Рубрики: ЛЮБОВНЫЙ РОМАН

мир высоких чувств и любовных грез

Лирика

ЛЮБОВНЫЙ РОМАН

LIB.com.ua [электронная библиотека]: Василий Кожевников: Лирика

Детей не щадя.

Мы славим страданье,
Боимся успеха.
Нам солнце не в пору
И вьюга не в лад.
У нашего смеха
Печальное эхо.
У нашего счастья
Запуганный взгляд.

Любой зазывала
Ползет в запевалы.
Любой вышибала —
Хранитель огня.
Забыта основа
Веселого слова.
Монахи, монахи,
Простите меня!

Не схимник, а химик
Решает задачу.
Не схема, а тема
Разит дураков.
А если уж схема,
То схема поэмы,
В которой гипотезы
Новых веков.

Простите ж двадцатому
Скорость улитки,
Расчеты свои
Проведем на бегу.
Давайте же выпьем
За схему улыбки,
За график удачи
И розы в снегу.

За тех, кто услышал,
Трубу на рассвете.
За женщин
Упрямы голоса,
Которые звали нас,
Как Андромеда,
И силой тащили
Нас в небеса.

Полюбим наш век,
Забыв отупенье,
Омоется старость
Живою водой.
От света до тени,
От снеди до денег
Он алый, как парус
Двадцатых годов.

Мы рваное знамя
«Бээфом» заклеим,
Мы выдуем пыль
Из помятой трубы.
И солнце над нами —
Как мячик в аллее,
Как бубен удачи
И бубен судьбы.

Давайте же будем
Звенеть в этот бубен,
Наплюнем на драмы
Пустых площадей.
Мы, смертные люди, —
Бессмертные люди!
Не стадо баранов,
А племя вождей!

Отбросим заразу,
Отбросим обузы,
Отбросим игрушки
Сошедших с ума!
Да здравствует разум!
Да здравствуют музы!
Да здравствует Пушкин!
Да скроется тьма!

Это «Песня про радость», автор которой — Анчаров. Не знаю,
почему я выбрал именно ее — из многих не менее достойных.
Наверное, потому, что именно это чувство — радость —
испытываешь, когда берешь в руки любую его вещь. Потому, что
заканчивая эту самую любую вещь, чувствуешь, что не просто
стало радостней у тебя на душе, — жизнь стала гораздо
привлекательней, ярче. Радостней. Громадное ему спасибо за
это!

Но жизнь, увы, это обычно радость пополам с печалью… Ну,
может быть в несколько иных пропорциях. У всех по-разному в
разное время. Тут главное понять, что — и от тебя зависит,
чего в жизни твоей (а возможно, не только твоей) будет
больше.

Впрочем, понять — это еще не все. Необходимо искать (или хотя
бы не проходить мимо), и находить, и решаться, и действовать.
Ведь это элементарно: если радостей на Земле станет больше,
то печалей — наоборот. И пусть даже не сразу (не сейчас, не в
ближайшем будущем) оно скажется, но все равно — скажется.
Обязательно. И даже если твои усилия не оценят по заслугам
те, что придут в этот мир следом за тобой, — это не повод для
печали. Это, скорее, повод для улыбки. И значит — для радости
все-таки.

А еще — многое (если не все) зависит и от того, под каким
углом зрения смотреть на вещи: на предметы и на явления. У
Михаила Леонидовича был свой, особый взгляд почти на все. И в
этом убеждаешься не однажды, читая его произведения. Особый
и, в общем, _радостный_ взгляд.

И здесь, наконец, пора сказать о последнем, незавершенном
творении Анчарова — романе-клине «Третье Евангелие —
Евангелие Святого Духа».

«Я человек с земным индексом АНЧАРОВ МИХАИЛ ЛЕОНИДОВИЧ,
сообщаю всем, что никаких наций нет, а что есть живое
существо под названием человек, которое отличается от
остальной живности только одним — мозгом, который способен
понимать слова. Об этом я узнал первым из людей. И узнал от
Святого Духа, больше ни от кого…»_

_»Бог может все. Можно молиться, можно — нет. Может сделать
жизнь вечную, как у того жида Агасфера, и может сделать его
жизнь счастливой, потому что нет для Бога ни иудея, ни
эллина. И все это для него — звук пустой.

Бог есть радость. а все остальное — выдумка и ошибка. Бог
есть слово, потому что он сам так решил. Но мог бы решить и
иначе.

Я мог бы писать Евангелие от Святого Духа, а мог бы не писать
вовсе. Но я пишу, потому что это приятно, и еще потому, что
по какой-то причине он мне открылся.

Во всех библиях описано одно и то же: и когда Бог-отец один,
и когда к нему добавилось еще два — Сын и Святой Дух. Только
не сказано,что такое Святой Дух. А теперь открылось, что дух
— это материя. Это все одно — чудо. Но только теперь
открылось, что Святой Дух — это материя вакуума. Видно,
космос решил, что человек созрел, и открыл ему третью порцию.
Можно прожить и без хлеба. На том свете не едят, а живут
вечно и, главное, счастливо».

Эти два небольших кусочка я выписал из газеты Московского
городского центра авторской песни «Менестрель» (спецвыпуск),
где материала о «Третьем Евангелии…» еще два раза по
столько, не больше, и потому остается только сожалеть, что
возможности прочесть весь роман-клип — нет. Здесь не подойдет
даже слово «пока», которое я могу применить к уже изданным,
хотя и не читанным мною, отдельным его произведениям… И
можно было бы сказать «увы!», но я не скажу потому, что помню
одну деталь, помню, что в ящике Пандоры кое-что осталось.

А теперь еще одна цитата. Здесь — последняя.

_»Я всю жизнь мечтал об учителе, к которому бы я пришел, а он
бы объяснил — как писать хорошо. Такого учителя не оказалось.
Теперь я знаю, что так вообще не бывает.

Но об одном человеке я все же скажу. Потому что он абсолютная
точка отсчета для всего, что и теперь пишется стихами, прозой
или на театре. Ясно о ком речь, о Пушкине. Учиться у Пушкина
писать стихи, прозу или пьесы так же бессмысленно, как
учиться по учебнику рожать детей, дышать или видеть. Дышат,
рожают и видят — каждый сам по себе. Но если на белом свете
есть проза, в которой тебе нравится все (буквально), то это,
хочешь не хочешь, влияет на тебя не как факт твоего сознания,
а как факт твоего бытия. И хочешь не хочешь, а этому учишься
не как у учителя, а как у жизни.

Что это такое — легче понять, чем объяснить. Но если вдруг
понял, что это такое — состояние, повадка, поведение этого
человека, когда он берет перо в руки, можешь писать в любом
стиле, любым словарем — все равно скажется. А не скажется —
значит, не понял»._

Здорово сказано! Замечательно, по-моему, Не могу утверждать с
полной уверенностью, что Анчаров для меня — то же, что для
него, для Анчарова, Пушкин, но — не в прозе Пушкина нравится
мне _все_ и _буквально_, а в прозе Анчарова; и это _оно_
которое все и буквально, но которое в прозе Анчарова, —
влияет как факт моего бытия — на меня. Во всяком случае, я
думаю, что это — так.

А что до Пушкина, то, наверное, я просто не знаю его хотя бы
так же, как знаю (знаю ли?) Михаила Анчарова. И пусть
Александр Сергеевич простит меня за это!

Я все сказал. Что смог. Про любимого своего автора. А в
заключение — немного про себя. Логика подсказывает мне, что
это будет правильно.

Сказки доблестных абхазов
Мне причалом в детстве стали,
Урфин Джюс построил лодку,
Грин, Ефремов — весла взяли…

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14

Лирика

ЛЮБОВНЫЙ РОМАН

LIB.com.ua [электронная библиотека]: Василий Кожевников: Лирика

Кто-то — брус, другой — дощечку, —
Скоро лодка судном стала.
Паруса Крапивин поднял,
Встал Анчаров у штурвала.

Так — меж Вымыслом и Жизнью —
Я — с Мечтою-капитаном —
И хожу — по рекам книжным,
По морям и океанам.

Плыть легко. Но я, наверно,
Пассажиром быть устану…
И, быть может, даже… сваей
Под причалом чьим-то стану.

И вот теперь действительно — все.

22 января 1995 года

Приложение

Краткая библиографическая справка (М.Анчаров).

* 1. Баллада о счастливой любви (сценарий) — «Искусство
кино», N 6/1956.

2. Барабан на лунной дороге (рассказ). — «Смена», N 11/1964.

3. Венский вальс (рассказ). — «Смена», N 21/1964.

4. Золотой дождь (повесть). — «Москва», N 5/1965.

5. Теория невероятности (роман). — «Юность», N 8-9/1965.

6. Корабли (рассказ). — «Неделя», N 44/1965.

* 7. Сода-солнце (повесть). — Альманах «Фантастика-65».

* 8. Голубая жилка Афродиты (повесть). — Альманах
«Фантастика-66».

9. Два постскриптума (рассказ). — «Вокруг света», N 2/1966.

10. Теория невероятности (книга). — М.: Молодая гвардия,
1966, 288 с. (5+4). 1967 год — переиздание.

11. Этот синий апрель… (повесть). — «Москва», N 5/1967.

* 12. Сода-солнце (книга). — М.: Молодая гвардия, 1968,
336 с. (7+8+Поводырь крокодила(повесть)).

13. Этот синий апрель (книга). — М.: Советская Россия,
1969, 112 с. (11). Обложка и рисунки автора.

* 14. Лысый бугор (рассказ). — «Неделя», N 18/1970.

* 15. Город под водой (отрывок из романа). — «Московский
комсомолец», 18 декабря 1970 г.

16. Долгий путь через комнату (рассказ). — «Неделя», N 5/1971.

17. Мы к вам пришли (рассказ). — «Литературная газета»,
28 апреля 1971 г.

* 18. Этот синий апрель (книга). — М.: Советская Россия, 1973,
368 с. (5+4+11+7).

19. Корабль с крыльями из тополиного пуха (рассказ). — «Смена»,
N 13/1973.

* 20. Грузовик (рассказ). — «Памир», N 3/1974.

21. Другая сторона шоссе (рассказ). — «Советский экран», N5/1977.

22. Самшитовый лес (роман). — «Новый мир», N 9-10/1979.

23. Самшитовый лес (книга). — М.: Советский писатель, 1981,
320 с. (роман).

24. Лошадь на морозе (рассказ). — «Студенческий меридиан»,
N 2/1983.

25. Дорога через хаос (книга). — М.: Молодая гвардия, 1983,
256 с. (3 повести: Дорога через хаос + Прыгай, старик,
прыгай! + Страстной бульвар). Ранее, возможно, —
«Студенческий меридиан», 1978, 1979, 1980.

* 26. Роль (повесть). — «Студенческий меридиан», N 1-2/1985.

27. Цель (рассказ). — «Неделя», N 13/1985.

28. Приглашение на праздник (книга). — М.: Художественная
литература, 1986, 556 с. (22+25).

* 29. Как птица Гаруда (роман). — «Студенческий меридиан»,
N 1-5/1986.

* 30. Козу продам (повесть). — «Студенческий меридиан», N 4-5/1988.

31. Записки странствующего энтузиаста (книга). — М.: Молодая
гвардия, 1988, 334 с. (роман).

* 32. Как птица Гаруда (книга). — М.: Советский писатель, 1989,
318 с. (29).

33. Звук шагов (книга). — М.: МП «Останкино», 1992, 302 с.
(много песен с нотами, комментариями, отрывками из
произведений + Стройность (повесть) + Слово о полку
(пьеса) + Этапы жизни и творчества + каталог песен +
краткая библиография).

34. Самшитовый лес (книга). — М.: Аст-Пресс, 1994, 382 с.
(22+11+4).

* 35. Беседы, интервью: «Студ. меридиан» N 1/1980.
«Собеседник», N 19/1984.
«Турист», N 5/1987.
«Неделя», N 24/1988.

* 36. Журнал «Советская библиография», N 3/1989. Подборка
материалов, включающая значительный библиографический
указатель М.Л.Анчарова.

Все, что отмечено звездочкой — я, Кожевников Василий, ищу, в
любом состоянии, только с полным текстом, во владение
либо (хотя бы) на прочтение.

Все! И — Уф-ф!

Если эта статья будет напечатана, и если по прочтении ее (а
потом кое-чего из Анчарова) у него не прибавится хотя бы
дюжины поклонников… буду считать, что нас не поняли…

Василий Кожевников (с. Русский Турек, Кировская обл.)

* * *

Тот лишь Художник вправе
Быть с Красотой на «ты»,
Кто против Зла направил
Дерзость своей Мечты.

Ведь в Красотою дружен
Он — от начала дней.
И — проводник, к тому же,
Светлых ее идей.

Даже не веря в Бога,
К Солнцу идут пешком…
Вот бы побыть немного
Света проводником!..

Сколько в природе ласки!
Завтра, сейчас, вчера
Сеют тепло и сказки
Проводники добра.

Радуя Мать-природу
Сладостным пеньем лир,
Сами творят погоду,
Нам — расширяют мир.

В бездну течет дорога —
Млечная Путь-река…
Вот бы побыть немного
Вроде проводника!..

Скажем, в осенний вечер,
Серый рассеяв мрак,
Жаром кленовых свечек
Взрадовать взор зевак.

Майской зарею — мне бы,
Влагу росы впитав,
Радугой влиться в небо —
Чуть на носки привстав.

К звездам шагнуть с порога,
Спрятаться в облака…
Вот бы пожить немного
Жизнью проводника!..

Инеем сад опутать
Солнечным звонким днем,
В хвойный бальзам полсуток
Сыпать грибным дождем…

Скука, она — что плесень, —
Прочь ее со двора!
Сколько родится песен
В рыжем кругу костра!..

Прочь, улетай, тревога,
Сгинь, удались, тоска!..

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14

Лирика

ЛЮБОВНЫЙ РОМАН

LIB.com.ua [электронная библиотека]: Василий Кожевников: Лирика

Вот бы побыть немного
В роли проводника!..

Глядя в седые дали,
Слушая тишь веков,
Люди поменьше б врали —
С верой в проводников.

Стоя под гордыым стягом,
Каждый бы знал, что есть —
Рыцарство и отвага,
Преданность, верность, честь.

Звезды сияют строго,
В сини ночных зеркал…
Как бы побыть немного
В «шкуре» проводника!..

Имя кому — Художник,
Космоса голос слушай,
Честно и осторожно
Лей красоту нам в души.

Верь Красоте повсюду,
Всем помоги поверить.
Пусть нараспашку будут
Храмов Искусства двери.

С вечной мечтой о Чуде,
Нам по Вселенной плыть…
Вот бы могли все люди
Проводниками быть!

11 марта 1990 — июль 1994

Василий Кожевников (с. Русский Турек, Кировская обл.)

И в тридцать семь

(То ли стихи, то ли ода
от девяносто пятого года
для мечтательного народа)

…Хранят в себе свои двенадцать —
И в двадцать пять, и в пятьдесят.

Из меня

Двенадцать лет…
Уже — немало!
Двенадцать радужных годков,
Беспечных, дней или веков,
Прошло, промчалось, пробежало.
И ты — расттешь, как та морковь:
С поливом — быстро, без — устало.
И жизнь перед тобой предстала
Переплетением клубков —
Из мыслей, праздников, щелчков,
Проблем различного накала
И чувств. И не из пустяков —
Таких, что в древности, бывало,
Решал один удар кинжала.
Встает (по-разному, причем)
Вопрос о смысле жизни — в чем?
Подобных прежде не вставало.

От умножения извилин
Вспухает мозг. Живая кровь
То стынет, то вскипает вновь.
То — смотришь в зеркало — урод,
А то — совсем наоборот:
Ты — Человек, и ты — всесилен.

Двенадцать лет… Из юных граждан
Кого ни взять — талантлив каждый,
Умен, и весел, и красив.
Еще тебе чихать на стили,
На связи, на автомобили…
И бог твой — дружный коллектив.

Пришла пора искать Дорогу,
Или хоть тропку — до межи,
До той — над пропастью во ржи.
Готов — ни мало и ни много
(Долой препоны, рубежи!) —
Призвать хоть Космос к диалогу
В двенадцать ты. Как и любой.
И слово новое — «Любовь» —
Оно — такое, что — ей богу! —
На всю оставшуюся жизнь.

Но в этом возрасте смущенье

Еще над чувством верх берет.
Двенадцать лет… Во — ощущенье!
Поскольку — лето настает.
До лампочки тебе ученье;
Ведь Лето — праздник Восхищенья,
И каждый день — как день рожденья,
И каждый день — как Новый год!

Я не открою вам секрет,
Когда скажу: оно воспето
Не раз уже в стихах поэта;
И пусть я вовсе не поэт,
Я тоже попишу об этом,
Копаясь в рифмах к слову «лето».
(Не повредит еще куплет.
И даже — несколько куплетов).
О — прелесть трепетного лета!
Из всех времен люблю лишь это:
Их, если все сложить в букет,
Из четырех цветков букета,
Как ни красуется планета, —
Одним душа моя согрета,
В ней от него глубокий след.
А сколько песен было пето
Про чистый и пьянящий свет!..
Земной покров залит тем светом,
Дыханьем Солнца подогретым:
Зеленый летом — главный цвет, —
Я восхищаюсь этим цветом!
Как Солнцем, небой, в общем — летом —
Как нумизмат любой монетой,
Точнее — редкой из монет.
Что времени прекрасней нет,
Я осознал в двенадцать лет…

Июнь, июль и август — вот
Купаясь в чем, душа поет.
Свет дарят в основном они —
Мне лично. Прочее — в тени.

Но что есть Тень, хоть и от Лета —
Когда над солнечной планетой
(И даже — в пасмурные дни)
Взойдет Любовь, нага, прекрасна,
Что станет с Тенью? — Дурню ясно:
Любовь сияет — Тень угасла,
И в миг не здесь она, а где-то.
А кто не дурень — извини!

Я что же там — где «где-то» это,
Еще до признаков рассвета
И где Любовь еще не та,
Когда, прозрачна и чиста,
Не вдруг появится Мечта, —
Что будет с Тенью той при этом? —
Растает вновь: была — и нету!
(Хоть песенка ее не спета —
Она найдет еще места,
Где Тень почетна и густа…)

Но — ну ее! Ко всем шутам!
Исчезла и — как не бывала.
О Тени думать на черта:
Другое слово на уста,
Прогнав ее, сейчас попало.
Мечта — она не Темнота.
И любит Свет, и неспроста:
Ведь Разум с нею рядом встал
(Свет Знаний не на дне бокала).
Воображенье рядом встало, —
И «хомо» «сапиенсом» стал.
Без Фантазерства жизнь пуста;
Когда б и Выдумка пропала,
И Сказка ухо не ласкала,
Тогда бы Скука нас достала,
Тогда б Тоска — под цвет листа —
Нас одолела б, обуяла,
Жизнь быть желанной перестала б…
Я объявляю бал, раз так,
И грезы — королевы бала.

Двенадцать лет… Здесь грез начало.
Мечтам под «коркой» тесно стало
(Среди извилин места мало),
Наружу просятся с мольбой,
И не по штуке, а гурьбой.
Мечта Мечты — вперед и ввысь:
И — рвется, и зовет с собой —
Туда, где встретиться с Судьбой
Она тебе предначертала…
Или — держи, или — держись,
Или Судьбу рифмуй с Борьбой
(Как говорят: «И вечный бой…»),
Или зевни и спать ложись…
Да, выбирать пора настала.
Нет, спать — какая это жизнь?!
И ты вот-вот взлетишь, кажись, —
Как дельтаплан твой парус алый.

Но, кажется, хотя б частично,
Пора — и вообще, и здесь —
Терминолигию учесть…
(Как представляется мне лично).

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14