КЛАССИКА

Мастер и Маргарита

Комментировать

LIB.com.ua [электронная библиотека]: М. Булгаков: Мастер и Маргарита

каженное от изумления лицо наташи.
— Прощай, наташа!- Прокричала маргарита и вздернула щетку,
— невидима, невидима, — еще громче крикнула она и между ветвями
клена, хлестнувшими ее по лицу, перелетев ворота, вылетела в
переулок. И вслед ей полетел совершенно обезумевший вальс.

Глава 21

Полет

Невидима и свободна! Невидима и свободна! Пролетев по сво-
ему переулку, маргарита попала в другой, пересекавший первый
под прямым углом. Этот заплатанный, заштопанный, кривой и длин-
ный переулок с покосившейся дверью нефтелавки, где кружками
продают керосин и жидкость от паразитов во флаконах, она пере-
резала в одно мгновение и тут усвоила, что даже будучи совер-
шенно свободной и невидимой, все же и в наслаждении нужно быть
хоть немного благоразумней. Только каким-то чудом затормозив-
шись, она не разбилась насмерть о старый покосившийся фонарь на
углу. Увернувшись от него, маргарита покрепче сжала щетку и
полетела помедленнее, вглядываясь в электрические провода и
вывески, висящие поперек тротуара.
Третий переулок вел прямо к арбату. Здесь маргарита совер-
шенно освоилась с управлением щеткой, поняла, что та слушается
малейшего прикосновения рук или ног и что, летя над городом,
нужно быть очень внимательной и не очень буйствовать. Кроме
того совершенно ясно стало уже в переулке, что прохожие летунью
не видят. Никто не задирал головы, не кричал «гляди, гляди!»,
Не шарахался в сторону, не визжал и не падал в обморок, диким
смехом не хохотал.
Маргарита летела беззвучно, очень медленно и невысоко, при-
мерно на уровне второго этажа. Но и при медленном лете, у само-
го выхода на ослепительно освещенный арбат, она немного промах-
нулась и плечом ударилась о какой-то освещенный диск, на кото-
ром была нарисована стрела. Это рассердило маргариту. Она оса-
дила послушную щетку, отлетела в сторону, а потом, бросившись
на диск внезапно, концом щетки разбила его вдребезги. Посыпа-
лись с грохотом осколки, прохожие шарахнулись, где-то засвисте-
ли, а маргарита, совершив этот ненужный поступок, рас-
хохоталась.»На арбате надо быть еще поосторожнее, — подумала
маргарита, — тут столько напутано всего, что и не разберешься».
Она принялась нырять между проводами.Под маргаритой плыли крыши
троллейбусов, автобусов и легковых машин, а по тротуарам, как
казалось сверху маргарите, плыли реки кепок.От этих рек отлива-
лись ручейки, вливались в огненные пасти ночных магазинов.»Э,
какое месиво!- Сердито подумала маргарита, — тут повернуться
нельзя». Она пересекла арбат, поднялась повыше, к четвертым
этажам, и мимо ослепительно сияющих трубок на угловом здании
театра проплыла в узкий переулок с невысокими домами. Все окна
были открыты, и всюду слышалась в окнах радиомузыка. Из любо-
пытства маргарита заглянула в одно из них. Увидела кухню. Два
примуса ревели на плите, возле них стояли две женщины с ложками
в руках и переругивались.
— Свет надо тушить за собой в уборной, вот что я вам скажу,
пелагея петровна, — говорила та женщина, перед которой была
кастрюля с какой-то снедью, от которой валил пар, — а то мы на
выселение на вас подадим!
— Сами вы хороши, -отвечала другая.
— Обе вы хороши, — звучно сказала маргарита, переваливаясь
через подоконник в кухню. Обе ссорящиеся повернулись на голос и
замерли с грязными ложками в руках. Маргарита осторожно протя-
нула руку между ними, повернула краны в обоих примусах и по-
тушила их. Женщины охнули и открыли рты. Но маргарита уже со-
скучилась в кухне и вылетела в переулок.
В конце его ее внимание привлекла роскошная громада восьми-
этажного, видимо, только что построенного дома. Маргарита пошла
вниз и, приземлившись, увидела, что фасад дома выложен черным
мрамором, что двери широкие, что за стеклом их виднеется фураж-
ка с золотым галуном и пуговицы швейцара и что над дверьми зо-
лотом выведена надпись: «дом драмлита».
Маргарита щурилась на надпись, соображая, что бы могло
означать слово «драмлит». Взяв щетку под мышку, маргарита вошла
в под»езд, толкнув дверью удивленного швейцара, и увидела рядом
с лифтом на стене черную громадную доску, а на ней выписанные
белыми буквами номера квартир и фамилии жильцов. Венчающая спи-
сок надпись «Дом драматурга и литератора» заставила маргариту
испустить хищный задушенный вопль. Поднявшись в воздух повыше,
она жадно начала читаить фамилии: хустов, двубратский, квант,
бескудников, латунский…
— Латунский!- Завизжала маргарита.- Латунский! Да ведь это
же он! Это он погубил мастера.
Швейцар у дверей, выкатив глаза и даже подпрыгивая от уди-
вления, глядел на черную доску, стараясь понять такое чудо:
почему это завизжал внезапно список жильцов. А маргарита в это
время уже поднималась стремительно вверх по лестнице, повторяя
в каком-то упоении:
— латунский- восемьдесят четыре! Латунский- восемьдесят
четыре…
Вот налево- 82, направо- 83, еще выше, налево- 84. Вот и
карточка — «О.Латунский».
Маргарита соскочила со щетки, и разгоряченные ее подошвы
приятно охладила каменная площадка. Маргарита позвонила раз,
другой. Но никто не открывал. Маргарита стала сильнее жать
кнопку и сама слышала трезвон, который поднялся в квартире ла-

