 |
она настойчиво смотрит на Морэма и Аматин, как бы нуждаясь в их поддержке
чтобы вынести то, что она услышала. Через мгновение Морэм громко сказал:
- Юр-Лорд Кавинант - пророк. - Предсказывает ли он судьбу Страны? - с
горечью спросила Аматин.
- Нет! - отрицание Елены было горячим, и Морэм тоже выдохнул:
"Нет". Но Трой смог уловить, что Морэм имел в виду нечто другое. Беседа
закончилась, и Лорды вернулись к своим ранихинам. Вскоре вся компания снова
была на дороге и следовала за Кавинантом по направлению к Ревлстону. Весь
остаток дня Трой был слишком встревожен реакцией Лордов на рассказ
Кавинанта, чтобы расслабиться и наслаждаться поездкой. Но на следующий день
он нашел способ облегчать свое смутное огорчение. Он стал подробно
представлять себе, как движется Боевая Стража: Стражи Крови мчатся на
ранихинах вместе с Лордом Каллендриллом, конные Боевые Дозоры плывут на
плотах, а некоторые уже и скачут галопом, а пешие воины маршируют вслед за
Аморин. На той карте, которую он мысленно представлял себе, движение этих
отдельных частей войска и мело обдуманную симметрию, что его очень радовало.
От этого он начинал чувствовать себя лучше.
Тротгард тоже помог ему в этом. К югу от каменных садов почвенный покров
земли стал толще и более плодородным, так что холмы, через которые ехала
компания, уже не изобиловали голыми камнями, выступающими среди травы и
цветов. Вместо этого регулярно попадались рощицы и полоски леса, усеивающие
склоны и живописные долины и долы. Под ясным небом среди бальзамических
ароматов осеннего Тротгард Трой позабыл свои неопределенные мысли о
Кавинанте словно плохой сон.
В окружавшем его покое даже проблемы коммуникации его армии беспокоили
его не так сильно. По части этого он был даже более озабочен невозможностью
отправить сообщение Кеану, чем своим неведением относительно судьбы миссии
Корика. Но он находился на пути в Ревлвуд. Высокий Лорд Елена обещала ему,
что лосраат работает над этой проблемой.
Он с надеждой смотрел вперед, ожидая, что Изучающие раздела Посох найдут
для него решение.
В этот вечер он наслаждался разговорами и песнями Лордов у лагерного
костра. Морэм молчаливо удалился со странным предчувствием в глазах, а
Кавинант молчал, угрюмо и сердито глядя на угольки костра. Но Высокий Лорд
Елена была в хорошем возбужденном состоянии духа. Вместе с Аматин она
распространяла хорошее настроение на всех, пока даже мрачные Хранители
Учения не развеселились. Трою казалось, что она никогда раньше не выглядела
такой жизнерадостной.
И все же в темноту своего ложа он вернулся с болью в сердце. Для него
было невыносимым, что Елена демонстрировала свое великолепие не ради него, а
ради Кавинанта.
Он уснул сразу же, словно бы для того, чтобы избежать невозможности
видеть. Но в самое темное время безлунной ночи его вдруг разбудили резкие
голоса и цоканье копыт. Сквозь нечеткий след отблесков костра он увидел
Стража Крови на ранихине, стоящего в центре лагеря. В холодном воздухе от
ранихина шел пар. Он скакал галопом, чтобы догнать Лордов. Первый Знак Морин
и Лорд Морэм уже стояли около ранихина, Высокий Лорд торопилась со своего
ложа, а за ней и Лорд Аматин. Трой бросил в костер связку лучин для
растопки. Ярко разгоревшийся ненадолго огонь костра позволил ему лучше
рассмотреть Стража Крови.
На его лице были ясно заметны следы тяжелого сражения, он медленно
спешился, будто устало и неохотно.
Трой почувствовал, что его равновесие внезапно пошатнулось, как если бы
ветвь древа его забот о Стране, на которой он стоял, затряслась под его
ногами. Он узнал Стража Крови. Это был Ранник, один из участников миссии
Корика в Прибрежье.
Глава 14
Рассказ Ранника
В течение какого-то мгновения Трой пытался за что-нибудь ухватиться,
чтобы вернуть равновесие. Раннику не следовало быть здесь. Прошло слишком
мало времени. Со времени отбытия миссии Корика прошло только двадцать три
дня. За это время даже самый сильный ранихин не мог бы галопом проскакать до
Прибрежья и обратно. Поэтому приезд Ранника мог означать только... только...
Прежде чем Высокий Лорд успела заговорить, Трой обнаружил, что он спрашивает
сдавленным голосом:
- Что случилось? Что же случилось?
Но Елена резко прервала его. Он мог видеть, что значение приезда Ранника
не ускользнуло от нее. Она стояла, твердо оперев о землю Посох Закона, а
лицо ее было полно огня.
