ЛЮБОВНЫЙ РОМАН

Казанова

Комментировать

LIB.com.ua [электронная библиотека]: Герман Кестен: Казанова

Я — человек отвратительный…
Казанова,
письмо к Ж. Ф. Опицу

Я совершил в своей жизни
множество глупостей…
Казанова,
«Воспоминания»

Великие люди в любой жизненной
ситуации остаются равными себе.
Никколо Маккиавелли,
«Discorsi», III, 31.

И никто не похож на него меньше,
чем он сам.
Дени Дидро,
«Племянник Рамо»

Я устал всегда видеть любовную
интригу как главную пружину
всех трагедий. Разве не
существует других интересных
страстей?
Казанова,
«Поклонник Талии»

…..
Франсуа Вийон,
«Малое Завещание»

«С моего отъезда из Неаполя злой дух повлек меня крещендо от
глупости к глупости», пишет Казанова. С 1760 года начинаются
немотивированные путешествия Казановы. Начался период бешеного
расточения денег и любви. Началась настоящая любовная суматоха.
Он начал просто покупать девушек, особенно девушек из народа,
которых получал задешево и кучами, дочерей бедняков, которых он
подкупал деньгами и роскошью: Розалию, служанку марсельской
кокотки; в Генуе горничную Розалии Веронику и ее сестру Аннину;
Мариуччу в Риме, которой не хватало в доме хлеба; позже в Лондоне
пять ганноверских девушек. Он покупал женщин прямо, дочерей у
отцов, сестер у братьев, жен у супругов, любовниц у друзей,
дочерей целыми сериями у матерей, невест у женихов, учениц у
парикмахерш, любую у любого. Было ли это жизненным полднем
чувственного холостяка в путешествиях? Не выбирая, произвольно,
непроизвольно он переходил от одной к другой, брал девушек по
половине и по целой дюжине, по шестьдесят и по сотне: в Болонье
полдюжины подруг Кортичелли; у мадам Ф., парикмахерши из Пармы,
полдюжины учениц, с неохотой отказавшись от самой парикмахерши;
еврейку Лию он купил у отца и приплатил ей сверху. Граф Трапа
представил Казанове жену Ск., которая хотела «склонить его к
темному преступлению».
Он не только бежал за всеми женщинами, каждой второй залезая
под юбку, вставая со стула, чтобы увидеть в вырезе обнаженные
груди, но и все его знакомые и друзья сводничали для него. Он
управлял делом, как генерал-квартирмейстер небольшой армии,
ревизуя и конфискуя, покупая, торгуясь, инспектируя, посылая
послов и фуражиров. Маццони, возлюбленная шевалье Рамберти,
посылала ему девушек на выбор. Шевалье де Брез приводил его к
красивым дамам. Было похоже, словно он хотел совокупиться со всем
женским родом. Никогда ему не хватало. В мыслях у него всегда
было это. Время от времени его высылала полиция небольших
государств или государств побольше, он был замешан в аферах с
фальшивыми векселями, он планировал новые веселые надувательства,
он мечтал о новой жизни, о новой карьере, городил новые прожекты,
играл та и тут и везде, и — писал все усерднее, стал
профессиональным автором, пытался даже жить этим, и все чаще
терпел неудачи. Сквозь любовную суматоху все сильнее просвечивал
Казанова-автор.
Это были кризисные годы. По отдельности это были очень
веселые, но в общем аспекте понижающиеся тусклые годы, году
удовольствия, но всегда уменьшающегося удовольствия. Из тонкого
ценителя женщин, из гурмэ, предстал гурман-пожиратель.
Миллионер стал нищим, приживальщиком. Соблазнитель стал
развратником. Авантюрист стал литератором.
Его выслали из Флоренции из-за аферы с векселями
таинственного Иванова, из Турина из-за своего бегства из-под
Свинцовых Крыш Венеции, из Модены по неизвестным причинам.
Виновного или невиновного, его выбрасывали. В последующее время
он действует в двух областях: как португальский агент и как
обманщик маркизы д’Урфе. Оба дела темны.
В Рим он прибыл как раз вовремя, чтобы дважды переспать с
Мариуччей еще до ее свадьбы, он подарил ей сад и деньги, он
подарил ее молодому мужу часы. Несмотря на высылку из Флоренции
он отважился остановиться в своем старом отеле у доктора Ванини,
вскоре пришла полиция и вызвала его. Поспешно и без багажа в тот
же вечер ему пришлось уехать в Болонью, но до того он пошел к
матери маленькой бесстыдной танцовщицы Кортичелли, дал ей денег,
чтобы устроить ужин, повел Кортичелли будто бы погулять, привел
ее на почтовую станцию, вскочил вместе с ней в коляску — и оба с
удовольствием смеялись над веселым соблазнением и с удовольствием
переспали в первой же гостинице папской области, а потом восемь
дней подряд в Болонье с целым выводком юных и на все согласных
маленьких подруг Кортичелли. Его слуги Ледюк и Коста пришли с
багажом Казановы, а потом появилась вначале вышедшая из себя и

гневная, а потом укрощенная деньгами мать Кортичелли и ее братец
— и вернулись в Болонью. Для двадцатилетнего это была бы приятная
проказа, но Казанове уже было сорок.
В Модене Казанова пошел в картинную галерею, в гостинице уже
ждали сбиры с приказов о высылке. Италия стала маленькой и
тесной.
Через горы в Шамбери Казанова и двое слуг, испанец Ледюк и
пармезанец Коста, три мошенника разных степеней, ехали на мулах.
Из Турина он тоже был выслан. Из Лиона вместе с Ледюком он
послал влюбленного в свою дочь Дезармуаза, которому он рассказал,
что тоже спал со своей дочерью, в Страссбург, где они должны были
ждать его, пока с Костой он съездит в Париж.
Ни один город мира не сравнится с Парижем. Он делался в нем
счастливым. Маркиза д’Урфе узнала от оракула Казановы, что она
может возродиться заново только после освобождения Кверилинта,
одного из трех руководителей ордена розенкрейцеров, из тюрьмы
инквизиции в Лиссабоне, но ему нужны деньги на подкуп
определенных влиятельных и могущественных особ со связями на
мирном конгрессе в Аугсбурге, а также подарки, табакерки и часы,
для чего ему нужно солидное кредитное письмо. Маркиза дала все.
Казанова посетил брата Франческо, чья красивая жена
призналась, что Франческо к несчастью импотентен, но «об этом я
не решился подумать». Из любви к брату? С Франческо он пошел к
Ванлоо, жене художника, она сказала, что на обед придут господин
Блондель с женой, Манон Балетти, это был сюрприз, но Казанова
тотчас ушел, он любил «театральные эффекты», но только те,
которые сам устраивал другим. Он знал, что не хочет видеть Манон.
Он хвастает, что с помощью оракула устроил для госпожи Румен
запоздалую свадьбу ее дочери с господином де Полиньяком. Он
разыскал свою прекрасную перчаточницу, которая прожила с ним
целую неделю в Пти Полонь «на природе», господин де Ленглейд
соблазнил ее, ее муж сидел в бедности. Красивая Камилла была
больна, ее сестра Каролина стала маркизой и метрессой графа де ла
Марша. Его друг Балетти покинул театр, женился на девушке из
оперы и сейчас искал камень мудрости. С нетерпением и, вероятно,
даже со страхом перед кредиторами и полицией Казанова ждал
элегантный костюм, заказанный у портного, и крест с алмазами и
рубинами для ордена, заказанного ювелиру, но нечаянный случай
принудил его уехать сломя голову.
В десять утра он прогуливался в Тюильри и встретил
Дазенонкурт, девушку из оперы, которую он ранее безуспешно
преследовал с подругой, они пригласили его на обед в Шуази, где
встретили двух авантюристов, знакомых Казанове; с двумя подругами
Дазенонкурт они обедали всемером. Один из авантюристов, Сантис,
попросил Казанову показать ценное кольцо, забыл вернуть и солгал,
что его у него нет. Казанова схватил его перед домом. Сантис
выхватил шпагу. Пока другие авантюристы сажали четырех девушек в
фиакр, чтобы отвезти до Парижа, Сантис и Казанова зашли за дом.
Сантис сделал выпад, Казанова парировал и проткнул его. Сантис
упал и вскрикнул. Казанова спрятал шпагу, поехал в Париж,
упаковал чемодан, попросил госпожу д’Урфе вручить приготовленную