тунского. Да, по гроб жизни должен быть благодарен покойному
берлиозу обитатель квартиры N 84 в восьмом этаже за то, что
председатель массолита попал под трамвай, и за то, что траурное
заседание назначили как раз на этот вечер. Под счастливой звез-
дой родился критик латунский. Она спасла его от встречи с мар-
гаритой, ставшей ведьмой в эту пятницу!
Никто не открывал. Тогда во весь мах маргарита понеслась
вниз, отсчитывая этажи, долетела донизу, вырвалась на улицу и,
глядя вверх, отсчитала и проверила этажи снаружи, соображая,
какие именно окна квартиры латунского. Несомненно, это были
пять темных окон на углу здания, в восьмом этаже. Уверившись в
этом, маргарита поднялась в воздухе и через несколько секунд
сквозь открытое окно входила в неосвещенную комнату, в которой
серебрилась только узенькая полоска от луны. По ней пробежала
маргарита, нашарила выключатель. Через минуту вся квартира была
освещена. Щетка стояла в углу. Удостоверившись, что дома никого
нету, маргарита открыла дверь на лестницу и проверила, тут ли
карточка. Карточка была на месте, маргарита попала туда, куда
нужно было.
Да, говорят, что и до сих пор критик латунский бледнеет,
вспоминая этот страшный вечер, и до сих пор с благоговением
произносит имя берлиоза. Совершенно неизвестно, какою темной и
гнусной уголовщиной ознаменовался бы этот вечер, — по возв-
ращении из кухни маргариты в руках у нее оказался тяжелый моло-
ток.
Нагая и невидимая летунья сдерживала и уговаривала себя,
руки ее тряслись от нетерпения. Внимательно прицелившись, мар-
гарита ударила по клавишам рояля, и по всей квартире пронесся
первый жалобный вой. Исступленно кричал ни в чем не повинный
беккеровский кабинетный инструмент. Клавиши на нем провалились,
костяные накладки летели во все стороны. Со звуком револьвер-
ного выстрела лопнула под ударом молотка верхняя полированная
дека. Тяжело дыша, маргарита рвала и мяла молотком струны. На-
конец, уставши, отвалилась, бухнулась в кресло, чтобы отдышать-
ся.
В ванной страшно гудела вода и в кухне тоже. «Кажется, уже
полилось на пол», — подумала маргарита и добавила вслух:
— однако рассиживаться нечего.
Из кухни в коридор уже бежал поток. Шлепая босыми ногами в
воде, маргарита ведрами носила из кухни воду в кабинет критика
и выливала ее в ящики письменного стола. Потом, разломав молот-
ком двери шкафа в этом же кабинете, бросилась в спальню. Разбив
зеркальный шкаф, она вытащила из него костюм критика и утопила
в ванне. Полную чернильницу чернил, захваченную в кабинете, она
вылила в пышно взбитую двуспальную кровать в спальне. Раз-
рушение, которое она производила, доставляла ей жгучее наслаж-
дение, но при этом ей все время казалось, что результаты по-
лучаются какие-то мизерные. Поэтому она стала делать что по-
пало. Она била вазоны с фикусами в той комнате, где был рояль.
Не докончив этого возвращалась в спальню и кухонным ножом реза-
ла простыни, била застекленные фотографии. Усталости она не
чувствовала, и только пот тек по ней ручьями.
В это время в квартире N 82, под квартирой латунского, до-
мработница драматурга кванта пила чай в кухне, недоумевая по
поводу того, что сверху доносился какой-то грохот, беготня и
звон. Подняв голову к потолку, она вдруг увидела, что он на
глазах у нее меняет свой белый цвет на какой-то мертвенно си-
ний. Пятно расширялось на глазах, и вдруг на нем набухли капли.
Минуты две сидела домработница, дивясь такому явлению, пока,
наконец, из потолка не пошел настоящий дождь и не застучал по
полу. Тут она вскочила, подставила под струи таз, что нисколько
не помогло, так как дождь расширился и стал заливать и газовую
плиту, и стол с посудой. Тогда, вскрикнув, домработница кванта
побежала из квартиры на лестницу, и тотчас же в квартире латун-
ского начались звонки.
— Ну, зазвонили, пора собираться, — сказала маргарита она
села на щетку, прислушиваясь к тому, как женский голос кричит в
скважину двери:
— откройте, откройте! Дуся, открой! У вас, что ли, вода
течет? Нас залило.
Маргарита поднялась на метр вверх и ударила по люстре. Две
лампочки разорвало и во все стороны полетели подвески. Крики в
скважине прекратились, на лестнице послышался топот. Маргарита
выплыла в окно, оказалась снаружи окна, размахнулась несильно и
молотком ударила в стекло. Оно всхлипнуло, и по облицованной
мрамором стене каскадом побежали осколки. Маргарита поехала к
следующему окну. Далеко внизу забегали люди по тротуару, из
двух стоявших у под»Езда машин одна загудела и от»ехала. По-
кончив с окнами латунского, маргарита поплыла к соседней квар-
тире. Удары стали чаще, переулок наполнился звоном и грохотом.
Из первого под»Езда выбежал швейцар, поглядел вверх, немного
поколебался, очевидно, не сообразив сразу, что ему предпринять,
всунул в рот свисток и бешено засвистел. С особым азартом под
этот свист рассадив последнее окно на восьмом этаже, маргарита
спустилась к седьмому и начала крушить стекла в нем.
Измученный долгим бездельем за зеркальными дверями под»ез-
да, швейцар вкладывал в свист всю душу, причем точно следовал
за маргаритой, как бы аккомпанируя ей. В паузах, когда она
перелетала от окна к окну, он набирал духу, а при каждом ударе
маргариты, надув щеки, заливался, буравя ночной воздух до само-
го неба.
Его усилия, в соединении с усилиями раз»Яренной маргариты,
дали большие результаты. В доме шла паника. Целые еще стекла
распахивались, в них появлялись головы людей и тотчас же прята-
лись, открытые же окна, наоборот, закрывались. В противополож-
ных домах в окнах на освещенном фоне возникали темные силуэты
людей, старавшихся понять, почему без всякой причины лопаются
стекла в новом здании драмлита.
В переулке народ бежал к дому драмлита, а внутри его по
всем лестницам топали мечущиеся без всякого толка и смысла лю-
ди. Домработница кванта кричала бегущим по лестнице, что их
залило, а к ней вскоре присоединилась домработница хустова из
квартиры N 80, помещавшейся под квартирой кванта. У хустовых

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *