ЭНЦИКЛОПЕДИИ

Энциклопедия мировых сенсаций XX — столетия

Комментировать

LIB.com.ua [электронная библиотека]: : Энциклопедия мировых сенсаций XX — столетия

Кто отдавал приказы?

Сведения о том, что произошло в Сонгми, начали поступать сначала к
военным, затем к правительственным чиновникам. Фотограф Рональд Хэберли,
участвовавший в операции, предоставил в их распоряжение множество леде-
нящих душу снимков. Он заявил, что считал приказ убивать женщин и детей
исходящим от высшего начальства: «Армейские части не истребляют граж-
данское население в массовом порядке, как это случилось в тот день. Я
впервые видел подобное. Позже я слышал, что командир дивизии хвалил так-
тическую группу за эту операцию, но, как я понимаю, ему не доложили, что
расстрелянными оказались беззащитные женщины и дети».
Представитель госдепартамента Стэнли Резор сначала с недоверием восп-
ринял сообщение о массовой бойне, учиненной американскими военнослужащи-
ми в Сонгми. Администрация Белого дома полагала, что жители деревни слу-
чайно попали под перекрестный огонь в ожесточенной схватке между амери-
канскими и вьетконговскими войсками. Однако когда Резор получил от своих
сотрудников подтверждение о массовых убийствах в Сонгми, он не мог
больше скрывать истину. Для допроса солдат расформированной роты «Чарли»
во Вьетнам были посланы следственные работники. С некоторой долей иск-
ренности бывшие солдаты этой роты давали показания о своем участии в
кровавых событиях.
5 июля лейтенант Уильям Келли был отозван в США, где получил офици-
альное уведомление о том, что он задерживается по подозрению в соверше-
нии массовых убийств. Как оказалось в дальнейшем, его сделали козлом от-
пущения и заставили держать ответ за всех участников побоища.
Еще нескольким офицерам были предъявлены обвинения в нарушении воинс-
кого долга, некоторых солдат обвинили в убийстве по ходу следствия. В
конце концов лишь пятеро предстали перед судом военного трибунала, но
осужден был только Келли. Даже попав на скамью подсудимых, лейтенант не
испытывал ни малейшего раскаяния. Бравый вояка пространно рассуждал о
своем долге убивать коммунистов и о том, каким хорошим солдатом он был.
Вероятно, именно это упорное нежелание признать свои действия военным
преступлением и сделало Келли символическим представителем на скамье
подсудимых всех тех, кто «отличился» в Сонгми.
В то время как некоторые американцы наклеивали на бампера машин таб-
лички с требованием «Освободите Келли!», а участники антивоенных мани-
фестаций обвиняли в случившемся высокое армейское начальство, лейтенант
Уильям Келли был признан виновным в убийстве двадцати двух человек и 29
марта 1971 года приговорен к пожизненным каторжным работам. Но не прошло
и трех дней, как по особому распоряжению президента Никсона заключенного
освободили из-под стражи и разрешили подать апелляцию. Больше он так и
не попал за решетку, а провел три года под домашним арестом в своей
просторной квартире на военной базе в Форт-Беннинге, штат Джорджия, в
условиях полного комфорта, наслаждаясь созерцанием тропических аквариум-
ных рыбок и преданностью любимой собаки.
9 ноября 1974 года бывший лейтенант Келли вышел на свободу. Для мно-
гих американцев он так и остался жертвой войны.
На многострадальной земле Вьетнама давно воцарился мир. Имена пятиде-
сяти трех тысяч погибших американцев выбиты на полированном граните ме-
мориала в Вашингтоне. Но для Келли и других, кто был с ним в тот день,
эта война не закончится никогда.

Страшное проклятие

Варнадо Симпсон — один из тех, кто был рядом с Келли в тот черный
день. К сорока четырем годам он трижды покушался на самоубийство. На
глазах Варнадо от шальной пули погиб его сын. Он считает, что это Божья
кара за бойню, учиненную в Сонтми. Варнадо ежедневно проглатывает бес-
численное количество таблеток. «Да, я убивал. Я отрезал уши, снимал
скальпы и перерезал горло. Да, я делал это. Кажется, раз двадцать пять.
Меня мучают кошмары. Перед глазами постоянно стоят убитые дети. Где
бы я ни был, везде мерещатся лица убитых мной людей. Как вы можете прос-
тить меня, если я сам не могу это сделать… Я никого не подпускаю к се-
бе близко и никого не люблю. Моя любовь умерла в Сонгми».
Келли сейчас — лысеющий бизнесмен с брюшком. Бывший лейтенант работа-
ет в ювелирном магазине своего тестя в Коламбусе, штат Огайо. Он не гло-
тает таблетки и не нуждается в услугах психиатра.
Сонгми навсегда осталась в его памяти, но он никогда не заговаривает
об этом. Несколько лет назад Келли написал автобиографию, в которой по-
пытался оправдать безумие, которое обуяло его и его солдат. «Мы пришли в
Сонгми не для того чтобы убивать мирных людей. Мы пришли туда, чтобы
убить идеологию, носителями которой были эти — я не знаю, как их наз-
вать, — пешки, винтики, куски плоти. Я был там, чтобы уничтожить комму-
низм. Я относился к коммунизму примерно так же, как южанин относится к
негру. Это ужасно».
Для Келли уже слишком поздно извлекать урок из того, что произошло в
Сонгми, но, может быть, для человечества сделать это еще не поздно.

ИОСИФ СТАЛИН: «Нет человека — нет проблемы…»

В лесной глуши под Смоленском весной 1940 года были тайно расстреляны
тысячи польских офицеров, искавших спасения в России после гитлеровского
вторжения в Польшу. Страшная правда Катынского леса в конце концов стала
известна всему миру.

В августе 1939 года Адольф Гитлер направил в Москву министра иност-
ранных дел «третьего рейха» Иоахима фон Риббентропа для подписания важ-
ных документов с руководителями Советского Союза. Бывший торговец шам-
панским фон Риббентроп после нескольких дней дипломатических реверансов,
которыми он обменивался со своим советским коллегой Вячеславом Молото-
вым, объявил ошеломленному миру, что между двумя бывшими противниками
подписан пакт о ненападении.
На Западе пакт Молотова — Риббентропа рассматривали как предвестник

захватнической войны в Западной Европе. Обещанное бездействие Советов в
ответ на удовлетворение «территориальных претензий» Германии к ее сосе-
дям западные стратеги расценивали как удачный ход Гитлера, заткнувшего
рот самому сильному из своих врагов без единого выстрела.
Но на Западе не знали, что пакт содержал секретную статью о разделе
Польши между Гитлером и Сталиным. Это стало ясно неделю спустя, когда
гитлеровские полчища ранним утром 1 сентября 1939 года перешли польскую
границу, положив начало второй мировой войне. Польша как государство пе-
рестала существовать. Остатки ее армии, некогда считавшейся одной из
сильнейших в Европе, но раздавленной немецкими танками, искали спасения
в соседней России. Поляки считали, что из двух зол они выбирают меньшее.
Эта ошибка стоила жизни тысячам офицеров, сложивших оружие в надежде на
милость победителей. Сдавшись в плен Красной Армии, которая без боя за-
няла восточную половину Польши, ее поверженные защитники были уверены,
что статус военнопленных поможет им уцелеть. Однако полгода спустя четы-
ре тысячи польских офицеров, от генерала до лейтенанта, были расстреляны
и захоронены в ямах с известью в густом Катынском лесу под Смоленском.
У всех жертв впоследствии были обнаружены пулевые отверстия в заты-
лочной части — неопровержимое свидетельство того, что люди не погибли в
бою, а пали от рук палачей.
Почти пять десятилетий никто не признавал за собой вину за преступле-
ние в Катынском лесу. Немцы утверждали, что это сделали русские, а русс-
кие сваливали вину на немцев.
И только после распада Советского Союза, когда были рассекречены и
обнародованы документы из архивов КГБ, мир узнал правду о Катыни.
Польские офицеры были расстреляны как «классовые враги» советского наро-
да. 13 апреля 1990 года Михаил Горбачев признал вину советской стороны в
катынской трагедии. Это случилось через сорок семь лет после того, как
Германия объявила, что немецкие солдаты наткнулись на массовые захороне-
ния в лесу под Смоленском.
С началом операции по захвату Поль1чи гитлеровские бомбардировщики и
бронетанковые колонны обрушили на гражданское население этой страны ты-
сячи тонн смертоносного металла. Поводом для нападения послужил весьма
сомнительный инцидент, в ходе которого польское войсковое подразделение
якобы атаковало немецкую пограничную заставу. Через шестнадцать дней,
когда города Польши были охвачены пожарами, а ее армия почти полностью
уничтожена, отчаявшимся полякам пришлось противостоять еще одному удару,
нанесенному на этот раз ее восточным соседом. Красная Армия тоже под на-
думанным предлогом перешла советско-польскую границу и, почти не встре-
чая сопротивления, продвинулась до Белостока. В результате значительная
часть польской территории оказалась захваченной СССР. Эти действия были
предусмотрены секретным протоколом, приложенным к пакту Молотова — Риб-
бентропа.
Сталин объяснял советское вторжение в Польшу необходимостью защитить
права белорусов и украинцев, живших на польской территории у границ с
Советским Союзом. В три часа ночи 17 сентября, через несколько часов
после начала наступления Красной Армии при поддержке отрядов НКВД,
польский посол в Москве Вацлав Гржибовский был вызван к советскому нар-
кому иностранных дел Молотову, который в полном соответствии с нормами
дипломатического этикета сообщил ему: «Польское государство распадается,
и мы хотим помочь вашему народу избавиться от тягот и лишений войны, в
которую он вовлечен своим недальновидным руководством, и обеспечить ему
мирную жизнь».
К 5 октября, когда было окончательно сломлено сопротивление польской
армии, Германия владела двумя третями, а Советский Союз — одной третью
польской территории. Немцы захватили около шестисот тысяч военнопленных,
Красная Армия пленила двести тридцать тысяч человек. Вслед за боевыми
частями пришли батальоны СС с германской стороны и подразделения внут-
ренних войск советского НКВД. Действия тех и других были поразительно
схожи. Начались жестокие репрессии против польской интеллигенции, уни-
верситетской профессуры, национальной аристократии, известных радикалов,
деятелей церкви — против всех, кто мог представлять, по мнению обоих
диктаторов, хотя бы малейшую угрозу «новому порядку».
Гитлер использовал государственную машину в качестве репрессивного
орудия с момента своего прихода к власти в 1933 году, но в этом отноше-
нии он Сталину и в подметки не годился. На руках кремлевского диктатора
была кровь десятков миллионов людей, расстрелянных в подвалах НКВД, за-
мученных в лагерях «архипелага ГУЛАГ», раскинувшегося на необъятных
просторах Сибири. По указанию Сталина к полякам, оказавшимся на советс-
кой территории, применялись те же методы воздействия, которые были на-
дежно испытаны на многострадальном населении его собственной страны.
В начале ноября по секретному приказу Сталина сотрудники НКВД начали
работу по перемещению пятнадцати тысяч захваченных польских офицеров из
лагерей для военнопленных в специальные лагеря, разбросанные по террито-
рии России. В них оказалась военная элита польской нации — образованные,
интеллигентные, энергичные люди. Многие из них были добровольцами, на-
девшими военную форму, чтобы сражаться за родину. Лишь немногим было
суждено вновь увидеть ее.
НКВД готовился к «мокрому делу», что на профессиональном жаргоне
убийц означает кровопролитие. Долгое время начальники спецлагерей, в ко-
торых содержались поляки, посылали рапорт за рапортом своим хозяевам на
Лубянке, предлагая отправить некоторых польских офицеров в Москву, где
их можно было бы «перевоспитать» и заставить работать на советскую сис-
тему. Но кремлевский диктатор втайне уже решил судьбу тех, кто, по его
мнению, должен был ответить за поход маршала Пилсудского против Советс-
кой России в годы гражданской войны.
«Операция» в Катынском лесу началась 3 апреля и продолжалась пять не-
дель. Под видом перемещения в другие лагеря обреченных грузили в товар-
ные вагоны и везли в неизвестном направлении. Для четырех с лишним тысяч
поляков конечным пунктом маршрута оказался Катынский лес.

Надежда умирает последней

С первых дней пребывания в плену польские офицеры вели полуголодное
существование, у них не было никакой возможности связаться с семьями. Но
накануне отправки кормить людей стали лучше, что пробудило у них надежду
на скорое освобождение. Каждому пленному было выдано три вяленых воблы,
полфунта хлеба и немного сахару. Некоторым счастливчикам перепало даже
по бесценной пачке папирос.
Так палачи усыпляли бдительность своих жертв. Если бы у кого-нибудь
из пленных возникло хотя бы подобие догадки о том, что их ожидает, дове-
денные до отчаяния узники неизбежно подняли бы кровавые бунты.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *