о ядерном терроризме, нельзя не вспомнить и далеко идущие
цели угандийского диктатора Иди Амина. Это он руководил ядерным загово-
ром под названием «Операция Покер», в ходе которого предусматривалось
создание небольших атомных бомб, умещавшихся в обычном чемоданчике, и
доставка их в угандийские посольства по всему миру с помощью диплома-
тов-убийц. Конечно, для создания столь миниатюрного ядерного устройства
потребовались бы капитальные научные и инженерные знания, специалисты,
которых Амин не имел. Но известно, что диктатор старался их найти. И бы-
ло это совсем недавно — в 1979 году. После падения режима Амина докумен-
ты, обнаруженные в Уганде, поведали миру о зловещих планах маньяка.
Разумеется, ядерный терроризм — не единственное изобретение XX века.
Ученые предсказывают возникновение в ближайшие годы экологического тер-
роризма. Различные движения «зеленых» находятся на той черте отчаяния,
когда возможен их переход к террору. Ведь у них нет других эффективных и
признанных государственной системой средств воздействия на правительства
и парламенты. Нет иной возможности заставить себя заметить и считаться с
собой. Трудно сказать, какие формы обретет «зеленый террор», какие мето-
ды возьмет на вооружение, но приход его в нашу действительность вполне
вероятен. Если ядерные преступники лишь мечтают о бомбе и угрожают мни-
мым оружием, а «зеленый террор» существует лишь в прогнозах экспертов,
то воздушные бандиты давно перешли к делу. Их методы становятся с каждым
годом все более изощренными, хорошо продуманными, отработанными.
По прогнозам экспертов всемирного фонда авиационной безопасности, в
ближайшее время воздушный терроризм станет настоящим бедствием.
Некоторые наиболее пессимистично (а может, реалистично?) настроенные
специалисты считают, что впереди у пассажирской авиации тяжелые времена.
Отечественная авиация не является исключением. Десятки случаев захвата
самолетов — ярчайшее тому подтверждение.
Нападения на самолеты гражданской авиации, а также другие транспорт-
ные средства, их захват, угон и уничтожение остается на сегодняшний день
одной из самых распространенных и опасных форм терроризма.
Итак, приказ о создании группы был подписан. Назначены командиры.
Предстояло главное — подобрать людей.
Бесчастнов и руководство группы понимали: традиционные методы отбора,
принятые в КГБ, не годятся. Подразделение уникальное и методы отбора
должны быть уникальными.
Легко сказать, а что конкретно могли предложить вчерашний начальник
погранзаставы майор Бубенин или его зам — офицер 7-го правления КГБ
Ивон? Никто из них ничем подобным правде не занимался. Опыта, что назы-
вается, ноль. И взять его негде.
Майор Бубенин не мог подобно Беквиту — создателю и командиру амери-
канской группы «Дельта», съездить на стажировку в отряд специальных анг-
лийских сил САС и, переняв лучшее, внедрить методы у себя. Ему не приш-
лось выезжать даже из Москвы. Андропов хоть и разрешил набирать людей из
штата всего комитета, но одним из условий для закрепления в группе буду-
щего сотрудника была московская прописка.
Полковник Чарльз Беквит так пишет о подборе кандидатов в «Дельту»: «В
поисках подходящих людей наши офицеры объездили почти всю страну. Они

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *