 |
коленях исчезла под столом.
Мой певец, которого звали Марио, очень усердно занимался моими
грудями. Чтобы не казаться белой вороной в этой компании, я мяла ему член
в его брюках под скатертью. Он встал лишь наполовину, но это все-таки было
обещанием...
Мне пришлось констатировать, что несмотря на то, что я не пила больше
фирменного коктейля, меня снова охватил сексуальный вихрь, влагалище мое
набухло и нейлоновые трусики увлажнились.
Общее настроение, которое царило после этой пирушки, ожидание новых
наслаждений, бесстыдно выставляемое, наконец, сладострастие каждого из
гостей, ждущих, казалось, только сигнала, чтобы сбросить с себя все оковы,
а также, несомненно, разнузданные действия моего соседа справа,
щекотавшего мой сосок и засунувшего палец под эластик моих трусиков, - все
это сильно взволновало меня.
Безо всякого страха я констатировала новый прилив порочных желаний,
выражающийся в очень сильном зуде вагины. Я думала, что если не буду пить
ликера, то смогу трезво следить за событиями. Несколько позже я поняла,
что это не так и что я волей-неволей втягивалась в коллективную оргию. Я
никогда не присутствовала и не участвовала в таких "бардаках", с
совершенно незнакомыми, случайно обьединяющимися по прихоти их желаний
мужчинами и женщинами, с анонимными совокуплениямии
Я была захвачена окружающим. Мне вспомнились слова Иоланды, когда она
мне обьясняла, что некоторая доля коктейля лишь высвободит желание,
которое воспитание и христианская мораль загнали в подсознание.
Эксперимент, который я пережила в зеркальной комнате с компаньоном по
встрече, женщиной хорошего происхождения, обретающейся в роли содержатель-
ницы борделя и мулата, очевидно не высвободили до конца комплекса,
присущего моей натуре. Но в тот момент было не до философствования на
сексуальную тему.
Либо я покидаю эту компанию, либо я остаюсь, примиряясь со всем тем,
что может здесь произойти в дальнейшем. Роберт не казался желающим
покинуть это собрание, напротив, он установил хорошие отношения с
рыженькой соседкой и целовал ее взасос, обращая на меня не больше
внимания, чем на свою первую школьную любовницу.
Я решила остаться. Марио не был мне неприятен. А из-за своего бара,
где он заннмался своими обязанностями, Феликс строил мне нежные глазки И
подавал мне незаметные сигналы о нашем порочном сообществе. Мой сосед
слева исчез. Я увидела его, валяющегося на диване в компании совсем
молоденького мужчины, который вовсю сосал его член.
Одним словом, в замке "Светлая луна" собралось общество на все вкусы:
извращенцы, педерасты, лесбиянки, а также "мастера на все руки". Мой
Биржевой маклер скользнул под стол. Его рыжеволосая пассия отки
нулась на спинку стула. Она прерывисто задышала и закатила свои глаза.
любопытная по природе, как я уже признавалась, я подняла скатерть и
наклонилась, чтобы посмотреть под стол... Как я и думала, голова Роберта
была зажата между бедер девушки. Его лицо приникло к влагалищу, которое он
пожирал ртом, лаская языком ее клитор.
Кудахтанье и истерические смешки, раздававшиеся со всех сторон,
выдавали занятия гостей. Атмосфера сгустилась от сигаретного дыма, она
была насыщена ароматом дамских духов, однако характерный запах пота и
спермы пробивался сквозь все эти запахи и страсти. Я была несколько
встревожена, но с чем мне еще не пришлось столкнуться, я не могу сказать,
что я не искала этого.
Слуги и служанки также служили обьектом похотливых вожделений как со
стороны мужчин, так и женщин. Пользуясь тем, что во время исполнения
служебных обязанностей им приходилось время от времени останавливаться,
некоторые из обедающих тайком щупали их за теплые местечки. Проворные руки
пробирались под юбки или брюки, щупая зады и члены. Обслуживающий персонал
не обращал на это никакого внимания. Должно быть, они привыкли к такому
обращению и продолжали невозмутимо обслуживать как ни в чем не бывало.
Владелица замка, Иоланда, восседала во главе, на почетном месте. Она
руководила "парадом". Позади нее стоял лакей, одетый в костюм эпохи
людовика хiv. Его звали Леон. Ширина его плеч и необычайная сила позволяли
ему исполнять роль "вышибалы", всегда готового вмешаться, если гости,
возбужденные алкоголем или похотью, затеют драку либо из-за ошибки, либо
из пьяной ревности.
Со всех сторон раздавались грубые шутки. Непристойности сыпались со
всех сторон. В качестве примера приведу одну из них, особенно мне
запомнившуюся.
Очень представительный господин с моноклем обьявил с важным видом:
- Мадам и месье! Минуточку внимания! Я хочу предложить вам небольшую
загадку: когда тридцать три мужчины совокупляют друг друга в зад, кто из
них занимает лучшее место?
- Первый, - живо ответил молодой человек.
- Почему?
- Потому, что он испытывает давление тридцати двух остальных...
- Нет, месье, это не так.
- Последний, - сказала, кудахтая, какая-то перезрелая дама, - потому,
что он совокупляет всех остальных, а его ннкто...
- Мне очень жаль, мадам, но вы ничего не понимаете. Вы получаете за
ответ ноль.
- Тогда семнадцатый, - рискнул кто-то другой. - Это наилучшее место,
потому что в этом случае давление одинаково с обеих сторон.
- Тоже ноль, месье. У вас нет воображения. Ну, хорошо. Я вам скажу
ответ: лучшее место у второго!
И поскольку аудитория, не поняв, замерла, разинув рты (не вынимая,
однако рук из-под юбок и штанов), человек с моноклем обьясниил с ученым
видом:
- И вот почему: второй ебет, его самого ебут, и у него еще остаются
свободными руки, чтобы дрочить член у первого!
Весь стол повалился со смеху. Я думаю, что только мне и Иоланде эта
шутка не пришлась по вкусу.
Марио, певец с "медовым голосом", использовал свой "вокальный орган",
чтобы спеть сальную песню, в то время, как мне он предоставил другой свой
орган, который я мяла под скатертью, подражая остальным.
После апплодисментов хозяйка встала и попросила тишины. Ей пришлось
несколько раз кашлянуть в кулак, прежде чем ее стали слушать.
- Друзья! Дорогие друзья! Я предлагаю теперь вам пройти в большой
салон, где к вашим услугам будет шампанское, виски и сколько угодно
фирменного коктейля, как это принято в "Светлой луне".
Все стали, не без сожаления, приводя себя в порядок и направляясь в
салон, где должно было "кое-что произойти"...
Г л а в а VIII
Все сборище в большом беспорядке направилось в большой салон. Лишь
один старый господин не последовал за всеми. Он оставался на своем месте
за столом и топал ногами, как рассерженный мальчишка.
Марта, помогавшая Иоланде в организации развлечений, спросила у него:
- Эй, дедушка! Почему вы не идете? Мне кажется, вы очень рассержены.
Старик бормотал, крассый от гнева: - мой маленький десерт! Забыли мой
маленький десерт! Я хочу мой ма ленький десерт!
Мне показался жалким и смешным этот старик, требующий конфет, в то
время как другие думали о менее невинных удовольствиях. Я потихоньку
спросила об этом у Иоланды.
- Это очень хороший клиент, - сказала она мне. - Он академик и
несколько впал в детство, как ты могла заметить. У него, как бы это лучше
сказать... Довольно необычные вкусы.
Иоллнда не сказала мне больше ничего, я не могла понять, что она
подразумевает под "необычными вкусами". Я начала кое-что понимать, когда
Иоланда сказала двум служанкам, очень живым и необычно легко одетым:
- Вы забыли о старике. Надо его удовлетворить. Вы готовы?
- Я не горю желанием, - ответила одна из них, маленькая развязная
блондинка.
- Я не более, - сказала другая в свою очередь.
- Хорошо, мои малышки, придется вас заставить. Я же вам рекомендовала
принять пилюли, когда старик звонил мне, ччо придет на наш вечер. О чем же
вы думали?
- Но то, что он хочет, очень трудно. Последний раз, когда он
приезжал, он рассердился и не дал нам "на чай", хотя мы прямо разрывались
ради него, - сказала блондинка.
- Я знаю, что это старая свинья, - сказала им хозяйка, - но придется
пересилить себя, черт возьми! Во всяком случае, надо им сейчас же
заняться, иначе с ним может случиться припадок. Я не желаю подобных сцен в
этом доме.
Этот диалог меня заинтриговал. В то время, как припадочный удалился,
поддерживаемый двумя служанками, я вновь попросила Иоланду пояснить мне
происходящее.
- Пойдем со мной, - сказала она мне. - Я покажу тебе, чем они будут
заниматься. Подожди немного, пока они начнут, и ты увидишь нечто такое,
что тебе надолго запомнится!
Я подошла к моему певцу, чтобы извиниться перед ним; любопытство в
который раз оказалось сильнее меня.
- Разрешите мне покинуть вас на некоторое время, - сказала я ему, - Я
сейчас же присоединюсь к вам в салоне. Вы будете ждать меня?
- Как вы можете сомневаться, дорогая! Вы наверняка смогли заметить
мое влечение к вашим ласкам.
- О, да, мой дорогой Марио! (я потрепетала его вздувшиеся брюки
кончиками пальцев). Действительно, он был напряжен до предела. - Но я не
уверена, что лишь одна могу привести вас в подобное состояние. Здесь есть
много прелестных женщин, готовых вам помочь в этом.
- Конечно! Но такое удовольствие, как с вами я ощутил впервые. Вы
доставили мне такое удовольствие! И я не хочу растрачивать свои силы на
других женщин...
Я звонко рассмеялась и ответила:
- Это смешно! И ваша настойчивость меня забавляет...
- Почему ?
- Потому, что мне говорили, что вы педераст!
- Клевета! Я позволяю людям так думать потому, что в среде артистов
считается хорошим тоном распускать подобные слухи о себе. Но больше всего
на свете я люблю женщин, а если я иногда пересплю с хорошим мальчиком, то
только для того, чтобы поддержать свою репутацию.
Иоланда подошла и прервала нашу шутливую перепалку.
- Пойдем туда, Симона. Они должны уже быть на месте...
Она привела меня на первый этаж и ввела в комнату, которая оказалась
точно такой же, как и моя. Я начала думать, что все комнаты этого замка,
превращенного в бардель обедневшей дворянкой, должно быть, устроены на
один манер: зеркала на стенах, потолке, диваны и толстые ковры.
Иоланда потушила свет, нажала на какую-то кнопку и, к моему большому
изумлению, зеркало, перед которым я находилась, сделалось прозрачным!
очевидно, это было какое-то необычное зеркало, без амальгаммы. Я
посмотрела...
Старый академик был в соседней комнате. Обе девушки были почти
нагишом. На них были только черные чулки, подтянутые до бедер и очень
маленькие бюстгальтеры, практически оставляющие их груди снаружи, лишь
поддерживающие их на весу.Они были обуты в туфли на необычайно высоких
"шпильках". Живот и зад, "естественно", обнажены. Я инстинктивно отпрянула
назад и отвернулась очень смущенная.
- За исключением самих девушек, это не очень красивый спектакль. Но
на вкус и цвет товарищей нет. Только таким образом старик еще может
возбудиться.
- Почему ты показала мне этот ужас? - Спросила я возмущенно.
- Чтобы ты со всем познакомилась. Впрочем, ведь это ты сама захотела
сюда придти, маленькая любопытница.
- Ты можешь избавить меня от этой картины.
- Ты не права. Я думала, что ты готова узнать все... Посмотри,
дорогая, наконец-то его потрепанный член распрямился.
- Нет, нет! Пойдем отсюда, с меня довольно!
То, что я увидела, невозможно описать словами, и я не знаю, как
подобрать более или менее приличные выражения. Ну так вот! Одна из девушек
с помощью рук и рта пыталась оживить бессильный член старика. Она стояла
на коленях между тощими бедрами клиента, который лежал на спине.
Г л а в а IX
|
BIGLIB