Стоявший рядом Кавинант выглядел так, как будто ему было плохо, будто был
уже потрясен от того, что ожидал услышать. Он имел вид человека, желающего
узнать, смертельна ли его болезнь, когда резко обратился к Стражу Крови:
- Они мертвы?
Ранник не обратил внимания ни на Кавинанта, ни на Троя. Он кивнул Первому
Знаку Морину, затем поклонился слегка Высокому Лорду. Его лицо, несмотря на
безвыразительность, имело налет несогласия, оттенок нежелания, что заставило
Троя застонать от предчувствий.
- Говори, Ранник, - сурово произнесла Елена. - Какие вести ты принес нам?
А после нее сказала Аморин:
- Говори так, чтобы все Лорды могли тебя услышать.
Но Ранник по-прежнему не начинал. В глубине его немигающих глаз была едва
видна боль - то чувство острого страдания, которое Трой не ожидал никогда
увидеть ни в одном Страже Крови. - Милостивый Боже, - выдохнул он. - Это
настолько плохо?
Тогда заговорил Лорд Морэм. - Ранник, - сказал он мягко. - Миссия в
Прибрежье была поручена Страже Крови. Это было тяжелое поручение, потому что
вы приняли Клятву, что охрана Лордов будет для вас превыше всего остального.
Нет вашей вины в том, что ваша Клятва и ваша миссия пришли в противоречие,
что требуется пренебречь либо одним, либо другим. У Стража Крови не должно
быть никаких сомнений, какой бы злой рок ни принес тебя сюда в таком виде в
ночной темноте.
Ранник колебался еще какое-то мгновение. Затем сказал:
- Высокий Лорд, я приехал из глубины Сарангрейвской Зыби, прямо от
Теснистого Протока и от миссии в Прибрежье. Корик сказал мне, и Прену, и
Порибу вместе со мной: "Возвращайтесь к Высокому Лорду. Расскажите ей все -
все слова вохафта Хоэркина, все, что случилось с ранихинами, обо всех атаках
Подстерегателя. Расскажите ей о том, как погибла Лорд Шетра". - Аматин глухо
простонала, а Морэм застыл. Но Елена удержала их своим напряженным взглядом.
- Она лучше поймет это сообщение о великанах и Опустошителях. Скажите ей,
что миссия не будет остановлена.
И мы трое ответили:
- Сила и верность. У нас не будет поражения.
Но четыре дня мы одолевали Сарангрейвскую Зыбь, и Прен погиб от
внезапного нападения Подстерегателя. Затем мы все же пробились к западному
краю Зыби и там снова обрели своих ранихинов. Как можно быстрее мы мчались
по направлению к Ревлстону. Но когда "ступили в Зломрачный Лес, то были
осаждены волками и юр-вайлами, хотя до этого никаких признаков их мы не
видели, когда ехали на восток. Порриб и его ранихин пали так, чтобы я смог
ускользнуть, и я помчался дальше.
Затем к западу от Зломрачного Леса я встретил разведчиков Боевой Стражи и
узнал, что Порча уже выступил в поход и что Высокий Лорд ускакала в Ревлвуд.
Поэтому я свернул с пути к Ревлстону и поехал догонять вас сюда.
Высокий Лорд, есть многое, что я должен сказать.
- Мы выслушаем тебя, - сказала Елена. - Иди ближе к огню. - Повернувшись,
она двинулась к костру. Там она уселась; Морэм и Аматин рядом с ней. По ее
знаку Ранник сел напротив нее и позволил одному из Хранителей Учения,
который имел способности Целителя, очистить свои раны.
Трой подбросил вязанку хвороста в огонь, чтобы стало лучше видно, и тоже
устроился рядом с Лордами, но подальше от Кавинанта. Спустя мгновение Ранник
заговорил.
Сначала его повествование было кратким и неуклюжим. Стражу Крови не
хватало дара рассказчика, которым обладали великаны; он едва касался
существенных предметов и пропускал вещи, которые его слушателям было важно
узнать. Но Лорды дотошно его расспрашивали. А Кавинант настаивал на
дополнительных деталях. Временами казалось, что он старается сдержать
рассказчика, оттянуть тот момент, когда нужно будет дойти до завершения.
Постепенно события, произошедшие с миссией, стали выясняться в более
связанной форме.
Трой внимательно слушал. Он не мог ничего видеть при блеклом свете
костра, ничто не отвлекало его внимания. Несмотря на полную бесстрастность
голоса Ранника, вомарк, казалось, своими глазам и видел то, о чем слышал,
как будто события, произошедшие с участниками миссии, разворачивались в
воздухе перед ним.
Миссия двигалась на восток через Зломрачный Лес и уже три дня как ехала
под дождем. Но никакой дождь не мог остановить ранихинов, да и не было к
тому же сильной бури. На восьмой день, когда облака разошлись и солнце снова
выглянуло на землю, Корик и его отряд увидели гору Грома.
Она неуклюже вырастала на фоне неба по мере того как отряд продвигался в
сторону восхода. Они прошли двадцать пять лиг к северу от нее и поздно в тот
день достигли огромного обрыва Землепровала. Они были на одной из самых
высоких его точек и могли взглянуть на Нижнюю Страну с высоты более четырех
тысяч футов. Отсюда Землепровал был виден далеко в обе стороны, как будто
Нижнюю Страну отрубили топором. И далеко внизу, за холмистой полосой травы,
менее чем в пяти лигах от них, широко простиралась Сарангрейвская Зыбь.
Это была заболоченная местность, испещренная ручьями, подобными распухшим
венам на теле земли, заросшая пышным изобилием кустарников, полная
неуловимых опасностей - странных, предательских, выросших в воде и
избегающих человека животных, изогнутых, старых и полугнилых ив и кипарисов,
поющих тихие песни, которые могут запутать неосторожного; застоялых ядовитых
омутов, так покрытых липкой грязью, илом или мелкими растениями, что они
походили на твердую почву; пышных прекрасных цветов, покрытых как росой
каплями жидкости, которая может довести людей до безумия; обманчивых
пространств сухой почвы, которая оказывалась зыбучими песками. Все это было
знакомо Стража , Крови. Но сколь зловещей или не подходящей для жизни она ни
казалась бы человеческому взгляду, Сарангрейвская Зыбь не была злом сама по
себе. Скорее из-за зла, которое дремало здесь, она была просто опасна -
диковатое убежище для ошибок природы, уродливый плод древних грехов.
Великаны, которые умели быть осторожными, всегда могли безопасно
передвигаться по Сарангрейвской Зыби, и они сохраняли свои тропинки
открытыми для других, так что в нормальных условиях пересечь Зыбь не было
большим риском.
Но теперь пристальный взгляд миссии встретил что-то еще. Дремлющее зло
зашевелилось; рука Порчи поработала здесь и разбудила старые грехи.
Эта опасность была суровой, и Лорд Гирим был обескуражен. Но удивлены ни
Лорды, ни Стража Крови не были. Лорды Каллендрилл и Аматин - и Стражи Крови
Моррил и Корал - поведали всем об этой опасности.
И хотя он был обеспокоен, Лорд Гирим не предложил, чтобы миссия
отклонилась от опасности, объехав Сарангрейвскую Зыбь с севера на расстоянии
сотни лиг. Поэтому на рассвете девятого дня миссия спустилась через
Землепровал, пользуясь конной тропой, которую проделали Старые Лорды в
громадном утесе, и устремились на восток через заросшие травой холмы по
направлению к главной дороге великанов через Сарангрейвскую Зыбь.
Воздух здесь был теплее и плотнее, чем над Землепровалом. Дышалось так,
будто в нем были намешаны какие-то призрачные волокна, которые, казалось,
оставляли что-то в легких после выдоха. Затем среди травы стали появляться
низкие искореженные кусты. А сама трава стала длиннее и сочнее. Время от
времени под копытами ранихинов брызгались отдельные скрытые в траве
небольшие ручейки. Вскоре появились искривленные, с наростами и лишайниками,
деревья, растопырившие заросшие мхом ветви. Они становились все гуще и гуще
по мере того как миссия продвигалась вглубь Сарангрейвской Зыби. Иногда
всадники проезжали по травянистым аллеям, которые обычно лежали между двумя
стоячими омутами или уходили под углом куда-то дальше к северу, в джунгли,
уже казавшиеся непроходимыми. Ранихины перешли на более медленный и
осторожный шаг. Внезапно они обнаружили, что продвигаются уже через
доходящую им почти до груди "слоновую траву".
Когда всадники оглянулись, они не смогли увидеть никакого следа дороги
великанов. Зыбь захлопнулась за ними как челюсти.
Но Стражи Крови знали, что такой и была дорога через Сарангрейвскую Зыбь.
Видна была только тропа вперед. Ранихины двигались дальше, пробивая своими
широкими грудями дорогу через траву.
По мере углубления в джунгли дорога великанов становилась все уже, так
что они могли ехать не более чем по трое в ряд - каждый Лорд был прикрыт с
флангов Стражами Крови. Но слоновая трава вскоре отступила, позволяя им
двигаться с большей скоростью.
Их продвижение сопровождалось шумами. Они растревожили Зыбь; когда они
двигались, по обеим сторонам вокруг них возникали волны пробуждения
различных обитателей Сарангрейва и раздавались разнообразные звуки. Птицы и
обезьяны тараторили, мелкие мохнатые животные хохотали подобно гиенам,
|
BIGLIB