ему одежду, подарки и деньги его верному слуге Косте, который
должен был догнать его в Аугсбурге.
Казанова дал Косте деньги и точные инструкции и уехал в
Страссбург, где его ждали Ледюк и Дезармуаз. Мнимый маркиз привел
его к красивой женщине, которую Казанова сразу узнал. Это была
танцовщица Катерина Рено, которую Казанова напрасно преследовал в
Дрездене в 1753 году, он был тогда беден, а она была подругой
безмерно богатого графа Брюля.
Рено, пишет Тренк в «Ежемесячнике» (Альтона), разорила графа
Брюля и передала много денег парижскому ювелиру двора Бемеру,
сыну ювелира дрезденского двора, который использовал
расточительность Дюбарри и выступал в знаменитом процессе об
ожерелье, где его жена показывала против Калиостро.
Рено рассказала о матери Казановы, что бедная Дзанетта перед
(Семилетней) войной сбежала из Дрездена в Прагу, где у нее почти
ничего не шло хорошо, так как она не получала пенсию (бедную,
четыреста талеров!). Казанова возразил, что посылал матери
деньги. Он делал это? Она умерла в Дрездене 29 ноября 1776 года.
Казанове было обещано большое удовольствие с Рено. Но она
обманула его, как лишь немногие до сих пор обманывали, да, она
разорила его, как никто до сих пор не разорял.
Он поехал с нею в Аугсбург, где на шесть месяцев снял дом.
Конгресс еще не начался и она склонила его поехать в Мюнхен, где
будто бы хотела продать свои драгоценности.
В Мюнхене английскому посланнику лорду Стормонту он дал
письмо Гамаса, а французскому посланнику — рекомендацию герцога
Шуазеля, за которое надо было благодарить д’Урфе. Он был
представлен курфюрсту Баварии. Он играл большого господина, к
сожалению только играл.
За четыре «роковые» недели в Мюнхене, где собрались многие
пресловутые шулера Европы (среди них подлый Афлиджио), Казанова
без смысла и разума проиграл все свои деньги, заложил ценные
украшения более чем на сорок тысяч франков, которые никогда более
не выкупил, исчерпал кредит у банкиров и ростовщиков, потерял
свою добрую славу и даже здоровье.
Во всем была виновата Рено, которая властвовала над ним, как
ни одна женщина до нее. Он болел из-за нее, но оставался с ней.
Да, она помешала ему пойти к врачу и лечиться, когда сказала, что
при дворе знают, что они живут как муж и жена, и ее репутация
пострадает, если станет известно, что он лечится. И Казанова
принес ей в жертву свое здоровье, свой разум, свою гордость, он
делал то, что никогда еще не делал. Он нашел себе госпожу,
отомстившую Казанове как сто женщин.
Когда она опустошила его, то его отключила, но не только
расточительством и роскошью, но — и это было мрачнее и позорнее —
она ограбила его с помощью Дезармуаза и завладела его деньгами,
драгоценностями, кредитами. Потом она и Дезармуаз играли роль
посредников между ним и банкирами с ростовщиками. Они ссужали ему
деньги и они же забирали их обратно за игорным столом Дезармуаза,
который он и расставил-то в доме Казановы, где Дезармуаз
бесцеремонно обманывал и держал банк как партнер Рено, вырывая
добычу из Казановы и его гостей, он приглашал людей из дурного

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *